Мотив и квалификация преступлений (стр. 15 )

В угом отношении хулиганский мотив убийства не
совпадает ни с одним антиобщественным побуждением
В его основе всегда лежит стремление в неуважительной
форме, проявить себя, выразить показное пренебрежение
к обществу, другим людям, к законам и правилам социалистического общежития. Преступление совершается не
столько по необходимости, сколько по страсти к буйств
и бесчинству, из того показного пренебрежения элементарными правилами общежития, в которое обычно рядится безнаказанность. Вследствие этого хулиганский мотив убийства всегда выступает как мотив ничтожный. Именно ничтожный характер хулиганских побуждений н делает

1 По данным Верховного Суда Татарской АССР.

их особенно низменными и эгоистическими, а совершенное убийство исключительно тяжким1. Видимо, главным
образом этим можно объяснить тот факт, что судебная
практика применяет за убийство из хулиганских побуждений смертную казнь значительно тате, чем за убийства
из других мотивов.)

Ничтожный характер хулиганских побуждений убийства нагляднее всего раскрывается через непосредственный повод, с которым виновный связывает свое поведение. В убийстве из хулиганских побуждений, как и вообще в хулиганских действиях, внешне видимым толчком к совершению преступления служит какое-либо само по себе незначительное, можно сказать, мизерное обстоятельство, которое находится в полном несоответствии совершенным действием и наступившими последствиями. Так, Верховный Суд РСФСР правильно усмотрел хулиганские побуждения в действиях Шелехина, покушавшегося на убийство способом, опасным для жизни
многих людей (ст. ст. 15 и 102 п. п. «б», «д») 2. Преступление было совершено при следующих обстоятельствах.

Вечером около дома осужденного бегали подростки
освещая друг друга, а также прохожих, электрофонариками. Шелехин, будучи нетрезв, обругал детей нецензурными словами, сказав при этом, что если они будут бегать, он возьмет ружье и перестреляет их. Спустя некоторое время, виновный, зарядив ружье, вышел на улицу и с расстояния 5—6 метров произвел выстрел в подростков В. и Т., пробегавших в это время мимо его дома, причинив им множественные повреждения мягких тканей.

В приведенном примере хулиганский характер действий виновного подчеркивается прежде всего незначительным обстоятельством, послужившим непосредственным поводом совершения преступления. Действия виновного целиком основывались на разнузданном эгоизме и

1 Вследствие ничтожности побуждений лицо, виновное в убийстве
из хулиганских побуждений, всегда стремится скрыть действительные
мотивы совершенного преступления. «Нам, например, не встретилось
ни одного случая,— пишет ,— когда бы виновный, признавая совершение убийства, заявил, что он действовал из хулиганских побуждений.» (Квалификация убийства по действующему законодательству. М., 1966, стр. 52).

2 Архив Верховного Суда РСФСР Определение Судебной коллегии от 3 июля

не имели во вне какой-либо серьезной причины, которая
бы иначе объясняла это поведение.

Иногда эти преступления совершаются вообще при
отсутствии какого-либо повода. В последнем случае хулиганский характер мотива преступления подчеркивается настолько отчетливо, что определение его на практике не вызывает обычно какой-либо сложности.

Яушев был признан виновным в том, что, будучи не
трезв, взял ружьё, зарядил его и вышел на улицу. Увидел гр-на В., наставил на него ружьё и заявил: «Иди домой, а то пристрелю!» побежал, осужденный выстрелил в него из ружья, но промахнулся. В. успел забежать в дом М., которая закрыла дверь на крючок. Виновный выстрелил в дверь сеней, причинив М. ранение,
от которого она скончалась. Не возникает сомнения, что
по мотиву преступной деятельности действия виновного
образуют убийство из хулиганских побуждений, как они
и были квалифицированы судом!.

Вследствие отсутствия или незначительности непосредственного повода хулиганское убийство кажется безмотивным, беспричинным, происходящим, так сказать,
непосредственно от самой личности (в судебной практике
тля обозначения этих случаев нередко даже используется
термин «беспричинное убийство»). Однако при ближайшем рассмотрении оказывается, что беспричинность хулиганского убийства является лишь иллюзорной. Будучи
волевым действием, оно не может одновременно не быть
мотивированным и, следовательно, причинно обусловленным.

(Хулиганские проявления всегда обусловливаются извращенным эгоизмом и вульгарным пониманием свободы
своего" поведения, на почве которых и возникают специфические для хулиганского мотива побуждения — стремление проявить жестокость, удаль, показать свое превосходство и силу, противопоставить себя обществу и другим людям, выразить к ним явное неуважение и пренебрежение. Совершенно очевидно, что сами по себе эти качества нельзя объяснять только индивидуальными свойствами. Они — результат различных социально-экономических условий жизни, воспитания и образования. Как ив других случаях, эти условия многочисленны и неодинаковы

1Архив Верховного Суда РСФСР за 1966 г.

по своему значению и содержанию. Вместе с тем в
конкретных обстоятельствах, детерминирующих хулиганские побуждения, есть немало специфического и особенного. Изучение специфических условий, в которых «произрастают» убийства из хулиганских побуждений, должно составлять одну из важнейших задач криминологии и судебной психологии.

Убийству из хулиганских побуждений часто предшествует совершение других хулиганских действий, каждое из
которых разжигает и укрепляет у виновного необузданное
желание показать себя, выразить свое неуважение к обществу, законам и правилам общежития. В этом смысле
можно сказать, что хулиганские действия сами по себе
могут выступать как непосредственная причина совершения убийства. Таким образом, в этом случае существует исключительно тесная связь между мотивом и предшествующим поведением виновного, между мотивом и способом убийства, а также обстановкой и другими обстоятельствами совершения преступления. Поэтому при установлении хулиганского мотива на эти обстоятельства, в особенности на способ и обстановку убийства, необходимо обращать самое тщательное внимание.

Следует признать, что практически определение убийства из хулиганских побуждений вызывает исключительно
большие трудности, особенно в плане сопоставления хулиганских побуждений и других мотивов убийства. В то же время в сопоставлении хулиганского мотива с другими побуждениями убийства и заключено, как нам представляется, условие его правильного определения!

Прежде всего немало затруднений возникает в разграничении хулиганских убийств и убийств из мести.
Можно без преувеличений сказать, что большая часть
противоречий в квалификации умышленных убийств возникает именно при решении данного вопроса. Поэтому
на нем мы остановимся несколько подробнее.

Убийство из мести И убийство из хулиганских побуждений — разные преступления как по своему содержанию, так и по степени их общественной опасности. Различие между ними заключается главным образом в непосредственном источнике, с которым связано возникновение побуждений к убийству. В основе мести всегда лежит

1 Подробнее о понятии хулиганских побуждений см главу V
настоящей работы

обида, содержание которой связано с какими-либо определенными, чаще всего противоправными поступками потерпевшего, существенно затрагивающими интересы виновного, И чем значительнее обида, тем, по общему правилу, сильнее и значительнее месть. Хулиганский же мотив убийства, как уже отмечалось, с точки зрения его причинной обусловленности — мотив ничтожный; он целиком покоится на разнузданном эгоизме и не имеет вовне сколько-нибудь серьезной причины, которая бы объясняла причиненное зло. Другими словами, если в убийстве из мести поведение потерпевшего является таким обстоятельством, с которым связано начало возникновения низменного мотива, то в убийстве из хулиганских побуждений оно укрепляет возникший мотив убийства и служит лишь поводом к совершению преступления. Месть всегда ищет удовлетворения, хулиганский - мотив — повода.

Характер действий потерпевшего, в связи с которыми
совершается преступление, и грает важную роль в отграничении убийства из мести и хулиганских побуждений
Если умысел на лишение жизни возникает на основе самых незначительных действий потерпевшего, не затрагивающих сколько-нибудь существенно интересы виновного,
то такое убийство должно рассматриваться как совершенное из хулиганских побуждений. Например, убийство за отказ удовлетворить какую-либо просьбу виновного или в ответ на замечания потерпевшего прекратить хулиганские действия, или по другому самому незначительному поводу.

Зиннуров, будучи в нетрезвом состоянии, поздно вечером зашел вместе с Д. и Ч. в продовольственный магазин,
чтобы купить водку. Там же были А. и его товарищи,
также в нетрезвом виде, В магазине между А. и Зиннуровым на почве того, что первый неосторожно наступил
на ногу второму, возникла ссора, во время которой они
нанесли друг другу удары. Работнику милиции удалось
их разнять и на этом инцидент был исчерпан. Спустя некоторое время Зиннуров со своей группой встретил возвращавшихся из магазина А. и др., затеял с ним ссору,
а затем трехгранным предметом типа «-шабер» нанес А,
два удара в живот, причинив опасные для жизни телесные повреждения, от которых он скончался. Когда на помощь потерпевшему подбежал А-ов, виновный нанес и

ему nем же предметом пять ударов в области груди и живота, что повлекло за собой тяжкое телесное повреждение.

Органами следствия действия виновного были квалифицированы по п. п. «б», «з» ст. 102 УК РСФСР, по которой он и был предан суду. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда ТАССР в своем приговоре по
этому делу исключила из обвинения п. «б» ст. 102 УК,
исходя из того, что убийство произошло на почве ссоры
между виновным и потерпевшим и что «безмотивности хулиганских побуждений в действиях Зиннурова не было»1.

Такое решение, на наш взгляд, является неточным
Нельзя, конечно, отрицать, что в поведении Зиннурова
определенную роль сыграло недовольство, вызванное не
осторожными действиями потерпевшего. Однако это обстоятельство не являлось определяющим в поведении виновного, ибо даже с точки зрения болезненного эгоизма
оно не может рассматриваться как такое действие, которое вызвало месть и обиду. В данном случае намерение на
нести опасное для жизни ранение было обусловлено не
столько стремлением получить удовлетворение за причиненную обиду, сколько желанием открыто противопоставить себя, показать свое превосходство, т. е. Побуждениями, которые являются характерными для хулиганского мотива. Этот мотив полностью согласуется как с поведением виновного, явившегося инициатором ссоры в обоих случаях, так и с общими свойствами его личности, ранее дважды судимого, в быту характеризующегося отрицательно.