Курс: онтология и теория познания (стр. 17 )

5.2.2. Ограничение роли экономики в истории. Исторический материализм как философия практики

Самым мучительным вопросом в становлении марксизма было соотношение базиса и надстройки, структуры и суперструктуры. “Любовь к парадоксам, часто неотделимая от безмерного рвения одержимых приверженцев новой доктрины завербовать максимум сторонников, привела к иллюзии (многим казавшейся очевидностью), что экономический фактор все объясняет”, – комментирует ситуацию Лабриола. Все невписавшееся в эту простую схему обрело наименование ненужного, бесполезного. Однако и Энгельс, напоминает Лабриола (состоявший с ним в переписке), определяющее значение экономики усматривал только в конечном счете. Нет сомнений, что не формы сознания определяют бытие, а способ бытия определяет сознание. Однако и формы сознания, сформированные условиями жизни, – это тоже история. Экономическая анатомия – всего лишь часть ее. Теория исторического материализма объясняет, например, приоритет экономической структуры над миром идей. Но нельзя же использовать ее как талисман, взывая к примитивным формулам, когда речь идет об объяснении сложнейших хитросплетений социальных феноменов. Экономика – не механизм с автоматическими эффектами в виде институтов, законов, нравов, мыслей, чувств и идеологий. Тонкие, часто неуловимые процессы опосредования, накапливаясь, меняют ход событий, поэтому их нельзя игнорировать.

Будучи критиком социального дарвинизма как формы вульгаризации исторического материализма, Лабриола решительно восстает против любой формы идеализма, критикуя и эксцессы волюнтаризма. Исторический материализм он толкует как философию практики, девиз которой – действуя, познавать. Человеческое действие в истории, субъект которой, совершенствуя себя, активно формирует условия обитания, средства производства и обстоятельства опыта, – вот достойный предмет исследования. Марксова доктрина, по мнению Лабриолы, не может претендовать на полномасштабную интерпретацию мира. Сам Маркс называл свою теорию путеводной нитью и методом исследования (ведь и дарвинизм – тоже метод). Из него нелепо изобретать натурфилософию на манер Шеллинга или что-то в этом роде.

5.3. Антонио Грамши. Диалектический метод contra позитивистский

Философия практики окончательно порывает с теологией и остатками трансценденции. Нельзя, уверен Грамши (), трактовать базис как своего рода “потаенного Бога”, т. е. слишком спекулятивным образом. Базис (как структура) историчен, это отношения реальных работающих людей. Для понимания истории не нужны идеалистические спекулятивные схемы. Не просто вредны, но и опасны вульгарно-материалистические упрощения в позитивистском духе. Социология вообще, заявляет Грамши, опирающаяся на вульгарно- эволюционистское понимание событий, есть философия не-философов. Типично позитивистские методы при анализе исторических событий не работают. Историю нельзя разместить в клетке философских и научных схем. Революционная организованная воля разносит в пух и прах теоретическую необходимость и регулярность. Понимание исторической необходимости – в диалектическом методе (прирученном Кроче, но непонятом вульгарными марксистами и игнорируемом социологами). Подлинная диалектика позволяет понять суть реальности, заставляет анализировать осознание социальных противоречий реальными людьми, искать решения в конкретной ситуации и особых традициях, носители которых – люди.

Октябрьская революция, по убеждению Грамши, была на самом деле революцией против “Капитала”. Это значит, что она произошла вопреки прогнозам, сделанным в “Капитале”. Ведь ясно было сказано, что революция должна произойти в высокоразвитой индустриальной державе с организованным пролетариатом. Но факты, говорит Грамши, выше идеологии. Россия перевернула все каноны исторического материализма. Именно это доказывает, что марксизм – не спекулятивная доктрина, а практика и революционное сознание. Таков урок русской революции и Ленина: быть марксистами, а не доктринерами-склеротиками. Марксизм не нависает над историей, подобно пророку или судье. Он – всегда внутренний будоражащий фактор истории. С этой точки зрения большевистскую революцию итальянский философ не без оснований называет чисто марксистской революцией.

6. Вклад Испании в онтологическую и гносеологическую проблематику в XX в.

6.1. Мигель де Унамуно

6.1.1. Истина – это то, что заставляет нас действовать

Не разум, а воля создает для нас мир, заявляет Унамуно (1864 – 1936) в работе “Жизнь дон Кихота и Санчо”. В старый афоризм “Нельзя хотеть того, что не познано” следует внести поправку: “Нельзя познать то, что не стало желанным”. Более того, разум приходит после действия, интеллект следует за волей. “Именно жизнь есть критерий наших суждений об истине, а не логическая согласованность рассудка. Если моя вера ведет меня к росту, жизненному творчеству, то кому и зачем нужны доказательства моей веры? Если математика служит убийствам, то, значит, она становится ложью. Если вы после долгого пути почувствуете смертельную жажду и увидите чудо-мираж, то, что мы называем водой, то вы броситесь к ней и почувствуете себя рожденными заново, если вы утолите жажду. Мираж был истиной, а истина – водой. Истина – все то, что заставляет так или иначе действовать”.

В качестве противоядия от чумы здравого смысла Унамуно предлагает “настоящее безумие”, которого нам всем так не хватает. “Твоя вера будет твоим искусством, твоя вера будет твоей наукой”. Именно поэтому гробницу рыцаря Безумия необходимо спасти от “власти джентльменов Разума”. Дон Кихот становится безумным только по причине зрелости духа. Это вечный пример “духовной щедрости”. Итак, безумие героя противостоит ничтожеству здравого смысла, рыцарство – научному интеллектуализму и философскому рационализму. “И так ли уж непохож на Дон Кихота такой рыцарь Христа, как Игнатий Лойола?”

6.1.2. Антагонизм иррациональной жизни и разума

Человечество не существует реально, есть только конкретный человек. А жизнь конкретного человека не нуждается в оправдании. Все живое иррационально, читаем мы в книге “О трагическом чувстве жизни”, в то время как все рациональное противожизненно. Жизнь не приемлет формул, конкретный человек нестабилен, ибо абсолютно индивидуален. Он в принципе не выводим из той или иной теоретической дефиниции. “Я не подчиняюсь разуму, – заявляет Унамуно, – я восстаю против него”. Что говорит наука о смысле жизни и о нашей жажде бессмертия? Ничего, именно поэтому жизнь и рациональная истина противоположны. Понятия слишком тесны для того, чтобы выразить смысл жизни, они “трагичны” и “агонистичны” в точном смысле греческого термина (агон – спор). Жизнь, существование превосходят всякую попытку разума объяснить их. Если мыслители отдают себе отчет в том, что наш разум ограничен, то и тогда они находятся в непрерывной борьбе с самими собой, с требованиями собственного разума. Настоящий интеллектуал тот, кто никогда не удовлетворен ни самим собой, ни другими. Понятие трагического, таким образом, противостоит понятиям точности, достоверности и удобства.

В свете таких предпосылок понятно недоверие Унамуно к философским системам, сводящим материю или идею к Духу. Наша воля, аффекты, чувства и тревоги рождаются раньше рефлексии. Философские теории, пытающиеся обосновать поведение и чувственный ряд жизненных явлений, всегда опаздывают, ибо они апостериорны, судят вдогонку событиям. В науке нет ничего такого, перед чем следует пасть на колени. Ее поддерживает вера в разум, рационально не обосновываемая, как и любая другая вера. Кроме того, наука существует только в сознании личности и благодаря ей. Философы и ученые, генерирующие и меняющие идеи, ведут непрекращающуюся войну между собой и будоражат умы людей.

6.1.3. “Основания” веры

Унамуно не принимает и теологический рационализм томизма. Эта философия могла торжествовать только потому, что “вера, т. е. жизнь, уже потеряла уверенность в себе”, писал он в сочинении “О трагическом чувстве жизни”. Бог существует не потому, что для этого есть рациональное основание, а благодаря живущей в нас неистребимой воле победить смерть. Ощущение смерти и нежелание покориться ей, расстаться с жизнью – в этом источник трагического чувства жизни. Это чувство заставляет человека вновь и вновь создавать “живого Бога”. Идея бессмертия, полагает Унамуно, поддерживает католицизм, несмотря на рационализм схоластики.

“Никто не сможет убедить меня разумными доводами ни в существовании Бога, ни в его несуществовании” (“Моя религия и другие очерки”). Доводы атеистов еще более поверхностны, чем теистов. Ответ агностика “Не знаю” – еще глупее. Ясно, что “я никогда не узнаю, но хочу знать. Хочу, и все тут!”

Христианин в душе, Унамуно требовал уважения к имени Бога от каждого, кто его произносит. Бог – тот, кто обращается к сердцу, это Бог Авраама, Исаака, Иакова, а не Бог философов и теологов. В “Агонии христианства” Унамуно называет себя “испанским Паскалем”, как несколькими годами раньше называл “брата”, вся жизнь которого прошла во внутренней борьбе с отчаянием (Кьеркегора). Жизнь и борьба (агония) – вот что такое христианство. Не мысль, а вера, умирая, воскресает в неостановимом потоке внутренних тревог и надежд личности.

6.2. Хосе Ортега-и-Гасет

6.2.1. “Изобретение” себя. Понятие фантазии

“Я есть я и мои обстоятельства” – такова концепция человека, к которой Ортега-и-Гасет (1883–1955) приходит в “Размышлениях о “Дон Кихоте””. “Все вещи и существа вселенной формируют наше окружение”: место, время, общество, куда нас забросила судьба. Эта физическая и социальная реальность становится вечным источником забот и проблем. Пытаясь разрешить проблемы, человек вынужденно конструирует свою экзистенцию, реализуя тем самым проект, который он выбрал. Человек борется с трудностями, изобретая идеи, инструменты, роли, стили жизни. Отталкиваясь от обстоятельств, человек изобретает человека и открывает мир культуры и истории.

Все это было бы невозможно без фантазии – того, что делает человека проектирующим существом, меняющим себя и среду. Эти проекты разрабатываются во внутреннем мире с учетом ситуации. Следовательно, фантазия – основа индивидуальной свободы, она вносит момент нестабильности и неопределенности. Жить – значит “упражняться в свободе”, решая, чем же мы хотим быть в этом мире. Смысл жизни состоит в принятии каждым собственных неустранимых обстоятельств. “Человек есть существо, обреченное перевести необходимость в свободу”.

6.2.3. Человек и поколения в истории

Свободу человек реализует не в пустоте: свои решения он принимает в рамках институтов, стабильных ролей и ожиданий, признанных иерархий. Все это выбрано людьми прошлого и предложено настоящему. Судьба человека – это его действие. Действия, движимые верой и идеями, преобразуют физическую и социальную реальность. Однако человеку не дано завладеть счастьем. Человек – существо историческое, его природа – это его история, т. е. то, что порождено действием, – свободный проект и самоконституирование.

Действуют всегда только индивиды, но индивид – составная часть определенного поколения. Конечно, поколение воплощается в людях, разделяющих один и тот же горизонт, пространство, время и проблемы. Есть кумулятивные (накопительные, неноваторские) поколения. Есть поколения полемические, противоположные первым. Социальные изменения, подчеркивает Ортега, не происходят мгновенно, разрыв с прошлым часто не настолько реален, насколько кажется. Действительно революционны поколения “решительные”, ибо несут новую конфигурацию коллективных феноменов.

В любом поколении выбирает меньшинство – люди, наделенные фантазией и мужеством. Они ведут пассивное большинство (миметические массы). Очевидно движение истории. Однако оно не вписывается в детерминистские схемы, наподобие тех, какие мы находим у Конта, Гегеля и Маркса. Ход истории понятен, если иметь в виду поступки творческих личностей, которые, понимая нужды масс, меняют идеи и привычки.

6.2.4. Главная тема нашего времени

Ортега говорит, что многие дилеммы, доставшиеся нам в наследство от наших предшественников, такие как дилемма либерализма и реакционизма, субъективизма или объективизма, устарели, а мы по-прежнему пытаемся выбрать одну из оппозиций. Но главная мнимая проблема – это проблема выбора между рационализмом (рационализм – совокупность философских направлений, делающих центральным пунктом анализа разум, мышление, рассудок – с субъективной стороны, а разумность, логический порядок вещей – с объективной) и релятивизмом (релятивизм – философская, гносеологическая точка зрения, согласно которой все знания рассматриваются лишь как относительно правильные, ибо они обуславливаются положением, которое в зависимости от обстоятельств, особенно от своего индивидуального телесно-душевного состояния, занимает познающий). Первый ведет свою историю от Сократа. Сократ, который является началом той Европы, которую мы знаем, первым дал себе отчет в том, что разум – это новый универсум, более совершенный, превосходящий тот, который мы спонтанно обнаруживаем вокруг нас. Видимые и осязаемые вещи непрестанно изменяются, переходят друг в друга, исчезают и разрушаются. Напротив, чистые понятия образуют класс неподвижных сущих, неизменных, совершенных и точных. В чем заключается главная мысль Декарта? “Объявить сомнительной, а тем самым и презренной всякую идею и всякое верование, которые не были бы сконструированы чистым рассуждением”. Истинный мир – это мир геометрический и количественный, а окружающий нас, непосредственно данный мир дисквалифицируется как иллюзорный, как помеха на пути “чистой мысли”. Рационализм выводит за рамки того, что требует осмысления, конкретного, чувствующего, спонтанного субъекта и историю: вся история с ее перипетиями есть для “чистой мысли” помеха и отвлечение на пути обнаружения объективной и неизменной истины. Релятивизм, удерживая, напротив, “человеческую жизненность”, признавая ее изменчивость и историчность, отказывается от идеи истины вообще. Существуют только “относительные” истины для каждого субъекта, для каждой расы, поколения, народа или пола.

Однако сам феномен мышления имеет двойственную природу: с одной стороны, “он рождается как жизненная необходимость индивида и управляется законами субъективной полезности”, является спонтанным продуктом живого субъекта, с другой стороны, мышление заключается в точном соответствии вещам, руководствуется законом истины, оно подчиняется объективному порядку. Утратив одну из этих частей, мышление потеряет смысл: мыслит всегда определенный субъект, имеющий присущие только ему потребности, желания и цели, но когда он мыслит, его мысль не абсолютно произвольна, единственный для него способ мыслить – это искать истину, которая была бы истиной не только для него одного. Эту же двойственность можно обнаружить и в искусстве, и в этике, и в праве, и в религиозной вере. В наше время “культура” вообще объективировалась, избавилась от субъекта, и как реакция на этот процесс возник релятивизм. “Культура” стала играть ту же роль, что раньше играло понятие Бога. “Переменились только сущности, и там, где древний христианский мыслитель говорил “Бог”, современный немец говорит “Идея” (Гегель), “Примат Практического Разума” (Кант, Фихте) или “Культура” (Коген, Виндельбанд, Риккерт)”. “Приходит момент, когда сама всесозидающая жизнь преклоняется перед своим творением, подчиняется ему и служит ему”.

Это время прогрессизма, т. е. такое, когда любая деятельность оценивается только по ее результативности, только по ее вкладу в достижение идеала, который всегда в будущем. Таким образом, все, что имеет ценность, становится инструментом, средством. “Труду же противостоит иной тип усилия, рождающийся не из принуждения, а являющийся вольным, щедрым импульсом жизненных возможностей – это спорт”. Именно спорт для Ортеги есть образ деятельности, которая бы вполне отвечала требованиям времени. “Поистине ценное доступно только посредством антиэкономического усилия: научное и художественное творчество, политический и моральный героизм, религиозная святость суть утонченные спортивные результаты”. “Жизнь будет создавать свои блестящие творения как бы шутя, не придавая им большой важности”. В гносеологическом плане Ортега говорит о “третьей позиции”, которую мы можем занять по отношению к нашему познанию. Субъект не является совершенно прозрачной средой, “чистым” и неизменным Я, которое бы идеально отражало реальность, но он не является и тем, кто всегда абсолютно деформирует, искривляет реальность. Функция субъекта – селекция, он отбирает некоторые факты, никогда не охватывая всю тотальность опыта, но те факты, которые он отбирает, не искажают реальность. Отбор тех или иных фактов определяется индивидуальностью. Поэтому перспектива, точка зрения (всегда конкретная) должна стать частью нашей теории познания. Складывая разные перспективы и точки зрения, мы все представляем реальность. “Мальбранш полагал, что мы познаем какую-либо истину только потому, что видим вещи в Боге, с божественной точки зрения. Мне кажется более правдоподобным обратное: Бог видит вещи сквозь людей, люди суть органы зрения божества”.

6.2.5. Реальность как система верований

Человек больше, чем мышление, поскольку он еще и страсть, страх, тревога, желание. Когда Гете говорил, что “вначале было действие”, то это была малообдуманная фраза. Действие невозможно, если ему не предшествует проект, набросок действия. Человека нет без идей, они необходимы для решения проблем, непрерывно возникающих сомнений. Человек обязан понимать, что происходит вокруг, он не может жить вслепую. Если философия может предложить анализ этических положений, ценностей и идеалов, при помощи которых люди ориентируются в жизни, понимая ее смысл, то наука, со своей стороны, должна стать действенным инструментом информирования человека о состоянии среды, в которой он живет.

Ортега различает верования и идеи-изобретения. “В идеях-изобретениях заключены наиболее строгие научные истины, можно сказать, мы создаем их, утверждаем, обсуждаем – это наши творения”. Верования, напротив, – базовые, полученные в наследство от прошлого идеи, “молчаливое наследие”. “Не мы располагаем идеями, идеи – мы сами”, содержание жизни, нашего мира и нашего бытия.

Кто-то из нас, будучи дома, решил выйти на волю: двинулся по направлению к двери, повернул ключ, открыл дверь, спустился по лестнице. Все это – осознанные действия. Но важно то, что сам акт решения наступил раньше мысли о нем. Речь идет о вере в то, что за порогом наверняка есть куда-то ведущая и зовущая нас дорога. Когда мы шагаем по улице, еще раз поясняет свою мысль Ортега, мы автоматически огибаем здания и делаем это не потому, что наш ум постоянно дает команды: “Стены непроницаемы, обойди”. Каждый момент жизни предполагает множество подобных автоматизмов, в основе которых лежат верования.

Мы помещаем реальность внутрь схем, образованных верованиями. Для нас сегодня Земля есть то, что о ней говорит астрономия. Для грека V в. до н. э. Земля была матерью Деметрой. Земля-планета и Мать-Земля сконструированы верованиями наших предков с целью “найти успокоение, не быть задушенными бесконечным страхом”. Наше окружение – верования и проблемы – результат традиции, наследственный капитал. “Сознавать себя наследником – значит иметь историческое сознание”.

6.2.6. Истины науки. Критика истины

Верования лишены абсолютно надежного характера. Эти “консолидированные мысли” бессознательно управляют нами. Иногда пропасть сомнений открывается в них. Мы чувствуем, как земля уходит из-под ног, когда начинается борьба между непримиримыми верованиями. Пошатнувшаяся и ослабевшая вера заставляет человека хвататься за спасательный круг интеллекта, изобретать новые идеи. Научные идеи в этом смысле суть удавшиеся фантазии. “Треугольник и Гамлет имеют одну и ту же родословную. Они – дети безумной семьи”, т. е. фантазии. Судьба человека – быть рассказчиком. Изобретая гипотезы и теории, он проверяет их, отбрасывая ошибочные, не замечая, что именно ошибки – настоящее сокровище. Все, чего человек достиг, он достиг силой ошибок, ибо проверены миллионы ложных, никуда не ведущих путей, откуда он, жалкий и безумный, должен вернуться назад.

По крайней мере теперь точно известно, что все те мировые проблемы, которые человек напридумал, не есть реальность. Накопленный опыт ошибок сузил область поиска выхода. “Важно не забывать ошибки – в этом история”.

Идеи нуждаются в критике, как легкие в кислороде. Самая сильная критика предполагает факты. Факты науки не есть голые и жесткие факты, ибо они теоретически обработаны. “Реальность не дана, в ней нет ничего подаренного. Это конструкция, сделанная человеком из подручного материала”. Высшая истина – очевидность, но ценность очевидности, в свою очередь, – это уже теория, интеллектуальная комбинация. “Человек науки, – писал Ортега в работе “Вокруг Галилея”, – обязан непрерывно сомневаться в собственных истинах”. Истины ценны только в той мере, в какой у них есть сопротивляемость скепсису. Непрерывный конфликт с сомнением и есть проверка. Эпистемологию Ортеги нельзя путать с прагматической эпистемологией. Истина безотносительна и не зависит от субъективных условий, уверен он. “Не может быть истины для одного и истины для другого”.

ЗАДАНИЯ ДЛЯ САМОСТОЯТЕЛЬНОЙ РАБОТЫ

1. Составьте логическую схему базы знаний по теме юниты.

2. Поставьте в соответствие понятия и их определения.

Понятие	Определение
Релятивизм	в схоластической философии то, что возвышается над всеми категориями и родовыми понятиями; основные определения всего сущего, неотделимых от него и вытекающих из его сущности с необходимостью
Психологизм	объяснять, разъяснять; подробно, развернуто, раздельно, определенно, ясно. Развертывание или развитие–раскрытие, проявление частей данности, которые в результате этого процесса получают известную самостоятельность и могут быть лучше отличены друг от друга
Трансценденталии	широко распространенное в средние века учение, согласно которому существуют две истины о мире: истина Откровения и истина философии. Таким образом, положение может быть истинным с философской точки зрения, но ложным с теологической и наоборот
Фаллибилизм	форма веры, которая получила четкое определение в эпоху Просвещения. В основе лежит признание, что хотя Бог и существует в мире как его первопричина, однако после сотворения мира движение мироздания совершается без его участия
Натурализм	пребывающий внутри, не выходящий за свои пределы. Таковым является, например, метод, который определяется самим предметом исследования; критика, которая обсуждает идею исходя из ее собственных предпосылок. В теории познания обладающий такой характеристикой означает: остающийся внутри границ возможного опыта, например внутри границ природного мира
Эксплицировать (эксплицитно)	воззрение, согласно которому психология является основой философии – и всей философии в целом, и ее отдельных дисциплин, особенно логики.
Деизм	теория, согласно которой развитие науки происходит благодаря ошибкам, неверным теориям и их критике. Положительным моментом науки является не утверждение истинной теории, а критика прежних
“Двойственная истина”	философско-мировоззренческое направление, которое рассматривает природу как универсальный принцип объяснения всего сущего, причем часто открыто включает в понятие “природа” также Дух и духовные творения. В этике – это требование жизни, согласующейся с законами природы, развитие естественных побуждений, а также философская попытка объяснить понятие морали чисто природными способностями, побуждениями, инстинктами, борьбой интересов
Имманетный	совокупность философских направлений, делающих центральным пунктом анализа разум, мышление, рассудок – с субъективной стороны, и разумность, логический порядок вещей – с объективной. Это метод мышления эпохи Просвещения, разделяющий оптимизм этого мышления, ибо он верит в неограниченную силу человеческого познания, которые в той или иной степени властвует над всем существующим
Рационализм	философская, гносеологическая точка зрения, впервые отчетливо представленная софистом Горгием, согласно которой все знания рассматриваются лишь как относительно правильные, ибо они обусловливаются положением, которое в зависимости от обстоятельств занимает познающий. В этике различие между добром и злом становится относительным
Позитивизм	в самом широком смысле означает переход границ между двумя областями, в особенности из области посюстороннего в область потустороннего. В метафизике – переход из сферы возможного опыта (природы) в сферу, лежащую по ту сторону его
Трасценденция	направление в философии, которое исходит из данного, фактического, устойчивого, несомненного и ограничивает им свое исследование и изложение, а метафизические объяснения считает теоретически неосуществивыми и практически бесполезными

3. Расположите философов в соответствии с теми историческими периодами, в которые они жили и работали:

Исторический период	Философ
Возрождение (XV–XVI вв.)	Паскуале Галуппи Чезаре Ломброзо
Просвещение (XVII–XVIII вв.)	Джанни Ваттимо Людовико Муратори Бернардино Телезио
Риссорджименто (XIX в.)	Карло Каттанео Роберто Ардиго
Позитивизм и неоидеализм (XIX в.)	Пьетро и Алессандро Верри Томмазо Кампанелла Бенедетто Кроче
Герменевтика. Неомарксизм (XIX в.)	Антонио Грамши Винченцо Джоберти Джованни Джентиле

4. В левой колонке даны имена философов, в правой – даты жизни. Поставьте их в верные соотношения:

Бенедетто Кроче Леонардо да Винчи Мигель де Унамуно Джанни Ваттимо Чезаре Ломброзо Людовико Муратори Томмазо Кампанелла Карло Каттанео Винченцо Джоберти Джованни Джентиле Аугусто Мурри Паскуале Галуппи Ортега-и-Гассет Антонио Грамши

1770 – 1846 1841 – 1932 1862 – 1952 1875 – 1944 1883 – 1955 1936 1568 – 1639 1452 – 1519 1864 –1936 1801 – 1852 1891 – 1937 1801 – 1869 1836 – 1910 1672 – 1743

5. Напишите реферат на тему “Основные философские идеи итальянского Возрождения”.

6. Напишите реферат на тему “Специфические особенности итальянского неомарксизма (А. Лабриола и А. Грамши)”.

7. Напишите реферат на тему “Понятие “дебольного” мышления в философии Дж. Ваттимо. Понятие истории и пост-истории (постмодерна)”.

ФАЙЛ МАТЕРИАЛОВ

ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА

Исторический период	Философ
Итальянское Возрождение – XV – XVI вв.	Леонардо да Винчи (1452 – 1519) Николай Кузанский (1401 – 1464) Бернардино Телезио (1509 – 1588) Джордано Бруно (1548 – 1600) Томмазо Кампанелла (1568 – 1639)
Итальянское Просвещение – XVII – XVIII вв.	Пьетро Джанноне (1676 – 1784) Людовико Муратори (1672 – 1743) Пьетро Верри (1728 – 1797) Алессандро Верри (1741 – 1816)
Рисорджименто – XIX в.	Джан Доменико Романьози (1761 – 1835) Паскуале Галуппи (1770 – 1846) Антонио Розмини (1797 – 1855) Карло Каттанео (1801 – 1869) Винченцо Джоберти (1801 – 1852)
Позитивизм и неоидеализм в Италии – XIX в.	Сальваторе Томмази (1813 – 1888) Роберто Ардиго (1828 – 1920) Чезаре Ломброзо (1835 – 1909) Аугусто Мурри (1841 – 1932) Бенедетто Кроче (1866 – 1952) Джованни Джентиле (1875 – 1944)
Герменевтика. Неомарксизм – XX в.	Антонио Лабриола (1843 – 1904) Антонио Грамши (1891 – 1937) Джанни Ваттимо (1936) Мигель де Унамуно (1864 – 1936) Хосе Ортега-и-Гасет (1883 – 1955)

ГЛОССАРИЙ

	Агностицизм	учение о непознаваемости истинного бытия, о трансцендентности божественного, в более широком смысле – о непознаваемости истины и объективного мира, его сущности и закономерностей
	Теизм	вера в единого, индивидуального, самосознающего и самодействующего Бога, существующего вне и над миром, Бога, который рассматривается как творец, хранитель и властитель мира
	Пантеизм	учение о том, что все есть Бог; обожествляющее Вселенную и природу
	Деизм	форма веры, которая получила четкое определение в эпоху Просвещения, в основе которой лежит признание, что хотя Бог и существует в мире как его первопричина, однако после сотворения мира движение мироздания совершается без его участия
	Экспликация (экспликативный принцип)	развертывание или развитие–раскрытие, проявление частей данности, которые в результате этого процесса получают известную самостоятельность и могут быть лучше отличены друг от друга
	Панпсихизм	учение о всеобщей одушевленности, согласно которому все вещи одушевлены, обладают жизнью и психикой; это же относится к миру как целому
	Гилозоизм (гилопсихизм)	философское направление, рассматривающее всю материю как живую (одушевленную); воззрение, согласно которому материя никогда не может существовать и быть деятельной без духа, а дух – без материи
	Двойственная истина	широко распространенное в средние века учение, согласно которому существуют две истины о мире: истина религиозная, истина Священного Писания, и истина философии
	Аверроизм	философско-теологическое направление эпохи христианского средневековья и Возрождения, восходящее к воззрениям арабского философа XII в. Аверроэса; последователи этого напрвления, выступая с критикой церковного учения, использовали ту его часть, в которой утверждается, что представления религии являются лишь аллегорически выраженными чистыми (философскими) истинами
	Номинализм	философское воззрение, согласно которому всеобщие понятия, универсалии, не имеют вне мышления никакого действительного прообраза и поэтому представляют собой только субъективные формы мысли
	Имманентный	пребывающий внутри, не выходящий за свои пределы
	Трансценденталии	в схоластической философии то, что возвышается над всеми категориями и разовыми понятиями; основные определения всего сущего, неотделимые от него и вытекающие из его сущности с необходимостью
	Телеологизм	учение о цели или целесообразности; о том, что не только действия человека, но и исторические события и природные явления направлены как в общем плане, так и в частностях к определенной цели
	Органицизм	в противоположность механицизму уподобляет развитие природы и общества развитию организма, т. е. целостного, окончательного, неразложимого далее единства
	Позитивизм	направление в философии, которое исходит из “позитивного”, т. е. из данного, фактического, устойчивого, несомненного, и ограничивает им свое исследование и изложение, метафизические объяснения считает теоретически несущественными и практически бесполезными
	Психологизм	воззрение, согласно которому психология является основой философии – и всей философии в целом, и ее отдельных дисциплин, особенно логики
	Фаллибилизм	теория, согласно которой развитие науки происходит благодаря ошибкам, неверным теориям и их критике
	Трансценденция	в самом широком смысле означает переход границ между двумя областями, в особенности из области посюстороннего в область потустороннего (трансцендентного)
	Иммагинация (иммажинация)	воображение, фантазия, образное наглядное представление, сила воображения
	Гуманизм	система взглядов, признающая ценность человека как личности, считающая благо человека критерием оценки всех социальных явлений
	Рационализм	совокупность философских направлений, делающих центральным пунктом анализа разум, мышление, рассудок – с субъективной стороны, и разумность, логический порядок вещей – с объективной
	Релятивизм	философская, гносеололгическая точка зрения, согласно которой все знания рассматриваются лишь как относительно правильные, ибо они обусловливаются положением, которое в зависимости от обстоятельств занимает познающий

ГЛАВА 4. РУССКАЯ ФИЛОСОФИЯ БЫТИЯ