Государства в системе международно - правового регулирования (стр. 4 )

В договоренностях существенен элемент намерения, поскольку стороны договариваются о совместных или индивидуальных действиях для урегулирования между­народных вопросов. Отсюда — проявление в между­народных договоренностях субъективных моментов. На­пример, государство путем проявления односторонней воли может брать и выполнять юридическое обязатель­ство, или государство может реализовать субъективное право, выбирая один или несколько вариантов поведе­ния, предусмотренных в нормах договоренностей.

Общеизвестно, что государства применяют два ос­новных метода правотворчества — договорный и обыч­ный. Что касается договоренностей, то они содержат в себе, в широком смысле, различные элементы норм: правовые, политические, моральные, обычаи. Догово­ренности с таким необычным сочетанием норм (осо­бенно они проявились в Заключительном акте (Хельсин­ки)) дают возможность государствам выбирать конкрет­ные средства в урегулировании взаимных отношений.

Следовательно, международные договоренности яв­ляются системой действий государств по созданию и реализации норм права, подкрепленных иными непра­вовыми правилами поведения. В договоренностях пре­дусматриваются меры по укреплению доверия между государствами не только на основе общепризнанных принципов международного права, но и с учетом прин­ципов-морали, доброй воли. В договоренностях, как правило, намечаются меры по их реализации, преду­сматриваются инициативы и предложения. На основе договоренностей государства широко используют прак-

18

тику политических консультаций и развивают договор­ную базу межгосударственных соглашений.

Элементом юридической системы являются также рекомендации международных организаций. Такие ре­комендации, в особенности ООН, сыграли определен­ную роль в заключении многосторонних договоров, в формировании норм международного обычного права. Во всех случаях международные организации выступа­ют как международный механизм, который помогает государствам заключать международные договоры.

Необходимо учитывать ситуацию перед принятием рекомендаций. Так, венгерский юрист X. Бокор-Сего отмечает, что «при принятии государствами различных рекомендаций очень важна суть их взаимоотношений, обстановка, в которой происходит принятие рекоменда­ций» 46. Польский юрист М. Ляхе также писал, что такие результаты деятельности международных организаций, как обсуждение, голосование являются конкретным фактом, который отражает лицо политической си­туации, политического феномена на пороге переговоров и дискуссий. Эти результаты составляют отборный сы­рой материал, основу эволюции возможности сделать шаг вперед по пути создания новых правил или по пути нового толкования существующих норм 47.

Таким образом, элементы юридической системы в механизме МПР состоят из специальных юридических средств и других составных частей, служащих отправ­ной точкой для образования юридически обязательных соглашений.

В науке до сих пор не решен вопрос о строении си­стемы международного права, без которой, разумеет­ся, не может быть представлена вся система МПР. Ука­зание на то, что в системе МПР имеется международное право, еще не дает полного объяснения нормативной природы правового регулирования, его правовых средств и определения его стадий. Если речь идет о систе­ме, это значит, что международное право необходимо увязывать со всеми элементами системы. Трудно, одна­ко, ответить однозначно на вопрос о том, насколько присуща системе международного права внутренняя согласованность, целостность и логическая стройность правовых норм, а также единство со средой. Это объясняется тем, что международное право обусловлено

19

международными, экономическими и иными отноше­ниями государств, которые различны по своей классовой сущности.

При решении вопроса о системе международного права можно выделить следующие структуры:

1) социально-нормативная;

2) предмет и метод правового регулирования — с точки зрения внутреннего строения системы междуна­родного права.

Подробный анализ социально-нормативной структу­ры международного права дает . Он считает, что международное право, как и все общест­венные явления, «характеризуется не одной, а несколь­кими структурами, или, если выразить ту же мысль иначе, имеется несколько разновидностей структуры, что обусловлено разнообразием самих структурных элементов и богатством возможных их соотношений и комбинаций»48. Социально-нормативную структуру со­временного международного права представляет в виде двух самостоятельных, но взаимо­связанных структурных подразделений: общее между­народное право и социалистическое международное право49. Общее и социалистическое международное право образуются по объективным, закономерным ос­нованиям. В системе МПР общее международное пра­во регулирует универсальные отношения государств.

Болгарский юрист М. Коцев возражает против со­вмещенной категории «социально-нормативная струк­тура» международного права. По его мнению, «право­вой механизм или нормативная структура междуна­родного права отличается от социального механизма, регулирующего общественные отношения — компоненты социальной структуры международного права. Подход к международному праву, как к социальной структуре, не может быть поэтому выражен понятием «социально-нормативная структура» международного права, так как таковой сборной структуры не существует. Если ис­ходить из понятия «социально-нормативная структура» международного права, то общее международное пра­во и социалистическое международное право становят­ся на одну плоскость, это сталкивается с признанием логической категории «структура», которая указывает на иерархическую порядочность элементов (подсистем),

20

находящихся между собой в определенной взаимосвя­зи» 50. М. Коцев делает вывод, что при исследовании механизма действия международного права норматив­ный анализ, связанный с раскрытием нормативной структуры, должен быть дополнен социальным, это по­зволяет выйти за пределы чисто правового понятия51.

Не оспаривая многие правильные положения М. Ко-цева, необходимо все же заметить, что категория «со­циально-нормативная» структура международного права приемлема для анализа всей системы международного права. Нельзя не признать того факта, что между­народное право не только распространяется на регио­нальные сферы, на однотипную систему государств, но и отражает в себе социальную структуру всего между­народного сообщества. Так, подчерки­вал, что «современное международное право — коор­динационное, имеет сложный классовый характер, вы­ражает согласованную волю государств как социали­стической, так и капиталистической систем»52.

Универсальное международное право охватывает все государства, о чем свидетельствует практика нормо-образования, кодификации и реализации права в це­лом. Социальный критерий, таким образом, показывает не только классовую сущность международного пра­ва, но и то, как эта сущность проявляется на всех стадиях МНР.

Буржуазные юристы, как правило, расширяют субъ­ективную основу международного права за счет при­знания правосубъектности физических лиц. Для совре­менного международного права, по мнению Е. Менцеля, политические основные структуры недостаточны. Оставаясь решающими, они не являются больше исклю­чительными, так как в настоящее время усиливается социальный порядок, состояние которого регулируется международным правом. «Порядок совместной жизни людей,— продолжает Е. Менцель,— принадлежит ком­петенции не только государств, но и международных сфер. Отход от этатистского принципа, будто бы толь­ко государства являются субъектами международного права, означает начало нового развития»53. Е. Менцель считает, что в международном праве изменилось место человека и появились нормы применения его прав.

21

Однако эту проблему нужно рассматривать и в дру­гой плоскости, с точки зрения признания основного со­циального и правового элемента и подсистем общей системы международного права. Физическое лицо не­сомненно включено в систему МПР, однако его место определяется согласованной волей государств. В между­народном Пакте о гражданских и политических правах установлено, что «каждый человек, где бы он ни нахо­дился, имеет право на признание его правосубъектности» (ст. 16). Эта норма не направлена на признание между­народной правосубъектности за индивидом. Речь идет о том, что государствами согласованы обязательства по защите прав и свобод человека, обеспечению его пра­вового статуса, привлечению к ответственности и т. д. В этом аспекте и прослеживается связь между государ­ствами, международным правом и физическими лицами.

В систему МПР входят все правовые формы дея­тельности государств: правотворческая, правопримени-тельная 54 и правоохранительная. В конечном счете пра­вовое регулирование зависит от государств, что приво­дит к сохранению равновесия в системе МПР. Процесс правового регулирования, хотя и образует собственный механизм, является объективно связанным с государ­ствами, регулирующими стадии создания и реализации норм международного права.

Регулирование международных отношений является сложным юридическим процессом на всех стадиях: согласование воль и признание правил поведения в ка­честве общеобязательных, договорного регламентирова­ния международных отношений и действия норм права. Следовательно, формирование и функционирование си­стемы МПР является довольно специфическим явлением, в ней участвуют различные субъекты с противополож­ными экономическими базисами и надстройками, тем самым создается своеобразный механизм взаимодей­ствия.

Экономическое развитие и закономерности обществен­ных отношений приводят государства к необходимости создания общих правил поведения и устойчивой струк­турной связи между ними. На всех этапах правового регулирования действуют прямые и обратные связи. Го­сударства непосредственно формируют нормы права, кон­кретное назначение которых состоит в установлении прав

22

и обязанностей, юридических фактов, форм реализации, С другой стороны, важен не только сам факт создания правовой нормы, но и степень ее поддержки со стороны государств. На них возлагается определенная обязанность привести к движение механизм нормы и превра­тить ее в постоянный регулятор поведения. В данном случае обратная связь выполняет роль информатора о характере результата правового регулирования, вслед­ствие чего создается гомеостатический механизм, то есть устойчивые связи всех элементов системы МПР.