История христианства (стр. 45 )

Вскоре после большевистской революции Церковь испытала ужасающие гонения. Ожесточение, с которым народ по зову большевиков разорял храмы свидетельствовало об огромном разрыве между обществом и Церковью того времени, находившейся под гнетом чуждой ей синодальной системы. Русский абсолютизм, опиравшийся на православную идеологию, но по сути своей – западнический был далек от христианских идеалов, которые он провозглашал. Последний российский император св. Николай II, сам будучи глубоко верующим человеком, искренно стремился в управлении страной следовать православным принципам и русским традициям, но не находил понимания даже в своем окружении. Среди духовенства и монашества все более распространялись моральная распущенность, пороки и неверие, прикрывавшиеся лицемерством. Обязательное ежегодное причащение военнослужащих и учащихся, невежественное преподавание Закона Божия и т. п. также не могли повысить уважения к православию русского человека, который зачастую ходил в церковь, чтобы показать свою благонадежность, а о содержании веры имел лишь смутные представления. Коммунисты, посулившие народу материальные блага как высшую ценность, нашли широкую поддержку в обществе, утратившем духовно-нравственные ориентиры. Согласно декрету советского правительства «Об отделении церкви от государства и школы от церкви», Церковь была не только отделена от государства, как, напр., во Франции, но и лишена статуса юридического лица
и права владения имуществом, которое объявлялось «народным достоянием». Любые попытки духовенства осуществлять свое пастырское служение вне стен храмов расценивались как «религиозная пропаганда» или «контрреволюционная деятельность» и жестоко карались. В то же время, широким фронтом развернулась атеистическая пропаганда, убеждавшая народ в «отсталости» религиозного мировоззрения и возбуждавшая ненависть к «церковникам». В планы Ленина входило полное уничтожение Православной Церкви в течение нескольких лет. По всей стране начались массовые грабежи православных храмов и монастырей, сопровождавшиеся неслыханными кощунствами над святынями и издевательством над верующими, которые во времена «красного террора» и сталинских репрессий считались контрреволюционным элементом и подвергались тюремному заключению, ссылкам и физическому уничтожению. Советский период ознаменован таким количеством мучеников, какого не знала история ни в одной стране мира. Впервые миллионы православных – священнослужителей, монахов и мирян были уничтожены своими бывшими единоверцами. Первым известным новомучеником стал священник Иоанн Кочуров, которого большевики расстреляли в 1917 г. в Царском Селе, под Петербургом по обвинению в том, что он, якобы, публично молился за казаков, выступивших на стороне Белой армии. В 1918 г. был расстрелян первый архиерей – митрополит Владимир Киевский, а в течение последующих 25 лет была репрессирована основная часть духовенства Русской Церкви. На Юбилейном Архиерейском Соборе в 2000 г. были канонизированы более 1200 новомучеников и исповедников, а в течение последующих лет этот список пополнился еще несколькими сотнями имен. Среди наиболее известных новомучеников и исповедников - свт. муч. Вениамин и Серафим Петроградские, Петр Крутицкий, Фаддей Тверской, Петр Воронежский, Сильвестр Омский (после захвата Омска красноармейцами замучен за поддержку правительства Колчака), Гермоген Тобольский, Платон Ревельский, Иоанн Рижский (проповедник православия среди латышей, основатель самоуправляемой Латвийской Православной Церкви; был злодейски убит в 1934 г., по всей видимости, советскими агентами; после его гибели Латвийская Церковь была в юрисдикции Константинополя); свт. исп. Иларион Верейский (один из виднейших богословов ХХ в., ближайший сподвижник патр. Тихона; его голос в пользу защиты чистоты православия и восстановления патриаршества громче других звучал на Поместном Соборе 1917 – 1918 гг.; сначала был отправлен на Соловки – в крупнейший концлагерь для духовенства, а затем - сослан на поселение в Казахстан, но по пути заболел тифом и скончался в Ленинграде), Агафангел Ярославский, Василий Кинешемский, Афанасий Ковровский (известный литургист и гимнограф; основную часть жизни провел в лагерях и ссылках), Виктор Глазовский, Николай Алма-Атинский; сщмч. Сергий Мечев (сын св. прав. Алексия Московского), Константин Богородский; свящ. исп. Роман Медведь; прмч. Исаакий II Оптинский (последний игумен Оптиной пустыни), Игнатий Зосимовский, Мария Гатчинская, Евдокия, Дария, Дария и Мария Суворовские; преп. исп. Никон и Рафаил Оптинские (старец Никон – ближайший ученик преп. Варсонофия Оптинского и друг прмч. Исаакия II, после заключения в лагере на Соловках был сослан в Пинегу, Архангельской области, где скончался, претерпев скорби и болезни), Севастиан Карагандинский (ученик оптинских старцев, был сослан в Казахстан), Ираклий (Мотях) (подвизался в Свято-Троицком Иссык-Кульском монастыре, в скиту в урочище Медео, в уединенных кельях в Талгаре и в горах на берегу озера Иссык-Куль, а также в хозяйственных постройках у частных домов, всюду терпя преследования со стороны властей), Георгий Даниловский, Георгий Чекрякский, Петр Великодворский, Леонтий Ивановский, Гавриил Мелекесский, Матрона Дивеевская. Особое место в соборе Новомучеников занимает царская семья - император Николай II, царица Александра Феодоровна, царевич Алексий, великие княжны Ольга, Татиана, Мария и Анастасия, расстрелянные большевиками в Екатеринбурге в 1918 г. Тогда же в шахтах Алапаевска приняли мученическую смерть сестра св. царицы Александры великая княгиня Елисавета Феодоровна и ее сподвижница инокиня Варвара. Почитание святых царственных страстотерпцев в православном народе продолжает подкрепляться многочисленными чудесами, которые совершаются по обращенным к ним молитвам. Патриарх Тихон в 1922 г. был арестован за свое открытое выступление с анафемой коммунистам и противодействие властям при конфискации церковной собственности. Святителя в течение года перемещали из одной тюрьмы в другую, подвергая непрестанным допросам, но из опасения народных волнений так и не решились вынести ему смертный приговор.

Тяжелый удар по Русской Церкви нанес и произошедший в ней обновленческий раскол, суть которого состояла в бунте белого священства против «монашеского» епископата. Крупнейшей обновленческой организацией была «Живая Церковь», во главе которой стояли священники А. Введенский, В. Красницкий, бывший Моздокский епископ Антонин (Грановский) и другие лидеры «прогрессивного» духовенства. Вдохновленные идеями религиозного либерализма, которые проникли в православные страны из Западной Европы, обновленцы ратовали за отмену патриаршества, уничтожение монашества, введение женатого епископата и переход Русской Церкви на «новый стиль».октября 1923 г. патриарх Тихон, подчиняясь решению общеправославного совещания в Константинополе о переходе Поместных Церквей на «новый стиль», издал соответствующее распоряжение относительно Русской Церкви, но отменил его через 24 дня, т. к. в церковном народе возникло серьезное недовольство.) Часть обновленцев выступали за пересмотр православной догматики, норм христианской нравственности, а также упрощение обряда (напр., Антонин (Грановский)) и перевод Богослужения на русский язык, в чем с ними были согласны и многие из тех священников, которые не примкнули к обновленчеству. (В то же время, многие обновленцы придерживались в отношении Богослужения консервативных взглядов.) Эти вопросы дискутировались еще на Поместном Соборе 1917 – 1918 гг., который отверг либеральные реформы, хотя и недостаточно решительно. Обновленцы считали, что Русская Церковь, «оторванная от народа» и утратившая чувство реальности, должна во всем соответствовать духу времени и быть открытой новым идеям, в т. ч. участвовать в строительстве коммунизма, который лишь следует воцерковить. Главным грехом «старой Церкви» обновленцы называли то, что она не осуждала капитализм. Они открыто сотрудничали с большевистскими властями, приветствуя повсеместное вскрытие и уничтожение святых мощей и кампанию по изъятию церковных ценностей, проводившуюся под предлогом сбора средств для помощи голодающим в Поволжье. В некоторых из обновленческих храмов появились красные звезды и портреты «вождей». В 1922 г. членами «Живой Церкви» было образовано т. н. «Высшее Церковное Управление» во главе с Антонином (Грановским), которое, воспользовавшись арестом свт. Тихона, обманом и насилием захватило высшую церковную власть. Тогда же в следствие борьбы за власть между лидерами обновленцев их раскол начал дробиться на группировки – «Союз Церковного Возрождения», «Союз общин древлеапостольской церкви» и др. В 1922 – 1923 гг. к обновленцам перешла основная часть приходов Русской Церкви, но, при этом, абсолютное большинство верующих посещали немногочисленные «тихоновские» храмы, т. к. идеи обновленчества оказались чужды русскому православному сознанию, традиционно склонному к консерватизму. В отличие от обновленцев, сторонники патриархаТихона продолжали подвергаться преследованиям. На соборе обновленческих группировок в 1923 г. свт. Тихон был низложен и лишен сана, что получило признание Константинопольского патриарха Мелетия Метаксакиса, известного своими «реформаторскими» идеями. В 1924 г. при участии ОГПУ был создан обновленческий Синод, который запретил существование отдельных раскольничьих группировок, т. к. власти не желали ослабления обновленцев, рассматривая их в качестве инструмента борьбы с Церковью. В 1923 г. свт. Тихон, находившийся под арестом, в сложившейся обстановке принял решение пойти на контакт с властями, чтобы спасти Русскую Церковь от уничтожения. В своем воззвании святитель отказался от обвинений в адрес советской власти, заявив об аполитичности Русской Церкви, которая не должна быть «ни красной, ни белой». Русская Церковь , отпавшего от православной веры, но решительно отказалась отождествлять ее с царством антихриста, как это делали многие радикально настроенные верующие в России и в эмиграции (см. ниже). После этого гонение на сторонников патриарха несколько ослабло, а обновленцы попали в немилость, и их движение было вскоре подавлено. К началу 30-ых годов количество обновленцев не превышало 16% от числа всех православных верующих, а к 1945 г. они полностью исчезли.

К радикальному обновленчеству примыкала и т. н. «Украинская Автокефальная Православная Церковь» - самочинная националистическая группировка, созданная при поддержке петлюровцев в 1920 – 1921 гг. находившимся под запретом священником Василием Липковским, который был «рукоположен» в «митрополиты» поддерживавшими его священниками и мирянами. В оправдание законности своих действий самосвяты-липковцы ссылались на древнюю практику, якобы, имевшую место в Александрийской Церкви, о чем не существует достоверных исторических сведений. Автокефалисты, как и обновленцы активно использовались ОГПУ и НКВД для уничтожения Русской Православной Церкви. При помощи красноармейцев этой немногочисленной группировке удалось захватить большинство украинских приходов. В связи с этими событиями свт. Тихон преостановил действие соборного определения об автономном статусе Украинской Православной Церкви и ввел в ней прямое патриаршее управление.

Патриарх Тихон, освобожденный из-под ареста в 1923 г., скончался в 1925 г. после тяжелой болезни вероятно, был отравлен). Современникам он был известен как мудрый, ревностный и любвеобильный пастырь, истинный подвижник и молитвенник. После кончины свт. Тихона власти не позволили Церкви созвать Собор для избрания нового патриарха, и ее возглавил местоблюститель митрополит Крутицкий Петр (Полянский), а после его ссылки в конце 1925 г. – заместитель местоблюстителя митрополит Нижегородский Сергий (Страгородский), который прежде принадлежал к обновленческому расколу, но принес покаяние (свт. Петр принял мученическую кончину в 1937 г.). В конце 1926 г. митрополит Сергий также был арестован, и заместителем местоблюстителя в течение трех месяцев (1926 – 1927 гг.) являлся митрополит Ленинградский Иосиф (Петровых), а после него в течение двух месяцев – сщмч. Серафим (Самойлович), епископ Угличский. В мае 1927 г. вышедший на свободу митрополит Сергий вновь стал заместителем местоблюстителя и, оставаясь в этой должности, в 1934 г. перешел с Нижегородской кафедры на Московскую. В 1936 г. он приступил к обязанностям патриаршего местоблюстителя, поскольку получил неверную информацию о кончине в лагере сщмч. Петра (Полянского). После ожесточенных гонений, особенно во время «безбожной пятилетки» в конце 30-ых – начале 40-ых годов Русская Церковь была близка к полному уничтожению. На свободе оставались лишь четверо архиереев, в т. ч. митрополит Сергий и Ленинградский митрополит Алексий (Симанский) – будущий патриарх Алексий I. Большинство храмов и монастырей были закрыты либо разрушены, а в сознание большинства советских граждан глубоко внедрился дух враждебности или равнодушия по отношению к религии. В период Великой Отечественной войны, когда Сталин признал роль Церкви в поддержании патриотического духа в народе, гонения были ослаблены. В 1943 г. в Москве состоялся Архиерейский Собор, на котором местоблюститель Сергий был возведен на патриарший престол, но в том же году скончался. Тогда же было официально утверждено название «Русская Православная Церковь» вместо «Российская», поскольку понятие «Русь» распространяется на всю каноническую территорию Русской Церкви, а не только на Российскую Федерацию (в то время – РСФСР), тогда как до революции Россией называлась вся территория будущего Советского Союза. Постановления Архиерейского Собора 1943 г. были утверждены Поместным Собором 1945 г., на котором состоялось избрание Алексия I новым патриархом. В последующие годы духовенство стало возвращаться из лагерей и ссылок, открылись многие храмы и монастыри (продолжали действовать и те из них, которые открылись во время германской оккупации), возродились духовные семинарии и академии, но, при этом, с 1948 г. в стране вновь усилились атеистическая пропаганда и давление на Церковь. Т. н. «хрущевская оттепель» явилась для Русской Церкви периодом новых потрясений. Хотя кровь мучеников уже более не лилась, в период с 1958 по 1964 гг. разрушению подверглось больше храмов, чем при Сталине, и были закрыты почти все монастыри. Приходы получили предписание от властей продавать свечи по цене, за которую они были приобретены, что в сочетании с непосильным налоговым бременем привело к разорению целых епархий. Регулярно проводились шумные пропагандистские кампании по борьбе с «религиозными предрассудками» среди советских граждан. , намеревавшийся построить коммунизм к 1980 г., решил к этому сроку полностью искоренить в стране любую религию, причем первой республикой, «свободной» от религии, планировалось сделать Белоруссию. В период «застоя» гонения значительно ослабли и выражались, в основном, в давлении на Церковь со стороны КГБ и атеистической пропаганде. Начиная с «перестройки» конца 80-ых годов и особенно после падения коммунистического режима (1991 г.), Русская Православная Церковь стала интенсивно возрождаться и набирать силу. Она является самой крупной из всех Поместных Православных Церквей и на 2007 г. насчитывала около 27900 приходов и более 700 монастырей. Епархии Русской Церкви охватывают территорию России, стран СНГ и Балтии, а также сотни приходов, разбросанных по всему миру. В ее юрисдикцию входят автономные Украинская, Японская и Китайская Церкви, самоуправляемые Эстонская, Латвийская, Молдавская и Русская Зарубежная (см. ниже) Церкви, а также Белорусский Экзархат. Результатом семидесятилетнего господства в Советском Союзе безбожной идеологии стал массовый отход его населения от религии. При очевидном возрождении церковной жизни, регулярно посещают Богослужения все еще не более 5% жителей России, хотя православными себя считают - около 80%.Особенно неблагоприятная ситуация сохраняется в сельской местности и малых городах, где прихожанами полупустых храмов являются чаще всего пожилые люди. Кроме того, религиозная свобода, которой пользуются и другие конфессии создала благоприятные условия для распространения всевозможных сект, в основмном западного происхождения. Их миссионерская деятельность, которая была особенно активной в 1990-ые годы несет серьезную угрозу для общества и направлена к подрыву позиций Православия.

В 1920 г. патриарх Тихон перед лицом назревавшего обновленческого раскола и гражданской войны в России своим постановлением благословил временное церковное управление, которое может создаваться как вынужденная мера в условиях отсутствия канонически правильного управления Русской Церковью. Такая организация сначала была создана в восточной и южной частях России, занятых Белой армией, после разгрома которой более 5 млн. русских расселились по всему миру. В 20-ые годы особенно много беженцев из России находилось в Югославии, откуда они постепенно переселились в Западную Европу и другие страны. Временным административным центром оказавшейся в эмиграции части русского епископата стал хорватский город Сремски-Карловцы, где в 1921 г. состоялся Собор, провозгласивший автономию Русской Зарубежной («Карловацкой») Церкви, объединившей большинство зарубежных русских приходов, но часть из них остались в юрисдикции Московского Патриархата. Предстоятелем Зарубежной Церкви (официальное название – «Русская Православная Церковь Заграницей») стал бывший Харьковский митрополит Антоний (Храповицкий) – авторитетный иерарх и богослов своего времени. Ее автономия была признана патриархом Тихоном и Сербской Православной Церковью, которая не требовала от русских подчинения своей юрисдикции и оказывала им всяческую помощь. Участники Карловацкого Собора направили послание правительствам западных государств, содержащее призыв к интервенции в Россию с целью восстановления монархии, что вызвало в стране волну репрессий по отношению к духовенству, на которое советские власти возводили обвинения в подстрекательстве. Несмотря на давление со стороны властей, свт. Тихон отказывался осудить зарубежную иерархию, хотя и не поддерживал ее политику и до конца своих дней сохранял с зарубежной частью Русской Церкви каноническое общение. В 1927 г. заместитель патриаршего местоблюстителя митрополит Сергий издал декларацию, в которой выражалась поддержка советской власти и отрицался сам факт гонений с ее стороны на Церковь. Этот документ был отвергнут многими архиереями в СССР и за его пределами и явился толчком к началу 80-летнего раскола, в который ушла Зарубежная Церковь с момента отлучения митрополита Сергия и ответного отлучения со стороны Московского Патриархата. В течение десятилетий раскола карловчане не переставали обвинять Русскую Церковь в «ереси сергианства», т. е. соглашательстве с безбожной властью и экуменизме, а самые крайние из них даже называли «советскую» Церковь «служительницей сатаны». В то же время, Зарубежная Церковь явилась хранительницей духовных и бытовых православных традиций среди русской диаспоры, объединив ее наиболее консервативную часть. (В 20-ых годах от Зарубежной Церкви отделилась ее Парижская митрополия, которая сначала стала подчиняться Московскому Патриархату, а затем перешла в юрисдикцию Константинополя. Причина этого отделения заключалась в расхождении демократических взглядов Парижского митрополита Евлогия, как и священноначалия Американской Православной Церкви (см. «История Церкви», часть 2, №6) с монархической настроенностью карловчан. Большинство прихожан Парижской митрополии постепенно стали составлять этнические французы. Под влиянием Константинополя в ней широко распространились либеральные традиции, характерные для этой Поместной Церкви.) По окончании II Мировой войны главным духовным центром Русского Зарубежья стал Свято-Троицкий Джорданвильский монастырь в штате Нью-Йорк, который был основан еще в 1928 г., но свое нынешнее значение приобрел лишь после того, как большинство его насельников составили монахи Почаевской Лавры, сначала переселившиеся в принадлежавшую Чехословакии Закарпатскую Русь, затем – в Мюнхен и, наконец, в Америку. Первоиерархом Русской Православной Церкви Заграницей является митрополит Нью-Йоркский и Восточно-Американский. Ее главная святыня – вывезенная из России «Курская-Коренная» икона Божией Матери находится в Знаменском соборе Нью-Йорка. В 2004 г. между Зарубежной Церковью и Московским Патриархатом начались регулярные контакты, что вызвало неприятие среди незначительной, наиболее непримиримой части карловчан, создавших раскольничью группировку с центром в скиту близ Монреаля, которую возглавил пребывавший на покое бывший митрополит Виталий. После его кончины эта группировка распалась на несколько разрозненных общин. В то же время, большинство зарубежных клириков и прихожан обнаруживали твердое стремление к воссоединению с Матерью-Церковью. В 2007 г. патриарх Алексий II и митрополит Лавр при посредничестве президента Путина подписали в храме Христа Спасителя документ о восстановлении канонического общения между двумя ветвями Русской Церкви и совместно отслужили Литургию. Зарубежная Церковь, состоящая примерно из 400 приходов, стала частью Московского Патриархата, но за ней был сохранен самоуправляемый статус. Таким образом, Русская Православная Церковь Заграницей сосуществует примерно с 250 русскими зарубежными приходами, находящимися в непосредственном подчинении Московского Патриархата. В 2004 г. в юрисдикцию Зарубежной Церкви вошла Индонезийская Православная Церковь, отделившаяся от Константинопольского Патриархата, священноначалие которого, по своему обыкновению стремясь к эллинизации подчиненных ему негреческих епархий, игнорировало этнокультурные особенности народов Индонезии.

Несколько расколов, подобных карловацкому, произошло в тот же самый период и в самой России. Как и иерархи Зарубежной Церкви, руководители этих расколов ссылались для их обоснования на постановление патриарха Тихона от 1920 г. (см. выше). Еще в 1918 г. начали возникать т. н. «катакомбы» - независимые церковные общины, которые по благословению некоторых известных старцев, напр., преп. Нектария Оптинского временно уходили в подполье в условиях гонений на Церковь и засилия обновленцев. Но и после победы «тихоновской» Церкви «катакомбы», по сути, превратившиеся в секты, продолжали пополнять наиболее радикально и оппозиционно настроенные члены Русской Церкви. «Катакомбная Церковь», сохранившаяся до настоящего времени, представляет собой разрозненные группировки, многие из которых возникли уже в постсоветский период. (Ряд приходов на территории России, ушедших в 90-ые годы в Зарубежную Церковь, после ее воссоединения с Московским Патриархатом остались в расколе, примкнув к «катакомбам», греческим старостильным синодам и другим группировкам или вообще остались вне какой-либо церковной организации.) С 1927 по 1940-ые годы в СССР существовало «антисергианское» движение «Истинно-Православная Церковь» («иосифляне»), начатое Ленинградским митрополитом Иосифом (Петровых), который был сослан в Моденский монастырь, а затем – в Казахстан, но продолжал руководить паствой. Первое время митрополита Иосифа поддерживала четверть приходов Ленинградской епархии. В 1928 г. движение распространилось по всей стране и охватило около 11% православных верующих (среди монахов этот процент был значительно выше), в т. ч. значительную часть старообрядцев-единоверцев. Сначала иосифляне были на полулегальном положении и открыто заявляли о своих убеждениях, в отличие от катакомбников, с которыми, несмотря на расхождения во взглядах (иосифляне в большинстве своем не доходили до таких крайностей ригоризма, как «Катакомбная Церковь»), сохраняли общение и даже провели совместный собор, получивший название «Кочующего», т. к. в целях конспирации проходил в разных городах. На соборе были анафематствованы как ереси обновленчество и сергианство. Глава Зарубежной Церкви митрополит Антоний (Храповицкий) признал иосифлян и стремился вступить с ними в каноническое общение. Иосифляне как наиболее активная и антисоветски настроенная часть православных в 30-ые годы подверглись особенно жестоким гонениям и в своем большинстве были расстреляны или погибли в лагерях. Очень часто репрессии против Церкви провоцировались именно иосифлянами. После войны остатки их раскола растворились среди катакомбников либо вернулись в лоно Церкви. Кроме того, в указанный период существовало значительное количество приходов т. н. «непоминающих», которые не молились за власти и митрополита Сергия, но не имели церковной организации. Часть из них признавали в качестве законного местоблюстителя заключенного в лагере митрополита Петра (Полянского). В настоящее время Русская Православная Церковь сняла все канонические прещения с «иосифлян», «непоминающих», «катакомбников» и других групп православных, находившихся в оппозиции митрополиту Сергию, что не распространяется на подобные им современные группировки, ни одна из которых не может доказать, что ее «духовенство» имеет преемственность от тех или иных опальных епископов. Снятие прещений с «правой» церковной оппозиции обусловлено тем, что в ее действиях, в отличие от обновленцев и автокефалистов, нельзя обнаружить явно злонамеренных, исключительно личных и предательских мотивов. (По этой же причине покаявшиеся клирики из иосифлян, непоминающих и других правых расколов принимались в Церковь в сущем сане, тогда как хиротонии, совершавшиеся обновленцами и автокефалистами, не признавались.) Примерно половина из канонизированных новомучеников и исповедников не имели общения с Московским Патриархатом. В их числе – принявшие мученическую смерть митрополит Иосиф (Петровых) и Андрей (Ухтомский), епископ Уфимский – один из главных основателей и руководителей «Катакомбной Церкви». (До революции свт. Андрей был известным миссионером, отдавшим много сил делу христианского просвещения татар и абхазов, основывал кряшенские монашеские общины. Во время гражданской войны свт. Андрей был единоверческим епископом и пытался вступить в общение с беглопоповцами, позволив им совершить над собой «миропомазание» и приняв участие в хиротонии епископа Климента, который ушел в Белокриницкую иерархию, т. к. не был принят беглопоповцами.)

После распада СССР единство Русской Церкви подверглось также атакам националистов, особенно на Украине, где православные расколоты на три части: Украинскую Православную Церковь - автономную митрополию, находящуюся в подчинении Московского Патриархата и неканонические «Украинскую Православную Церковь (Киевский Патриархат)» и «Украинскую Автокефальную Православную Церковь», которые используют Григорианский календарь и украинский язык в богослужении (в некоторых западных епархиях Украинской Церкви Московского Патриархата также начали служить по-украински). Организация этих раскольнических группировок происходила при активной финансовой поддержке со стороны правительства Украины, западных государств, а также Ватикана, стремящегося ослабить позиции Русской Православной Церкви на Украине и в перспективе создать единый «Украинский Греко-Католический Патриархат» (см. ниже). Т. н. «Украинская Автокефальная Православная Церковь» возникла еще в 1920-ые годы как самосвятская обновленческая группировка во главе с бывшим священником Василием Липковским (см. выше). Сохранившись в эмиграции, липковцы в годы II Мировой войны вернулись на Украину, где обосновались в ее западных областях, находившихся под контролем бандеровцев и вошли в юрисдикцию Польской Православной Церкви. Варшавский митрополит Дионисий назначил их «временным администратором» перебежавшего из Московского Патриархата епископа Поликарпа (Сикорского), который в 1942 г. принял автокефалистское «духовенство» «в сущем сане». Вновь оказавшись в эмиграции после окончания войны, автокефалисты образовали т. н. «Украинскую Православную Церковь в США», которая в 1995 г., вопреки всем канонам, была без перерукоположения ее «духовенства» принята Константинопольским патриархом Варфоломеем в каноническое общение. В 1989 г. находившийся за штатом бывший Житомирский епископ Иоанн (Бондарчук) возглавил автокефалистский раскол, возродившийся на территории Украины и охвативший многие приходы, в основном, на западе страны. В 2000 г. состоялось объединение украинских и зарубежных автокефалистов, и их «патриарх» теперь проживает не в эмиграции, а во Львове. После кончины Московского патриарха Пимена митрополит Филарет (Денисенко), возглавлявший Киевский Экзархат, являлся местоблюстителем патриаршего престола и одним из главных кандидатов на патриаршество, но Поместный Собор 1990 г. избрал предстоятелем Русской Православной Церкви митрополита Ленинградского Алексия. Тогда же с целью уврачевания автокефалистского раскола Киевскому Экзархату был возвращен автономный статус, установленный еще Поместным Собором 1917 – 1918 гг. Митрополит Филарет, желая взять реванш за неудавшееся избрание в патриархи, решил удовлетворить свои властные амбиции посредством учреждения полностью автокефального «Киевского Патриархата», в чем заручился поддержкой правительства Украины и лично президента Л. Кравчука. Раскольническая деятельность Филарета и его безнравственное поведение вызвали протест подавляющего большинства украинского духовенства. В 1992 г. прошедший в Харькове Архиерейский Собор Украинской Православной Церкви запретил Филарета в служении, а Московский Архиерейский Собор лишил его епископского сана. Новым предстоятелем Украинской автономной Церкви стал митрополит Владимир (Сабодан). В ответ на эти постановления монах Филарет был провозглашен своими сторонниками «патриархом Киевским и всея Украины». Т. н. «Украинская Православная Церковь (Киевский Патриархат)» распространила свою деятельность на всю Украину, но утвердилась, главным образом, в ее западных областях, где сильны националистические настроения. Три четверти всех украинских приходов и все монастыри остались в юрисдикции Московского Патриархата. В 2001 г. наметилась тенденция к сближению между «Украинской Автокефальной Православной Церковью» и «Киевским Патриархатом». На Западной Украине – в Галичине (Галиции), в пределах Львовской, Тернопольской и Ивано-Франковской областей также существует конфликт между православными и греко-католиками, которые за свое тесное сотрудничество с нацистами и бандеровцами при Сталине были объявлены вне закона и насильственно подчинены Русской Православной Церкви, но продолжали осознавать себя католиками. При этом, значительная часть галичан перешла в Православие добровольно, а многие до сих пор не придают значения своей конфессиональной принадлежности. После встречи и папы Иоанна Павла II униатам на Западной Украине была предоставлена полная свобода действий. В 1989 – 1991 гг. они при помощи ОМОН захватили около 700 православных храмов, а также многие храмы, принадлежавшие автокефалистам. После распада СССР греко-католики, фактически, уничтожили Львовскую, Тернопольскую и Ивано-Франковскую православные епархии, захватив подавляющее большинство приходов и продолжают подвергать православных всевозможным гонениям. В Молдавии некоторые приходы объединились в т. н. «Бессарабскую епархию Румынской Церкви», что осложнило отношения между Московским и Бухарестским Патриархатами. В Эстонии часть паствы Русской Православной Церкви перешла в подчинение Константинополя, в результате чего между Патриархатами было временно прервано молитвенное общение. (С 1923 г. до присоединения Эстонии к СССР существовала автономная Эстонская Православная Церковь, подчинявшаяся юрисдикции Константинополя.)

Кроме новомучеников, Русская Церковь в ХХ в. пополнилась подвижниками, причисленными и к другим ликам святых – святителями, преподобными, праведными, блаженными и еще многими, почитаемыми в православном народе, но пока не канонизированными. В условиях гонений со стороны безбожной власти многие подвижники благочестия совершали свое служение в тайне, и их имена остаются неизвестными. Была распространена практика тайного пострига, т. к. монашество подверглось почти полному уничтожению. (На территории Российской Федерации как действующие монастыри сохранялись лишь Троице-Сергиева Лавра, возрожденная в послевоенные годы и Псково-Печерский монастырь, который никогда не закрывался, т. к. до 40-ых годов вместе с частью Псковской области принадлежал Эстонии. Еще полтора десятка монастырей сохранились в других союзных республиках, причем большинство из них – на Украине.) Среди канонизированных русских святых ХХ в. нужно особенно отметить следующих. Преп. Серафим Вырицкий (+1949 г.) – в прошлом, - известный промышленник, ведший благочестивую жизнь, духовное чадо преп. Варнавы Гефсиманского. Будучи в 1920-ые годы духовником Александро-Невской Лавры, он окормлял множество мирян и священников. Среди духовных чад отца Варнавы (имя преп. Серафима до принятия схимы) были: будущий патриарх Алексий I, будущий священномученик митр. Ленинградский Серафим (Чичагов) и академик . Своими наставлениями батюшка укреплял верующих перед лицом наступивших бедствий, убеждая переносить их со смирением как неизбежное наказание за грехи народа и советуя многим обращаться к Богу с покаянием и непрестанной молитвой Иисусовой. В 1930 г. старец Серафим из-за ухудшения здоровья поселился на покое в поселке Вырица, в пригороде Ленинграда, где в течение 19 лет пребывал в непрестанных подвигах поста и молитвы. Его духовные дары прозорливости и исцеления привлекали в Вырицу сотни паломников. В течение всей войны преп. Серафим Вырицкий коленопреклоненно молился на камне в саду о спасении России, повторив подвиг преп. Серафима Саровского, духовный образ которого был ему особенно близок. Преп. Кукша Одесский (+1964 г.) принял постриг на Афоне, откуда в 1912 г. был в числе других монахов выслан в следствие смуты, связанной с имяславием. Многие годы отец Кукша подвизался в Киево-Печерской Лавре. В 1938 г. он был арестован и прошел через лагеря и ссылки, а в 1948 г. вернулся в открывшуюся Лавру и стал духовным наставником многих верующих. Широкая известность батюшки не нравилась властям, по приказу которых в 1953 г. его отправили в Почаевскую Лавру. В последние годы жизни преп. Кукша жил в Иоанно-Богословском монастыре Черновицкой епархии, а после его закрытия – в Успенском монастыре Одессы. Преп. Феодосий Кавказский (+1948 г.) большую часть своей жизни провел на Афоне и в Иерусалиме. Вернувшись в Россию, он основал на Кубани женскую общину. Уже в преклонном возрасте батюшка в 1925 г. был отправлен на Соловки, откуда вернулся в 1931 г. и до конца своих дней жил в Минводах, подвизаясь в юродстве.

Свт. Лука Крымский (+1961 г.), в миру – Валентин Войно-Ясенецкий был известнейшим хирургом, профессором Ташкентского университета. В 1921 г. он стал священником, а в 1928 г. – Ташкентским архиепископом. Во время ссылки в Красноярск профессор Войно-Ясенецкий, будучи практикующим врачом, написал свой известный труд по гнойной хирургии, одновременно являясь правящим Красноярским архиереем. Претерпев тяжелейшую ссылку в Туруханск, свт. Лука в 1944 г. был переведен в Тамбов, а в 1946 г. – к себе на родину, в Крым, где стал Симферопольским архиепископом. В 1956 г. он потерял зрение. Среди своей паствы святитель был известен как великий подвижник благочестия и чудотворец. Свт. Иоанн Шанхайский (Сан-Францискский) (+1966 г.) – потомок свт. Иоанна Тобольского (Максимовича) явился величайшим подвижником Русского Зарубежья. В 1934 г. в Югославии он был рукоположен своим учителем митрополитом Антонием (Храповицким) во епископа Шанхайского. В 1951 г. после прихода к власти в Китае коммунистов и выезда из страны русской общины свт. Иоанн был назначен в Париж на Западно-Европейскую кафедру, в в 1962 г. стал архиепископом Сан-Францискским и Западно-Американским. Он был великим чудотворцем, молитвенником, суровым аскетом, учителем покаяния и обличителем пороков, милостивым архипастырем, богословом и истинным русским патриотом. Свт. Иоанн в течение всей своей жизни пребывал в непрестанной молитве, изнуряя себя строжайшим постом и бдением, никогда не спал лежа. Из-за постоянного лишения себя сна владыка был настолько изможден, что разговаривал с большим трудом, и его речь была малопонятной. Кроме того, он нес подвиг своеобразного юродства, необычный для епископского сана, напр., зимой и летом ходил босиком и в худом подряснике, подобно свт. Мартину Турскому, к которому проникся большой любовью во время своего служения во Франции. Свт. Иоанн Шанхайский предвидел воссоединение двух ветвей Русской Церкви и всегда поминал в своих молитвах Московского патриарха, наряду с зарубежными архиереями. Он говорил, что Зарубежная Церковь, являясь «свободной частью Русской Церкви», не разорвала с ней духовного единства, хотя административно и не связана с московскими церковными властями, т. к. те полностью зависят от коммунистов, и подчинение им означало бы подчинение безбожной власти. Временную автокефалию Зарубежной Церкви свт. Иоанн сравнивал с вынужденным отделением Элладской Церкви от Константинопольской, которая находилась в полной зависимости от турок (это разделение, по его словам, должно прекратиться, когда Константинополь вновь станет греческой столицей). Среди подвижников ХХ в. также прославлены: свт. Макарий Алтайский (36 лет возглавлял Алтайскую духовную миссию, результатом деятельности которой в XIX – XX вв. стало обращение в православие более половины алтайцев и шорцев; с 1912 по 1917 гг. был митрополитом Московским), Иона Ханькоуский (+1925 г.) (ученик оптинских старцев и преп. Гавриила Седмиозерского; преподавал в Казанской Духовной Академии и служил полковым священником; был арестован большевиками, но во время этапирования в Тюмень – освобожден белогвардейцами; возглавлял военное духовенство в армии Колчака; вместе с отступавшими отрядами атамана Дутова перешел на китайскую территорию; став викарным епископом Пекинской епархии Русской Зарубежной Церкви, служил в русском храме на станции Маньчжурия, отдавая все свои силы заботе о беженцах из России), Серафим (Соболев) (+1950 г.) (будучи викарным епископом Лубенским, эмигрировал во время гражданской войны в Болгарию и, перейдя в юрисдикцию Зарубежной Церкви, стал титуловаться «архиепископом Богучарским» и окормлять русские приходы в Софии; в 1945 г. присоединился вместе со своей паствой к Московскому Патриархату; получил известность как замечательный пастырь, богослов и полемист); преп. Герман и Алексий Зосимовские, Рахиль Бородинская, Силуан Афонский (монах Афонского Пантелеимонова монастыря, замечательный духовный писатель), Симеон Псково-Печерский, Моисей Уфимский, Зосима Еннатская (основательница Покрово-Еннатского монастыря в Башкирии; преставилась в возрасте 115 лет), Матфей Яранский, Иоанн Верхотурский, Лаврентий Черниговский, Серафим (Амелин), Серафим (Романцов) и Андроник Глинские (преп. Серафим (Амелин) стал игуменом вновь открывшейся в 40-ых годах Глинской пустыни, в которой возродил монашескую жизнь и старчество; преп. Серафим (Романцов) и Андроник после вторичного закрытия монастыря с 60-ых годов жили в Грузии – в Сухуми и Тбилиси), Трифон, Михаил и Иоанн Святогорские (преп. Трифон – последний настоятель Святогорской Донецкой пустыни перед ее закрытием), Манефа Гомельская (с рождения не владела ногами; духовная преемница оптинских старцев; подвизалась в Чонковском монастыре близ Гомеля, после закрытия которого жила в селе Севрюки), Амфилохий Почаевский, Иов Угольский (ученик преп. Алексия Карпатского, - см. «История Церкви», часть 2, №6); св. прав. иереи Алексий Московский (Мечев), Иона Одесский, Иоанн Оленевский; Христа ради юродивые Матрона Московская (слепорожденная, с восьмилетнего возраста обладала даром прозорливости; почитается наравне с блаж. Ксенией Петербургской), Матрона Анемнясевская (Касимовская), Любовь Рязанская, Алексий Юрьевецкий, Мария Дивеевская, Варвара Скворчихинская (в прошлом была учительницей в сельских школах, в Башкирии и в советское время продолжала преподавать Закон Божий; приняв подвиг юродства, жила в заброшенных помещениях для скота, носила власяницу с иглами, воткнутыми остриями к телу), Валентина Минская (после расстрела мужа и родственников тяжело заболела и вторую половину своей жизни была прикована к постели, неся, при этом, подвиг юродства).