Государства в системе международно - правового регулирования (стр. 22 )

Из сказанного важно выделить международно-пра­вовые признаки государства — независимость и суверенность. В Уставе ООН не случайно разде­ляются понятия «территориальная неприкосновенность» и «политическая независимость». При территориальной неприкосновенности может быть нарушена политическая независимость государства, то есть п. 4 ст. 2 Устава при его нормативном толковании имеет в виду не только вооруженную силу, но и экономическую или какую-либо другую. Термин «политическая независимость» был включен и в другие международно-правовые документы.

Анализ соотношения суверенитета и независимости помогает также обнаружить разные формы независи­мости государств в международных отношениях. Ведь известно, что фактические отношения являются свиде­тельством зависимости или независимости государств.

Суверенитет отличает государство от других геополи­тических несуверенных образований. Деление госу­дарств на суверенные и несуверенные является в науке международного права далеко не новым. Так, еще в XIX веке, писал, что для международного права важнее всего установить различие между государ­ствами по соображению большей или меньшей их само­стоятельности 53.

В зависимости от достижения степени суверенности, по мнению некоторых авторов, государствам присуща

109

полная или ограниченная международная правосубъект-ность. Так, , обращая внимание на сте­пень зависимости", отмечает, что государства с ограни­ченной праводееспособностью являются субъектами особого рода 54. Однако эта общая формула вряд ли мо­жет быть применима к политическим режимам и квази­государственным единицам, образование которых не соответствовало нормам международного права.

На Венской конференции по праву международных договоров велась дискуссия о том, как определить госу­дарство: как суверенное образование или как субъект-международного права, под которым понималось бы суверенное и несуверенное государство. Советская деле­гация отклонила предложения о делении государств на суверенные и несуверенные по признаку правоспособ­ности, так как это привело бы к санкционированию ко­лониальной зависимости 55.

Суверенитет государств обеспечивает универсаль­ность и стабильность системы МПР. Столь широкое про­явление суверенитета не означает его диффузии, рас­пада или деления. Суверенитет государства един, и он укрепляет государство в способности быть универсаль­ным субъектом. В буржуазной литературе до сих пор обсуждается и защищается концепция «от суверенитета к проницаемости государства». В ней доказывается, что международное право не представляет автономный по­рядок, а зависит от существования и структуры сообще­ства государств, что современные государства находятся на пути к структурному изменению от суверенитета к проницаемости (Permeabilitat), а международный пра­вопорядок усиливает это развитие 56. Идеи теории ясны: если, по мнению буржуазных юристов, тенденция идет к образованию наднациональных органов, то нужно от­казаться от суверенитета государств.

Несколько слов о миролюбии государства. Ст. 4 Устава ООН называет миролюбие одним из условий принятия в члены ООН нового государства. ­ман проводит мысль, что «миролюбие нового государ­ства должно рассматриваться таким же неотъемлемым свойством нового государства, как и политическая неза­висимость» 57.

Данная точка зрения толкуется не аутентично. По мнению Л. Антоновича, «государство в действитель-

119

ном смысле обязано проводить миролюбивую политику, но нарушение этого обязательства не касается харак­тера государства в смысле международного права»58. Наиболее правильная позиция, пожалуй, у Г. Ширмера, который считает, что понятие «миролюбивый» является понятием политическим, трудно доступным международ­но-правовому определению. Согласно его точке зрения, все члены ООН при суждении о миролюбивом характере государства должны руководствоваться целями и прин­ципами Устава, исходя из которых социалистический и капиталистический строй не могут быть допустимым ос­нованием для отрицания миролюбивого характера госу­дарства. Если бы социалистические и капиталистические государства были объявлены немиролюбивыми в смысле ст. 4 Устава ООН (вопреки принципам их социально-экономического строя), то были бы подорваны основы ООН и мирное сосуществование государств с различной системой сделалось бы невозможным 59.

Территория. Территория — неотъемлемое свой­ство государства. Оно выступает в этом качестве как гео­политическая единица, «территориальный суверен»60. По мнению Ш. Вишера, территория в международном праве закрепляется как рамки для осуществления необ­ходимых суверенных прав. Оно признает ее в принципе такой же ограниченной, как и суверенитет61. Согласить­ся с такой аналогией нельзя, так как нормы междуна­родного права постоянно закрепляют территориальную целостность и неприкосновенность государства. Терри­тория является основой государства, его фактическим и юридическим существованием, трудно представить себе государство вне территории. Поэтому государство в международном праве называют суверенной террито­риальной организацией б2. Нормы международного пра­ва, закрепляя суверенное право государств на собствен­ную территорию, рассматривают ее не только как фактическую, но и как юридическую принадлежность. Государство обладает правом публичной международно-правовой собственности на свою территорию 63. Ш. Вишер также отмечает, что территориальный суверенитет базируется на владении и сохраняется только благодаря ему64.

Именно государство имеет право территориального верховенства, и это право является проявлением суве-

111

ренной власти Государство юридически определяет про­странство и границы, на которые распространяется его исключительная компетенция. Действия государства на собственной территории входят по нормам международ­ного права во внутренние дела государства («дела, по существу входящие во внутреннюю компетенцию любого государства» — п. 7 ст. 2 Устава ООН). С другой сто­роны, если государства заключили международный до­говор, то он обязателен для каждого участника в отно­шении всей его территории (ст. 29 Венской конвенции о праве международных договоров).

Государство, обладая территориальным суверените­том, полностью осуществляет власть на своей террито­рии. Тем самым эффективное территориальное владение имеет базу укрепившеюся государства65.

Нормы международного права исходят из того поло­жения, что государство одновременно сочетает в себе территориальный суверенитет и территориальное верхо­венство. Однако в исключительных случаях территори­альный суверенитет и территориальное верховенство не совпадают. Например, когда: 1) возможно правомерное применение принудительной власти оккупирующего го­сударства, 2) налицо неправомерное осуществление власти одного государства над определенной частью территории другого суверенного государства, занятой в результате агрессии или заключения неправомерного договора. В этой связи XXXII сессия Генеральной Ассамблеи ООН приняла 131 голосом резолюцию, в которой осудила незаконные меры Израиля, направлен­ные на изменение правового статуса, географического характера и демографического состава оккупированных арабских территорий. Эти акции израильских властей квалифицируются как грубое нарушение норм и принци­пов международного права 66.

Против отождествления территориального суверени­тета и территориального верховенства выступал А. Ферд-росс. По его мнению, одно государство может обладать территориальным суверенитетом над определенной территорией в то время, как другое осуществляет над той же территорией территориальное верховен­ство 67.

В практике государств в прошлом и в настоящем были и есть случаи оспаривания части или целой терри-

112

тории другого государства. Современное международное право допускает возможность и необходимость террито­риальных изменений в соответствии с правом народов и наций на самоопределение. Заключительный акт (Хель­синки) установил, что границы «могут изменяться, в соответствии с международным правом, мирным путем и по договоренности». По мнению , тер­риториальные изменения «имеют свой предел», «дости­гая которого, государство, как тот же самый субъект права рассматриваться не может»68. Однако междуна­родное право не регулирует размеры территории, хотя в практике государств возникает вопрос о минимальном размере той или иной территориальной единицы. Сле­дует иметь в виду и другое если существует государ­ство, окруженное территорией другого государства (анк­лав, например, Лесото), то ни одно другое государство не имеет права претендовать на эту территорию.

Таким образом, территория государства закрепляет­ся и гарантируется принципами и нормами международ­ного права. В частности, содержание международно-правового принципа запрещения применения силы и угрозы силой включает запрещение применения силы с целью нарушения существующих международных гра­ниц государства Принцип уважения государственного суверенитета содержит обязанность уважать террито­риальное верховенство и территориальную неприкосно­венность. В международном праве закреплено право любого государства на индивидуальную или коллектив­ную оборону своей территории в случае прямого воору­женного нападения на нее извне (ст. 51 Устава ООН).

Итак, структурным элементом понятия государства в международном праве является территория, и в этой части государство определяется как суверенная террито­риальная организация. В свою очередь, территория суве­ренного государства отличает его от других геополити­ческих единиц, о чем специально говорится в нормах международного права. Так, согласно Уставу ООН, Декларации о принципах международного права, тер­ритория колонии или другой несамоуправляющейся тер­ритории имеет отдельный статус, отличный от статуса территории государства. Этот статус будет существовать до тех пор, пока народ колонии или несамоуправляю­щейся территории не реализует свое право на самоопре-

113

Деление в соответствии с целями и принципами Устава ООН международного права. -

Население. Население является необходимым элементом государства. В данном аспекте государство понимается как публично-правовой союз населения, за­нимающий определенный «пространственно-временной континиум» 69. Во внутреннем праве государство всегда является организацией граждан по территориальному признаку, в этом качестве оно выступает как админи­стративно-территориальная организация населения. Международное право (в силу закрепления принципа невмешательства во внутренние дела других государств) не устанавливает норм, регулирующих национальные административно-территориальные отношения. Населе­ние воспринимается международным правом как орга­низованное, постоянно проживающее на определенной территории, в этом смысле государство понимается как национально-территориальная организация. ­ров называет государственно объединенный народ дан­ной страны субстратом международной правосубъектности данного государства 70. Население является посто­янным признаком государства, оно не подвергается внешним изменениям и в своем существовании является независимым от социально-политических преобразова­ний, смены социально-экономической формации.