Роберт Слейтер Сорос (стр. 24 )

Понятно, что столь общительному Соросу претила жизнь домоседа. Он хотел путешествовать, повидать мир, думать, общаться с людьми, занятыми важным делом. Короче говоря, он искал — даже чересчур рьяно — приключений. Неудивительно, что бизнесмены и их конторы казались ему такими скучными.

Поддерживать такой лихорадочный темп жизни ему помогало убеждение в своем избранничестве, предназначении свыше. Напомним, что в детстве этот человек мнил себя Богом.

В зрелые годы он, кажется, понял, что такие идеи могут ему сильно повредить. Например, превратить в неисправимого эгоманьяка. В 1987 году он писал: «Единственное настоящее зло, которое могло меня постичь, это мой собственный успех, если бы он побудил меня вернуться к детским мечтам о своем всемогуществе. Но этого не случится, пока я работаю на финансовом рынке, поскольку эти мечты постоянно напоминают мне об ограниченности моих возможностей».

Они напоминают также о другом: что хотя ему приписывают дар царя Мидаса — превращать в золото все, к чему он прикасается, даже почти непогрешимому Соросу не удастся превзойти самого себя — или стереотипы о самом себе. Когда наступил чрезвычайно удачный для его инвестиций 1985 год, журналист Ден Дорфман спросил, не собирается ли он повторить свой успех. «Обычно подобное событие, — ответил Сорос, — неповторимо, но со мной повторяется по воле случая». Иначе говоря, с Джорджем Соросом повторяются даже неповторимые события.

Если он может заставить повторяться неповторимое, что мешает ему точно так же применять спой интеллект? Что мешает внести не менее выдающийся вклад в копилку человеческих зна­ний? Когда-то, еще в начале 50-х, он попал в трудное положение и отказался от академической карьеры, от жизни профессионального философа. Чем больше становилось у него денег, тем крепче становилась его вера в то, что он в состоянии вернуться в науку,

Подобные убеждения позволили ему развивать теории почти обо всем — о гносеологии, об истории, о финансовых рынках, — ив конце концов Сорос сам поверил в научную ценность своих идей. Он заявил, что его «открытие» о роли пристрастий участников событий для формирования человеческих знаний дает ключ к пониманию всех исторических процессов, в которых участвуют мыслящие существа, «точно так же, как идея мутации генов является ключевой для теории биологической эволюции».

Высоко оценивая себя как мыслителя, Джордж с трудом подчинялся тем, кого считал менее одаренными. Ведь его интуиция намного точнее, чем у остальных. Например, о своей способности предвидеть поведение финансовых рынков Сорос однажды заметил: «Я думаю, что действительно лучше понимаю происходящие поистине революционные процессы, чем большинство людей, так как располагаю теорией, интеллектуальной базой. Это мое призвание, поскольку на финансовых рынках я все время сталкиваюсь с подобными процессами».

А вот каково его мнение о других действующих лицах рынка: «Я очень невысокого мнения о мудрости профессиональных инвесторов, и чем более влиятельными они считаются, тем менее способны принимать верные решения».

Джим Маркес столкнулся с этим, когда работал с Соросом в середине 80-х. «Он преисполнен сознания того, что понимает все лучше вас, и к непониманию приводили не его постоянные перескоки с мыслей по-венгерски на английский, а то, что он пытался думать вместе с вами. Он понимал, что не сможет достаточно быстро убедить в своей правоте. Казалось, если он что-то понял, то это как будто открыто ему свыше. Вот потому он был так уверен в точности своих прогнозов, потому удивлялся больше всех, когда его прогнозы не сбывались. А если сбывались, что ж, по его мнению, иначе и быть не могло».

ГЛАВА 14

Недорогая цена за свободу

В начале карьеры в бизнесе благотворительность менее всего занимала Джорджа Сороса. Он питал отвращение к самой идее благотворительности. В 1993 году он заявил одно­му журналисту, что благотворительность ему <<не по нутру, так как вся наша цивилизация построена на преследовании своих собственных интересов, а не заботе об интересах других». И никто из его близких не припомнит, чтобы Сорос заикнулся о том, как важно накормить и приютить обездоленных. Он хотел потратить большие суммы. Но не на отдельных лиц. Он хотел добиться большего. Однако для этого нужно подыскать целые группы людей, или даже целые общества. Он мыслил масштабно.

Еще саднили воспоминания о том, с каким отношением он сам столкнулся в Лондоне, со стороны еврейского совета попечителей; и это во многом сформировало его взгляды на оказание любой помощи. «Поймите же, что я действительно противник благотворительных фондов, — говорил он репортеру. — В них заложена коррупция в виде влияния учредителя. Единственным оправданием таких фондов я считаю то, что мы хотим добиться чего-то большего, чем существование самого фонда». Он полагает, что любая организация, включая его собственную, подвержена опасности «эрозии и коррупции», ибо ее сотрудники стремятся к достатку, власти и комфорту.

Он постоянно вспоминает о некогда организованном им «фонде», небольшой группе под названием «Сентрал парк комьюнити фанд», поставившем своей целью обновить Центральный парк в Нью-Йорке. Оказалось, что другая организация, «Охрана Центрального парка», преследовала ту же цель, но преуспела намного больше. Когда его «фонд» обрушился на соперников с нападками, Сорос был потрясен до глубины души. Он не только перестал участвовать в операциях с акциями, но и «убил» (по его выражению) «Комьюнити фанд». Он утверждал, что от разрушения этого фонда испытал большую гордость, чем от его создания.

И все же Сорос знал, что у него нет другого выбора, если он хочет творить добро. Придется создавать благотворительные фонды. Нужно только убедиться, что они будут действовать должным образом.

Следующий вопрос: как ему распределять деньги? Поскольку сам Сорос еврей, не было бы естественным шагом помочь своим соплеменникам?

Сорос никогда не скрывал и не отрицал своего иудейского происхождения; он просто обходил этот вопрос. Он сознательно избегал любых пожертвований Израилю до 1986 года, когда он подружился с Даниэлем Дороном, израильским политическим обозревателем, и пожертвовал небольшую сумму иерусалимскому мозговому центру Дорона. Несколько позже Гур Офер, профессор экономики из иерусалимского Еврейского университета, обратился к инвестору с предложением учредить фонд для полумиллиона советских евреев, нахлынувших в Израиль в предыдущие два года. Но Сорос остался глух к этой идее и даже не пожелал обсуждать ее.

Почему Сорос упорно не желал помогать Израилю? Офер вспоминает: «Тут сложная ситуация: он считал Израиль слишком социалистическим государством и полагал, что пока Израиль не изменится сам, нет смысла ему помогать. Его мышление содержит некую несионистскую или антисионистскую компоненту. Он полагает, что евреи должны действовать в тех обществах, где живут сейчас».

Сорос подыскивал место, куда мог бы въехать на белом коне, и, естественно, считал водоразделом в своей жизни бегство из «закрытого общества», воцарившегося в его родной Венгрии. Покинув Венгрию, он познал вкус свободы, сначала в Англии, а потом в США. Почему бы не предоставить другим жителям Восточной Европы и Советского Союза такую же возможность?

Сорос решил направить свою финансовую мощь на поддержку. открытых обществ, где люди могут действовать самостоятельно, выражать свои мнения и преследовать собственные свои интересы.

Субсидируя усилия по подрыву коммунизма, Джордж Сорос фактически финансировал переворот в Восточной Европе и СССР. Эта революция происходила не на баррикадах, не на улицах, но в умах граждан. Она будет мирной, - медленной, постепенной, но неостановимой. И может привести к рождению демократии в этих странах.

Задуманное Соросом не так-то просто было осуществить. Препятствия могли отпугнуть кого угодно. Коммунистические режимы вряд ли бросятся в его объятия. И он понимал, что не сможет пробить себе дорогу в каждой стране. Где-то усилия дадут плоды, а где-то нет. Он знал и то, что его возможности ограничены. Поэтому важно выбрать такие точки, где он и его благотворительность принесли бы максимальную пользу. Подобно Ротшильдам, он использует свое богатство для перекройки политической карты Европы.

Поначалу, когда коммунизм все еще царил в этих странах, влиять на них было легче, чем после ухода коммунизма с арены. Сорос отметил: «Если показать альтернативы догме, она рассыплется, потому что станет ясна ложность всякой догмы, которую можно с чем-то сравнивать».

Но Сорос знал и то, что не преуспеет в Восточной Европе и бывшем СССР, просто расходуя деньги. Кроме того, нужно воспитать Восток в духе уважения к западным идеям. Ведь именно на Западе, и конце концов, расцвела идея открытого общества.

Сорос озадачил тех, кто не привык к столь щедрой раздаче денег. Говорит Джеффри Сакс, профессор международной экономики Гарвардского университета и экономический советник правительств Польши, России и Эстонии: «Джорджа Сороса рассматривали с самых разных точек зрения, и не все они лицеприятны. В среде политических руководителей его воспринимают гораздо лучше, чем в антисемитских, крайне националистических и других ксенофобских группировках. Там его воспринимают крайне негативно».

Да. Сорос с трудом захватывал плацдармы в восточноевропейских странах. Румынам он не нравится. потому что он венгр. Венграм он не нравится, потому что еврей. А в Словакии венгерский еврей вызывает двойную неприязнь.

На Западе он тоже подвергался нападкам. Приходилось как-то отвечать на обвинения, будто он новоявленный Робин Гуд, отнимающий деньги у богатого Запада и отдающий их бедному Востоку. Когда он вложил все свои денежки в сентябре 1992 года в сделку с английским фунтом стерлингов — и выиграл, — раздались злобные замечания, будто Сорос «украл» примерно 12,5 фунта у каждого жителя Великобритании. Сорос воспринял эти нападки с иронией: «Да, я думаю, что Запад и раньше, и теперь должен делать для Востока больше, и я счастлив сделать это от его имени».

Однако не всех англичан беспокоили благотворительные акции Сороса. На вопрос, что он думает об обвинениях Сороса в «краже» 12,5 фунта у каждого англичанина и передаче их на нужды Восточной Европы, Нил Маккиннон, главный экономист «Ситибэнк» в Лондоне, ответил: «Это недорогая цена за свободу».