История христианства (стр. 16 )

В Римо-Католической Церкви от постящихся требуется воздержание лишь от мясной пищи. До 60-ых годов ХХ в. латиняне соблюдали сорок дней Великого поста, однодневные посты перед большими праздниками и трехдневные – в начале каждого квартала. Сейчас обязательными постными днями в Римо-Католической Церкви являются лишь Пепельная Среда – первый день Великого поста, в который было принято в знак покаяния посыпать голову пеплом и Страстная Пятница. Тем не менее, в период Великого поста и Адвента – сорокадневного подготовительного периода перед Рождеством предписывается воздержание от увеселений и дурных привычек.

Молитва – это главный признак, определяющий наличие духовной жизни. В ней человек отвечает взаимностью на обращенную к нему любовь Божию. Преп. Марк Подвижник называет молитву «матерью добродетелей, которая рождает их от соединения с Христом». В молитве призывается благодать Святого Духа, без помощи которой человек не может своими силами противостоять искушениям. Кроме Богослужений, православный христианин ежедневно читает утренние и вечерние правила, состоящие из определенного набора молитвословий, Псалтирь, каноны, акафисты, а также практикует повторение коротких молитв: «Иисусовой» (см. ниже), «Богородице, Дево, радуйся», «Молитвы Мытаря» и др., стремясь молиться непрестанно в течение дня («Непрестанно молитесь», - 1 Фес.5,17). Св. Отцы пишут, что добрые дела и память о Боге равноценны непрестанной молитве и могут ее заменить, т. к. мирянам, отягощенным повседневными заботами, трудно постоянно пребывать в состоянии молитвенного делания, к которому, тем не менее, следует стремиться по мере сил. Все молитвы можно разделить на просительные (за себя и за других), благодарственные и покаянные.

Главная просительная молитва – это «Отче Наш» (Молитва Господня). Свт. Феофан Затворник пишет, что все молитвы, какие только употребляет Церковь – это разъясненная и в разных видах изложенная Молитва Господня, т. к. в ней совмещены все человеческие нужды – духовные и телесные. Господь заповедал человеку молиться, дав обетование, что он будет услышан, – «Просите, и дастся вам, ищите и найдете, стучите, и отворят вам» (Лук.11,1-10). В молитве об определенных предметах всегда следует содержать в уме одно условие: «если, Господи, Ты Сам находишь это спасительным». По преп. Исааку Сирину, любую молитву можно сократить так: «Тебе, Господи, ведомо, что мне полезно: сотвори же со мною по воле Твоей». Преп. Иоанн Лествичник указывает, что «просящие чего-либо у Бога не получают того, потому что просят прежде времени, или потому, что просят выше меры и по тщеславию, или потому, что получив просимое, они возгордились бы и впали в нерадение». Часто человек не получает просимое по причине того, что на самом деле не просит Бога, а лишь произносит пустые слова, не имея сердечной веры. Всевидящий Бог знает потребности людей прежде их прошения, но заповедал молитву, чтобы возбудить в них твердую веру, без которой невозможно спастись.

Благодарственные молитвы – это благодарение и славословие Бога за сотворение мира, спасение человеческого рода и за все события, случающиеся в жизни людей – приятные и скорбные, в которых Господь всегда проявляет заботу о человеке, посылая то, что необходимо для его души и тела. «О всем благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе» (1 Фес.5,18). Примеры благодарственных молитв – «Великое Славословие» (см. №2, «Повечерие», «Утреня») и «Малое Славословие» - «Слава Отцу, и Сыну, и Святому Духу, и ныне, и присно, и во веки веков». Церковь также непрестанно славословит Божию Матерь (напр., молитвы «Богородице, Дево, радуйся» и «Достойно есть») и святых угодников Божиих в многочисленных тропарях, кондаках, стихирах, величаниях, канонах и акафистах. Краткая молитва «Слава Богу за все» сопровождает христианина в течение всей его жизни.

Покаянная молитва – это исповедание греховности и немощи пред Богом и предание себя Его святой воле. Церковь употребляет множество покаянных молитвословий, напр., «Великий канон» св. Андрея Критского, молитва преп. Ефрема Сирина (по форме – просительная), «Трисвятое» - покаянная молитва к Святой Троице, - «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас» и др. Покаяние требуется от человека буквально на каждом шагу, т. к. он постоянно согрешает по своей падшей природе. Св. Отцы называют покаяние одновременно «матерью и дщерью молитвы», что относится ко всем ее видам. Для выражения покаянного состояния ума и сердца лучше всего подходят короткие, часто повторяемые молитвы, т. к. на них легче сосредоточиться, чем на пространных молитвословиях. Такие молитвы принято называть «поучением» или «памятью Божией». Православные христиане обычно практикуют Иисусову молитву: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго». Иисусова молитва происходит от евангельской молитвы Мытаря: «Боже, милостив буди мне грешному». Она произносится также в сокращенном виде: «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя», «Иисусе, Сыне Божий, помилуй мя» или «Господи, помилуй». Иисусову молитву именуют «сокращенным Евангелием», т. к. она содержит исповедание Иисуса Христом (Мессией) и Сыном Божиим, покаянное взывание к Спасителю о помиловании во исполнение Его заповеди: «Просите во имя Мое» (Ин.16,23-24) и признание собственной греховности и немощи.

Приступающие к Иисусовой молитве сталкиваются с сопротивлением плоти – ленью и рассеянностью в мыслях, но от новоначальных требуется понуждение себя к постоянной молитве, сначала совершаемой вслух по четкам. Благодать Божия, присущая имени Иисусову, постепенно перерождает человека и укореняет молитву в уме так, что она постоянно творится в мыслях не только во время повседневных дел и разговоров, но и во сне. Затем делатели Иисусовой молитвы соединяют очищенные от страстей ум и сердце, под которым понимается средоточие всех человеческих чувств. Ум, занятый непрестанной молитвой, концентрируется в области сердца, применяясь к его пульсу и ритму дыхания так, чтобы первая часть молитвы – «Господи, Иисусе Христе (Сыне Божий)» соответствовала вдоху, а вторая часть – «помилуй мя (грешного)» - выдоху. Переход от устной молитвы к умной и от умной – к сердечной может происходить незаметно для самого подвижника, по мере его духовного преуспеяния. При этом, не требуется прибегать к вышеописанной психофизической практике, болезненной для души и тела. Сердечная (чистая) молитва часто сопровождается благодатным даром слез, которые рождаются от сокрушения сердца и умиления. Таким образом, человек вступает в Богообщение всем своим существом, обретая, по слову Евангелия, Царство Божие внутри себя и соделываясь сосудом благодати. В святоотеческой литературе говорится, что после того, как подвиг покаянной молитвы и поста награждается от Господа зрением Божественного Света и состоянием благодатного мира в душе, что может сопровождаться явлением Самого Спасителя, Божией Матери и святых в жизни подвижника наступает длительный, порой многолетний период духовных испытаний. Лишившись дара благодати по причине действия страстей или по Промыслу Божию, человек тяжело страдает от своей греховности и чувства «богооставленности» и проводит жизнь в непрестанном покаянии, духовном и телесном делании, желая вернуть утраченное и вновь обретает благодатное состояние души, окрепнув духовно для Вечной Жизни.

Иисусова молитва является обязанностью монахов, которые для этой цели всегда имеют при себе четки. Церковь благословляет ее и всем православным христианам, особенно неграмотным и не знающим других молитвословий. При этом, обучение умносердечной молитве посредством введения ума в сердце св. Отцы обычно строго воспрещают мирянам и новоначальным инокам. Для тех, кто практикуют умносердечную молитву необходимо руководство опытного духовного наставника. Обязательными условиями при обучении непрестанному деланию Иисусовой молитвы являются бдение, трезвение (борьба с помыслами), пост (в т. ч. отказ от алкоголя и мясной пищи) и безмолвие (удаление от мирских разговоров, забот и привязанностей), что удобнее всего может практиковаться монашествующими – особенно теми, кто пребывает в затворе. Келейное монашеское правило, включающее в себя определенное количество Иисусовых молитв, должно чередоваться с псалмопением (протяжным чтением псалмов и молитвословий), поклонами, рукоделием и духовным чтением. Самочинные занятия подобного рода, особенно в сочетании с усиленным постом и бдением приводят неопытного подвижника к прелести – состоянию, в котором бесовские наваждения и собственные фантазии принимаются за действие благодати. Прельщенный, находясь в крайнем нервном возбуждении, испытывает во время молитвы чувственные наслаждения и может наблюдать в видениях бесов, являющихся в виде Ангелов, святых и даже Христа, тогда как высокие духовные состояния, переживаемые истинными подвижниками, развиваются из тихого, мирного, благоговейного и покаянного настроя души и не имеют ничего общего с чувственностью. Причина прелести состоит в том, что в душе, еще не очищенной покаянием и не стяжавшей дух смирения, продолжают действовать страсти, в первую очередь – тщеславие и гордость (см. ниже), питающие высокоумие, мечтательность и сладострастие. Последствием прелести становится полное охладение к духовной жизни и глубочайшее нравственное падение, которое часто приводит к умопомешательству и самоубийству. Св. Отцы предостерегают тех, кто стремится к поиску мистического опыта, вместо того, чтобы целью и источником молитвы полагать покаяние, очищая ум от мечтаний и образов. В «Лествице» указан наиболее безопасный и доступный способ делания Иисусовой молитвы для монахов и мирян: слова молитвы следует произносить неспешно, полностью заключая в них ум, исполненный раскаяния. Это правило относится и к любой другой молитве. Когда ум заключен в словах молитвы, то сердце сочувствует уму и приходит в умиление. Внимание – душа молитвы. Оно приводит в успокоение чувства и эмоции и открывает путь в сердце для благодати Божией. Рассеянность, напротив, делает молитву бесплодной и превращает ее в празднословие, а мечтательность приводит к прелести. Многие св. Отцы, в т. ч. свт. Игнатий Брянчанинов и свт. Феофан Затворник рекомендуют ограничиваться лишь практикой устной молитвы Иисусовой, прибегая к вышеуказанному способу и придавая центральное значение не количеству молитв, а их качеству. В этом случае делатель молитвы может обходиться без руководства духовного наставника. Устная молитва в зависимости от духовного преуспеяния может сама постепенно перейти в умную и сердечную (см. выше). Преп. Серафим Саровский советует при устном повторении молитвы Иисусовой сосредотачивать взгляд на устах либо закрывать глаза. Сосредоточению внимания также способствует непродолжительная задержка дыхания. Устная молитва может сопровождаться земными поклонами, количество которых должно быть умеренным, чтобы не вызывать плотского разгорячения.

Первым человеком, стяжавшим дар непрестанной сердечной молитвы, св. Отцы называют Пресвятую Богородицу, Которая, таким образом, удостоилась стать земной Обителью и Матерью Сына Божия. Молитвенному призыванию имени Иисусова тождественно Крестное знамение, сопровождающее все церковные молитвы, т. к. изображение Креста Господня – всемирного Жертвенника является своего рода иконой Спасителя, и ему присуща особая благодатная сила, которой Сын Божий уничтожил власть смерти и которой трепещут нечистые духи. Св. Иоанн Кронштадтский пишет, что Крест стал единым целым со Христом после того, как Господь провисел на нем в течение нескольких часов. Освящая своими концами четыре стороны света, т. е. все пространство Вселенной, Крест также является образом Самоумаления Бесконечного Бога, непостижимо вселившегося в пораженный тлением материальный мир, который Он как бы обнимает распятыми Руками, распростертыми в жертвенной любви. По толкованию св. Отцов, верхний конец креста обозначает Бога-Отца, нижний – Сына Божия, сошедшего во ад ради нашего спасения, а правый и левый концы – Святого Духа. Три перста, сложенные во время Крестного знамения, также означают Святую Троицу, а два перста, прижатые к ладони – Божественную и человеческую природы Христа. Осенение Крестным знамением чела просвещает ум к познанию Бога, осенение чрева освящает сердце для любви к Богу и ближним, осенение правого и левого плеч дает телесную крепость для совершения добрых дел. Крестное знамение, Иисусова молитва и Таинства Церкви стоят в одном ряду как средства соединения со Христом, хотя и различаются по характеру своего мистического воздействия.

Борьба со страстями. Для того, чтобы, прибегая к помощи Божией, противостоять помыслам, необходимо прежде научиться отличать естественные помыслы от лукавых. Сами предметы страсти не являются источниками зла, т. к. сотворены Всеблагим Богом. Они лишь служат предлогами для возбуждения страсти в искаженном грехом воображении, которое вместо Бесконечного устремляется к конечному. Помыслу предшествует прилог – внешнее впечатление или возникший в уме образ предмета, способного вызвать страсть. Сам прилог еще не является грехом, но может стать его причиной, если помысел заострит на нем внимание. Именно здесь проявляется свобода воли. Если человек поддается искушению и свободно принимает помысел, то он вступает в состояние, которое именуется сочетанием или сдружением с помыслом, т. е. уже согрешает. Принятый помысел полностью овладевает сознанием, вызывая целый ряд пленяющих образов. Тогда, прежде всего, необходимо отвлечь внимание от возникших образов и ассоциаций твердым волевым усилием, прибегая к помощи Божией в кратких покаянных и просительных молитвах. Если этого не происходит, воля может склониться и к самому осуществлению помысла – словом или делом. (В святоотеческих аскетических наставлениях встречаются рекомендации для опытных подвижников принимать помыслы и вести с ними спор, чтобы, тем самым, посрамлять диавола и совершенствоваться в добродетели. Для неопытных этот вид внутренней брани крайне опасен, т. к. их воля не обладает устойчивостью ко злу и легко поддается искушению.) Такое состояние, когда воля полностью подчиняется страсти называется пленением. Душа, плененная страстью, и после телесной смерти продолжает требовать ее удовлетворения, но, будучи лишена тела, посредством которого привыкла утолять страсть, более не может избавиться от невыносимого томления. Кроме того, могут иметь место помыслы, называемые «набегами мысли», которые пленяют душу мгновенно, в самый неожиданный момент.

Св. Отцы, напр., преп. Иоанн Кассиан, обычно выделяют всего восемь страстей: блуд, чревоугодие, сребролюбие, гнев, печаль, уныние, тщеславие и гордость. Первые две являются плотскими, а остальные – душевными. В различных сочетаниях между собой страсти порождают друг друга, а также всевозможные пороки, напр., уныние в сочетании с чревоугодием порождает пьянство. Все страсти в той или иной степени действуют в каждом человеке, но одна или несколько страстей всегда преобладают над остальными и могут в определенный период времени их полностью вытеснять, напр., блуд может возобладать над гневом, чревоугодие – над сребролюбием, уныние – над чревоугодием, а гордость – над всеми страстями. Св. Отцы советуют направлять все духовные силы на борьбу с теми страстными помыслами, которые в особенности беспокоют человека в настоящее время. Корень всех страстей – самолюбие, - любовь, обращенная вместо Бога к собственной персоне и порождающая три главные страсти: славолюбие (гордость и тщеславие), сластолюбие (плотские страсти) и сребролюбие. Именно через эти страсти диавол склонил к грехопадению Адама и искушал Христа в пустыне. Дух человека, естественно стремящийся к Богу, но находящийся в плену у падших души и тела, побуждает его к бесконечному удовлетворению желаний плоти. Пребывая в состоянии ослепления, человек видит в самоугождении высший смысл своей жизни и подчиняется блуду и чревоугодию. Борьба с плотскими страстями неизбежна для любого, кто вступает на путь христианского подвига. Господь попускает действие плотских искушений на человека для того, чтобы он в борьбе с ними тренировал свою волю и чаще прибегал в молитве к помощи Божией. Свт. Тихон Задонский называет искушения зеркалом, показывающим скрытые помыслы, а также рвотным средством, которое извергает наружу всю греховную скверну души. Пленение же страстями блуда и чревоугодия происходит в связи с ослаблением духовной жизни и развитием чувственного эгоизма.

Блуд, по словам преп. Иоанна Лествичника, из всех страстей особенно любим бесами, т. к. через блуд они овладевают и телом, и душой человека, в отличие от чревоугодия, которым порабощается только тело. Главными причинами действия («залогами») блудной страсти св. Отцы называют угождение плоти, осуждение ближних и богохульство. Разновидностями блуда являются: блудные мечтания, непристойные разговоры, рукоблудие, прелюбодеяние (супружеская измена), любодеяние (внебрачные половые связи), содомские грехи (половые извращения), неумеренность в супружеской жизни и осквернение во время сна. Особенность блудного греха состоит в том, что два тела, хотя и незаконно, соединяются в одно (1 Кор.6,16). Поэтому, хотя грех блуда и прощается немедленно, после искреннего раскаяния, в том случае, если имело место совокупление, тело и душа очищаются от этой страсти в течение продолжительного времени, пока окончательно не уничтожится связь, возникшая между телами и насадившаяся в сердце. Для падших в блуд устанавливаются длительные сроки покаяния. Средства против этой страсти – пост, молитва, бдение, поклоны, физический труд, немногословие и хранение чувств.

Чревоугодие делится на три вида: тайноядение (вкушение пищи отдельно от общей монастырской трапезы), гортанобесие (необузданное стремление к наслаждению вкусной пищей, без чувства благодарности Богу) и чревобесие (объедение). Борьба с чревоугодием состоит в том, чтобы сознательно принимать пищу в качестве необходимой потребности тела, а не ради услаждения или праздности. Удовольствие от приятной пищи одухотворяется, если сопровождается чувством благодарности Богу. Особенно действенные средства против чревоугодия – это пост и навык выходить из-за стола немного голодным, («чтобы хотелось молиться», - по словам преп. Силуана Афонского), т. к. чувство сытости усыпляет духовную бдительность, в результате чего возникает самодовольное и праздное состояние – почва для развития страстей. Чревоугодие именуется «матерью блуда», т. к. насыщение способствует разжению похоти. Преп. Иоанн Лествичник пишет: «Плоть сия есть друг неблагодарный и льстивый: чем более мы ей угождаем, тем более она нам вредит».

Сребролюбие по интенсивности может превосходить плотские страсти. Любовь к богатству связана со сластолюбием, тщеславием и неверием – страхом перед будущим и надеждой не на Бога, а лишь на собственные деньги. Безудержное накопительство денег, которые даже могут не воплощаться в материальные ценности становится самоцелью. Сам факт обладания большим имуществом еще не говорит о том, что его владелец – сребролюбец. Известны случаи, когда люди, отказавшись от больших состояний, в монастыре привязываются к нечтожным и маловажным вещам. Тем не менее, богатство, и в первую очередь – деньги, согласно святоотеческому учению, не является чем-то нейтральным и служит серьезным препятствием на пути ко спасению. Сам Спаситель говорит о трудности вхождения богатого в Царство Небесное и призывает для достижения совершенства отказаться от своего имения. Порождениями сребролюбия являются жадность и зависть, свойственные как богатым, так и бедным. Привязанность к вещественному миру препятствует любви к ближнему. В творениях св. Отцов говорится о необходимости приобрести навык легко переносить материальный ущерб, чему способствует щедрость в милостыне. Преп. авва Дорофей пишет о милостыне, что «сия добродетель особенно подражает Богу и уподобляет Ему человека»; «Будьте милосердны, как Отец ваш милосерд» (Лук.6,36). Это значит, что давать нужно так, «как будто сам принимаешь», т. е., проявляя к нуждающемуся максимальное сострадание. По словам св. Иоанна Кронштадтского, дающему принадлежит только его сердечное расположение, которое и принимается Богом. Сама же милостыня является даром Божиим, а дающий лишь служит посредником при распределении среди ближних посылаемых от Господа земных благ.

Гнев – это самая быстровозбудимая страсть, т. к. состояние бешенства наступает мгновенно. Впадающие в эту страсть нарушают главную христианскую заповедь – о любви к ближнему, воздавая злом за зло либо гневаясь напрасно. В Нагорной проповеди Спаситель отождествляет гнев с убийством (Мф.5,21-22). Своего рода чувство удовольствия, сопутствующее гневу, по силе превышает любое чувственное наслаждение. Причина гнева – в отстаивании своих личных интересов, - гордого самомнения или плотских страстей и привязанностей к материальным ценностям. Чтобы не дать разгореться этой страсти, при появлении раздражения на человека или обстоятельства следует прибегать к самоукорению, т. е. считать самого себя виновником сложившейся ситуации. Долг христианина - первым просить прощения у ближнего, воспринимая оскорбления с радостью и благодарностью Богу за попечение о нашем духовном возрастании, которое совершается через самопреодоление. «Солнце да не зайдет в гневе вашем» (Еф.4,26). Преп. Максим Исповедник пишет: «Простим друг другу как искушаемым друг через друга, поскольку против всех нас ведет брань общий враг». Св. Иоанн Кронштадтский увещевает гневающихся такими словами: «Не желай зла ненавидящему или обидевшему тебя, потому что он уже наказывается своей страстью. Покажи ему, что он обижает не тебя, а себя: пожалей его сердечно и помолись за него». Свт. Тихон Задонский пишет, что если нас злословят незаслуженно, то и тогда следует терпеть, потому что мы всегда грешны в чем-нибудь другом и должны за это страдать. От страсти гнева нужно отличать праведный гнев – способность возмущаться неправдой и вовремя восставать против зла в окружающем мире и в собственной душе. Св. Отцы пишут, что гнев дан человеку для того, чтобы с его помощью бороться со своими страстями.

Печаль наступает в результате упадка душевных сил по причине неудовлетворенности страстей либо, наоборот, душевной опустошенности, возникающей после их удовлетворения. Печаль сопровождается скукой, от которой человек впадает в праздность, лень, саможаление, малодушие и любые другие грехи. Эта страсть приводит к апатии и ослабляет волю до такой степени, что человек уже не в силах сделать и малейшего шага на пути духовного роста и впадает в уныние (см. ниже). Лекарством в этом случае служат посильный труд с молитвой, духовное чтение, размышление о вечных благах с надеждой на Бога и общение с благочестивыми людьми. Злопамятство – это печаль, возникшая от неудовлетворенности страсти гнева. Для его обуздания нужно, во-первых, молиться за врагов по заповеди Христа, а во-вторых – отделить печаль от злой памяти, связанной с данным человеком. Кроме греховной печали существует «печаль по Бозе» - чувство сокрушения о собственных грехах, соединенное с надеждой на милость Божию к кающимся грешникам. «Печаль по Бозе» рождает «радостотворный плач» - благодатные слезы, которые служат признаком милости Божией к кающемуся.

Уныние – результат печали, - подавленность и потеря контроля разума над ходом духовной жизни. Эта страсть имеет особенно мучительное воздействие на душу человека. Состояние уныния сопровождается отвращением и ненавистью к окружающим и потерей надежды на Бога, в результате чего наступает отчаяние. В аскетической литературе говорится, что уныние может быть вызвано внушениями «беса полуденного» (Пс.90), нападающего на монахов примерно между десятью часами утра и часом пополудни. Средство против уныния – молитва с твердой надеждой на вечные блага, терпение, упражнение в Слове Божием и уклонение от праздности, празднословия и развлечений.

Тщеславие и гордость отличаются от других страстей тем, что их причиной могут стать успехи в подвижнической жизни. Они возникают, когда человеку с помощью Божией удается в определенной мере обуздать другие страсти или сделать на этом пути лишь первые шаги. У людей, не ведущих духовную жизнь, тщеславие и гордость проявляются в наиболее грубой форме и служат причиной большинства совершаемых ими грехов.

Тщеславие возникает не только от превозношения плотскими преимуществами, но также от любви к добродетели ради славы человеческой, что неразрывно связано с дочерней тщеславию страстью - лицемерством. Добрые дела, служащие тщеславию, теряют свой христианский смысл. Если другие страсти врачуются противоположными им добродетелями, то тщеславие, на первый взгляд, будучи побеждено, вновь возникает по поводу победы над собой. Преп. Иоанн Кассиан, подчеркивая особое коварство духа тщеславия, сравнивает эту страсть со слоями кожуры лука, каждый из которых скрывается под предыдущим слоем. Тщеславный человек утверждает свой собственный путь, отказываясь от Божественного водительства и впадает в гордость.

Гордость – это наиболее душепагубная страсть. Именно гордыня стала причиной падения сатаны. Если в состоянии тщеславия человек наслаждается своими подвигами, то впав в гордость, он приписывает их целиком себе, возвышая свою личность до полной независимости от кого бы то ни было и презирая окружающих. Состояние горделивого самомнения – это искаженное презрение ко греху, свойственное первозданному человеческому естеству. Характерными проявлениями гордости являются: осуждение других, превозношение, прекословие, высокоумие, стремление поучать, невидение собственных грехов, самооправдание, ропот на людей и неприятные жизненные обстоятельства, насмешливость, дерзость, грубость, сквернословие и богохульство. Возгордившийся подвижник тут же падает со своей духовной высоты и становится жертвой самых низменных страстей. Это попущение Божие служит к познанию человеком своей немощи и неспособности падшей природы противостоять силам зла, что должно вновь привести охладевшую душу к покаянию пред Богом. В качестве лекарства от гордости необходимо стремиться к стяжанию духа смирения. Свт. Игнатий Брянчанинов пишет: «Смирение есть непостижимое действие непостижимого мира Божия, непостижимо постигаемого одним блаженным опытом». Этот благодатный мир является плодом непрестанной сердечной молитвы. От смирения проистекает смиренномудрие, которое свт. Игнатий определяет как «правильный образ мысли человека о человечестве и о себе самом, внушенный Божественной Истиной». Стяжание смирения начинается с самоукорения (искоренения положительной самооценки) и послушания Божией воле (веры, страха Божия, кротости, нестяжательности и самоотвержения). Всякий раз, когда возникает гордый помысел, следует вспоминать о прежних грехах, и тогда все действительные или мнимые успехи, достигнутые на духовном пути, окажутся ничтожными, по сравнению с обилием несовершенств, которые необходимо исправлять до конца своей жизни. «Если мы говорим, что не имеем греха, мы сами себя обманываем, и истины нет в нас» (1 Ин.1,8). Свт. Тихон Задонский пишет, что «смотреть следует не на ту добродетель, которую имеешь, а на ту, которой не имеешь. Если же сделал добро, приписывай его Богу и благодари Его за это, т. к. без Божией благодати мы не можем творить ничего, кроме греха». Все добрые дела, совершаемые человеком, не должны иметь для него никакой ценности, т. к. к ним всегда примешано зло, гнездящееся в душе. Тем не менее, добродетели, совершенные со смирением и во славу Божию, Господь вменяет в праведность, т. к. смиренный человек устраняет свою греховную волю и предоставляет действовать благодати Святого Духа. Поэтому, все св. Отцы искренно считали себя самыми грешными и последними из людей. Преп. Иоанн Лествичник называет смирение «Божественным покровом, который не дает нам видеть наши исправления». Следует отличать подлинное смирение, чуждое всякого уныния, от лжесмирения, внушенного бесами, которые указывают на обилие грехов, повергая человека в скорбь и отчаяние. Тем, кто пребывает в таком состоянии, следует помнить, что любой грех врачуется покаянием, которое должно постоянно быть в уме и сердце. Мнимое смирение, когда человек считает себя смиренным – это ужаснейший вид гордости. Истинное смирение не видимо ни самим человеком, ни окружающими его. Истинно смиренному свойственно осознавать себя гордым. Главным препятствием к стяжанию духа смирения служит осуждение ближнего. Человек способен судить лишь о внешних действиях окружающих, тогда как истинное состояние их душ открыто лишь одному Богу. Ум, не очищенный от страстных помыслов, не способен видеть обстоятельства, смягчающие вину ближнего. Кроме того, этой вины может и вовсе не быть, т. к. помыслы осуждения часто являются клеветой диавола, стремящегося внушить людям неприязнь друг к другу: «Не судите на лица, но праведный суд судите» (Ин.7,24). Поэтому, произнесение суда на ближнего в словах или в мыслях – это, с одной стороны, оскорбление Бога, на место Которого ставит себя осуждающий, а с другой – проявление по отношению к другому человеку несправедливости и немилосердия. Осуждение всегда сопряжено с превозношением своими «достоинствами» по сравнению с несовершенством ближних. Для вразумления человека Господь попускает ему впадать в те же грехи, которые он осуждал в других. Осуждение делает душу холодной к молитве и невосприимчивой к благодати Божией: «Как вода угашает огонь, так осуждение угашает благодать Божию», - пишет преп. Иоанн Лествичник.

Смиренное несение своего креста – это уподобление Христу, Который покорно принял Страдания и смерть, облачив в тварное Тело все величие и славу Своей Божественной природы. Свт. Игнатий Брянчанинов пишет, что терпение скорбей с благодарением и славословием Бога преобразует «свой крест» в «Крест Христов». По выражению преп. Исаака Сирина, Бог награждает не за труд о добродетели, а за смирение, которое невозможно без терпения скорбей. Первопричина каждой конкретной скорби или болезни в большинстве случаев остается сокрытой для человека, за исключением явных на то указаний естественного или чудесного характера. Можно лишь констатировать, опираясь на творения св. Отцов, что страсти, по неведомым нам духовным законам, влекут за собой душевные и телесные страдания, часто называемые «наказанием Божиим». Господь попускает испытывать человеку последствия его греховности лишь отчасти – в той мере, в какой это для него может быть спасительно. Если бы благодать Святого Духа постоянно не ограждала людей от зла, никто из человеческого рода не остался бы в живых, будучи раздавлен бременем своих грехов или истреблен с лица земли падшими духами. Причиной врожденных болезней могут являться грехи родителей, последствия которых Господь промыслительно обращает во благо, т. к. крест, выпавший на долю родителей и ребенка, может послужить к их спасению. Особого рода страдания испытывают праведники, которые хотя и не живут по страстям, терпят суровые искушения, посылаемые для их духовного возрастания. Многие святые даже молились о ниспослании им телесного недуга, чтобы в благодарении за него проявить свою любовь к Богу. Тот, кто смирился со скорбями до конца своей жизни и оставил надежду найти легкий путь к Богу, мужественно преодолевает все испытания, всегда сохраняя бодрость духа. Впадающий при нашествии скорбей в ропот и малодушие, также несет голгофский крест, но крест отверженного разбойника, который неспасителен и имеет своим продолжением вечные муки. Согласно св. Отцам, благодарение Бога за скорби – это добродетель, превышающая даже милостыню, а сами скорби и болезни служат восполнением недостатка добрых дел. Свт. Иоанн Златоуст ставит скорби выше добрых дел, а болезни – выше скорбей. При телесной немощи и, особенно, при тяжелой болезни смиренное благодарение Бога может заменить посты, многословные молитвы, поклоны и другие телесные подвиги, которые для больного нежелательны. Терпение скорбей и болезней, сопровождаемое благодарностью Богу, уподобляет страдальцев мученикам за Христа, а также преподобным и Христа ради юродивым, которые распинали свою плоть, неся подвиг бескровного мученичества. По пророчествам древних Отцов-пустынников, в последние времена, когда христианское подвижничество крайне оскудеет терпение скорбей станет кратчайшим путем к спасению, а победившие в этой брани будут в Царстве Небесном более прославлены, чем величайшие из подвижников. О том, что это пророчество начало сбываться писал еще в XIX в. свт. Игнатий Брянчанинов. Он указывал на то, что современный человек, все более зависимый от созданной им же цивилизации, стал чрезвычайно слаб телесно и духовно и почти утратил способность к подвижничеству в традиционном понимании этого слова. Тем более эти слова справедливы по отношению к нашему времени, когда главными искушениями для человека являются комфорт и доступность чувственных удовольствий, а полное телесное и душевное здравие стало большой редкостью.

ИСТОРИЯ ЦЕРКВИ

ч а с т ь п е р в а я

ДРЕВНЯЯ ЦЕРКОВЬ

№1. Первохристианская община в Иерусалиме.

Распространение христианства среди иудеев и

язычников. Книга Деяний Святых Апостолов.

Послания Апостола Павла. Соборные Послания

Апостолов Иакова, Петра, Иоанна и Иуды.

Откровение

Жизнь первохристиан отображена в апостольских Посланиях и Книге Деяний Святых Апостолов, которая была написана св. евангелистом Лукой для доказательства Воскресения Христова и охватывает около тридцати лет истории Древней Церкви. Подобно тому, как Спаситель родился от Святого Духа, сошедшего на Пречистую Деву, Церковь – Тело Христово и продолжение Боговоплощения, родилась от Святого Духа, сошедшего на апостолов в день Пятидесятницы. Таким образом, история Церкви составляет единое целое со Священной историей.

По Вознесении Иисуса Христа в Галилее было уверовавших в Него более 500 человек (1 Кор.15,6) и «в Иерусалиме с апостолами – 120 душ» (Деян.1,13-16). О судьбе галилейских верующих ничего неизвестно. Весь интерес раннехристианских источников сосредоточен на иерусалимской апостольской общине. На одном из ее собраний по предложению ап. Петра вместо самоубийцы Иуды двенадцатым апостолом был по жребию избран Матфий (Деян.1,6-26), который, по преданию, прежде входил в число 70-и апостолов. В результате первой проповеди, произнесенной ап. Петром сразу после Сошествия Святого Духа в день Пятидесятницы, уверовали во Христа и были крещены более 3000 человек (Деян.2,14-41), а после исцеления апостолами Петром и Иоанном хромого в Иерусалимском Храме и последовавшей затем публичной проповеди Петра «достигло число мужей тысяч до пяти» (Деян.3,1 – 4,4). Первоначально христианство распространялось исключительно в иудейской среде, в т. ч. среди прозелитов – язычников, принявших иудейство, благодаря евреям рассеяния (эллинистам), которые приходили в Иерусалим во время больших праздников. Сразу же возникли общины в Антиохии, Александрии и Риме.

Иерусалимские первохристиане жили в атмосфере братской любви. Среди них не было нуждающихся, т. к. те, кто имели собственность и деньги добровольно отказывались от них в пользу общины, которая выделяла каждому из своих членов столько средств, сколько для него было необходимо (Деян.4,32-37). Не заботясь о завтрашнем дне, иерусалимские первохристиане пребывали в постоянных совместным молитвах и духовном бодрствовании, т. к. ожидали скорого Второго Пришествия Христова. Их материальные нужды покрывались за счет пожертвований, присылавшихся христианами из других стран, среди которых община в Иерусалиме пользовалась особой любовью. Дух нестяжательства и молитвенного трезвения первохристиан позже был возрожден в монашестве – в обете нищеты и многочасовых Богослужений. Анания и его жена Сапфира, пытавшиеся часть вырученных ими от продажи имения денег представить апостолам как всю сумму, были обличены ап. Петром в своекорыстии и, отказавшись принести покаяние, тут же скончались. Грех Анании и Сапфиры стал первым темным пятном на светлом фоне первохристианского общества и потому не мог остаться без самого строгого примерного наказания. Здесь же иерусалимская община впервые называется Церковью (Деян.5,1-11).