История христианства (стр. 33 )

Афонский полуостров находится к юго-востоку от Фессалоник и завершается на юге собственно горой Афон, на вершине которой, на месте бывшего жертвенника Аполлона стоит храм Преображения Господня. (По преданию, в этом храме перед концом света последними старцами будет отслужена последняя в мире Литургия, после чего Афон уйдет под воду.) Длина полуострова – 50 км., ширина – 20. На Святой Горе (новогреч. «Айон-Орос»), сейчас являющейся особой автономной областью Греции, не живет никого, кроме более, чем 1700 насельников 20 обителей, приписанных к ним 12 скитов и отдельных келий, калив (в отличие от келий, не имеют земельных участков) и кафизм (жилища отшельников, находящиеся на содержании монастырей). Одна половина монастырей Афона в прошлом являлись общежительными, а вторая – особножительными («идиоритмами») (в т. ч. Великая Лавра, Иверон, Хилендар, Зограф, Кутлумуш и Ватопед). Каждый монах в идиоритмах жил в собственной келье, обладал имуществом, вел свое хозяйство и имел с другими монахами общим лишь Богослужение. В 1992 г. все идиоритмы обращены в общежительные монастыри. Большинство из них – греческие; имеются также русский Пантелеимонов, сербский Хилендарский и болгарский Зографский монастыри. Некоторые скиты в прошлом тоже имели национальную принадлежность: Андреевский скит Ватопедского монастыря был русским, Ильинский скит монастыря Пантократора – украинским, Мариинский скит Пантелеимонова монастыря – болгарским. До настоящего времени в подчинении Великой Лавры находится румынский Предтеченский скит, который по своему устройству, фактически, является монастырем и количеством братии превышает некоторые самостоятельные обители. (Кутлумушский монастырь в прошлом также был румынским.) Административным центром Афона является Карея, где находятся кафедральный Успенский собор, подворья каждого из афонских монастырей и управляющий ими орган – кинод, который непосредственно подчинен Константинопольскому патриарху. Не подчиняется Константинополю лишь монастырь Есфигмен, монахи которого осуждают Вселенских патриархов за экуменизм и «новый стиль». На Афоне действует особый Устав, восходящий к Студийскому и Иерусалимскому Уставам и отличающийся строгостью. 17 монастырей живут по «византийскому» времени: сутки начинаются в них с захода солнца и соответствуют богослужебному суточному кругу. В Иверском монастыре принято «халдейское» («иверское») время, по которому сутки начинаются с восходом солнца. Ватопедский и Пантелеимонов монастыри живут по обычному времени, принятому в Греции. (Ватопед в 1920-ых годах перешел на «новый стиль».) Монахи, как и в древности выстаивают многочасовые Богослужения, совершают Всенощное бдение ночью (66 раз в году), мало спят и строго постятся. На всей территории Афона абсолютно запрещено пребывание женщин (по преданию, этот запрет действует с V в.). Сейчас Афон является главным центром православной духовности, где как ни в каком другом месте сохраняются древние монашеские традиции.

XIV в. ознаменован возрождением древней монашеской практики «умного делания» -исихастов (греч. «исихия», - «безмолвие», «тишина»). Главным вдохновителем исихастского движения был преп. Григорий Синаит (+1346 г.). Приняв монашеский постриг, он сначала подвизался в синайском монастыре св. Екатерины, который, благодаря величайшему из своих насельников – преп. Иоанну Лествичнику, с VI в. стал основным центром раннего исихазма и отчасти еще продолжал сохранять древние духовные традиции, в отличие от большинства православных обителей той эпохи. Затем преп. Григорий некоторое время прожил в уединенной пещере на Крите, пользуясь наставлениями неизвестного старца Арсения, который обучил его деланию Иисусовой молитвы, известному тогда лишь среди немногих подвижников. Прибыв вместе со своими учениками на Афон, преп. Григорий основал скит Магула, но не мог в нем долго оставаться из-за беспокойства, причиняемого, с одной стороны, многочисленными почитателями, а с другой – теми афонскими монахами, которые завидовали его славе и не понимали его учения. Кроме того, участились нападения на Афон со стороны турок. Покинув Святую Гору, преп. Григорий Синаит странствовал по разным епархиям с проповедью умного делания, всюду находя себе последователей среди монахов. Наконец, он обосновался в Болгарии, где обрел покровительство благочестивого царя Иоанна Александра и на юге страны (территория современной Македонии) построил четыре монастыря. В главной из этих обителей – Парорийской пустыни старец окончил свою земную жизнь. Преп. Григорий Синаит является автором аскетических произведений и богослужебных текстов, среди которых известно несколько канонов. Он систематизировал аскетическое учение всех предыдущих св. Отцов, из которых ему особенно был близок преп. Иоанн Лествичник. Преп. Григорий подробно развил изложенное в «Лествице» учение о поэтапном освобождении от страстей. Центральным пунктом его системы является созерцание – непрестанное молитвенное пребывание в Богообщении, которому должно предшествовать очищение души от страстей через деятельное подвижничество. Основой этой монашеской практики является троякое воздержание – от сна, пищи и телесного покоя, соответствующее трем частям души – разуму, воле и чувствам. Не менее 12-и непосредственных духовных преемников Григория Синаита, среди которых – свт. Каллист I Константинопольский и Иаков Серский, преп. Герасим Эвбейский, Марк Клазоменский, Ромил Бдинский (Раваницкий), Афанасий Метеорский, Феодосий Тырновский и Григорий Горняцкий стали деятельными распространителями исихазма в Византии, Болгарии и Сербии.

Главным центром исихазма явилась Святая Гора, а его крупнейшим апологетом выступил свт. Григорий Палама (+1359 г.) – архиепископ Фессалоникийский, прежде подвизавшийся в афонском монастыре Есфигмен и бывший учеником преп. Никифора Афонского. Неизвестно, входил ли свт. Григорий Палама в число учеников преп. Григория Синаита, но не вызывает сомнения факт их знакомства между собой. Кроме того, учение Григория Синаита в его творениях находит дальнейшее развитие и существенно дополняется. По учению свт. Григория, продолжившему мистическую и аскетическую традицию св. Отцов, в безмолвии, через молитвенное «собирание ума», очищенного от страстных помыслов, подвижником достигается видение Божественного (Фаворского) Света. Ум, непрестанно творящий Иисусову молитву (см. «Церковная жизнь», №3), концентрируется в области сердца – центра психо-соматической жизни человеческой личности, представляющей собой неразрывное единство души и тела. Душа, символическим местом обиталища которой еще с ветхозаветных времен считается кровь должна участвовать в молитве вместе с телом, призванным, как и душа, к преображению и обожению. (О технике «введения ума в сердце» посредством регуляции дыхания незадолго до свт. Григория писал преп. Никифор Уединенник – православный подвижник из Южной Италии.) Соединяясь с именем Иисусовым и созерцая сам себя внутри сердца, ум выходит за свои пределы и обретает Богоподобие. Тогда Божественный Свет внезапно является в нем как бы в зеркале, Сам оставаясь невидимым. Ум, целиком обратившись в отраженный Фаворский Свет («ум Христов», - 1 Кор.2,16), созерцая сам себя, видит Божественное Сияние. Такое видение нельзя назвать ощущением или мыслью, т. к. Святой Дух видит и чувствует вместо человека, который устранил всякое умственное действие («…уже не я живу, но живет во мне Христос», - Гал.2,20). При этом, все чувства тоже испытывают воздействие благодати, а тело может светиться, что заметно для сторонних наблюдателей. Но в Царстве Небесном праведники увидят Бога «лицом к лицу» (1 Кор.13,20), т. е. их преображенные тела настолько истончатся, что перестанут быть препятствием для духовного зрения, и человек обожится как душою, так и телом. В отличие от преп. Григория Синаита, считавшего, что умно-сердечную молитву могут практиковать исключительно монахи-затворники, свт. Григорий Палама утверждал, что ей должны обучаться не только монахи, но и миряне, от которых также требуются усиленный пост, бдение и утеснение плоти.

Учение свт. Григория и других исихастов было оспорено Варлаамом Калабрийским – ученым греческим монахом из Южной Италии, который прибыл в Византию в поисках истинной веры. Снискав расположение императора, он стал преподавать в Константинопольском университете учение Дионисия Ареопагита и участвовать в публичных диспутах с латинскими богословами, которых он опровергал не с православных позиций, а исходя из учения античных философов. При этом, Варлаам и сам находился под влиянием системы Фомы Аквинского – крупнейшего западного богослова. В письме к Варлааму свт. Григорий Палама высказал свое несогласие с его утверждениями о невозможности непосредственного Богопознания для человека еще в земной жизни, изложив учение о Фаворском Свете. В ответ Варлаам развернул бурную полемику против исихастов, найдя себе немало сторонников, которые вслед за латинянами стали учить о тождественности Божественных сущности и энергий и тварности благодати, отрицая святоотеческое учение об обожении. Они обвиняли исихастов в пантеизме, считая, что в их учении стирается грань между Творцом и тварью. «Священнобезмолвствующих» даже называли «мессалианами» и «богомилами». Варлаам, понимавший апофатическое богословие Ареопагита в узко неоплатоническом смысле, настаивал на том, что Бог превыше чувственного опыта и, след., абсолютно Непознаваем. Богопознание, по Варлааму, возможно лишь в сивмолическом смысле, «через существа», воспринимаемые чувственно. Особое недоумение Варлаама вызывал психо-физический «метод» Иисусовой молитвы, который совершенно не был известен на Западе, хотя возник еще в первые века существования монашества, а у исихастов лишь получил оформление в своем законченном виде. В защиту исихазма Григорий Палама написал «Триады» - 9 трактатов, в которых на основании творений св. Отцов – Дионисия Ареопагита, Максима Исповедника, Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Дамаскина, Симеона Нового Богослова и др. доказывается реальность присутствия Бога в мире и обосновывается учение об обожении человека – реальном, а не абстрактном и философском соединении с Богом. Господь являет Себя в бесчисленных нетварных энергиях (действиях), напр., в Любви, Премудрости, Милосердии, благодати Святого Духа, подаваемой в Евхаристии и других Таинствах Церкви и в Фаворском Свете. Нетварные энергии – это «лучи Божества», «предвечное сияние Святой Троицы», которое не зависит от акта творения и сообщается от Отца через Сына в Святом Духе, но энергии следует отличать от Божественной сущности, абсолютно недоступной человеческому сознанию. Божественные прообразы (логосы) всех тварей содержатся не в сущности Бога, как учат латинские богословы вслед за блаж. Августином, а в нетварных энергиях. Обожение человека также совершается посредством его причастности Божественным энергиям, но не Божественной сущности. При этом, каждая энергия сообщает всю полноту Божества, и неверно было бы сказать, что они вторичны по отношению к сущности. По словам свт. Григория Паламы, Божественные энергии и сущность различаются между собой, но «это различие неразличимо» для человеческого разума.

После обличительных слов свт. Григория Паламы на Константинопольском Соборе 1341 г. и анафематствования учения Варлаама тот был вынужден вернуться в Италию. На Соборе также получила церковное признание и одобрение молитва Иисусова как выражающая подлинный дух христианского благочестия и свойственная не только монахам, но и всем христианам. Сторонники Варлаама во главе с Григорием Акиндином – богословом и философом, переводчиком на греческий язык «Суммы теологии» Фомы Аквинского и историком Никифором Григорой продолжали делать нападки на исихастов. Во время этих споров свт. Григорий оказался в тюрьме и был отлучен от Церкви патриархом Иоанном XIV Калекой, настроенным антиисихастски, но Соборы 1347, 1351, 1352 и 1368 гг. признали паламизм в качестве истинного учения Церкви. Учение о нетварных энергиях, принятое на особенно значимом паламистском Соборе в 1351 г., явилось, по сути, продолжением вероопределения VI Вселенского Собора о человеческом и Божественном действиях (энергиях) Христа. Знаменитые патриархи-исихасты свт. Каллист I и Филофей восстановили доброе имя Паламы, которого также поддерживал император Иоанн VI Кантакузин, после отказа от власти ставший монахом и практиковавший Иисусову молитву. Исихазм – древняя созерцательная монашеская традиция, восходящая к отцам-пустынникам IV – VI вв., в трудах свт. Григория впервые нашел систематическое богословское осмысление как часть православного вероучения. Осудив учение Варлаама, Церковь отвергла дух Ренессанса – интеллектуального неоязычества, начавший проникать на христианский Восток.

Другом свт. Григория Паламы и ближайшим учеником преп. Григория Синаита был свт. Каллист I Ксанфопул, патриарх Константинопольский, который вместе со своим родственником и сподвижником преп. Игнатием Ксанфопулом составил «Наставления безмолвствующим». Это произведение, представляющее собой практическое руководство к воплощению в жизнь учения Григория Синаита об Иисусовой молитве, предназначено для иноков, практикующих умное делание в затворе. Другим известным в Византии учеником преп. Григория Синаита был преп. Афанасий Метеорский, основавший в Фессалии монастырь Большие Метеоры, расположенный на самой высокой из Метеорских скал, вокруг которого возникла целая группа монастырей. Преп. Максим Кавсокаливит (+1364 г.) вначале нес подвиг юродства Христа ради при Влахернском храме в Константинополе. Приняв постриг в Великой Лавре на Афоне, он стал в одиночестве скитаться по всей Святой Горе и своим поведением заставлял монашествующих думать о себе как о прельщенном. Истинного подвижника, исполненного благодати Святого Духа, после беседы с ним первым увидел пришедший на Афон преп. Григорий Синаит, который убедил преп. Максима не скрывать своих благодатных даров. Св. Николай Кавасила (+1371 г.) – благочестивый мирянин из Фессалоник, не принявший монашество, но всю жизнь проведший в подвиге поста и молитвы. Он был хорошо знаком со свт. Григорием Паламой и учениками преп. Григория Синаита. Будучи авторитетным богословом-исихастом, св. Николай являлся ближайшим советником и другом благочестивого императора Иоанна Кантакузина. Среди его многих произведений, в которых заметно влияние св. Дионисия Ареопагита особенно известны «О жизни во Христе» - объяснение церковных Таинств и обширное толкование Литургии, в котором систематизированы все известные толкования, - св. Германа Константинопольского, Максима Исповедника и Дионисия Ареопагита.

№3. Положение христиан в Османской империи.

Константинопольская, Элладская,

Александрийская, Антиохийская, Иерусалимская

и Кипрская Православные Церкви в XIX – XX вв.

Обособление Поместных Церквей.

«Новый стиль»

После захвата турками в 1453 г. Константинополь (Стамбул) стал столицей Османской империи. Когда завершились первые грабежи и насилия, султан Магомед II объявил «закон, милость и порядок». Отличаясь своеобразным грекофильством, он мечтал укрепить и украсить свою империю эллинской культурой. Согласно фирману - высочайшей грамоте султана, христианство определялось как дозволенная религия. Обязанностью христиан по отношению к мусульманской империи была лишь уплата хараджа – ежегодного налога. Патриарху давалась полная свобода в делах управления Церковью. Все духовные лица были объявлены свободными от налога и неприкосновенными. Хотя половина храмов, в т. ч. св. София были сразу же превращены в мечети, во всем остальном христиане первое время не подвергались притеснениям. Турки позволили христианам жить по своим законам, т. к. считали, что правовые нормы ислама не распространяются на «неверных». Церковные иерархи получили права светской власти, а патриарха турки называли «милет-баши», - «глава народа», т. к. исходили из исламских представлений о нераздельности духовной и светской властей. (Сами султаны также совмещали в своем лице главу государства и калифа всех мусульман-суннитов, будучи преемниками арабских калифов и потомками Мухаммеда.) С этого времени православные епископы стали носить широкий омофор, саккос, митру, панагию и посох – принадлежности императорского одеяния, которые прежде получали как награду от императора лишь некоторые архиереи, тогда как большинство епископов носили узкий омофор и фелонь с крестами. Священники с начала турецкого владычества стали носить длинные волосы, как это делали государственные чиновники в Византии. Таким образом, христиане получили статус «культурной автономии», образовав своего рода государство в государстве.

Но, как вскоре выяснилось, эта свобода оказалась чисто формальной, и Церковь начала подвергаться настоящим гонениям. Все права, предоставленные христианам, были лишь милостью султана и не имели юридической силы. Сам султан Магомед II первым нарушил свое постановление, отняв у патриарха Геннадия II дарованный им же кафедральный собор Двенадцати Апостолов. В Османской империи повсеместно распространились деморализация, насилия и коррупция. Султаны обирали своих пашей, а те – христиан, с которых были обязаны собирать налоги приходские священники. Турецкие власти в обмен на лояльность подарили высшему духовенству право творить произвол над своей паствой. Некоторые архиереи, как феодальные князьки облагали клириков тяжелыми поборами, подвергали анафеме неугодных им невинных священников и мирян. Среди духовенства распространились симония и мздоимство при совершении исповеди, что напоминало продажу индульгенций у римо-католиков. Православные греки считались гражданами второго сорта и влачили жалкое существование, подвергаясь со стороны мусульман постоянным унижениям. Особенно тяжелым положение было в XVII – XVIII вв. Права патриархов свелись к нулю. Многие из них возводились на кафедру и низлагались по приказу султана до пяти раз, а многие были замучены. (В XVIII в. за 73 года сменилось 48 патриархов.) Во время янычарских бунтов происходили массовые кровопролития, в отдельных местах доходившие до полного истребления христиан, осквернялись храмы и уничтожались святые мощи. Среди многочисленных греческих мучеников этого периода наиболее известны: св. Иоанн Кулика (спорил с мусульманами о вере и был отдан ими властям для вынесения смертного приговора), Дука Портной (оклеветан домогавшейся его богатой турчанкой и был казнен, отказавшись принять ислам), Филофея Афинская – XVI в.; Ахмед Калфа (турок, принявший христианство под влиянием своей русской наложницы и казненный за это), Николай Лавочник, Лаврентий Константинопольский (Новый Апостол), сщмч. Парфений III, патриарх Константинопольский – XVII в.; Георгий Милитинский (грек, с детства воспитанный в магометанстве, но в преклонном возрасте объявивший себя христианином, за что был повешен), Феодор Новый (принял ислам и стал придворным султана, но, раскаявшись, пошел на добровольное мученичество), Михаил Огородник, Акилина Солунская, Александр Смирнский (Солунский) (бывший дервиш), Георгий Птолемаидский (пострадал в палестинском городе Птолемаида, совр. Акко) – XVIII в.; прмч. Евфимий Новый (принял ислам, но раскаялся и стал афонским монахом, затем добровольно пришел к турецкому визирю, произнес оскорбления в адрес мусульманской веры и был обезглавлен); Никита Афонский (родом албанец, иеромонах из Пантелеимонова монастыря; проповедовал Христа туркам и был за это повешен), Константин Афонский (турок, принявший Крещение на Афоне и жестоко замученный своими соплеменниками), сщмч. Григорий V, патриарх Константинопольский (см. ниже) – XIX в.

Обособленность и законсервированность национальных культур христианских народов в условиях турецкого ига привели к их глубочайшему кризису. Для клира было характерно почти поголовное невежество. При этом, с Запада велась усиленная католическая и протестантская пропаганда, против которой православные не были способны выставить достойных оппонентов и невольно попадали под инославное влияние. В 1638 г. патриарх Кирилл Лукарис, удавленный турками по ложному навету, был осужден Константинопольским Собором за «Исповедание веры», которое он составил в форме протестантской символической книги (катехизиса), изложив, по сути, кальвинистское учение. Анафема была подтверждена в 1643 г. Ясским Собором, который в качестве антитезы «Исповеданию веры» утвердил «Православное исповедание», также составленное в виде катехизиса Киевским митрополитом Петром Могилой. В этой книге протестантизм обличался не столько с православных, сколько с католических позиций (см. «История Церкви», часть 3, №4). Вторая православная символическая книга – это «Послание Восточных Патриархов», написанное Иерусалимским патриархом Досифеем и утвержденное Иерусалимским Собором 1672 г. (Тогда же были сняты все обвинения с убиенного патриарха Кирилла Лукариса, хотя установлено, что он действительно имел склонность к протестантизму.) «Послание Восточных Патриархов» также представляет собой обличение кальвинизма, главным образом, с точки зрения римо-католического богословия. Оно состоит из 18-и членов, трактующих православные догматы, в т. ч. – учение о семи Таинствах, заимствованное у Римо-Католической Церкви. До этого в православном богословии не существовало четкого разграничения понятий «таинства» и «обряда». В отличие от протестантских символических книг, содержащих обоснование доктрин тех или иных «церквей» или сект, православные катехизисы не могут рассматриваться в качестве доктринальных документов и имеют лишь вспомогательное значение, поскольку Православие является не одной из многих христианских конфессий, а тождественно Единой, Соборной и Апостольской Церкви, вероучение которой сформулировано в правилах Вселенских Соборов.

Даже в самые темные и, казалось бы, безнадежные времена в Церкви всегда сохранялся ее главный признак – духовная жизнь. Именно в период мусульманского владычества был создан пятитомный сборник аскетических сочинений «Добротолюбие» («Филокалия», греч.), ставший наряду с «Лествицей» настольной книгой православного монаха. «Добротолюбие» включает в себя творения и выдержки из творений преп. Антония Великого, Макария Великого; Евагрия Понтийского; преп. Диодоха Фотикийского, Иоанна Кассиана Римлянина, Ефрема Сирина, Нила Синайского, Марка Подвижника, Исаии Отшельника, Иоанна Лествичника, Дорофея Газского, аввы Фалассия, Максима Исповедника, Феодора Студита, Исаака Сирина, Феодора Эдесского, Симеона Нового Богослова, Никиты Стифата, Григория Синаита, свт. Григория Паламы и других великих Отцов и подвижников Церкви. Составителями «Добротолюбия» явились знаменитые афонские подвижники-«коливады» преп. Никодим Святогорец, Афанасий Парийский и свт. Макарий Коринфский, положившие начало святоотеческому возрождению в Греции в конце XVIII – начале XIX вв. «Коливадами» они были прозваны потому, что согласно Уставу, отказывались служить панихиду с освящением колива в воскресные дни, чтобы не омрачать праздника. Коливады ратовали за восстановление подлинных монашеских традиций, которые стали забываться даже на Афоне – изучение аскетических и мистических творений св. Отцов, делание Иисусовой молитвы и частое Причащение (в Греции и всех православных странах в то время было принято причащаться не более нескольких раз в год). Движение, начатое коливадами, вызвало противодействие афонских монахов и церковных первоиерархов. Их даже лишили священного сана и изгнали с Афона, т. к. эти идеи воспринимались как вредное новаторство, но после кончины коливадов их дело продолжилось и восторжествовало не только в Греции, но и во всем православном мире, в т. ч. в России. Преп. Никодим Святогорец (+1809 г.) является наиболее значительным новогреческим духовным писателем. Его авторству принадлежат многотомное толкование на Св. Писание и собрание житий святых (и то, и другое являются в Греции наиболее употребимыми), а также «Пидалион» («Кормчая») – авторитетный сборник церковных канонов с комментариями и многочисленные аскетические произведения, среди которых – знаменитая «Невидимая брань». Совместно со своим наставником, свт. Макарием - бывшим епископом Коринфским преп. Никодим кроме «Добротолюбия» издал святоотеческий сборник «Евергетинос» и написал «Книгу о непрестанном причащении Святых Христовых Таин».

Особая роль в истории греческого Православия в поствизантийскую эпоху принадлежит прмч. равноапостольному Косме Этолийскому (+1779 г.), которого называют «величайшим греком со времен падения Константинополя» и «отцом Новой Греции». Косма принял монашеский постриг и в течение семнадцати лет подвизался на Афоне, являясь участником движения «коливадов». Последние двадцать лет своей жизни прмч. Косма посвятил миссионерской проповеди среди греческого населения Османской империи и островов, находившихся под властью Венеции. В XVII – XVIII вв. греки переживали катастрофический упадок национальной культуры. Пагубное влияние со стороны турок, рабское состояние народа и поголовная неграмотность привели к небывалому огрубению нравов и забвению своей веры. Многие греки, стремясь приобрести материальные выгоды, принимали ислам, а греческое население Албании и внутренних районов Анатолии (Малой Азии) даже забывало свой родной язык и говорило на албанском и турецком языках. В венецианских владениях греки также подвергались притеснениям со стороны римо-католиков. Путешествуя по Греции, Малой Азии и Албании, преп. Косма своими проповедями возродил среди греков дух благочестия и патриотизма, пробудив народное сознание. Ему удалось остановить процесс исламизации и вернуть в лоно Церкви множество ее заблудших чад. Собирая огромные денежные средства, преп. Косма всюду основывал храмы и школы для детей, благодаря чему началось духовное возрождение греческого народа и была преодолена массовая неграмотность. Яркие проповеди преп. Космы, которые подкреплялись чудесами, совершавшимися по его молитвам, приводили к покаянию тысячи грешников, в т. ч. множество свирепствовавших в то время разбойников. Косма Этолийский обучил народ Иисусовой молитве, которую, благодаря ему, многие миряне творят и по сей день. Миссионерские путешествия преп. Космы происходили в сопровождении духовенства и тысяч мирян, что напоминало грандиозные крестные ходы. Поздно вечером процессия останавливалась в каком-либо селении или городке. В течение всей ночи преподобный проповедовал, а утром после непродолжительного отдыха вновь отправлялся в путь. Поскольку храмы не могли вместить всех желающих услышать проповеди, то они чаще всего произносились под открытым небом. Преп. Косма обучал соотечественников основам православного вероучения, обличал их грехи и дурные обычаи, останавливался на практических вопросах, относящихся к духовной жизни и домашнему быту христиан, пророчествовал о грядущих судьбах мира. Он проповедовал на народном языке – димотике, который сильно отличается от книжного языка, приближенного к древнегреческому. Некоторые из этих проповедей были записаны учениками преподобного и составили сборник «Слов», который является любимым народным чтением православных греков. Равноапостольный Косма Этолийский принял мученическую смерть на юге Албании, близ города Берат, будучи задушен турками по навету иудейских лавочников, которые несли убытки от того, что по его призывам многие греки перестали по воскресным дням заниматься торговлей.

Среди прочих греческих подвижников, живших в период османского ига, наиболее известны: свт. Дионисий I, патриарх Константинопольский (ученик свт. Марка Ефесского), преп. Иаков, Дионисий и Феофан Новый Дохиарские (Афонские), Леонтий Ахайский, Матрона Хиосская – XV в.; преп. Герасим Новый (подвизался на Афоне, в Палестине, на островах Эгейского моря и основал женский монастырь на острове Кефалиния), Дионисий Олимпийский (подвизался отшельником на Афоне, где стал игуменом Филофеевского монастыря, а затем основал собственный монастырь на горе Олимп), Феофил Мироточивый (Афонский), Давид Эвбейский – XVI в.; свт. Дионисий Закинфский (выходец из Венеции, которой принадлежал остров Закинтос и все Ионические острова), преп. Иоаким Новый, Нил Мироточивый (подвизался на Афоне в пещере, находящейся на неприступной скале; от его мощей со скалы до самого моря изливался поток целебного мира; в XIX в. преп. Нил являлся в разных образах греческому афонскому монаху Феофану, в одной из бесед с которым, длившейся в течение восемнадцати часов, вложил в его память содержание книги «Посмертных вещаний», своим языком напоминающей ветхозаветных пророков и древние апокалипсисы и, в то же время, аскетическую святоотеческую литературу; книга обращена к афонской братии и православным мирянам и содержит призывы к покаянию в распространившихся среди них пороках, духовные наставления, часто изложенные в виде притч и подкрепленные толкованиями различных мест из Св. Писания и преданий, а также пророчества о последних временах) – XVII в.; свт. Афанасий Христианупольский, преп. Акакий Новый Кавсокаливит (афонский отшельник), Макарий Патмосский – XVIII в.; преп. Арсений Новый, Паросский, Никифор Хиосский (ученик свт. Макария Коринфского), Иоаким Папулакис (принял постриг и сначала подвизался в Ватопедском монастыре на Афоне; духовно окормлял греческих повстанцев во время освободительной войны 1821 – 1829 гг., после окончания которой жил отшельником на Итаке, а затем непрестанно странствовал по острову с мешком камней за плечами; собранные пожертвования преподобный раздавал нуждающимся), Парфений и Евмений Гортинские (родные братья, подвизавшиеся в пещере на Крите, а затем основавшие монастырь), Иосиф Критянин (обладал буйным характером, но резко изменил свою жизнь после того, как во время сна, продолжавшегося двое суток, увидел в откровении Райские и адские обители и получил от Бога дары прозорливости и исцелений; приняв постриг, преп. Иосиф подвизался в разрушенном монастыре Капса, на Крите, который был им восстановлен), Панагий Ликсурский (иеромонах, служивший в храме села Ликсурион на острове Кефалиния); св. прав. Иоанн Новый, Милостивый (приходской священник, служивший в сельском храме, в окрестностях Трапезунда, в Малой Азии) – XIX в.; свт. Нектарий Пентапольский (Эгинский) (+1920 г.) (великий чудотворец, известный богослов, духовный писатель и проповедник, один из наиболее чтимых греческих святых; принял постриг в монастыре на острове Хиос; в 1889 г. стал титулярным митрополитом Пятиградия Ливийского, Александрийского Патриархата; развернул активную проповедническую деятельность и являлся наиболее вероятным кандидатом на Александрийскую кафедру, но был оклеветан теми, кто видел в нем своего соперника, низложен и покинул Египет; прибыв в Грецию, в течение четырех лет жил в полной нищете, т. к., не имея греческого гражданства и по причине клеветы, дошедшей из Александрии, не мог быть принят ни на один приход; по ходатайству своей духовной дочери королевы Ольги в 1894 г. стал директором богословской школы в Афинах, а с 1908 г. до своей кончины пребывал в восстановленном им на острове Эгина Свято-Троицком женском монастыре, являясь его духовником); преп. Арсений Каппадокийский (+1924 г.) (приняв монашество и священный сан, 55 лет служил на приходе в Фарасах – греческом селении в Малой Азии; стяжал благодатные дары прозорливости и исцелений, с просьбами о которых к нему обращались как греки, так и турки; стремясь избежать человеческой славы, часто юродствовал; во время обмена населением между Турцией и Грецией (см. ниже) переселился на остров Корфу, где вскоре скончался), Савва Новый, Афонский (+1948 г.) (подвизался в афонском скиту св. Анны, в палестинском монастыре преп. Георгия Хозевита, в пустынной келье на берегу Иордана и на острове Патмос; был сподвижником свт. Нектария Эгинского и жил в его Свято-Троицком монастыре, где обучал сестер церковному пению; с 1926 г. до конца своих дней прожил в монастыре Всех святых на острове Калимнос); Иосиф Исихаст (+1959 г.) (известный афонский отшельник и духовный писатель; с именем его учеников связано возрождение и духовное обновление 6 афонских монастырей и других обителей за пределами Св. Горы; кроме того, в XIX – XX вв. на Афоне просияло много других истинных подвижников, которые еще не причислены к лику святых), Георгий Карслидис (+1959 г.) (родом из Малой Азии; принял постриг и подвизался в Давидо-Гареджийском монастыре в Грузии; был приговорен большевиками к расстрелу вместе с другими монахами и, получив ранения, чудом выжил под грудой мертвых тел; перебравшись в Грецию, основал Вознесенский монастырь в селе Сипса, близ Драмы), Анфим Хиосский (+1960 г.); св. прав. Николай Планас (+1932 г.).

В последние века своего существования Османская империя разлагалась изнутри, особенно в XIX в. Европейские державы давно уже могли бы ее уничтожить, но, наоборот, поддерживали как союзника против России. В XIX в. начались национально-освободительные восстания на Балканах и в других турецких владениях. При подавлении греческого восстания 1821 г. янычарами было уничтожено до 200000 человек, причем волна избиений прокатилась по всей Малой Азии, включая Константинополь. Патриарх Григорий V был принужден властями анафематствовать восставших греков, но это не спасло его от мученической смерти: он был повешен у входа в патриархию. В 1830 г. на освобожденной от турок большей части территории Греции была образована независимая республика, которую возглавило правительство графа Иоанниса Каподистрии. После его скорого свержения по настоянию англичан к власти в стране был приведен баварский принц Оттон, ставший королем. Продолжавшая действовать анафема Константинопольского патриарха явилась причиной провозглашения в 1833 г. автокефалии Элладской Православной Церкви. (Поскольку север Греции (включая Афон) еще некоторое время оставался под властью Турции, там сохранилась юрисдикция Константинополя.) Главой Элладской Церкви, по образцу протестантских государств и России был объявлен король. (В 1923 г. это положение было отменено, но зависимость Церкви от государства сохранялась до 1974 г., когда в Греции пал военный режим, пришедший в 1967 г. на смену монархии.) В 1850 г. автокефалию Элладской Церкви признал Константинопольский патриарх, под омофор которого греки уже не вернулись, т. к. опасались вновь подчиниться в церковных делах турецким властям, посредством зависящего от них священноначалия Константинопольского Патриархата. (Выборы патриарха в Константинополе до сих пор происходят при участии турецкого правительства.) В 1866 г. к Элладской Церкви присоединилась паства Ионических островов, которые после венецианского владычества в 1799 г. стали независимой республикой под покровительством России, затем отошли англичанам и в 1864 г. были воссоединены с Грецией. В настоящее время Элладская Церковь продолжает сохранять в Греции статус государственной. Ее предстоятель, полномочия которого существенно ограничены властью Синода, носит титул Блаженнейшего Архиепископа Афинского и всей Эллады. Элладская Церковь сохраняет тесные связи с Константинополем, как и другие грекоязычные Православные Церкви – Александрийская, Иерусалимская и Кипрская.

В связи с непрекращавшимся геноцидом греческого населения Малой Азии в 1923 – 1927 гг. между Грецией и Турцией произошел обмен населением: большинство греков из Турции были насильственно переселены в Грецию, а турки из Греции – в Турцию. (Подобный обмен Греция произвела с Болгарией, куда были переселены македонцы из северных районов Греции.) В результате отделения Элладской Церкви и переселения греков из Малой Азии паства Константинопольской Церкви на территории Турции стала весьма малочисленной. Тем не менее, Константинопольский Патриархат сохраняет первенство чести среди остальных Поместных Православных Церквей и носит титул Святейшего Архиепископа Константинополя – Нового Рима и Вселенского Патриарха. В 1922 г. патриарх Мелетий IV Метаксакис, расширительно толкуя 28-ое правило IV Вселенского Собора, в котором говорится о юрисдикции Нового Рима над христианскими общинами, находящимися за пределами Византии, - в областях, граничащих с канонической территорией Константинопольской Церкви (см. «История Церкви», часть 1, №13), провозгласил доктрину о праве Константинополя на исключительную юрисдикцию во всей православной диаспоре. Мелетий распространил свои претензии даже на епархии, расположенные на исторически сложившейся канонической территории Русской Церкви, оказавшиеся в результате распада Российской империи в новообразованных государствах – Польше, Финляндии, Эстонии и Латвии. Эти притязания не были признаны Русской, Антиохийской, Грузинской, Сербской, Болгарской, Румынской и Польской Православными Церквями, которые в ХХ в. образовали свои епархии в национальных диаспорах. В 1923 г. в юрисдикцию Константинополя вошли Финляндская, Эстонская и Польская Церкви (последней в 1924 г. канонически незаконным образом была предоставлена автокефалия, - см. №6), а в 1935 г. – Латвийская, которая, как и Эстонская Церковь после присоединения Прибалтики к СССР в 1940 г. вернулась в юрисдикцию Русской Церкви. В 1957 г. Московский Патриархат признал юрисдикцию Константинополя над Финляндской Церковью. В настоящее время к Константинопольскому Патриархату относятся 234 епархии, объединяющие разбросанные по всему миру приходы (в основном – греческие, в т. ч. епархии в северной части Греции, фактически управляемые епископатом Элладской Церкви, а также Патмосский Экзархат, включающий в себя несколько островов в Эгейском море), особая церковная область Афон, полуавтономная Критская Церковь и автономные Финляндская и Эстонская Церкви (каноничность последней не признается Московским Патриархатом).