Иногда по принципу «ритмического кольца» строится не всё суждение, а лишь отдельные его части. В этом случае довольно четко подчёркивается деление паремии на составляющие её части: «Зя́ть любит взя́ть//, те́сть любит че́сть, // а шу́рин глаза щу́рит». Все три части пословицы по расположению в них ударений являются симметричными: во всех частях они падают на первое и последнее слова.
Ещё примеры симметричного расположения ударений: «Не бу́дь скла́ден //, да бу́дь ла́ден», «Соко́л хоть на ко́л, // да го́л, что мосо́л», «Голоси́ста пта́шка//, да черна́ руба́шка» и другие.
Симметричное расположение ударений в отдельных частях паремий – явления нередкое. Поэтому можно говорить об особом пословичном симметричном стихе[87].
Силлабо-тонический стих в пословичных изречениях можно считать разновидностью так называемого симметричного стиха, так как в симметричном стихе по расположению ударных и безударных повторяются отдельные члены паремий, а в силлабо-тоническом стихе на основе этих признаков соизмеряются группы слогов, то есть повторяются опредёленные стопы. Поэтому в пословицах и поговорках можно встретить метры русской классической поэзии: «Мно́го шу́му – ма́ло то́лку» (хорей), «Ти́ше е́дешь, да́льше бýдешь» (хорей); «Горя́чее едя́т подъя́чие, голо́дные едя́т холо́дное» (ямб), «Мели́ Еме́ля, твоя́ неде́ля» (ямб); «Жгу́ча крапи́ва роди́́тся, да в щи́ пригоди́тся» (дактиль); «У го́рькой беды́ нет сла́дкой еды́» (амфибрахий); «Без коня́ не каза́к» (анапест).[88]
Для русских пословиц и поговорк довольно редки строго выдержанные силлабо-тонические размеры. В них часто встречаются отклонения от схемы ударных и безударных слогов того или иного силлабо-тонического размера, которые можно назвать ритмическими перебоями. Так, первая часть паремии может иметь строго упорядоченное чередование ударных и безударных слогов, что создает определённое ритмическое движение, вызывает определённое эмоциональное впечатление, вторая же часть либо имеет совершенно другое ритмическое строение, либо приближается к строению первой части, однако нарушает его введение лишнего безударного слога или неудачным началом.
Например, в пословицах: а) «Ловцы́ ры́бные – лю́ди ги́блые» строго выдерживают дактиль только последние слова рифмующихся частей: рыбные и гиблые; б) «Ча́сом с ква́сом, а поро́ю с водо́ю» первая часть имеет хореический размер, а вторая – анапестический; в) «Кто лени́в с сохо́й, тому́ весь го́д плохо́й» из метрической схемы ямба выпадает первое слово «кто»; г) «С му́жем – ну́жа //; без му́жа – и того ху́же //; а вдово́й да сирото́й // – хоть во́лком во́й» – в первой части хорей, вторая и третья друг другу симметричны, а в четвертой ямб.
Как показывают наблюдения, нарушения различные отклонения от определённого стихотворного размера в пословичных изречениях мотивированы соображениями содержания, продиктованы стремлением к наибольшей выразительности; они придают речи особую остроту, явно усиливают эмоциональное воздействие последующей части изречений, обычно убыстряет движение, темп, например, в пословице «Брат бра́том //, сват сва́том //, а денежки не родня́» ритмом подчёркнута контрастность содержания её частей: первой и второй частям, говорящим о ладе в отношениях и построенным, как две симметричным частям, противопоставляются и по своему содержанию и по прозаическому ритму третья часть.
Образцом искусного членения, своеобразия ритмического рисунка является следующая пословица: «Сбил, сколотил – вот колесо! Сел да поехал – ах, хорошо! Оглянулся назад – одни спицы лежат». Неожиданная смена одного, лёгкого и скорого ритма другим, замедленным, с паузами, начиная со слов «оглянулся назад», точно подчёркивает удивление, соответствующее развитию темы в пословице. Ритм в пословичных выражениях всегда выразителен, связан с передачей образа.
Большую роль в пословицах и поговорках играет рифма, которая подчёркивает ритмический строй речи, выделяя концы ритмических единиц, придаёт речи известное благозвучие, вместе с тем она усиливает в паремиях определённые смысловые моменты, так как обычно в рифму попадают наиболее важные и значительные слова изречений, которые и выделяются в нём благодаря рифме.
Рифмы в пословичных выражениях являются не случайными, а преднамеренными, специально созданными, так как они выделяют наиболее значительные в смысловом отношении слова, на которые, как правило, падает логическое ударение: «Метил в ворону, а попал в корову», «Стрелял в сыча, а попал в усача», «Стрелял в воробья, а попал в журавля» и другие.
Преднамеренность рифмовки определённых слов видна в пословичных изречениях, включающих в себя имена собственные. То или иное имя вводится в выражение в зависимости от конкретного содержания их в прямой обусловленности тем, с каким словом это имя должно рифмоваться: «В людях Ананья, дома каналья», «В людях Илья, а дома свинья», «У всякой Федорки свои отговорки», «Каков Пахом, такова и шапка на нём», «По Ивашке рубашка», «Мели Емеля, твоя неделя» и другие.
О преднамеренной рифмовке свидетельствуют также внутренние рифмы: «Сало было, стало мыло», «Есть рожь в амбаре – есть грош в кармане» и другие.
Говоря о ритмообразующей роли, следует отметить, что эту роль рифмы выполняют во взаимодействии с другими рассмотренными нами средствами стихотворной речи. Например, «Ча́сом с ква́сом //, а поро́ю с водо́ю» – разделение пословицы на две части достигнуто тем, что в каждой из них своя рифма и особые размеры: в первой – хорей, а во второй – анапест.
В пословичных изречениях встречаются точные рифмы («Дружба дружбой, а служба службой» и другие), приблизительные («И на старуху бывает проруха» и другие), рифмы в середине фразы («За морем телушка – полушка, да рубль перевоз» и другие).
В паремиях можно встретить «рифмы особого характера», которые обычно принято называть ассонансами и которые, по сути, представляют собой неточные рифмы. Следование таких рифм друг за другом имеет тот же эффект, что и рассмотренный нами ритмический перебой: второе рифмующееся слово нарушает звуковое сочетание первого, отсутствует от него, например, «Всё на свете крыто корытом», «Не годы, а горе стареет» и другие.
В пословицах и поговорках большое значение придаётся их звуковой организации – звуковым повторам (аллитерации и ассонанса): «Бережённого и бог бережёт», «Украли бурку крутые горки», «Старость – не радость, а смерть не корысть» и другие.
Рифма используется в паремиях и для подчёркивания антитезы или сравнения: она выделяет те члены предложения, которые антитетичны или сходны между собой. Пословица «Богатый и в будни пирует, а бедный и в праздник горюет» вся построена на контрастных сопоставлениях богатого и бедного, будней и праздников, пирования и горевания.
Следовательно, можно сказать, что ритмика, метрика и рифмы пословичных выражений отличаются ярким жанровым своеобразием. Это своеобразие в значительной степени обусловлено тем, что паремии возникли и функционируют в живой разговорной речи, реализуя её большие эстетические возможности.
Ритмический строй русских пословиц и поговорок отличает необыкновенная чёткость.
Ритмизация речи в пословичных выражениях не всегда проявляется в обычном для русской стихотворной поэзии силлабо-тоническом порядке расположения ударений в равносложных отрезках речи.
Ритмизация речи встречается обычно в тех изречениях, которые имеют короткие строки, разделённые синтаксически, а поэтому и паузой; имеют рифму, подчёркивающую ритмический параллелизм, т. е. ритмическое сходство частей фразы.
Нередко это дополняется сходством синтаксического строения двух частей пословичного выражения.
Ритм в паремиях используется не в строго правильном расположении ударных и безударных слогов, а в его особых нарушениях, которые называются ритмическими перебоями.
Большую ритмико-смысловую роль в русских пословицах и поговорках играет рифма, которая имеет не только смысловое значение, но и эстетическое. Это объясняется природой рифмы как звукового явления речи, которое, будучи отступлением от обычной разговорной речи, и воспринимается в особом эмоциональном тонусе.
Таким образом, средства языковой выразительности – ритм, рифма, звуковая организация – подчёркивают суть пословичных изречений корейского и русского языков, придают им силу, эмоциональную яркость, сообщают благозвучие, служат лучшему запоминанию.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Культура народа – носителя языка отражается не только в отдельных словах; она не менее выпукло выступает и в воспроизводимых, готовых, клишированных словосочетаниях и фразах.
К числу воспроизводимых словосочетаний и фраз принадлежат, прежде всего, фразеологизмы, выполняющие в речи ту же роль, что и отдельное слово; а также пословицы, поговорки, крылатые слова, литературные цитаты, образные выражения (все они охватываются общим термином паремия, или пословичные изречения); в противоположность фразеологизмам паремии описывают ситуацию и, следовательно, выражают суждение.
Сопоставительное исследование пословиц и поговорок даёт возможность более чётко и ярко выявить структурно-семантические особенности двух языков, обусловленные частными законами развития каждого отдельного языка.
Рассмотренные синтаксические конструкции паремий двух языков позволяют наилучшим образом отразить основной закон жанра – закон экономии словесного материала. Экономия в словах и художественных средствах придаёт пословичным изречениям большую силу; можно сказать, что сама краткость её воспринимается как эстетическое качество, как проявление значительных художественных достоинств.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 |
Основные порталы (построено редакторами)