Социальная психология закрытых образовательных учреждений (стр. 31 )

2.3.2. Неформальная структура власти в группах подростков-воспитанников профессионально-специализированных интернатов

Понятно, что в данной логике, учитывая достаточно жесткую причинно-следственную связку «монодеятельность — моноструктура», характерную для различных типов закрытых образовательных учреждений, легко предположить, что, несмотря на специфический характер основной деятельности в профессионально-специализированных интернатах, здесь складывается фиксированная иерархия статусов, носящая стратификационный характер.

Действительно, подобное, казалось бы, лишь гипотетическое суждение в целом вполне справедливо. Попытаемся, опираясь на принятый в рамках данного учебного пособия теоретический алгоритм анализа особенностей интрагруппового структурирования в контактном сообществе, рассмотреть специфику соотношения внутригрупповых структур в группах воспитанников школы-интерната для математически одаренных подростков.

Так же, как в детских домах и школах-интернатах для детей и подростков, по тем или иным причинами оставшихся без родительского попечительства, в учебно-воспитательных подразделениях любого профессионально-специализированного интерната могут быть легко выделены три статусные категории воспитанников — высокостатусные, среднестатусные и низкостатусные подростки. В отличие от «открытых» подростковых групп (в данном случае к таковым могут быть отнесены и классы физико-математической спецшколы), где можно выделить, по сути дела, эти же статусные слои, в группах воспитанников профессионально-специализированного интерната просматривается достаточно жесткая многоуровневая статусная дифференциация, отражающая качественное различие в положении представителей различных и, по сути дела, стратификационных «прослоек» (табл. 4).

Таблица 4.

Сводная матрица взаимооценок воспитанников физико-математического интерната (г. Киев)

Оцениваемые (статусная категория)	Приписываемые места в статусной иерархии	Сумма мест	Усредненный ранговый показатель	Позиция в статусной иерархии
1	2	3	4	5	6	7	8	9	10	11	12	13
В/стат.	1	2	2	1	1	1	2	3	1	1	1	2	1	19	1,46	1
В/стат.	2	1	1	2	3	2	1	1	2	3	3	1	2	24	1,85	2
Ср/стат.	12	3	6	6	2	5	4	5	9	13	2	5	4	76	5,85	3
Ср/стат.	6	4	3	3	8	12	7	10	4	6	4	6	5	78	6,0	4
Ср/стат.	9	10	4	5	4	4	3	13	3	2	5	11	7	80	6,15	5
Ср/стат.	11	6	5	4	10	6	5	7	5	9	7	3	3	81	6,23	6
Ср/стат.	8	7	8	7	6	3	6	13	6	11	9	8	8	100	7,69	7
Ср/стат.	4	8	10	11	9	9	10	9	8	7	10	7	6	108	8,31	8
Ср/стат.	7	11	13	9	7	8	11	2	10	5	12	9	12	116	8,92	9
Ср/стат.	3	5	9	8	8	10	9	6	11	12	8	10	9	118	9,08	10
Ср/стат.	10	12	7	13	13	7	12	8	7	8	6	4	13	120	9,23	11
Ср/стат.	5	9	12	10	5	11	8	4	12	4	11	13	10	122	9,38	12
Н/стат.	13	13	11	12	11	13	13	12	13	10	13	12	11	157	12,08	13

Отметим, что эмпирические данные, составляющие содержательную сущность приведенной таблицы, наглядно демонстрирует наличие резких статусных перепадов в ранговом ряду (качественные скачки показателей от второго к третьему и от двенадцатого к тринадцатому местам), которые, по сути дела, разрушают иллюзию его непрерывности, подчеркивая именно диспозиционно-ранговый характер внутригрупповой структуры власти в группах воспитанников профессионально-специализированного интерната.

При этом следует отметить, что к полярным статусным категориям воспитанников принадлежат лишь три члена группы из тринадцати, позиция остальных подростков в интрагрупповой властной структуре со всем основанием может быть охарактеризована как средняя, промежуточная, оттеняющая явно высокий статус двух лидеров и низкий статус одного не менее явно оттесненного аутсайдера. Среднестатусный слой в условиях профессионально специализированного интерната в отличие от первого и третьего уровней внутригрупповой иерархии лишь условно может рассматриваться как самостоятельная страта, как некое достаточно однородное и структурированное внутригрупповое образование. Скорее, здесь можно говорить не об определенности позиции представителей этой статусной категории подростков, а об их объединении, что называется, «от противного» — они постольку среднестатусные, поскольку ни к высокостатусным, ни к низкостатусным отнесены быть не могут. Другими словами, выделение среднестатусных воспитанников в этом типе закрытых образовательных учреждений оказывается затруднено отсутствием какого-либо достаточно ярко выраженного объединяющего их и при этом содержательного в психологическом плане признака и возможно, в сущности, лишь благодаря тому, что подобные признаки хорошо прослеживаются, когда дело касается, с одной стороны, высокостатусных членов группы, а с другой — аутсайдеров.

Таким образом, если применительно к детским домам и школам-интернатам для реальных и «социальных» сирот вполне обоснованно можно говорить о среднестатусном уровне во внутригрупповой иерархии власти как о сложившейся самостоятельной страте, то в отношении этой категории воспитанников профессионально-специализированных интернатов такое утверждение было бы определенной смысловой «натяжкой».

В то же время полярные внутригрупповые слои (в том числе и в связи со статусной неоднородностью разделяющей их промежуточной прослойки) в этом типе закрытых образовательных учреждений заметно более дистанцированы, чем соответствующие категории подростков в детских домах и школах-интернатах. По сути дела, отличия в их реальном положении в системе межличностных отношений столь же разительны, как и неравенство в позициях «борзых» и «чушков» в колониях для несовершеннолетних правонарушителей.

Это, конечно же, не означает, что дискриминационные меры, которые применяются к низкостатусным подросткам группой их сверстников в профессионально-специализированном интернате, по своей криминальной направленности совпадают с теми способами физического и собственно личностного унижения, которые приняты в преступной среде. Речь в данном случае идет о сравнимости тех ограничений в сфере неформальных прав, которые испытывают низкостатусные в такого рода интернате и в колонии, о реальности группового давления на них с целью еще более понизить их статусную позицию.

В условиях колонии следствием такой групповой тактики, если она будет до конца реализована, может стать переход низкостатусного (представители третьей страты — «чушки») в четвертую страту («опущенные»), представители которой оказываются как бы за пределами «приличного общества» колонистов. В собственно психологическом плане переход из третьей страты в четвертую должен рассматриваться в условиях колонии как изгнание из группы, исключение из условного «мы», объединяющего основную часть воспитанников.

Что касается профессионально-специализированного интерната, то последовательно дискриминирующая низкостатусных подростков активность группы их членства, в конечном счете, нередко приводит к их фактическому изгнанию из сообщества. В психологическом плане подобная межличностная неудача, в подавляющем большинстве случаев усугубленная еще и неуспехом в учебно-профессиональной сфере, может иметь глобальные, деструктурирующие личность последствия, так как, во-первых, учащиеся профессионально-специализированного интерната к моменту поступления в него, как правило, обладают стабильно высокой самооценкой, а во-вторых — отчисление из интерната или вынужденный самостоятельный уход из него заставляют «неудачника» внести принципиальные коррективы в уже прочно устоявшиеся жизненные планы, пересмотреть свои, в первую очередь, профессиональные перспективы.