Принципиально важным в данном определении, которое, конечно же, в целом не может быть принято, является утверждение о том, что торговля – это определенного рода деятельность конкретных субъектов. Нельзя ее также ограничивать сферой посредничества, поскольку охватывает собой и другие аспекты коммерческой деятельности.
Далее следует остановиться на вопросе об отличиях электронной и традиционной торговли. Чаще всего на него отвечают, указывая в качестве специфической черты, на применение электронных средств для взаимодействия субъектов. В Руководстве по принятию Типового закона ЮНСИТРАЛ, к числу средств, охватываемых понятием «электронная торговля», относятся следующие способы передачи данных, основанные на использовании электронных методов:
-передача данных путем электронного обмена данными (Electronic Data Interchang) в узком смысле этого понятия как передача данных стандартизированного формата между компьютерами;
-передача электронных сообщений с использованием либо общедоступных, либо патентованных стандартов;
-передача текста свободного формата с помощью электронных средств, например, Интернета.
Представляется, что перечень способов коммуникации контрагентов в киберпространстве не является закрытой системой; он неизбежно будет расширяться под влиянием достижений научно-технического прогресса. Но уже сегодня он должен быть дополнен передачей информации по другим способам коммуникации (телексу, факсу, телефону(, использующим цифровые технологии.
Применительно в электронной коммерции и электронной торговле насущной потребностью является решение вопроса определения юрисдикции и применимого к возникающим отношениям права и законодательства. Другими словами, обладают ли, возникающие в киберпространстве общественные отношения такой спецификой, которая дает основание говорить о формирование новой отрасли права или же таких оснований нет. По существу данной проблемы в научной литературе высказаны различные взгляды.
Виды электронной коммерции и электронной торговли. В мировой практике электронная торговля развивается по двум направлениям. Первое направление предполагает заказ нематериальных товаров и услуг, их оплату и доставку потребителю в режиме реального времени (электронные средства массовой информации, обучение, различные услуги, например, развлечения (например, фильмы), компьютерные программы), исполнение которых осуществляется через цифровые средства коммуникации. Это направление может быть названо прямой электронной торговлей. Второе направление, которое можно назвать косвенной электронной торговлей, предполагает заключение электронных сделок, а их исполнение в силу физических свойств товаров, осуществляется традиционными способами и по привычным для потребителя каналам (почтовые отправления, доставка товара покупателю и т. д.).
В электронной коммерции применяется несколько бизнес-моделей: (1) компания – компания (В2В); (2) компания - заказчик (В2С); (3) компания – сотрудник (В2Е); (4) компания – партер (В2Р).
В Латвии в настоящее время получили более или менее широкое распространение две из вышеперечисленных моделей электронной коммерции – компания – компания (В2В) и компания - заказчик (В2С).
Одним из условий действительности сделок, согласно статье 1404 Гражданского закона Латвии (далее - ГЗ), является ее форма. Как известно выбор формы сделки – прерогатива ее участников, за исключением случаев прямо предусмотренных законом (ст.1473 ГЗ). Сделки могут совершаться как в устной, так и письменной форме; при этом каждая форма имеет свои разновидности. Разновидностями устной формы являются: собственно устная форма, молчание, конклюдентные действия. В свою очередь разновидностями письменной формы являются: простая письменная, квалифицированная письменная (нотариально удостоверенная), электронная форма.
Оценивая возможность заключения «электронных» сделок сквозь призму действующего законодательства, прежде всего, следует обратить внимание на два момента:
1) недопустимо отождествление письменной формы сделки с ее бумажным оформлением, т. е. нельзя смешивать сделку - юридический факт и сделку - документ. Как отмечается в ст.1492 ГЗ изложенные письменно акты по сделкам составляются в такой форме, в какой этого пожелает каждый; при этом не требуется соблюдение каких-либо особых формальностей, и участники сделки не связаны никакими образцами;
2) исходя из смысла ст.1493 ГЗ, для действительности акта в качестве его существенной принадлежности при односторонних сделках нужна подпись обязанного лица или его представителя, а при совершении остальных, т. е. двусторонних сделок – подписи всех участников сделки или их представителей. Таким образом, не утверждая форму подписи, закон тем самым допускает ее цифровой аналог.
Нельзя не упомянуть о Законе ЛР от 31 октября 2002 года «Об электронных документах», в соответствии с которым электронный документ понимается как созданные в электронном виде, хранимые, отправляемые и получаемые данные, обеспечивающие возможность их использования для выполнения определенного действия, осуществления или защиты прав.
Принятый сто шестым Конгрессом США 24 января 2000 года Закон «Об электронных подписях в международных и внутригосударственных торговых отношениях» понимает электронный документ как контракт или другой документ, созданный, произведенный, отправленный, сообщенный, полученный или хранящийся с помощью электронных средств (ч.4 ст.106).
Электронный документ, выполненный на машинном носителе, приравнивается к письменному документу на бумажном носителе и в этой связи обладает одинаковой с ним юридической силой при соблюдении предусмотренных ч. 1 ст.3 Закона ЛР от 01.01.01 года «Об электронных документах» двух условий:
(1) если электронный документ будет снабжен электронной подписью;
(2) если электронный документ соответствует другим, установленным нормативно-правовыми актами требованиям.
О том, что законодатель руководствуется этой исходной посылкой свидетельствует и сформулированная в ч.1 ст.6 данного закона норма, в которой говорится о том, что на электронные документы распространяются те же правила разработки и оформления, которые установлены для разработки и оформления бумажных документов. В этой связи уместно вспомнить о принципе технологической не дискриминации, закрепленном в ст.5 Типового закона ЮНСИТРАЛ «Об электронной торговле», согласно которому информация не может быть лишена юридической силы, действительности и исковой силы на том основании, что она имеет форму сообщения данных.
Применительно ко второму условию сразу следует оговориться, что далеко не все электронные документы будут соответствовать требованиям ГЗ и других нормативно-правовых актов. Исключения из общего правила предусмотрены ч.6 ст.3 Закона ЛР от 01.01.01 года «Об электронных документах». В ней указываются случаи, когда положения названного закона не применяются:
1) к договорам, согласно которым создаются или передаются права на недвижимую собственность, за исключением права аренды;
2) к договорам, которые не имеют силы, если они не заверены в законном порядке;
3) к договорам поручительства, если поручительство предоставляют, и к обеспечению залога, если таковые предоставляют лица, действующие с целью, не связанной с родом занятий, коммерческой деятельностью или профессией данных лиц;
4) к сделкам в сфере семейного и наследственного права.
Из сказанного вытекает, что ставить знак равенства между договорами, совершенными в письменной и электронной форме, учитывая предусмотренное законом ограничение сферы действия электронных договоров, определенную специфику и порядок их заключения, все же не совсем корректно. Хотя ныне количество электронных сделок в общем объеме сделок незначительно, но на перспективу следует подумать о выделении электронной формы, в особую форму сделок, предусмотрев ее в новом ГЗ.
Следует подчеркнуть одно основополагающее положение: совершение сделки в простой письменной форме либо в электронной форме не изменяет ее сути как выражения воли субъектов. Главное – чтобы этот документ закреплял и выражал волю одного или нескольких лиц, участвующих в этой сделке либо волю лиц, уполномоченных ими на ее совершение.
Таким образом, в целом, оставляя за скобками отмеченные малозначимые сегодня различия, обусловленные нынешним состоянием технического обеспечения, можно заключить, что электронная форма сделки в целом соответствует требованиям, предъявляемым действующим законодательством к простой письменной форме сделок.
При электронной торговле сделка заключается путем обмена, с помощью электронной связи, выполненными в электронном виде документами, позволяющими достоверно установить, что они исходят от соответствующего контрагента по договору.
При совершении электронных сделок используется либо электронная подпись, либо аналог собственноручной подписи.
В соответствии с ст.7 Типового закона об электронной торговле аналог собственноручной подписи должен соответствовать следующим требованиям:
1) достоверно идентифицировать участника электронной сделки;
2) указывать на то, что он одобрил информацию, содержащуюся в сообщении данных;
3) является надежным для соответствующей цели, для которой была осуществлена передача данных, в свете всех обстоятельств, включая любое уместное соглашение.
Естественно, что наиболее надежным способом идентификации участников сделки является электронная подпись.
Термин «электронная подпись» используется для обозначения приложенных к электронному документу или логически связанных с ним электронных данных, обеспечивающих аутентичность электронного документа и подтверждающих идентичность владельца подписи. В соответствии со cт. 2. a) Типового закона ЮНСИТРАЛ об электронных подписях (2001 год) "электронная подпись" означает данные в электронной форме, которые содержатся в сообщении данных, приложены к нему или логически ассоциируются с ним и которые могут быть использованы для идентификации подписавшего в связи с сообщением данных и указания на то, что подписавший согласен с информацией, содержащейся в сообщении данных.
Директивой Европейского парламента и Совета 1999/93/ЕС от 13 декабря 1999 года «О единых условиях использования электронной подписи» в Европейском Сообществе электронная подпись понимается как данные в электронном формате, прилагаемые к другим электронным данным или логически ассоциируемые с ними, которые служат в качестве метода установления аутентичности. Нормы этой директивы, призванной содействовать не только расширению сферы применения электронных подписей, но и их юридическому признанию, подлежали имплементации в национальное законодательство государств-участниц ЕС до июля 2001 года.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 |
Основные порталы (построено редакторами)