Моя родина – липецкий край (стр. 27 )

-  Ты - маленький Каин! - прошептал он Алпатову, уходя вон из класса.

-  Козел! Козел! - крикнул ему в спину Алпатов.

Больше учитель географии в романе не появится. Трудно сказать, кого здесь больше жаль, оскорбленного учителя или исключенного ученика, кто палач, а кто жертва в их столкновении.

В дневнике: «Я встретился с ним в первом (не в первом, а в третьем, причем, когда учился в третьем классе второй год – А. Б. См. таблицу № 1) классе Елецкой гимназии как с учителем географии. Этот рыжий человек с красным лицом, с гнилыми черными зубами сидит на кафедре и, ровно дрожа ногой, колышет подмостки и саму кафедру. Он явно больной видом своим, несправедливый, возбуждает в учениках младших классов отвращение, но от старших классов… доходят слухи о необыкновенной учености и даровитости Розанова, и эти слухи умиряют наше детское отвращение к физическому Розанову» [15, с. 196].

А что же все-таки произошло в действительности тогда в провинциальной гимназии между этими двумя людьми на самом деле?

В 1889 году пятнадцатилетний гимназист оскорбил своего учителя географии, и Василий Васильевич поступил, как и положено преподавателю - написал докладную директору гимназии о недостойном поведении ученика 4 класса Михаила Пришвина.

Обратимся вновь к фонду Елецкой мужской гимназии. Документу этому более ста лет, но, читая его, мы переносимся в конец XIX века, в гимназический класс, и переживаем это неприятное для обоих событие вместе с учителем и учеником.

Розанова

Докладная Розанова написана на плотном, пожелтевшем листе бумаги. Почерк мелкий, бисерный, буквы то с просяное зернышко, то еще мельче. Но все слова выписаны твердо и четко. Есть зачерки­вания, но не от поиска нужных оборотов: чувствуется - докладная писалась в возбужденном состоянии...

«Честь имею доложить Вашему Превосходительству о следующем факте, случившемся на 5 уроке 18-го марта в IV классе вверенной Вам гимназии: ученик сего класса Пришвин Михаил, ответив урок по географии и получив за него неудовлетворительный балл, занял свое место за ученическим столом и обратился ко мне с угрожающими словами, смысл которых был тот, что если из-за географии он не перейдет в следующий класс, то продолжать учение он не станет и, выйдя из гимназии, расквитается со мною, «меня не будет, и Вас не будет», - говорил он, между прочим.

Затем сел, и так как тишина класса не нарушилась, то я продолжал урок, до конца которого оставалось несколько минут. Через небольшой промежуток времени он встал и попросил извинения, ссылаясь на то, что вышеупомянутые слова сказаны были им в раздражении, при котором он вообще не может себя сдерживать. Я предложил ему сесть, заметив, что о поступке его будет доложено Вашему Превосходительству. Он исполнил мое желание, еще раз сказав, что просит извинения перед всем классом, исполнив, что от него требовалось, и по тону слов его было видно, что он считает это извинение почти заглаживающим вину.

В субботу я остаюсь после 5-го урока дежурным с арестованными учениками...., ...я спросил его, что побудило его к поступку такой важности, и, указав ему на принесенные извинения, спросил его, какие вообще представления он имеет о себе и других людях, с которыми ему приходится вступать в отношения. Он высказал, что вообще не считает кого бы то ни было выше себя; что же касается до самого поступка, то он сделан был для того, чтобы выдаться из учеников, показав им, что он способен совершить то, на что никто из них не решился бы. Считая самый поступок выходящим из ряда обычных явлений гимназической жизни, а объяснения, его сопровождавшие, в высшей степени значительными с нравственно-воспитательной точки зрения, я почел cвоим долгом обо всем этом доложить Вашему Превосходительству как высшему руководителю гимназической жизни и хранителю дисциплины в ней. Розанов 20 марта 1889 года». [7]

Самая потрясающая, с самыми фантастическими и самыми верными подробностями, версия этого происшествия была изложена в письме к :

«У этого ученика более 1 500 000 капитала и он любимец матери, коя ненавидит старшего брата (ученик VII класса, тихий малый) и хлопочет у адвокатов, не может ли она все имущество передать по смерти двум сыновьям, обойдя старшего (говорят, она - удивительная по уму помещица, но к старшему сыну питает органическое отвращение); я все это знал и видел, где корень того, что в IV классе он уже никого не считает выше себя. Сегодня на 2-м уроке написал директору докладную записку о случившемся, в большую перемену собрался совет, и все учителя единогласно постановили уволить. Завтра ему объявят об этом, а я сегодня после уроков купил трость, ввиду вероятной необходимости защищаться от юного барича» [19].

Пришвина из Елецкой гимназии

Порядки в Елецкой гимназии были достаточно строгие, и Михаил Пришвин решением педагогического совета был исключен «с волчьим билетом» - без права поступления в другое учебное заведение на территории Московского учебного округа, куда входила данная гимназия. (Донесение директора гимназии попечителю учебного округа также хранится в архиве) [9].

Пришвину на руки выдали Свидетельство, а копия этого документа хранится теперь в Липецком архиве. [8] Сведения, полученные из Свидетельства представим в следующей таблице (для наглядности в выяснении некоторых фактов из жизни писателя):

Таблица № 2

№ п/п	События биографии	Сведения
1.	Дата рождения	23 января 1873 года
2.	Место рождения	с. Борисоглебское Елецкого уезда Орловской губернии
3.	Происхождение	сын Потомственного Почетного Гражданина
4.	Вероисповедание	православное
5.	Поступил в 1-й класс	по экзамену в июне 1883 года
6.	Оставался два года	в 1 классе в 1883-1884 уч. г. по малоуспеваемости в математике и латинском языке
7.	Оставался два года	в 3 классе, в 1886-1887 уч. г. по малоуспеваемости в латинском, греческом и французском языках
8.	Обучался в гимназии	по 20 марта 1889 года
9.	Уволен из гимназии	4 апреля1889 г.

Помимо этих сведений в Свидетельстве имеются данные об успеваемости будущего писателя за последний год его пребывания в Елецкой гимназии.

Пришвин при поведении хорошем (4) оказал следующие успехи за 3 четверти 1888/89 учебного года:

Таблица № 3

Успеваемость Михаила Пришвина за три четверти 1888/1889 уч. года

Предметы	1-я четв.	2-я четв.	3-я четв.	4-я четв.
Закон Божий	3	3	3	-
Русский язык	3	2	2	-
Логика	-	-	-	-
Латинский язык	2	3	3	-
Греческий язык	2	3	3	-
Математика	3	3	2	-
Физика	-	-	-	-
История	3	3	2	-
География	2	2	2	-
Французский язык	2	2	2	-
Немецкий язык	-	-	-	-
Чистописание	-	-	-	-

Михаилу Пришвину 4 апреля 1889 года.

Наш комментарий: Попытки некоторых биографов писателя приписать злой воле исключение Михаила Пришвина из Елецкой гимназии, на наш взгляд, необоснованны. За шесть лет он дошел только до четвертого класса. И в нем должен был стать второгодником...

«Это вам, голубчик Пришвин, на пользу пошло»

Пришвин не раз обращался в своем Дневнике к конфликту с учителем, к образу учителя, и детская обида с течением времени трансформировалась совсем в другие переживания: «Священный бунт Курымушки теперь представляется не священным, и кажется, что учителя были гораздо лучше, чем описаны» - написал он в 1937 году.

«Я сохранил навсегда благодарность к Розанову за его смелую по тому времени необыкновенную защиту (Розанова не было тогда в Ельце! – А. Б.) Но тот же самый Розанов изгнал меня за мальчишескую дерзость из 4 класса, остав­ляет в душе моей след, который изгладился только после того, как, много лет спустя, я нашел себе удовлетворение в путешествиях и занялся литературой» - напишет Пришвин в Дневнике [15, с. 309].

А вот что отметила : «...В гимназии было трудно и вышло так, что во всем дальнейшем оказался виноват Розанов, этот непонятный учитель географии. Было в нем что-то беспокойное, темное даже в его физическом облике - младшие ученики его не любили. Миша, ни с того ни с сего, стал дерзить учителю, а тот его, в свою очередь, невзлюбил... А тогда Михаил без всякого видимого повода надерзил Розанову, а тот не простил и настоял на исключении Пришвина без права поступления в другое учебное заведение...» [19].

Уже зрелым писателем так оценит два важнейших происшествия своих гимназических лет: «Большое значение в моей жизни имели два события в детстве и отрочестве: первое - это побег из Елецкой гимназии в какую-то прекрасную свободную страну Азию, второе - исключение меня из Елецкой гимназии. Первое событие впоследствии определило меня как путешественника, охотника, художника слова и сказителя, второе - как искателя добрых человеческих отношений или как гражданина. В этом столкновении свободы и необходимости началась моя сознательная жизнь».