Обоснованность итоговых уголовно-процессуальных решений суда первой инстанции (стр. 20 )

Рассматривая обоснованность решений, выносимых в особом порядке нельзя обойти вниманием главу 40.1 УПК РФ, касающуюся досудебного соглашения о сотрудничестве[327]. Данное производство является разновидностью особого порядка судебного разбирательства. Строгое соблюдение всех требований главы 40.1 УПК РФ является обязательным условием вынесения законного, обоснованного и справедливого приговора[328].

Как разъяснил Верховный Суд РФ, по смыслу положений статьи 317.7 УПК РФ и статьи 316 УПК РФ одним из условий постановления в отношении подсудимого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, обвинительного приговора является его согласие с предъявленным обвинением. В случае, если подсудимый не согласен с предъявленным обвинением, суд принимает решение о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначает судебное разбирательство в общем порядке[329]. При этом в судебном разбирательстве по уголовному делу в отношении подсудимого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, суд не проводит в общем порядке исследование и оценку доказательств, собранных по уголовному делу (часть 5 статьи 316 УПК РФ)[330]. Обоснованность приговора, выносимого при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве совпадает с обоснованностью приговора, выносимого в особом порядке.

При заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, возможна ситуация, когда в ходе предварительного расследования возникает необходимость предъявления нового обвинения — нужно ли тогда заключать новое досудебное соглашение о сотрудничестве?[331] Высказывается мнение, что необходимо запретить изменение обвинения в худшую сторону по сравнению с тем, которое послужило основанием для заключения досудебного соглашения о сотрудничестве[332]. Нельзя согласиться с таким подходом, поскольку приговор, вынесенный на основании такого досудебного заключения о сотрудничестве заранее будет незаконным, поскольку будет иметь место неправильная квалификация деяния.

Следует учитывать, что Глава 40.1 УПК РФ не содержит норм, запрещающих принимать по делу, рассматриваемому в особом порядке в связи с досудебным соглашением о сотрудничестве, иные, кроме обвинительного приговора, судебные решения. В частности, содеянное подсудимым может быть переквалифицировано, а уголовное дело прекращено судом (в связи с изменением уголовного закона, истечением сроков давности, актом об амнистии и т. д.), если для этого не требуется исследования собранных по делу доказательств и фактические обстоятельства при этом не изменяются[333].

Оценивая изложенное, отметим следующее. В УПК РФ установлено общее требование обоснованности приговора, независимо от порядка его вынесения. С точки зрения законодателя обоснованный обвинительный приговор, вынесенный в особом порядке должен соответствовать фактическим обстоятельствам дела, имевшим место в действительности, т. е. истине[334]. Но установлению истины в данном случае препятствует проведение судебного следствия в полном объеме. Обоснованность обвинительного приговора в данном случае – это соответствие выводов суда материалам предварительного расследования, поскольку суд не проводит непосредственно исследование доказательств в полном объеме. Это означает, что обвинительный приговор может не соответствовать фактическим обстоятельствам дела, имевшим место в действительности, т. е. не соответствовать истине.

§3.3. Обоснованность иных итоговых уголовно-процессуальных решений суда первой инстанции

Суд первой инстанции может вынести и иные итоговые уголовно-процессуальные решения помимо приговора. К таким решениям относятся: решение о прекращении уголовного дела или преследования, решение о применении или отказе в применении принудительных мер медицинского характера, решение о применении или отказе в применении принудительных мер воспитательного воздействия.

Как было показано выше, обоснованность различных решений имеет неодинаковое содержание – содержание обоснованности судебного решения зависит от конкретного вида судебного решения.

Рассмотрим обоснованность решения о прекращении уголовного дела или уголовного преследования[335].

Уголовное дело или уголовное преследование может быть прекращено в суде как на стадии предварительного слушания (ст.239 УПК РФ), так и непосредственно в судебном заседании (ст.254 УПК РФ). Во многом основания прекращения уголовного дела или уголовного преследования на стадии предварительного слушания и непосредственно в судебном заседании совпадают. Прекращение уголовного дела в уголовно-процессуальной теории рассматривается с различных сторон: как процессуальный акт, действие, она из форм окончания предварительного расследования, как юридический факт, как процессуальная гарантия против необоснованного привлечения к уголовной ответственности и как самостоятельный правовой институт[336]. Мы будем рассматривать прекращение уголовного дела как итоговое уголовно-процессуальное решение суда первой инстанции.

Для того, чтобы решение суда о прекращении уголовного дела или преследования было обоснованным, суд должен всесторонне, полно и объективно исследовать доказательства по уголовному делу. Заметим, что на стадии предварительного слушания суд не может исследовать все обстоятельства и доказательства по уголовному делу, поскольку это происходит непосредственно в судебном заседании, когда наиболее полную реализацию получают такие принципы уголовного процесса, как состязательность и гласность.

Обоснованность решения о прекращении уголовного дела или преследования зависит в первую очередь от правильного выбора основания прекращения уголовного дела или преследования.

Основания прекращения уголовного дела или уголовного преследования в науке уголовного процесса классифицируют по различным основаниям[337]. Для рассмотрения вопроса об обоснованности решения суда о прекращении уголовного дела или преследования вызывает интерес классификация оснований прекращения на реабилитирующие и нереабилитирующие[338].

Рассмотрим обоснованность решения о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям.

В уголовно-процессуальной литературе было высказано мнение, согласно которому нереабилитирющее основание для прекращения уголовного дела – это такие признаваемые обеими сторонами факты, которые позволяют компетентному государственному органу сделать вывод о виновности обвиняемого в совершении преступления, а установление «нереабилитирующего основания» для прекращения уголовного дела или преследования равнозначно установлению основания для уголовной ответственности[339].

В уголовно-процессуальной литературе ведется так же дискуссия о конституционности прекращения уголовного дела или преследования по нереабилитиующим основаниям – соответствует ли это принципу презумпции невиновности обвиняемого. Мнения ученых по данному вопросу разделились. Одни считают, что прекращение уголовного дела или преследования по нереабилитирующему основанию не противоречит принципу презумпции невиновности[340]. Согласно другому мнению, прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям противоречит ст.49 Конституции РФ, так как позволяет признавать лицо виновным в совершении преступления без приговора суда[341].

В связи с этим, следует подробнее остановиться на работе , в которой подробно рассмотрен институт прекращения уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям[342].

Так, по его мнению, нет никаких формальных препятствий для уголовного преследования гипотетически виновного лица, но исходя из ряда причин более предпочтительной выглядит «нетрадиционная форма» реакции на преступление, хотя, что очень важно, сама реакция государства на него все-таки присутствует. Уголовная ответственность будучи de facto и de jure правомерной, нецелесообразна[343]. По своей природе освобождение от уголовной ответственности есть альтернатива не наказанию, а уголовному преследованию[344]. Лицо в данном случае освобождается не от уголовной ответственности в материально-правовом смысле, а от уголовного преследования в смысле процессуальном, т. к. уголовное преследование, составляющее стержень уголовного процесса, вовсе необязательно должно завершиться постановлением обвинительного приговора. Вопросы материального уголовного права, не будучи разрешенными судом по конкретному уголовному делу, остаются открытыми, т. к. государство в лице своих компетентных органов сознательно и правомерно отказывается при определенных условиях от принадлежащего ему права совершать дальнейшие процессуальные действия. В числе таких вопросов открытым остается и вопрос о виновности[345]. Такое лицо вполне корректно именовать не «лицом совершившим преступление», а лицом подлежащим уголовному преследованию. Разница очевидна, т. к. лицо, подлежащее уголовному преследованию, совсем не обязательно становится лицом, совершившим преступление и подлежащим уголовной ответственности[346]. Но суд вправе освободить лицо от уголовного преследования в любой момент уголовного процесса, когда дело находится в его производстве. при этом особо обращает внимание на то, что суд может – во-первых, освободить, но не отказаться, ибо освободить можно и от тех действий, совершение которых входит в обязанность других лиц, тогда как отказаться можно только от собственных полномочий. Во-вторых, освободить именно от уголовного преследования, но не от уголовной ответственности (имея ввиду ее материально-правовой аспект, т. е. осуждение и наказание), т. к. уголовная ответственность и уголовное преследование соотносятся как цель и средство[347]. Таким образом, если есть основания подвергнуть какое-либо лицо уголовному преследованию с целью постановки перед судом вопроса о его виновности в совершении преступления, то ничто (включая презумпцию невиновности) не мешает нам при наличии определенных условий такое лицо от уголовного преследования освободить. При этом никто не вправе объявлять его «лицом, совершившим преступление» или «виновным», но и не обязан официально констатировать его «невиновность» (т. е. реабилитировать в порядке гл.18 УПК РФ). Достаточно того, что лицо презюмируется невиновным. Не следует путать два разных процессуальных явления: объявлять невиновным и презюмировать невиновным. Поскольку компетентный орган осознанно отказывается от постановки и разрешения вопроса о виновности, то при прекращении уголовного дела данное лицо остается не более чем «лицом, подлежащим (подлежавшим) уголовному преследованию»[348]. Данный подход, на наш взгляд абсолютно верно отражает природу прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям.