Судебная практика в механизме правового регулирования трудовых отношений (стр. 17 )

Интересно отметить, что судебное нормативное толкование лишь в общей форме направляет применение тех норм, которые предусматривают судебное усмотрение.
Видимо, признаются вполне достаточными те указания,
которые даются народным судам кассационными и надзорными инстанциями. В постановлениях Пленумов чаще констатируются недостатки, имеющиеся в этой области. Например, в постановлениях Пленума Верховного Суда СССР № 15 от 23 сентября 1977 г. и № 14 от 21 июня 1985 г. указывается, что иногда суды уменьшают размер материального ущерба, подлежащего возмещению, без достаточных оснований.

Такие общие нормативные положения не способствовали должной реализации ст. 18 Положения и ст. 123
КЗоТ РСФСР, которые получили чрезвычайно широкое
применение. Учитывая сложившуюся судебную практику,
Пленум Верховного Суда СССР в постановлении № 2

от 17 марта 1983 г. совершенно обоснованно счел необходимым внести изменения в п. 21 постановления
№ 15 от 01.01.01 г., указав, что «судам следует
иметь в виду, что уменьшение размера ущерба, подлежащего возмещению работником, допустимо в исключительных случаях при наличии указанных в ст. 18 Положения условий, которые должны быть подтверждены тщательно проверенными в судебном заседании доказательствами, с обязательным изложением в решении мотивов снижения взыскиваемых сумм» 5.

К сожалению, суды и после принятия п. 21 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 23 сентября
1977 г. в новой редакции продолжают снижать размер
материального ущерба, подлежащего возмещению с виновного работника, без достаточных на то оснований
и без соответствующей мотивировки.

Например, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РСФСР отменила предшествующие индивидуальные судебные акты и направила дело
о взыскании с Е. стоимости автомобиля на новое рассмотрение. Е., водитель материально-технической базы,
получил автомашину стоимостью 2580 руб. под отчет
по разовой доверенности. Не доезжая 35 км до г. Тынды,
Е. оставил его на трассе из-за неисправности, в результате чего он был похищен. Е. иск признал полностью,
но народный суд взыскал с него 1200 руб. Снижение
размера суммы ущерба, подлежащей взысканию с ответчика, суд мотивировал необходимостью учета степени
его вины и материального положения, но конкретных
мотивов не привел. Более того, сославшись на то, что
на иждивении Е. находятся жена и дочь, суд не учел,
что жена Е. работает и ее заработная плата составляет
300 руб., а ответчик имеет заработок 312 руб. 6

Допуская судебное усмотрение, как в соответствующих случаях и усмотрение других органов, законодательно следует решить вопрос не только о том виде
отношений, которые подлежат индивидуальному правовому регулированию, но и вопрос о пределах такого
регулирования, ибо при реализации закрепленного в законе усмотрения суда должен действовать принцип допустимости усмотрения на все указанные отношения, если противное не ограничено законом. В связи с этим, чрезвычайно важно выявить и закрепить в законе те юридические факты, которые будут исключать судебное

усмотрение. В этом направлении интересные данные могут дать законодателю судебные органы.

Например, в течение длительного времени суды придерживались мнения о том, что ст. 83б КЗоТ РСФСР
1922 г., предоставляющая право суду определить размер
подлежащих возмещению убытков с учетом не только
их размера, но и конкретной обстановки и материального положения работника, не должна реализоваться,
если ущерб причинен корыстными преступлениями, в
частности, хищениями7. При принятии Основ законодательства о труде и республиканских Кодексов законов о труде не было обращено внимание на сложившуюся практику и не были внесены дополнения в соответствующие правовые нормы, т. е. тем самым не было ограничено судебное усмотрение. В связи с чем Пленуму Верховного Суда СССР в постановлении № 5 от 5 июля 1974 г. (п. 14) пришлось разъяснять судам, что снижение размера возмещения ущерба не допускается, если ущерб причинен хищением, а в случаях, предусмотренных КЗоТ
союзных республик, и другими преступными действиями,
совершенными в корыстных целях. Необходимость ограничения судебного усмотрения была воспринята лишь
в ст. 18 Положения о материальной ответственности
рабочих и служащих (1976 г.), где законодатель уточнил
пределы судебного усмотрения следующим образом:
«Снижение размера ущерба, подлежащего возмещению,
недопустимо, если ущерб причинен преступлением, совершенным с корыстной целью». С принятием этой
нормы полностью отпала потребность уточнять пределы
судебного усмотрения в актах нормативного толкования,
в связи с чем в п. 21 постановления № 15 Пленума
Верховного Суда СССР от 01.01.01 г. лишь
полностью воспроизводится содержание указанной
нормы.

Индивидуализация ответственности другой стороны
трудового договора — предприятия, учреждения, организации закреплена ч. 2 ст. 99 КЗоТ РСФСР, когда
при наличии спора о размере причитающихся уволенному работнику сумм, решенному в пользу работника
не полностью, а частично, размер возмещения за время задержки определяется органом, вынесшим решение
по существу данного спора, а таким органом может
быть КТС, профком и суд.

Значительные сложности возникали в судебной практике в связи с реализацией ч. 2 ст. 99 КЗоТ РСФСР,
ибо норма права не указывала каких-либо критериев,
руководствуясь которыми можно было бы определить
точный размер возмещения На практике встречалось
определение размера возмещения пропорционально частично удовлетворенному требованию о взыскании причитающихся работнику сумм. В постановлении № 10
Пленума Верховного Суда СССР от 24 ноября 1978 г.
рекомендуется судам при частичном удовлетворении требований работника о выплате сумм, причитающихся ему при увольнении, учитывать, в каком объеме удовлетворены указанные требования, и принимать во внимание другие конкретные обстоятельства, связанные с рассмотрением данного спора (п. 13). Представляется, что и
это нормативное правоположение в должном направлении не направляет практик} судов.

Более определенно выражены в указанном постановлении факты, при установлении которых не может быть удовлетворен иск о выплате среднего заработка за период задержки расчета К ним отнесены отказ работника
от получения сумм, причитающихся ему при увольнении; неявка за их получением; другие случаи, когда
отсутствует вина администрации в задержке расчета.
Таким образом, здесь определены критерии, при наличии которых вообще не допустимо применение нормы,
устанавливающей усмотрение КТС, профкома, суда, а
не критерии, определяющие содержание усмотрительской
деятельности этих органов.

В настоящее время Указом Президиума Верховного
Совета РСФСР от 5 февраля 1988 г. в КЗоТ РСФСР
были внесены изменения. В частности, из статьи 99
исключена ответственность за задержку расчета7а. Таким образом, анализируемые нормативные правоположения фактически утратили свою силу.

Контроль за осуществлением правосудия, в том числе
за применением норм, допускающих усмотрение суда,
осуществляется вышестоящими судебными органами.
Так, например, ст. 342 УПК РСФСР предусмотрено специальное основание к отмене или изменению приговора при рассмотрении дела в кассационном порядке —
это несоответствие назначенного судом наказания тяжести преступления и личности осужденного. Несмотря на то, что в ГПК РСФСР нет прямых указаний об отмене

решения по гражданскому делу ввиду нарушения судом
принципа целесообразности, вышестоящие суды контролируют сферу свободного усмотрения нижестоящих судов. Вместе с тем, следует согласиться с авторами, предлагающими юридически закрепить фактически реализуемое право путем внесения в ст. 307 ГПК РСФСР нового пункта — «если суд нецелесообразно применил закон»8.

Как было показано выше, Пленум Верховного Суда
СССР и Пленумы Верховных судов союзных республик
в руководящие постановления включают нормативные
правоположения, которые направляют применение норм
о труде, допускающих усмотрение судебных органов.

Усмотрительская деятельность других органов, применяющих нормы советского трудового законодательства, находится, как правило, под контролем соответствующих вышестоящих органов (административных, профсоюзных и т. д.).

Анализ судебной практики показывает, что суды при
разрешении трудовых споров, возникающих при применении норм, разрешающих административное усмотрение, как правило, не обсуждают вопросы, решаемые по усмотрению администрации предприятия, учреждения.
Например, при спорах, возникающих в связи с применением ст. 26 КЗоТ РСФСР, не подлежат в судах обсуждению вопросы о том, тот ли конкретно работник
временно переведен, на тот ли срок (в пределах одного
месяца), на ту или надо было на другую работу. В
полной компетенции администрации находится вид работы и форма заработной платы, вид предприятия, устанавливаемые администрацией при временном переводе
работника в связи с простоем согласно ст. 27 КЗоТ
РСФСР.

Это, конечно, не значит, что решения в этой сфере
не находятся под контролем. Контроль за таким решением вопросов осуществляется вышестоящими административными органами, которые их могут отменить не только по соображениям, указанным в законе, но и в связи с нецелесообразностью. Такой путь контроля за принятием оптимального варианта решений более правильный, т. к. находится в руках специалистов, работников той же отрасли народного хозяйства, глубоко знающих специфику производства и решающих дело с учетом всех условий, связанных как с производством, так и с личностью.

Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от
5 февраля 1988 г. в статью 136 Кодекса законов о труде
РСФСР была внесена пятая часть следующего содержания: «Орган, рассматривающий трудовой спор, вправе учитывать тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующую работу и поведение рабочего или служащего, а также соответствие дисциплинарного взыскания тяжести совершенного проступка». Таким образом, сейчас орган по рассмотрению трудовых споров, следовательно, и суд вправе обсуждать целесообразно ли поступила администрация в конкретной ситуации при наложении конкретного взыскания, а это значит, что комиссия по трудовым спорам, профсоюзный комитет и суды наделяются усмотрением в этой сфере.