Социальная психология закрытых образовательных учреждений (стр. 35 )

7. Разностатусные воспитанники закрытых учреждений принципиально по-разному оценивают психологическую атмосферу, царящую в группах — высокостатусные члены сообщества, как правило, в целом удовлетворены сложившимся психологическим климатом в группе, а низкостатусные подростки квалифицируют психологическую атмосферу в общности как явно неблагоприятную. В то же время аутсайдеры нередко испытывают еще более острое, чем официальные лидеры подобных закрытых группировок нежелание сменить группу своего членства. Напомним, что в рамках теории деятельностного опосредствования неоднократно была зафиксирована обратная зависимость между внутригрупповым статусом подростка и его оценкой психологической атмосферы в открытых группах высокого уровня развития. При этом определенная неудовлетворенность неофициальных лидеров сложившимся положением дел в этих сообществах, по сути дела, обеспечивала зону ближайшего развития группы.

Таким образом, такие важнейшие внутригрупповые процессы, как формирование неформальной интрагрупповой структуры подростковых сообществ и развитие отношений значимости их членов, осуществляются по качественно схожим сценариям в различных закрытых учреждениях.

В то же время отмеченная социально-психологическая близость, по сути дела, родственность групп воспитанников всех видов заведений интернатного типа ни в коей мере не означает того, что между ними нет содержательных отличий. Более того, есть все основания считать, что подростковые сообщества в каждом из рассматриваемых трех видов закрытых образовательных заведений имеют свою собственную, присущую только этому классу групп социально-психологическую специфику.

Итак, попытаемся провести краткий сравнительный анализ особенностей интрагруппового структурирования и отношений значимости в группах воспитанников разных закрытых воспитательных учреждений.

1. Своеобразие интрагрупповой структуры закрытых подростковых сообществ и специфика соотнесенности определяющих оснований субъективной значимости друг для друга воспитанников каждого из трех видов учреждений интернатного типа в решающей мере обусловлены степенью закрытости данного типа заведений и особенностями содержания той деятельности, которая и играет здесь группо - и личностнообразующую роль, выступая в качестве основного начала, опосредствующего межличностные отношения подростков. В условном континууме «открытая группа — закрытая группа» подростковые сообщества рассматриваемых типов закрытых образовательных учреждений могут быть расположены в порядке нарастания как внешней, «режимной», так и внутренней, собственно психологической закрытости в такой последовательности: «группа воспитанников профессионально-специализированного интерната» — «группа воспитанников детского дома или школы-интерната» — «группа несовершеннолетних правонарушителей в условиях принудительной изоляции». Во всех перечисленных выше закрытых сообществах «общенческая» активность подростков самым существенным образом влияет на характер их межличностных отношений. В то же время в условиях колонии, спецПТУ, спецшколы для трудновоспитуемых общение по своей содержательной сути и смысловой нагрузке превращается в собственно предметную деятельность, направленную на поддерживание жесткой внутригрупповой кастовости, а в профессионально-специализированных интернатах уступает ведущую позицию учебно-профессиональной деятельности учащихся, успех в которой является не только необходимым условием внутригрупповой «статусной карьеры» подростка, но и предпосылкой его последующей социальной успешности, нередко напрямую зависящей от темпов его профессионализации в подростковом возрасте.

2. Существует прямая зависимость между степенью закрытости учреждения и мерой жесткости интрагрупповой моноструктуры сообществ воспитанников-подростков. Эмпирическими показателями развитости моноструктуры группы могут служить сам факт наличия внутригрупповых страт, их количество (как косвенный показатель глубины внутригрупповой статусной дифференциации), степень ригидности межстратных границ, мера оформленности, структурированности интрагрупповых статусных слоев, имеющих кастовый характер, и т. п. Несмотря на то, что, как это уже было показано выше, практически все категории закрытых подростковых группировок построены по стратификационному принципу, характер и степень выраженности этой внутригрупповой кастовости в различных закрытых образовательных учреждениях также различны.

а) В отличие от наиболее институционально закрытых учреждений, стратификационная структура групп которых имеет четырехуровневый характер, в условиях детского дома, школы-интерната и профессионально-специализированного интернатного заведения неформальная структура власти в группах подростков-воспитанников формируется как трехуровневое образование.

б) Внутригрупповые страты в наиболее институционально закрытых учреждениях заметно более обособлены друг от друга, чем внутригрупповые статусные слои в сообществах подростков — воспитанников других учреждений интернатного типа. При этом в режимных спецзаведениях для несовершеннолетних правонарушителей неформальные права и обязанности представителей каждой из внутригрупповых страт четко определены в неписанном своде правил и норм «другой жизни», в то же время как в детских домах, школах-интернатах и профессионально-специализированных интернатных учреждениях достаточно отчетливо выраженное противостояние полярных страт практически не снижает интенсивности общения их представителей друг с другом, так как в закрытых подростковых сообществах этого типа каждодневный тесный, хотя нередко и конфронтационный по своему характеру контакт каждого с каждым является нормой внутригрупповой жизни.

в) В сообществах несовершеннолетних правонарушителей, находящихся в условиях принудительной изоляции, каждая из четырех интрагрупповых страт, в свою очередь, имеет собственную завершенную внутреннюю структуру и представляет собой достаточно развитое в психологическом плане, вполне оформленное образование. В группах подростков — воспитанников детских домов и школ-интернатов наиболее сложившимся и ярко выраженным оказываются две полярные внутригрупповые страты, представленные высокостатусными и низкостатусными воспитанниками; в то же время среднестатусный внутригрупповой слой, несмотря на то, что он является менее жестко оформленным образованием и представляет собой менее структурированную прослойку воспитанников, все же с полным основанием может рассматриваться как самостоятельная интрагрупповая страта, так как подобная его квалификация, с одной стороны, подчеркивает реально имеющее место противостояние первого и третьего статусного уровня, а с другой — отражает наличие качественной схожести и даже единства взглядов среднестатусной категории подростков на жизнедеятельность группы, ее внутригрупповую структуру, правила и нормы, определяющие характер межличностных отношений в сообществе. В подростковых группах профессионально-специализированных интернатов так же, как и в детских домах и школах-интернатах, именно высокостатусные и низкостатусные учащиеся образуют наиболее внутренне структурированные, в психологическом плане оформившиеся интрагрупповые статусные слои. Что касается среднестатусных воспитанников, то рассматривать их в качестве представителей самостоятельной страты возможно лишь с определенными оговорками. Эта категория подростков в условиях профессионально-специализированного интерната неоднородна, внутригрупповой статус таких воспитанников в целом нестабилен, позиция каждого из них во внутригрупповой структуре власти, что называется, окончательно не устоялась. Кроме того, представителями именно этого внутригруппового статусного слоя являются, в частности, и учащиеся-«ботаны», вообще минимально, насколько это возможно в условиях любого, а тем более закрытого, подросткового сообщества, включенные во внутригрупповую статусную борьбу и межличностные конфликты и нацеленные исключительно на успех в учебно-профессиональной деятельности.

3. Как уже отмечалось выше, во всех типах рассматриваемых закрытых подростковых групп их внутренняя стратификационная моноструктура самым существенным образом влияет на соотношение ведущих оснований межличностной значимости, которое, в конечном счете, и предопределяет в целом единый для всех закрытых учреждений набор моделей «значимого другого» сверстника для воспитанников. В то же время различная степень интрагрупповой стратификационной дифференциации в различных закрытых подростковых сообществах и содержательные особенности наиболее личностно значимой для их членов деятельности обусловливают качественную специфику значимости друг для друга воспитанников каждой из категорий учреждений интернатного типа.

а) Несмотря на то, что для воспитанников всех без исключения видов закрытых образовательных учреждений значимость подростка-сверстника в решающей степени определяется его статусной позицией в неформальной интрагрупповой структуре власти, наиболее распространенная модель «значимого другого» вышестоящего сверстника (В+, Р+, А— ) не является единственно возможной. При этом особенно отчетливо эти «отступления от правила» просматриваются в наиболее закрытых подростковых сообществах (группы несовершеннолетних правонарушителей в условиях принудительной изоляции) и в группах воспитанников профессионально-специализированных интернатов, представляющих собой наиболее «открытые» из рассматриваемых подростковых сообществ. Так, в условиях колонии, спецПТУ, спецшколы приближенные к неофициальным лидерам (представители второй интрагрупповой страты), признавая, как и все остальные члены группы, превосходство властной позиции «борзых» и рассматривая их мнение как приоритетный ориентир при выборе тактики своего собственного поведения, как правило, в целом позитивно оценивают личность представителей внутригрупповой элиты (В+, Р+, А+), считая именно их надежным гарантом стабильности такого положения дел в общности, при котором все высокостатусные подростки — и неофициальные лидеры, и приближенные к ним — сохранят свою привилегированную позицию. Что касается профессионально-специализированных интернатов, то в этих условиях, наряду с типичной схемой отношения аутсайдеров к большинству вышестоящих в иерархии власти соучеников (В+, Р+, А— ), складывается и своеобразная модель «значимого другого» — «ботана» (представитель среднестатусного интрагруппового слоя), базирующаяся на достаточно выраженной обособленности последнего от проблем внутригрупповой статусной борьбы, на его высоком референтометрическом статусе, связанном прежде всего с успешностью в учебно-профессиональной деятельности, и на определенной симпатии, которую испытывают к «ботану» не притесняемые им низкостатусные подростки (В=0, Р+, А+).