Государства в системе международно - правового регулирования (стр. 27 )

Суверенные государства Постоянно стремятся кон-

136

кретизировать содержание принципов международного» права, привести их к определенной договорной форме. Так, современный принцип запрещения силы или угро­зы силой нуждается в воспроизведении в специальном договоре о неприменении силы в международных отно­шениях. Этот договор воспримет руководящие начала международно-правового принципа на уровне основных прав и обязанностей государств.

Основные права и обязанности неотделимы от прин­ципов международного права, от своих субъектов-но­сителей. Поэтому основные права и обязанности так же взаимосвязаны, как и принципы международного пра­ва. В Декларации о принципах международного права говорится: «При толковании и применении изложен­ные выше принципы являются взаимосвязанными, и каждый принцип должен рассматриваться в контексте всех других принципов».

Каждый принцип международного права имеет универсальные функции, которые направляют всю си­стему МПР. Так, в Заключительный акт (Хельсинки) в принцип «Суверенное равенство, уважение прав, при­сущих суверенитету» включено: право каждого государ­ства на юридическое равенство, на территориальную целостность, на свободу и политическую независимость; право принадлежать или не принадлежать к междуна­родным организациям, быть или не быть участником двусторонних или многосторонних договоров, включая право быть или не быть участником союзных договоров; право на нейтралитет21.

На основе принципов международного права госу­дарства определяют в основных правах и обязанностях юридическую меру должного и возможного поведения. Юридическая природа основных прав и обязанностей состоит не только в том, что они принадлежат государ­ствам как основным субъектам, но и в том, что ни одно государство не вправе отступать от основных прав и обязанностей, сужать их или толковать в ущерб пра­вам и обязанностям других государств. Основные пра­ва и обязанности не могут быть объектом притязания для других субъектов международного права. Государ­ство продолжает осуществлять свои права и обязанно­сти независимо от форм сотрудничества. Обязанность

137

государств заключается в том, что они должны соблю­дать суверенное равенство основных прав и обязанно­стей. На этом основании болгарский юрист М. Генов-ский ставит, например, основные обязанности государ­ства на первое место, и этим обязанностям у него соответствуют определенные основные права других государств22. Но суть не только в этом, главное — сохранить соответствие между основными правами и обязанностями.

Структура единства основных прав и обязанностей распадается лишь от реального поведения государств, которые реализуют правила поведения, содержащиеся в основных правах и обязанностях. При этом государства не вправе брать на себя «особые обязательства», «осо­бые права» вопреки интересам других государств, без их согласия или в нарушение основных прав и свобод государств. В истории международных отношений име­лись такие случаи, когда государства принимали на себя особые обязательства при нарушении суверенитета других государств. Например, США на основании док­трины Монро и принятия законодательных актов объя­вили свои «особые обязательства» в целях так называе­мой консолидации латиноамериканского континента. Руководствуясь правилами «особых обязательств», США взяли на себя обязательство отсрочивать признание американских государств, которые могли образоваться вопреки этим правилам23. Другой пример: США взяли «особые обязательства» по договору 1903 г. с Панамой, объявив Панамский канал «особым государством», об­разовав тем самым колониальный анклав на террито­рии Панамы. И даже после подписания нового догово­ра с Панамой от 7 сентября 1977 г. США будут сохра­нять «особые обязательства» в Панаме до 31 декабря J999 г.

Основные права и обязанности государств наиболее конкретизировано урегулировали международные отно­шения в юридической форме. В международном праве закреплена презумпция, что государства в силу сувере­нитета обладают основными правами и обязанностями, которые характеризуют правовой статус государств как совокупность основных, первичных, типичных субъек­тов международного права. Государства равны перед международным правом, им предоставлено равное ус-

138

ловие в правотворчестве и реализации норм междуна­родного права. Концепция равных прав и обязанно­стей содержится в общем международном праве. В со­держание принципа суверенного равенства государств входит признак, что все государства «имеют одинако­вые права и обязанности и являются равноправными членами международного сообщества...» (Декларация о принципах международного права).

Равные права и обязанности государств закреплены в Заключительном акте (Хельсинки). Между государ­ствами достигнута договоренность, что «они будут ува­жать право друг друга определять и осуществлять по своему усмотрению их отношения с другими государст­вами согласно международному праву и в духе настоя­щей Декларации»24. Следовательно, международное право устанавливает равновесие основных прав и обя­занностей. С фактической точки зрения государства уча­ствуют в международных отношениях и принимают множество прав и обязанностей независимо друг от друга. Невозможно составить индекс этих прав и обя­занностей. В фактическом отношении правовой статус государства не совпадает с юридической основой равно­весия прав и обязанностей: государства свободны в вы­боре участников отношений и принятии международных прав и обязанностей. По объему прав и обязанностей государства отличаются друг от друга, это их, так ска­зать, индивидуализированный статус в пределах един­ства и равенства основных прав и обязанностей.

На современном этапе развития международного пра­ва существенное значение имеет кодификация основных прав и обязанностей государств. Институт основных прав и обязанностей сложился под влиянием принципов международного права, закрепления основных прав и обязанностей в Уставе ООН, Декларации о принципах международного права, Заключительном акте, в много­сторонних, двусторонних и региональных соглашениях. Дальнейшее развитие международного права, подписа­ние важнейших международных договоров, исключаю­щих войну, применение ядерного оружия, а также за­ключение основ соглашений между великими держава­ми и другими государствами свидетельствует о том, что кодификация основных прав и обязанностей государств должна быть продолжена.

139

История юридической мысли об основных правах и обязанностях государств и их кодификация прошла сложный путь, начиная от естественно-правового при­знания основных прав и обязанностей, признания их в качестве основополагающих правил поведения, кончая отрицанием основных прав и обязанностей, их попра­нием, нарушениями. По мнению , в раз­витии проблемы основных прав и обязанностей имелось две линии: реакционная и демократическая 25. Вопрос о кодификации основных прав и обязанностей государств был поднят еще в XIX веке и в настоящее время разра­батывается Комиссией международного права. в работе «Декларации прав и обязанностей государств» подробно проанализировал все проекты деклараций, большинство из них были схожи тем, что основывались на благих пожеланиях, но не преду­сматривали реальных мер, которые могли бы обеспе­чить национальный суверенитет, право народов на са­моопределение, суверенное равенство государств, невме­шательство во внутренние дела, а последний проект Декларации прав и обязанностей государств, подготов­ленный Комиссией международного права (1949г.), даже «склонился перед «доктриной мирового государства»»26. Как известно, в ст. 14 проекта Декларации прав и обязанностей 1949 г. составители добивались признания «супрематии международного права», отбросив, таким образом, суверенитет государств. Этим самым провоз­глашался принцип примата международного права над внутригосударственным. Статья проекта противоречит тому, что государства в международном праве являют­ся суверенными субъектами и по Уставу ООН (п. 3 ст. 1) должны преследовать цель осуществления со­трудничества в разрешении важнейших международных проблем.

Несмотря на отрицательные моменты Декларации ООН о правах и обязанностях государств 1949 г., она по достоинству может быть оценена как рекомендация, которая имеет морально-политическое значение для го­сударств-членов ООН в тех ее частях, которые соот­ветствуют общепризнанным принципам и нормам уни­версального международного права 27.

^Все это говорит об актуальности проблемы даль­нейшей кодификации основных прав и обязанностей государств 28.

Г лава IV

ИНТЕГРАЦИЯ ГОСУДАРСТВ В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ

Система государств характеризуется тем, что имеет тенденцию к интеграции. Интеграция является в теории систем состоянием взаимосвязи компонентов системы и представляет процесс, обусловливающий такое состоя­ние. Тенденция к интеграции государств связана с по­явлением принципа универсальности в международных отношениях, интернационализации экономической, поли­тической и социальной жизни. Вообще как интеграция, так и дифференциация государств являются законо­мерностью развития международных отношений. Диф­ференциация есть результат появления новых госу­дарств после распада колониальной системы империа­лизма, укрепления суверенитета и национальной неза­висимости государств '. (Необходимо отметить, что существуют и так называемые дезинтеграционные про­цессы — раздел, выход государств, разъединение, отде­ление и т. д.).

Интеграция создает структурные взаимосвязи меж­ду разнотипными и однотипными государствами. Со­временная интеграция — это, как правило, структурная взаимосвязь однотипных государств. Вместе с тем, го­сударства, применяя многообразные формы сотрудниче­ства, проводят различные интеграционные мероприя­тия, которые имеют политические и правовые аспекты. Государства живут в системе государств, что предпола­гает их объединение, взаимосвязанность, объективно данную «необходимость вступать в те или иные отно­шения» 2. Эта взаимосвязанность ведет к образованию международных процессов объединительного характера: интеграции, федераций, конфедераций государств, к по-

141

явлению новых образований — субъектов международ­ного права и прежде всего — международных организа­ций. Международная организация не является полно­стью государственной, она представлена в виде ассо­циации государств для достижения общих целей; объе­динение государств в этом случае приобретает новое качество 3.