Государства в системе международно - правового регулирования (стр. 21 )

Определяя понятие государства в международном праве, необходимо брать его признаки в совокупности и не смешивать понятие государства, как геополитиче­ской единицы, с понятием государства — субъекта меж­дународного права. Так, одним из признаков государ­ства — субъекта международного права является договорная правоспособность. Но в практике междуна­родного права договоры заключали не только субъекты этого права, например, британские доминионы и Индия приняли участие в заключении мирных договоров 1919 г. пришел к выводу, что понятие субъекта международного договора шире понятия субъекта меж­дународного права, и «круг субъектов международного договора не ограничивается субъектами международного права» 26.

Необходимо отметить, что в современном междуна­родном праве не имеется четкого определения, кто мо­жет быть субъектом международного договора. Одни ученые полагают, что на этот вопрос можно ответить только на основе конкретного социологического анализа существующих международных отношений27. Другие авторы считают, что договорная правоспособность может применяться как понятийный признак, если она будет

104

впоследствии конкретизирована. Государство обладает первоначальной договорной правоспособностью, и это качество не может быть отделимо или передано 28.

В буржуазной международно-правовой литературе имеется множество определений государства, но все они, как правило, отрицают классовый характер государства; признаки государства даются в отрыве от его социаль­ной значимости, а некоторые из них, в особенности суверенитет, извращаются или отрицаются. Понятие государства невозможно свести к формализованной сто­роне права. Если это понятие отыскивается в нормах международного права, то из этого не следует, что оно может быть оторвано от общественно-политической сущ­ности государства и его национальных сторон. Так, К. Кольяр отдает дань доктрине отрицания государ­ственного суверенитета, когда пишет, что «государство уже не суверенно, если оно подчиняется праву. Но если государство не является суверенным, то суверенитет не может считаться критерием государственного образова­ния» 29

Д. Анцилотти утверждал, что государство как тако­вое должно рассматриваться с точки зрения междуна­родного права, «но не с точки зрения социологии, исто­рии или же внутреннего государственного права»30. У Анцилотти государство в международно-правовом смысле озвучено нормативизмом: «Государство в смысле международного права означает некоего дестинатора норм, субъекта правопорядка, независимо от того, сов­падает ли это понятие с понятием государства, свой­ственным другим дисциплинам»31.

Некоторые юристы не соглашаются с этим и считают, что при «определении современного государства можно исходить из разных позиций — философской, историче­ской, географической, экономической, юридической. В результате будет подчеркнут какой-то один из аспек­тов государства»32. А. Фердросс, например, указывает на следующие признаки государства: 1) государство есть объединение людей, над которыми оно осуществ­ляет личное верховенство; 2) непрерывность существо­вания государства, под которой понимается сама суб­станция государства — конкретный, образующий его, организованный народ; 3) полное самоуправление, то

105

есть это суверенное, независимое или самостоятельное государство; 4) порядок суверенного государства обра­зуется непосредственно на основе международного пра­ва; 5) эффективность государства; 6) территориальное верховенство государства; 7) систематическое соблюде­ние норм международного права 33.

Ф. Бербер дает специальную дефиницию государства как субъекта международного права, в которой назы­ваются такие признаки: территория, союз людей, власть, независимость34. По мнению В. Геерса, государство есть «союз людей, организованный на определенной террито­рии и наделенный независимой способностью заключать договоры от своего - имени и для себя» 35. В дополнение к этому он пишет, что суверенитет является необходи­мой предпосылкой для международно-правового понятия государства Зб, Ш. Вишер определяет понятие государ­ства через структурную эффективность, отмечая, что государство представляется международным правом как эффективность и органическое, постоянное ограни­чение суверенитета, налагаемое извне 37. Д. Грейг вклю­чал в понятие государства элемент международно-правового признания38, что было ему необходимо для обоснования политики империалистических госу­дарств в непризнании Северной Кореи и Северного Вьетнама.

Таким образом, в буржуазной юридической литера­туре дается, главным образом, так называемая элемент­ная трактовка государства, извращающая содержание общих признаков государства и отрицающая его классо­вую сущность, социальное назначение и роль в между­народном праве. Отсюда вытекает существенное разли­чие в общей оценке понятия государства и его между­народно-правового смысла у социалистической и бур­жуазной доктрин.

Первая попытка кодификации международно-право­вых признаков государства была дана в межамерикан­ской конвенции о правах и обязанностях государства 1933 г. В ст. 1 Конвенции было записано следующее: «Государство как лицо международного права должно обладать следующими условиями: 1. Постоянное насе­ление. 2. Определенная территория. 3. Правительство. 4. Способность вступать в отношения с другими госу­дарствами» 39.

106

Особенно неудачным явился четвертый элемент, соб­ственно говоря, он и отразил буржуазность междуна­родно-правового понимания государства. В литературе этот элемент подвергся резкой критике. «Способность» по конвенции означала установление неравноправных отношений, предполагала возможность делить государ­ства на «способные» и «неспособные». Л. Антонович 1 пишет: «Способность иметь отношения с другими госу­дарствами не может противостоять понятию суверен­ности и независимости в международном праве. Такая способность является главным проявлением отношений между государствами»40. Кстати, некоторые буржуаз­ные юристы поддержали п. 4 конвенции41. В конвенции 1933 г. отсутствует также суверенитет как признак госу­дарства.

В проекте Декларации прав и обязанностей госу­дарств, принятом Комиссией международного права в 1949 г., в особую статью признаки государства не выде­ляются. Однако Декларация указывает на независи­мость — ст. 1 («каждое государство имеет право на не­зависимость»), на юрисдикцию и территорию — ст. 2 («каждое государство имеет право осуществлять юрис­дикцию над своей территорией и над всеми лицами и вещами, находящимися в ее пределах, с соблюдением признанных международным правом иммунитетов»42).

Перейдем к освещению отдельных признаков госу­дарства.

Суверенитет. Он является политико-правовым понятием и признан не только основным признаком го­сударства, но и ведущим принципом международного права. Свойства суверенитета пронизывают все элемен­ты системы МПР Международное право установило, что каждое государство пользуется правами, присущими полному суверенитету. В содержание принципа равно­правия и самоопределения народов входит «создание суверенного и независимого государства», а в принцип невмешательства —«уважение суверенной правосубъект-ности государства» (Декларация о принципах междуна­родного права). Именно государства повлияли на обра­зование принципа суверенитета в международном праве; в настоящее время он лежит в основе всего междуна­родного права, «предопределяя само его существование, его юридическую природу, способ создания и основное

107

содержание его норм» 43. Следовательно, международное право не порождает суверенитет государств, напротив, оно создается суверенными государствами. Государства, установив международно-правовые принципы и нормы, взяли тем самым на себя обязательства осуществлять свои суверенные права в соответствии с этими принци­пами и нормами. Такое положение не равнозначно огра­ничению суверенитета или введению «взаимозависимо­сти» 44, по международному праву государства взаимно независимы.

В науке международного права иногда проводится соотношение между суверенностью и независимостью государства, и последняя трактуется при этом как неза­висимость политическая. В шеститомном «Курсе между­народного права» отмечается. «Неотъемлемое свойство каждого суверенного государства — его политическая независимость... Под политической независимостью госу­дарства понимается безусловное его право самостоятель­но принимать решения в отношении своей внутренней и внешней политики. Этому праву корреспондирует обя­занность уважать акты других государств» 45.

По мнению , независимость является частью суверенности государства46. пишет, что «важнейшим показателем правосубъектности является наличие политической независимости» 47. Л. Ан­тонович считает, что «независимость может стать крите­рием государства, если не противопоставлять ей суверен­ность, понимая при этом оба понятия в международном смысле» 48. Согласно точке зрения А. Фердросса, незави­симость _не означает независимости от международного права, а является способностью «самостоятельно решать все дела, не подчиняясь указа­ниям другого государства» 49. , ана­лизируя факторы независимости, указанные в резолю­ции Генеральной Ассамблеи ООН от 27 ноября 1953 г. (742/VIII), «Факторы, которые должны быть приняты во внимание при разрешении для каждой данной терри­тории вопроса о том, достиг ли ее народ полной меры самоуправления», под суверенитетом государства пони­мает «независимость государственной власти в меж­дународных отношениях и полное самоуправление во внутренних отношениях страны» 50.

108

Другие юристы, в частности Ш Руссо, вместо суве­ренитета признают только критерий независимости госу­дарства, в результате которой государственное образова­ние обладает исключительной компетенцией в пределах своей территории. К. Кольяр, не соглашаясь с мне­нием Ш. Руссо, утверждает, что «концепция независи­мости сталкивается с теми же трудностями, что и кон­цепция суверенитета, поскольку международное право предстает как совокупность норм, ограничивающих не­зависимость,— обстоятельство, не позволяющее считать понятие независимости государства»51. Этим самым К. Кольяр еще раз подчеркнул свое отрицательное отношение как к независимости, так и к суверенитету государства. Я Броунли указывал на два значения кон­цепции независимости способность вступать в отноше­ния с другими государствами и требование существова­ния эффективного правительства 52.