Моя родина – липецкий край (стр. 12 )

Есть в житейском обиходе выражение - если не помнишь прошлое, то не сможешь построить и будущее, а потому объектом исследования в данной работе является история развития сельского хозяйства Елецкого уезда в период XIX - начала XX вв.

Задачи исследования:

-  собрать воедино тот материал, который уже существует по данной теме;

-  проанализировать и выявить все лучшее, что было в реформах, помогало крестьянину повышать достаток и благополучие семьи;

-  проследить, как в то время решались аграрные проблемы на государственном и местном уровне.

Взгляд в историю земледелия края

Первыми, кто осваивал тучные елецкие земли, были дети боярские, казаки, стрельцы и пушкари. Именно им за несение военной службы в Ельце отводилась земля. К примеру, боярские дети наделялись землей по 100, 150 и более четвертей. По отводной книге 1593-1594 гг. землю давали недалеко от города - по рекам Елец, Пажень, Воргол и Пальна.

В последней четверти XVII века изменился социальный состав населения уезда. С 1681 по 1694 гг. московские служилые люди получили в елецкой стороне 16 новых владений. В докладной записке Разрядного приказа за 1681 год сообщалось, что крупные феодалы в «диких полях построили много сел и деревень и построили большие пашенные заводы, …там хлеба и съестных всяких запасов перед прежними годами учинилось множество» [1, с.8].

В первой половине XVIII века правительство рассматривало вольных людей уже не как защитников южных рубежей, а как «тягловое» население, налогоплательщиков. По этой причине многие свободные люди в то время закрепощаются, мелкие землевладельцы, в том числе и боярские дети, разоряются, превращаясь или в однодворцев или в крепостных. Как следствие, значительно расширяется дворянское землевладение (за счет значительного количества земли и крепостных душ, которые перешли в их руки из дворцового ведомства).

Из описания Ельца 1728 года известно: в Елецкой провинции сеяли рожь, пшеницу, овес, гречиху и ячмень, а в 60-х годах впервые появилась «диковинная» культура - картофель. Систему хозяйствования использовали трехпольную, из культур, в основном, сеяли пшеницу озимую. Яровая родилась плохо, поэтому и уделяли ей мало внимания.

В 1848, 1853-1855 годах были низкими урожаи озимого хлеба, а в 1848 году и ярового родилось меньше, чем посеяли. По ведомости «Об урожае хлеба в помещичьих имениях» (1857 г.) озимого хлеба собрано до 400000, у государственных крестьян - чуть более 300000 четвертей [2, с.18].

Это значительно меньше, чем у соседей. В Ельце вскоре появился первый в стране элеватор. Судя по этим данным можно сказать: Елецкая земля становится житницей России.

«Крепкие» хозяева уезда стали понемногу заниматься и другими культурами, к примеру, овсом и гречихой. Овес служил большей частью для местного употребления, гречихой купцы торговали в Москве. Из других культур, но в меньшем количестве, сеяли ячмень, горох, мак, в большей мере стали выращивать картофель.

В селе Большие Извалы Суворовской волости Елецкого уезда (из тех мест родом мои дедушка и бабушка) в озимое поле крестьяне сеяли только рожь, так как пшеница не давала хорошего урожая. В яровом поле большую часть посевов занимали овес и просо, остальную – картофель. Из-за недостаточного количества пастбищ яровое поле с осени не пахали. Убирали урожай вплоть до 1870 года серпом, потом из-за экономии соломы и времени – косой. Молотили зерно цепами. Землю в малом количестве удобряли навозом, его не хватало, так как он почти весь уходил на топливо [3, с. 4].

В 1861 году в России произошло важное государственное событие - отмена крепостного права.

Получив личную свободу, крестьяне наделялись землей. Правительство по–прежнему видело в них источник для пополнения налогов. Бывшие крепостные были устроены в особые сельские общества, общины или мир (как их тогда называли), которые управлялись волостным старостой и сельским сходом. Всего в уезде на тот период насчитывалось 19 волостей. Мое родное село Воронец тогда входило в территорию Воронецкой волости.

Руководство общиной подбиралось из наиболее уважаемых крестьян, они регулярно собирались на совет, во главе со старостой решали общие дела. Вся крестьянская земля принадлежала общине, в ее власти было право периодически перераспределять пахоту и пастбища между семьями с учетом числа женатых мужчин; женщины и дети, холостяки в расчет не брались.

Приведу цифры статистического обзора сословий Елецкого уезда за 1873 год: дворян проживало 284 человека, государственных крестьян почти 45 тысяч, помещичьих крестьян 35400 человек, удельных - 49. Всех сословий вместе с городским населением - более 82 тысяч. чел.

Земли в уезде насчитывалось 354 815 десятин. Из них: в личной собственности государственных крестьян - 148 875, у помещиков и их крестьян было 193 775 десятин [18, с.113].

Надо сказать, если в начале Х1Х века средняя сельская семья состояла из 25-30 человек, то к концу столетия – лишь из 7-8 человек. Столь заметное сокращение объяснялось тем, что молодые крестьяне получили право при достижении совершеннолетия претендовать на собственный надел земли и на участие в делах общины. Общее количество наделов увеличивалось, а площади их сокращались. Земельные наделы уменьшились в среднем до 2-3 десятин (примерно 2-3 гектара) в расчете на душу, то есть в большинстве своем перестали обеспечивать потребности сельских семей. Крестьяне искали временные заработки, обращались к различным промыслам и почти повсеместно прибегали к аренде земли.

В «Очерках из истории Елецкого уезда» Ридингера читаем:

«…вообще в Елецком уезде в основном использовалась трехпольная система, четырехпольная, считалось, не предоставляла большой выгоды, хотя травосеяние и проводилось взамен степи, недостаток которой уже был ощутителен: при сильной распашке земли и при тогдашней дороговизне сена (пуд сена в Ельце не выходил из цены от 15 до 20 копеек серебра - цена весьма высокая для мест, еще недавно степных)» [9, с. 13].

В последней четверти Х1Х века в уезде стали развиваться и другие отрасли сельского хозяйства - пчеловодство, садоводство, огородничество... Крестьяне выращивали бахчу, конопляники, пеньку, что подтверждает постепенный переход от степного ведения хозяйства к земледельческому. Пенькой занимались в северной части уезда, в южной - огородничеством. Доход, получаемый крестьянами, составлял всего от 6% до 7% всей прибыли. При этом в среднем по 1% уходило на ремонт земледельческих орудий, содержание скота, столько же - на устройство и поддержку хозяйственных заведений.

По окладным спискам Уездной Земской Управы за 1886 г. можно проследить: площадь частновладельческих земель равнялась чуть больше 160 тысяч десятин, что составляло 38 % общей площади уезда. При этом на владения крестьян (682 чел.) приходилось 18349 десятин. Приведу еще одну характерную цифру: из 100 землевладельцев уезда 51 % составляли крестьяне, но при этом следует учесть, что на каждую тысячу десятин дворянству принадлежало 694, крестьянам - лишь 114 десятин [14, с.116]. К примеру, в Воронецкой волости проживало 29 дворян, из 10060 десятин всей частновладельческой земли в их владении было 7623 десятины.

Важную роль в ведении хозяйства играло наличие на подворье тягловой силы. Какой крестьянин не мечтал иметь сильную и рысистую лошадь. Без нее он всегда считался бедным. По рассказам моей бабушки Ефросиньи Васильевны, хозяин всегда жалел скотину, кормил, не скупясь на затраты.

По данным подворной переписи за 1886 год: из 9309 крестьянских семей Елецкого уезда больше четверти не имело в хозяйстве лошадей, 13% хозяйств имели более 3-х рабочих лошадей, основную массу составляли те, у кого было по 1-2 лошади. Бедные крестьяне почти весь свой надел сдавали в аренду. Многие из них нанимались на работу к богачам за деньги и угодья. Те, кто был зажиточнее, сам брал землю в аренду. (И сейчас на селе крестьяне не могут обработать свои земельные участки, а поэтому сдают их фермерам или крупным сельскохозяйственным объединениям, которые имеют в достаточном количестве сельхозмашины). В целом же, в конце XIX века большинство крестьян Елецкого уезда не располагали достаточными средствами, чтобы взять землю на длительный срок, арендовали ее на один посев с расчетом продлевать аренду. А это говорит о том, что земля не удобрялась, нещадно эксплуатировалась, и при этом утрачивала свою ценность.

Шаткое финансовое положение не позволяло крестьянам обустраиваться на арендуемой земле - строить усадьбу, разводить хозяйство, хотя это было выгодно, так как в те годы каждая верста (примерно километр) сокращала доход на 25%. По этим данным выходит, что расстояние в 5-6 верст и вовсе съедало весь доход [9, с.21].

Положение изменилось, после того, как крестьянские поземельные банки стали скупать помещичьи земли и разбивать их на участки (примерно до 20 десятин), ставить в центре надела крестьянскую усадьбу и продавать обустроенную землю.

В Елецком уезде такие участки составляли в среднем 10-12 десятин. Продажная цена на землю колебалась от 132 до 71 рублей за десятину, в зависимости от плодородия, тогда как корову приобретали по цене в среднем по 200 рублей [18, с.142].

Острота положения в деревне, ухудшение экономического благосостояния тружеников села заставили государство в начале ХХ века обратиться к обсуждению вопроса о продолжении аграрных преобразований.

Столыпинская реформа и ее влияние

на развитие крестьянских хозяйств

В 1906 году согласно правительственным указам «О закреплении земли в личную собственность» и «О выходе из общин» каждый хозяин получил право на личную собственность, приходившуюся на его долю в общине. Во главе аграрной реформы стоял Петр Аркадьевич Столыпин (1862-1911 гг.).

Главной задачей экономического развития страны он считал создание в деревне мощного слоя зажиточного крестьянства. Основой для его решения было выбрано разрушение крестьянской общины, укрепление сельской буржуазии. В соответствии с этим выход из общины был максимально облегчен для всех желающих. Выходя из общины, крестьянин мог свести все свои участки в единый надел. Этот процесс получил особое место в жизни российского общества: к 1916 году из общин выделилось более 2,5 миллионов крестьян, то есть 22 % всех крестьянских хозяйств.