История христианства (стр. 48 )

Лютер вслед за Уиклифом выступил против индульгенций и исповеди вообще, противопоставив им концепцию личной веры, ставшую ключевым протестантским учением. Исходя из принятой на Западе юридической теории Искупления, Лютер утверждал, что человек «оправдывается перед Богом» (спасается) только посредством своей личной веры в Искупление, без чьего-либо посредничества. Это учение основывается на вольном толковании Рим.3,28: «…ибо мы считаем, что человек оправдывается верою, помимо дел Закона» и Рим.10,9: «…если ты исповедаешь устами твоими Иисуса Господом и уверуешь сердцем, что Бог воздвиг Его из мертвых, ты будешь спасен». Слова ап. Павла, относящиеся к приоритету веры во Христа по отношению к внешнему соблюдению Закона Моисеева, Лютер привел в качестве обоснования своего отрицательного отношения к индульгенциям, исповеди, а затем – и самой Церкви. Веру он понимал не в смысле христианского подвига, а всего лишь как рациональную убежденность в своем спасении, которая, по его утверждению, не может не приносить добрые плоды. В результате «оправдания верой» грехи даже не прощаются, а просто «не вменяются» и, тем самым, завуалированно оправдываются. Понятие «святости» для протестантизма тождественно понятиям «праведности» и «добропорядочности», и «святым» считается каждый, кто верит в свою спасенность. О необходимом для спасения исцелении от страстей – первопричины всех грехов и об обожении – высшей цели христианской жизни в протестантской теологии речи не ведется, как и в римо-католическом учении, которое указывает на мнимую первозданную «ущербность» Адама как на причину его преступления пред Богом, повлекшую за собой отъятие удерживающей от греха благодати. Согласно католическому вероучению, благодать не была полностью отнята у человека, в котором, поэтому, сохранился образ Божий, благодаря чему и возможна свобода выбора между добром и злом. Согласно же Лютеру, «сдерживающая благодать» была полностью отнята у человека, в результате чего он утратил не только подобие, но и образ Божий и стал, подобно диаволу, абсолютно неспособным к добру («тотально греховным»). Лютер, в прошлом принадлежавший к ордену августинцев, заимствовал это учение у горячо любимого им блаж. Августина и почти довел его до логического завершения. Он утверждал, что человек ничего не может сделать для своего спасения и способен лишь «пассивно наблюдать за тем, что совершает с ним Бог», из чего вытекает учение об абсолютном предопределении, которое получило развитие в кальвинизме, тогда как лютеране, противореча сами себе, утверждают, что человек все же имеет некоторую свободу воли, т. к. может противиться или подчиняться Богу. Единственным основанием для веры, по учению протестантов, является Библия, а точнее – ее произвольное толкование любым верующим, которому предшествует «призывание Святого Духа». Своего рода обожествление Св. Писания у протестантов нередко может переходить в свою противоположность, т. е. умаление или отрицание определенных частей текста или целых Священных Книг, которые противоречат их учению. Так, Лютер не признавал подлинность Послания Ап. Иакова, называя его «соломенным посланием», т. к. учение апостола о необходимости для спасения дел, а не только одной веры (Иак.2,14-26) противоречит его доктрине об «оправдании только верой». Все остальное Св. Предание с относящимися к нему святоотеческим наследием, постановлениями Вселенских Соборов, духовным опытом монашества, обязательными постами и молитвами, почитанием Божией Матери, Ангелов и всех святых, икон, священных реликвий и др. казалось Лютеру маловажным и, фактически, им отрицалось, хотя основные христианские догматы, кроме иконопочитания, под сомнение не ставились. Лютер принимал Никейский, Апостольский и Афанасиев Символы веры, т. к. считал, что они основаны на Св. Писании. Абсолютизация Библии и убежденность в непогрешимости личной веры заменили для протестантов абсолютный авторитет Римского папы, а протестантское отношение к Св. Преданию как к некому излишнему и чисто человеческому дополнению к Св. Писанию обусловлено суженным восприятием Св. Предания в римо-католичестве, которое, в отличие от православия, видит в нем не совокупность всего духовного опыта Церкви, включающего и Св. Писание, но лишь продолжение Библейского Откровения. Отрицая Св. Предание, каждая протестантская деноминация (церковь или секта), количество которых к началу XXI в. достигло 20000 имеет свою собственную доктрину, т. е., фактически, - предание, но не Священное, а чисто человеческое, происходящее от произвольного толкования Библии руководителями данных сообществ.

Церковь для Лютера – не Богочеловеческий организм, объединяющий всех своих членов на Небе и на земле друг с другом и со Христом в Его мистическое Тело, а всего лишь человеческая организация – «общество верующих» или «видимая Церковь», которая никак не связана с небесной «невидимой Церковью». На этом основании протестанты отрицают молитвы за усопших и не почитают святых. К «невидимой Церкви» они также относят всех ныне живущих христиан, «оправданных» личной верой, имена которых известны только Богу. Члены этой абстрактной «невидимой» земной Церкви принадлежат к «видимым» церквям, но внешне не связаны между собой и не знают о принадлежности друг друга к «невидимой» Церкви. Священной иерархии Лютер противопоставлял «священство всех верующих», считая, что каждый христианин имеет право на учительство и совершение Таинств, а понятие «апостольского преемства» сужал до «преемства апостольской веры». У лютеран сохранилось подобие церковной иерархии, представляющей собой, в первую очередь, административную структуру, во главе которой стоит суперинтендент (в Швеции и Финляндии называется епископом). В его обязанности, в частности, входит совершение ординации – символического «посвящения» пасторов через возложение рук и чтение молитв. Для обоснования своей эклезиологии протестанты ссылаются на Мф.18,20: «…где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них», но, согласно святоотеческому учению, эти слова распространяются лишь на членов Кафолической Церкви, т. к. объединиться во имя Христово могут лишь те, кто правильно Его исповедуют. Кроме того, протестанты утверждают, что Святой Дух сошел во время Пятидесятницы не только на апостолов, но и на всю Церковь, почему, якобы, и возможно «священство всех верующих». Из всех Таинств Лютер признавал лишь Крещение и Евхаристию, настаивая на причащении под двумя видами. Он отрицал пресуществление Святых Даров, ставя действенность Таинства в зависимость от личной веры причастника: Святые Дары действительно становятся Телом и Кровью Христовыми (Христос пребывает в хлебе и вине, которые не изменяют своей сущности) лишь в момент причащения и только для того, кто в это верит, а затем вновь становятся хлебом и вином. Лютер отрицал жертвенный характер Евхаристии, сводя ее к одному воспоминанию о Тайной Вечере и Голгофской Жертве Христа, которая была принесена единожды и, будто бы, не требует актуализации во время Литургии. Поэтому, в пресуществлении Святых Даров он видел лишь ненужный и даже магический обряд. Лютер не отрицал внешнюю атрибутику католического культа – изображение Распятия, Крестное знамение, свечи, облачение священников, органную музыку и даже иконы, придавая им чисто декоративное значение. Все вышеизложенное протестантское учение сводится к четырем постулатам: «sola fide» («только вера»), «sola gratia» («только через благодать»), «sola Cristus» («только Христос») и «sola Scriptura» («только Писание»). Цель «реформы», предлагавшейся Лютером, заключалась в «очищении» Церкви от всех позднейших искажений и возвращении к ее апостольской простоте. На деле, его преобразования привели к расколу в Римо-Католической Церкви, с которой он первоначально не собирался порывать. Отвергая заблуждения католицизма, протестанты сами впали в противоположную ему крайность, сведя уровень христианства до набора необременительных жизненных установок, которые оказались очень удобными для нарождающейся буржуазии.

Вскоре после распространения «95 тезисов» дело Лютера превратилось в национальное движение Германии. В 1521 г. Лютер был вызван императором Карлом V на имперский сейм в город Вормс, где от него потребовали отказаться от своих идей, но Лютер оставался непреклонным, ссылаясь на единственного судью – голос совести. После этого он был предан анафеме папой Германские князья (ландфюрсты) – сторонники Лютера укрыли его в крепости Вартбург, где он занимался переводом Библии на немецкий язык с еврейского и греческого оригиналов. Лютеровский текст Св. Писания явился классическим образцом для формирующегося немецкого литературного языка. При переводе Ветхого Завета Лютер использовал т. н. «масоретский» текст, вслед за иудеями отрицая Богодухновенность 11-и Книг, что обосновывал отсутствием их еврейских подлинников. Возникшие в дальнейшем под эгидой протестантов «библейские общества» перевели Св. Писание на большинство письменных языков мира, руководствуясь теми же принципами, что и Лютер. Кроме того, он положил в основу протестантского толкования Библии приемы, заимствованные у иудейских экзегетов-талмудистов, с помощью которых цитатами из Св. Писания может быть оправдана любая точка зрения, даже самая абсурдная. Такое увлечение Лютера иудейской традицией не было случайным, т. к. в течение всей эпохи гуманизма в интеллектуальных кругах Европы наблюдался повышенный интерес к Талмуду и каббале, поклонники которых находились среди окружения Лютера в Эрфуртском университете. Положительным моментом реформации явилось то, что она, по сути, открыла Библию для жителей Западной Европы, т. к. Римо-Католическая Церковь налагала запрет на самостоятельное чтение Св. Писания, которое читалось лишь во время богослужения и только на латыни, непонятной в германоязычных странах, где, в основном, и распространился протестантизм.

В 1524 г. Лютер отказался от монашеских обетов и через год женился на монахине Катарине Бора. Его примеру последовали множество монахов и священников. Толкуя в смысле заповеди благословение Божие «плодитесь и размножайтесь», данное в Раю человеку и всем живым существам, Лютер считал возможным поступаться другой заповедью – «не прелюбодействуй». Он не возражал против двоеженства или измены одного из супругов по причине воздержанности или холодности другого. Среди последователей Лютера были и откровенные проповедники полигамии и обобществления жен. В то время Германия уже была охвачена реформацией, у руля которой стояли теологи-радикалы, использовавшие в своих целях призывы Лютера свободно толковать Библию. Один из этих теологов, Томас Мюнцер проповедовал в городе Цвиккау, где жили последователи секты анабаптистов (т. е. «перекрещенцев»), которые не признавали Крещение Римо-Католической Церкви. Под влиянием Мюнцера они выступили за достижение Царствия Божия путем вооруженной борьбы и явились зачинщиками крестьянской войны 1524 – 1525 гг. В городе Мюнстер захватил власть булочник Иоган Бокгольд, объявивший себя «царем Нового Сиона и Вселенной», а Мюнстер – «Новым Иерусалимом» и разославший по разным странам 28 «апостолов». Церкви в городе были разрушены, духовенство и состоятельные горожане – перебиты, имущество и жены – обобществлены. Все произведения искусства и библиотеки анабаптисты предали огню, стремясь утвердить всеобщее равенство не только по общественному положению, но и по уровню образования. В 1525 г. Томаса Мюнцера казнили после разгрома его отрядов, а Мюнстер был взят штурмом лишь в 1535 г. После подавления восстания и массовых казней анабаптисты вместо вооруженной борьбы стали проповедовать пацифизм и непротивление злу, продолжая делать акцент на необходимости Крещения в cознательном возрасте и через полное погружение. Их секту возглавил бывший католический священник из Голландии Симонис Меннон, «рукоположенный» одним из анабаптистских «апостолов» и провозгласивший себя «епископом». Последователи Меннона, получившие название меннонитов, сохранились в Голландии и Германии, откуда часть из них в XVIII в. переселилась вместе с другими немцами в Малороссию. Меннониты проживают и в других странах, в т. ч. в США. По своему вероучению они близки к баптистам (см. №3).

Лютер не одобрял крестьянскую войну и другие насильственные действия в Германии, с помощью которых утверждались его идеи. Поэтому, он призвал германских князей встать на защиту порядка, фактически передав в их руки инициативу реформации, что прямо противоречило его призывам к независимости церкви от любой светской власти, будь то король или папа. Союзных ему князей, среди которых на первом месте стоял курфюрст , Лютер даже называл «епископами». На сейме 1525 г. был установлен принцип: «чья власть, того и религия». Австрийские и южно-германские княжества остались верны католичеству, а в северных и западных – государственной религией стало лютеранство, приверженцы которого вместе с кальвинистами первоначально составляли до 4/5 населения Германии. Во всех лютеранских государствах (германских княжествах, Прусской империи и скандинавских королевствах) церкви возглавили правящие монархи, ставшие своего рода «верховными епископами». (Этот же принцип распространялся и на русского православного императора, который считался главой всех лютеран, проживавших в России.) Таким образом, лютеранские церкви превратились в чисто государственные структуры, что не идет ни в какое сравнение с теократической системой в православных монархиях, при которой границы между Церковью и государством никогда полностью не стирались. Слияние церкви с государством происходило также в странах, где возобладали другие направления протестантизма – кальвинизм и англиканство. В результате, христианское благочестие на Западе выродилось в пуританское ханжество, а затем трансформировалось в нормы общественного поведения и правила светского этикета, тогда как конституции и другим юридическим законам было усвоено значение абсолютно незыблемого и почти сокрального основания.

Карл V, выступавший защитником Римо-Католической Церкви, в 1529 г. объявил на Шпеерском рейхстаге недействительным постановление сейма 1525 г. о разделе власти между лютеранскими и католическими князьями. Лютеране опротестовали решение императора и, поэтому, условно стали называться «протестантами». Это наименование перешло и на другие евангелические конфессии, но сами протестанты предпочитают себя называть «евангелистами». В том же 1529 г. Мартин Лютер издал «Большой» и «Малый Катехизисы», в которых систематически изложил свое учение, чтобы в дальнейшем не возникало беспорядков, связанных с его истолкованием. В 1530 г. Карл V созвал в Аугсбурге сейм, на который пригласил лютеран, в попытке объединиться с ними перед лицом нависшей над Западной Европой турецкой угрозы. Лютеране должны были представить на сейм свое исповедание веры, составлением которого занялся Филипп Меланхтон – правая рука Лютера, прозванный «учителем Германии». «Аугсбургское исповедание», наряду с «Большим» и «Малым Катехизисами» стало символической книгой лютеран. Сам Лютер опасался появляться на сейме и находился в Кобурге, занимаясь сочинением богослужебных гимнов (самый известный из них – «Моя твердыня, мой Господь» лютеране всего мира поют по-немецки). «Аугсбургское исповедание», написанное Меланхтоном в примирительном тоне, было воспринято Карлом V как близкое к католическому вероучению, но католические теологи выразили свое несогласие и составили «Опровержение». Лютеране ответили «Апологией Аугсбургского исповедания». В результате этих словопрений, сейм был сорван, чем Лютер остался доволен. В 1531 г. в Германии вспыхнула война между католиками и протестантами, продлившаяся до 1555 г. После смерти Лютера Евангелическую Церковь возглавил Меланхтон, который после одного из серьезных поражений войска протестантских князей был близок к отречению от лютеранства. Полное истощение сил обеих сторон, наступившее после затяжного кровопролития, явилось причиной подписания Аугсбургского мирного договора, который узаконил положение «чья власть, того и религия». Раскол был признан свершившимся фактом, а Карл V отрекся от престола. В 1618 г. в Германии вновь начался вооруженный конфликт между католиками и протестантами – «Тридцатилетняя война», во время которой многие немцы бежали в Россию и страны Нового Света. Согласно Вестфальскому мирному договору 1648 г., лютеране, реформаты (кальвинисты) и римо-католики на территории германских государств и большей части Священной Римской Империи уравнивались в своих правах, гарантами которых выступали протестантские и католические монархи. При этом, правители католических государств усвоили себе полномочия, аналогичные тем, которые имели протестантские князья, возглавлявшие в своих землях местные церкви. Таким образом, Римо-Католическая Церковь во многих государствах, прежде всего – в германских оказалась в зависимом положении от светских властей, с чем был вынужден смириться папский престол, рискуя, в противном случае, подтолкнуть католических монархов к проведению реформации в подвластных им странах. Усвоение светскому правителю верховной власти по отношению к религиозным общинам привело к тому, что, фактически, привилегированное положение приобрело вероисповедание монарха, ставшее государственной религией, а по отношению к религиозным меньшинствам лишь действовал принцип веротерпимости.

Религиозные войны привели к значительному сокращению населения Германии и падению культурногого уровня нации. Религиозность лютеран стала чисто формальной; повсюду обнаруживалось невежество и равнодушие к вере. В конце XVII в. богослов Филипп Якоб Шпенер возглавил движение пиетистов (от лат. «рietas», - «благочестие»), пытавшихся пробудить у лютеран «внутреннее благочестие» и стремление к нравственному совершенствованию, которое пиетисты противопоставляли власти пасторов и костности общества. Они начали устраивать по всей стране домашние собрания, на которых тщательно штудировались Евангелие и Катехизис и проходило обучение тому, как на практике следует демонстрировать свою веру. Центром пиетизма стал университет в Галле. Несмотря на противодействие лютеранских церковных властей, сторонникам Шпенера во многом удалось активизировать религиозную жизнь в Германии, но среди пиетистов вскоре обнаружилась тенденция к сектантскому самосознанию, связанному с презрением ко всем «невозрожденным». В XVIII в. их влияние пошло на убыль, а в XIX в. движение прекратилось.

Лютеране в феодально раздробленной Германии не имели единого координирующего центра и до середины XIX в. составляли 40 земельных церквей, каждая из которых находилась в подчинении монархической власти какого-либо князя. В настоящее время крупнейшей в стране протестантской организацией является «Евангелическая Церковь Германии», основанная на федеративных принципах и состоящая из 23 земельных церквей, большинство из которых – лютеранские, а часть – реформатские (кальвинистские) и смешанные. После религиозных войн и контрреформации (см. «История западных христианских конфессий», часть 3, №1) количество протестантов в Германии заметно сократилось. Сейчас лютеране составляют примерно половину населения страны и проживают, главным образом, в северных и западных землях, т. е. в местах первоначального распространения реформации. Сразу же после своего возникновения лютеранство начало распространяться за пределами Германии. В 1521 г. оно было принято курляндскими немцами, населявшими Ригу и другие города на территории Латвии, вслед за которыми приняло новую веру и сельское население, т. е. предки латышей – курши и земгалы, а также ливы – впоследствии соединившееся с ними финно-угорское племя. На юго-востоке Латвии – в Латгалии население сохранило верность католичеству. Немецкий пастор Эрнст Глюк перевел на латышский язык Библию и богослужебные книги, устраивал школы для латышей, а также перевел Библию со славянского языка на русский, желая распространить лютеранство в России (перевод не сохранился). В семье Глюка жила Марта Скавронская – будущая русская императрица Екатерина I. Когда русские войска заняли Лифляндию, Глюк вместе с семьей был пленен и отвезен в Москву, где при содействии Петра I, симпатизировавшего лютеранству, основал школу, перевел лютеранский Катехизис и составил несколько русских учебников. Переводом Св. Писания на эстонский язык руководил ревельский лютеранский пастор Эбергард Гутслефф (+1749 г.). Во время учебы в Галле он проникся пиетистскими идеями и, вернувшись в Ревель, принял активное участие в народном возрождении эстов. Лютеранское духовенство и дворянство, опасаясь за свои привилегии ввиду движения эстонских крестьян, обратились к содействию русского правительства, по приказу которого Гутслефф был заточен в Петропавловскую крепость, где и скончался.

Из Германии лютеранство также распространилось в Скандинавии, где оно утверждалось мирным путем, при поддержке королевской власти. В Дании, Норвегии и Финляндии лютеранские церкви являются государственными и финансируются правительствами. Лютеранство в Дании было официально принято в 1533 г., при вступлении на престол короля Кристиана III. В Норвегии, которая с 1450 по 1905 гг. входила в состав Дании лютеранство было введено датскими властями. То же самое произошло в Исландии, которая принадлежала Дании с 1380 по 1918 гг. В 1995 г. церковь в Исландии была отделена от государства. Швеция, оккупированная датчанами в 1517 г., была освобождена в 1523 г. в результате победы восстания под предводительством Густава Вазы, который стал королем. В 1536 г. он ввел в Швеции лютеранство, оказав особое покровительство проповеднику Алаусу Петри (его также называют «мастер Улаф»), который был в Виттенберге непосредственным учеником Лютера. Он перевел на шведский язык Новый Завет и составил шведское лютеранское богослужение. Последний римо-католический епископ Швеции стал первым лютеранским, благодаря чему у шведских, а вслед за ними – и у финских лютеран формально сохранилось апостольское преемство, которым они очень дорожат, хотя, как и все протестанты, не имеют Таинства Священства. В 2000 г. Шведская Лютеранская Церковь отделилась от государства. В Финляндии, находившейся под властью Швеции, главным распространителем реформации явился Микаэль Агрикола, учившийся в Виттенберге у Лютера и Меланхтона, а в 1550 г. ставший епископом Або (Турку). Агрикола явился создателем финского литературного языка, на который перевел Новый Завет, часть Книг Ветхого Завета и некоторые назидательные сочинения (до Агриколы финский язык не имел письменности). (Кроме лютеранства, государственной религией в Финляндии является православие.) Проповедник в соборной церкви в Лайбахе (Любляне) Примож Трубар начал активно распространять лютеранство среди словенцев. Он создал словенскую письменность и руководил работой по переводу на родной язык Св. Писания. В 1565 г. правительство вынудило Трубара покинуть Словению, и вскоре реформация была там полностью уничтожена. Уроженец Норвежской Лапландии миссионер Ханс Эгеде (+1758 г.) и его сын Пауль распространили лютеранство среди язычников-эскимосов Гренландии. Они перевели на эскимосский язык Новый Завет и Катехизис и основали в Копенгагене гренландскую семинарию. Финские миссионеры, прибывшие в 1870 г. в северные районы Юго-Западной Африки (нынешней Намибии), распространили лютеранство среди местных народностей. «Евангелическо-Лютеранская Церковь в Намибии» является крупнейшей в стране религиозной организацией. В конце XIX в. немецкие миссионеры начали успешно проповедовать лютеранство в Танганьике. «Евангелическо-Лютеранская Церковь в Танзании» остается крупнейшей христианской церковью в стране и одной из крупнейших лютеранских церквей в мире.

В начале XXI в. в мире насчитывается примерно 200 лютеранских церквей, к которым принадлежат около 75 миллионов человек. В 1947 г. был создан «Всемирный Лютеранский Союз», который объединяет 2/3 всех лютеран. Современные лютеране в поисках путей преодоления духовного кризиса, охватившего западное общество, пытаются возрождать некоторые утраченные ими церковные традиции. Появился интерес к святоотеческой литературе, стало практиковаться подобие исповеди – в виде доверительной беседы друг с другом или с пастором. Возникло даже евангелическое монашество, отличительной чертой которого являются временные обеты. Такие монастыри существуют, в основном, в Германии. (Во Франции в 1940-ые годы недалеко от бывшего монастыря Клюни швейцарским кальвинистом Роже Шутцем был создан экуменический монастырь Тезе, в котором на основании протестантизма делается попытка синтезировать латинскую и православную традиции.) В то же время, в лютеранских церквях, как и среди всех западных христиан господствует дух либерализма, часто принимающего крайние формы. В середине ХХ в. в Шведской и Норвежской Лютеранских церквях появились женщины-пасторы, а к концу века женское священство стало обычным явлением для большинства протестантских деноминаций во всем мире. Вслед за конституционной легализацией т. н. «однополых браков» в странах Запада протестантские, в т. ч. и лютеранские церкви, вопреки недвусмысленному осуждению садомских грехов, которое содержится в Книгах Св. Писания, с конца ХХ в. начали совершать обряд венчания над геями и лесбиянками. Во многих деноминациях представители духовенства могут открыто заявлять о своей «нетрадиционной ориентации», что не вызывает у их паствы никаких отрицательных эмоций. В 2010 г. главой Шведской Лютеранской Церкви стала первая в истории епископ-лесбиянка.

№2. Ульрих Цвингли и Жан Кальвин.

Распространение кальвинизма. Антитринитарии

Ульрих Цвингли (+1531 г.) получил философское образование в Венском университете и с молодости увлекался идеями гуманистов, особенно – Эразма Роттердамского. Будучи священником в швейцарском кантоне Гларус, он выступал с умеренной критикой Римо-Католической Церкви. Cделавшись популярным проповедником в кафедральном соборе Цюриха, Цвингли в 1516 г. – на год раньше Лютера начал публично провозглашать реформационные идеи против индульгенций, а в 1522 г., склонив на свою сторону городские власти, настоял на разрыве Цюриха с епископом Констанца, отменил безбрачие духовенства и обязательные посты. В 1523 г. Цвингли обнародовал свои «67 тезисов». Его учение также было выражено в сочинении «Об истинной и ложной религии» и символической книге «Первое Гельветическое (Швейцарское) исповедание». Цвинглиане разорвали с Римо-Католической Церковью более решительно, чем лютеране. Они подвергли истреблению иконы, мощи и все остальные предметы церковного культа, руководствуясь принципом: «Все, чего нет в Библии – запрещено», в отличие от принципа Лютера: «Все, что не противоречит Библии – не запрещено». Таинства Цвингли толковал символически, отрицая как учение о пресуществлении Святых Даров, так и утверждение Лютера, что хлеб и вино становятся Телом и Кровью Христа для конкретного причастника посредством его личной веры. Цвингли сводил Евхаристию к простому воспоминанию Тайной Вечери, но считал, что верующие действительно причащаются Тела и Крови, благодаря действию Святого Духа во время вкушения обычных хлеба и вина, остатки от которых после службы демонстративно скармливаются птицам. В Таинстве Крещения он видел лишь внешнее символическое подтверждение веры крестящегося. Учение Цвингли содержит положение об абсолютном предопределении, на основании которого отрицались исповедь и индульгенции, теряющие свой смысл, если человек предопределен к спасению или проклятию. Эта концепция строится на буквалистском понимании Рим.8,29-30: «Ибо кого Он предузнал, тем и предопределил быть подобными образу Сына Своего…», «А кого Он предопределил, тех и призвал, а кого призвал, тех и оправдал; а кого оправдал, тех и прославил». Такое толкование полностью противоречит одному из основополагающих христианских догматов – о свободе воли человека. Согласно православному учению, слова ап. Павла о предопределении к спасению следует понимать в смысле Божественного предузнания о спасении или вечной погибели человека и особой благодатной помощи спасающимся. Тех, кто употребляет во благо свою свободную волю, Господь предопределяет к спасению. (Этот же смысл имеют утверждения блаж. Августина о необходимости благодати Божией для спасения, которые он доводил до крайности в полемике с пелагианами, - см. ниже, а также «История Церкви», часть 1, №10.) В своем учении Цвингли, фактически, повторил все тезисы, высказанные Джоном Уиклифом, а также признал основные положения Лютера, в первую очередь – об оправдании верой, хотя действовал, независимо от него. Из Цюриха, ставшего центром швейцарской Реформации, цвинглианство распространилось по всей стране, причем горные и лесные кантоны остались католическими. В отличие от Лютера, Цвингли был настроен защищать свои идеи с оружием в руках, считая жителей Цюриха избранным народом. Во время войны, начавшейся между протестантскими и католическими кантонами, Цвингли встретился в городе Марбург с Лютером, чтобы заключить с ним союз, которому помешали разногласия в вероучении, в первую очередь – по вопросу о Евхаристии. Войска цвинглиан, оставшиеся без поддержки, были разбиты католиками в 1531 г. у города Каппель. Сам Цвингли погиб на поле боя, а его тело католики предали огню.

Победа католиков в Швейцарии была лишь временным явлением. Вскоре по стране прокатилась вторая волна реформации, связанная с именем Жана Кальвина (+1564 г.). Если Лютера протестанты чтят как «великого пророка Реформации», то Кальвина – как «великого создателя протестантских идей». Родом с севера Франции, он получил образование в Парижском университете, где увлекся идеями гуманистов, а затем склонился к протестантизму. Попытка Кальвина пропагандировать в университете свои идеи привела к возмущению против него, после чего ему пришлось бежать из Парижа в Германию, а затем – в Женеву. В то время Женева была независимым городом-государством, а в состав Швейцарии вошла лишь в XIX в. Одновременно с действиями Цвингли в Цюрихе, женевцы в 1530 г. освободились от светской власти епископа Савойи и в 1536 г. приняли цвинглианство. Сделавшись в Женеве проповедником, Кальвин, как и Цвингли заручился поддержкой магистрата и за короткое время захватил в свои руки всю власть в городе. Незадолго до этого в Базеле вышел его основной труд «Наставление в христианской вере», считающийся высшим достижением протестантской теологии. Это четырехтомное сочинение написано в доходчивой форме, предельно сухим слогом. Кальвин, благодаря своему «Наставлению» и исправлению прежде существовавшего французского перевода Библии, наряду с Рабле явился творцом французского литературного языка. Поскольку учения Цвингли и Кальвина оказались абсолютно тождественными, цвинглиане признали Кальвина в качестве своего главы, и Женева сделалась центром швейцарской Реформации, символической книгой которой позже стало «Второе Гельветическое исповедание». Влияние Кальвина в Швейцарии и Западной Европе было столь велико, что он заслужил название «Женевского папы». Если в Германии Лютер опирался на своих князей, то Кальвин был полностью независим от светской власти. При этом, реформатская (т. е. кальвинистская), как и любая другая протестантская церковь является чисто светской структурой. Кальвинисты отказались от епископата, т. к. принципиально не делают различия между епископом и пресвитером, даже если под этими понятиями подразумеваются чисто административные должности. Такое государственное устройство, при котором светские власти находятся под полным контролем церковных (по сути – тоже светских) властей Кальвин называл «теократией Бога». Идеалом для этой модели является карликовое государство (напр., Женева), что способствует удобству управления, а также соответствует принципу индивидуализации и обособления (личности, общества верующих, народа, государства), основанного на «личной вере» отдельного человека. Возвеличивание индивидуума, начавшееся в эпоху гуманизма и впоследствии нашедшее выражение в «Декларации прав человека», на деле обернулось своей полной противоположностью. Все, кто вставали на защиту «свободы личности», начиная от основателей протестантизма и заканчивая коммунистическими вождями и идеологами западной демократии, для достижения провозглашенных ими целей, напротив, всегда стремились подчинить своему полному контролю частную жизнь каждого члена общества. Цюрих и Женева, продолжившие традиции гуситского Табора и Флоренции времен Савонаролы, предприняли очередную попытку воплощения в жизнь утопической мечты о построении «земного рая», которая в течение мировой истории проявлялась в иудейском мессианстве, во властных претензиях Римских пап, в учении о «тысячелетнем царстве», а также в новейших материалистических и глобалистских идеях.

Кальвин, постоянно страдавший от тяжелых болезней и перенесший смерть своей жены и троих детей, был крайне суров и требователен к самому себе и окружающим. Он учредил в Женеве полицию нравов, которая боролась с любым проявлением инакомыслия. В городе были запрещены все развлечения, население обязывалось трудиться, а в свободное время – молиться и читать Библию. Таким образом, Кальвин превратил Женеву в своего рода огромный монастырь («республику святых»), одновременно борясь с монашеством. В 1553 г. по инициативе Кальвина за распространение еретического учения был сожжен прибывший в Женеву Мигель Сервет – знаменитый испанский ученый, ставший главным вдохновителем движения антитринитариев. Его казнь – это один из многочисленных примеров несоблюдения в протестантизме провозглашаемого им принципа религиозного свободомыслия, основанного на личной вере. Идеи, высказанные в сочинениях Сервета, главное из которых – «Восстановление христианства», нашли своих сторонников среди кальвинистов. Первые общины антитринитариев появились на севере Италии. Сервет ратовал за восстановление «доникейского христианства». По его мнению, и католики, и протестанты одинаково ложно толкуют христианское вероучение. Рассматривая Св. Писание с крайних рационалистических позиций, Сервет утверждал, что догмат о Святой Троице не имеет библейского обоснования. Он называл Бога-Слово и Святого Духа «модусами самовозвещения и самосообщения» Бога-Отца. Отрицая Боговоплощение, Сервет учил, что с душой Христа соединился Святой Дух – «дыхание Божества». Первые антитринитарии в Италии не имели единого учения и не были связаны между собой какими-либо организационными структурами (см. ниже).

Кальвин мечтал об объединении вокруг своих идей всего христианства, но не смог договориться о единстве даже с лютеранами. Известная кальвинистская набожность, не укорененная в святоотеческом Предании, вскоре оказалась чисто показной и формальной. Образ поведения «благочестивого протестанта» лег в основу моральных устоев западного общества. Концепция предопределения породила новую трудовую этику: человеку не дано знать, предопределен ли он к спасению или к проклятию, но если его дела идут благополучно, то, видимо, это является указанием на его избранность, а чтобы дела могли идти еще успешнее, необходимо прилежно трудиться. Такая установка явилась удобным обоснованием стремлений нарождающейся в то время буржуазии к максимально быстрому достижению материального процветания и позже стала частью американской идеологии, т. к. в США кальвинистское направление протестантизма возобладало. Ростовщичество и другие финансовые операции, направленные к удовлетворению жажды неограниченной наживы, которые в Средние века запрещались Римо-Католической Церковью как безнравственные, в протестантских странах были не только легализированы, но и освящены в религиозном сознании. Установка на обогащение ради обогащения, начавшая в эпоху Ренессанса завладевать умами европейцев, проникла из еврейской среды, для которой она всегда была характерной, т. к. иудаизм уделяет крайне мало внимания загробной жизни и указывает на земные блага как на высшую награду за праведность. В этом выразилось общее влияние иудаизма на формирование протестантских доктрин и образа мысли, в результате чего в современном западном обществе восторжествовали иудейские, т. е., по сути, антихристианские идеалы.