Определение от 01.01.01 г. по делу N 33-33080 (стр. 13 )

установила:

Г. обратилась в суд с иском к Т. о признании ответчика утратившим право пользования жилым помещением - квартирой N 1 - и его выселении из данного жилого помещения. В обоснование заявленных требований Г. указывала, что с 1992 г. состояла с Т. в браке. 02 марта 1999 г. брак был расторгнут. Являясь на основании договора купли-продажи от 13 июля 1998 г. собственником однокомнатной квартиры N 2, она 15 сентября 1999 г. с целью улучшения своих жилищных условий заключила с С. договор мены, согласно которому обменяла принадлежащую ей однокомнатную квартиру N 2 на двухкомнатную N 1, принадлежавшую на праве собственности С. Учитывая, что она ждала ребенка от Т., они с ответчиком вновь стали проживать совместно, несмотря на расторжение брака, и она зарегистрировала своего бывшего мужа Т. в спорной квартире. Однако спустя год ответчик ушел из семьи, забрав свои вещи. Двухкомнатную квартиру N 1 он оставил ей и ребенку. В настоящее время Т. не является членом ее семьи, они не ведут совместного хозяйства, ответчик не проживает в принадлежащей ей квартире в течение семи лет и не оплачивает коммунальные услуги, тем не менее в добровольном порядке отказывается выписаться из принадлежащей ей квартиры. просила удовлетворить ее требования, признать Т. утратившим право пользования квартирой N 2 и выселить его из данной квартиры.

Т. оспаривал иск Г., ссылаясь на то, что однокомнатная квартира N 2 была приобретена ими в период брака на основании договора купли-продажи от 01.01.01 г. Квартира была зарегистрирована на праве собственности только за его супругой Г., но являлась их совместной собственностью, поскольку приобретена на общие средства супругов. 02 марта 1999 г. брак между ними расторгнут фиктивно, с тем чтобы Г. не попала под сокращение на работе. Они продолжали проживать совместно без регистрации брака единой семьей, вели общее хозяйство, у них родился ребенок, отцом которого он зарегистрирован. В конце мая 1999 г., когда стало известно, что Г. ждет ребенка, с целью улучшения жилищный условий он стал подыскивать вариант обмена принадлежащей им однокомнатной квартиры на квартиру большей площади. В августе 1999 г. он нашел двухкомнатную квартиру N 1, принадлежащую С. Договорился об условиях обмена квартир, после чего показал квартиру Г. Она одобрила его выбор. Двухкомнатная квартира была оценена в 29 000 руб., а принадлежащая им однокомнатная квартира - в 18 000 руб., то есть по договору мены они произвели доплату 11 000 руб. за счет общих денежных средств - они оба на тот момент работали, имели примерно одинаковую заработную плату. 15 сентября 1999 г. между Г. и С. заключен договор мены указанных квартир. Двухкомнатная квартира зарегистрирована на имя Г. Однако он имеет равное с ней право на данную квартиру, поскольку имел право на 1/2 долю в однокомнатной квартире, которая была обменена на двухкомнатную. Доплату они произвели из совместных средств, поскольку проживали в тот период времени одной семьей. Брак между ними практически не прекращался, несмотря на оформленный развод. Он давал свое согласие на обмен квартир с учетом достигнутой с Г. договоренности в вопросе приобретения квартиры большей площади в общую долевую собственность в равных долях. Именно с этой целью он согласился передать для обмена свою долю в праве общей долевой собственности на однокомнатную квартиру, приобретенную совместно в период брака. В приобретенной двухкомнатной квартире он был зарегистрирован в качестве члена семьи собственника и проживал в квартире до 2007 г. На протяжении длительного времени он один содержал семью, поскольку Г. после рождения ребенка находилась в декретном отпуске, затем в отпуске по уходу за ребенком. Он один оплачивал коммунальные платежи и вносил иную плату за содержание жилья. Даже после того как летом 2007 г. Г. заменила замки от входной двери квартиры и перестала пускать его в квартиру, он продолжал оплачивать коммунальные услуги, передавая деньги Г. через сына. Лишь за последние два месяца - август 2008 г. и сентябрь 2008 г. - он не передавал денежные средства. Именно данное обстоятельство, по его мнению, и послужило причиной обращения Г. с иском в суд. Однако он считает, что оснований для признания его утратившим право пользования квартирой и выселения из нее не имеется, поскольку однокомнатная квартира, приобретенная ими в период брака, где он имел право на 1/2 долю, обменена на двухкомнатную именно с тем условием, что он также приобретает право на долю в новой квартире, равную доле собственника Г. Иначе он бы не дал согласие на обмен квартиры, а потребовал бы выдела своей 1/2 доли, чтобы приобрести себе иное жилье. Сейчас иного жилого помещения он не имеет, проживать ему негде. С учетом этих обстоятельств Т. обратился в суд со встречным иском и просил признать его собственником 1/2 доли в двухкомнатной квартире N 1, а также обязать Г. не чинить ему препятствий в пользовании данной квартирой.

В судебном заседании Т. и его представитель - адвокат - встречные исковые требования поддержали, настаивали на их удовлетворении. В то же время просили отказать в иске Г. как необоснованно заявленном.

Г. и ее представитель - адвокат , поддерживая свой иск, просили отказать в удовлетворении встречных требований Т. При этом Г. не оспаривала, что, действительно, однокомнатная квартира N 2 была приобретена в период брака с Т. и являлась их совместным имуществом, несмотря на то, что она одна была зарегистрирована собственником данного жилья согласно договору купли-продажи от 01.01.01 г. После развода с ответчиком (02 марта 1999 г.) они помирились и с мая 1999 г. вновь стали проживать совместно. Она забеременела, и Т. ей обещал, что если она родит ребенка, то он на жилую площадь претендовать не будет. Она согласилась, и, ожидая прибавление в семье, решила с целью улучшения жилищных условий произвести обмен принадлежащей ей однокомнатной квартиры на двухкомнатную с доплатой. Подобрав соответствующий вариант, она 15 сентября 1999 г. заключила договор мены с С., которой принадлежала двухкомнатная квартира N 1. При этом доплата в размере 11 000 руб. производилась ею за счет собственных средств. Т. денежные средства в приобретение двухкомнатной квартиры не вкладывал и на право собственности не претендовал. Полученная в результате обмена двухкомнатная квартира также зарегистрирована в ее единоличную собственность. Поэтому иск Т. считает необоснованным.

Североуральским городским судом 05 декабря 2008 г. постановлено решение, которым в удовлетворении исковых требований Г. к Т. о признании утратившим право пользования спорным жилым помещением отказано. Встречные исковые требования Т. к Г. о признании права собственности на 1/2 долю указанной квартиры, об устранении препятствий в пользовании жилым помещением удовлетворены. Т. признан собственником 1/2 доли двухкомнатной квартиры. На Г. возложена обязанность не чинить Т. препятствий в пользовании жилым помещением и передать ему комплект ключей от замков на входной двери указанной квартиры.

В кассационной жалобе Г. просит решение суда отменить как незаконное, считая неверными выводы суда о том, что ее действия и действия Т. по приобретению спорной квартиры были обусловлены наличием между ними договоренности в вопросе приобретения жилья в общую долевую собственность. Сам по себе факт совместного проживания Т. в спорной квартире и его регистрация в ней не порождают право ответчика на долю в квартире. Достоверных же доказательств того, что квартира приобреталась именно в совместную собственность сторон, ответчиком суду не представлено. В связи с чем решение суда подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и постановленное судом решение, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 35 Конституции Российской Федерации, каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

В соответствии со ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В силу ч. 1 ст. 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, Т. и Г. состояли в зарегистрированном браке с 1992 г. по 02 марта 1999 г. В период брака - 13 июля 1998 г. - ими по договору купли-продажи приобретена однокомнатная квартира N 2. При оформлении договора купли-продажи Г. действовала с согласия супруга Т., оформившего нотариально удостоверенное согласие на покупку Г. указанной квартиры.

С учетом анализа вышеприведенных норм, принимая во внимание тот факт, что истцом не оспаривается приобретение данной квартиры в период брака на совместные средства супругов, и доказательств обратного не представлено, суд пришел к правильному выводу о том, что приобретенная на имя Г. однокомнатная квартира N 2 являлась совместной собственностью супругов, несмотря на то, что право собственности на нее оформлено единолично на Г.

Также судом установлено, что после расторжения брака супругов 02 марта 1999 г. раздел совместного имущества, приобретенного ими в период брака, между Г. и Т. не был произведен. Напротив, бывшие супруги продолжили совместное проживание. При этом они проживали одной семьей, вели общее хозяйство, воспитывали родившегося ребенка, отцом которого зарегистрирован Т. Данное обстоятельство не оспаривалось сторонами в судебном заседании и подтверждается свидетельскими показаниями, а также приложенным к материалам дела исковым заявлением Г. о признании ее собственником 1/2 доли автомобиля, приобретенного в этот период на имя Т. В исковом заявлении Г. в обоснование заявленного требования ссылалась на ведение общего хозяйства и единый бюджет с Т. после расторжения с ним брака и до 2007 г. Таким образом, совместное проживание Т. и Г. продолжалось, несмотря на расторжение брака, до 2007 г.