История христианства (стр. 25 )

Несторий – ученик Феодора Мопсуэстского, известный своим благочестием, в 428 г. был приглашен императором св. Феодосием II (Младшим) на Константинопольскую кафедру. В поведении Несторий стремился подражать Златоусту – своему знаменитому предшественнику. Первым делом Несторий начал бороться с еретиками, особенно – с аполлинаристами. Но вскоре вслед за Феодором он стал в своих проповедях отвергать правомерность богословского употребления слова «Богородица» («Теотокос»), хотя и не возражал против его использования в Богослужении. Несторий утверждал, что Деву Марию следует называть «Христородицей» или «Богоприемницей», т. к. «Бога нельзя родить». По его словам, Мария родила человека Христа, с которым Бог нравственно соединился и благодатно пребывал в нем, как в храме. Христа нельзя называть Богом и Словом, но к Нему следует применять именование «Еммануил» («С нами Бог»), поскольку Он является Богом не по естеству, а по усыновлению. Процесс усыновления начался со вселения Святого Духа в Деву Марию и завершился после Крещения от Иоанна и искушений в пустыне, когда Слово стало обитать во Христе в награду за Его подвиг, но полноты совершенства Иисус достиг лишь после Своего Воскресения. Таким образом, Христос стоит в одном ряду с библейскими праведниками, хотя и занимает среди них особое, наивысшее положение. Несторий отрицал Самоумаление (кеносис) Бога, вместо которого говорил о Боговоплощении как о возвышении человека. Спасение для него состояло не в обожении, а в нравственном соединении (согласовании) человека с Богом, а Искупление сводилось к заместительной жертве. (В творениях свт. Иоанна Златоуста, который был другом Феодора Мопсуэстского и учился вместе с ним у Диодора Тарсийского тема Боговоплощения не развивается, а о Божией Матери говорится, как об обычной женщине, но в этих высказываниях не содержится явного искажения православного вероучения.)

Против учения Нестория выступил свт. Кирилл Александрийский (+444 г.) – племянник и преемник знаменитого архиепископа Феофила Александрийского, богослов-эрудит, резкий и темпераментный полемист. Вступив на кафедру в 412 г., он сразу же подверг гонениям александрийских новациан и иудеев, которые были поголовно выселены из города. Кирилл постоянно вступал в конфликт со светской властью, против которой поддерживавшие его нитрийские монахи подняли бунт, вызвавший вмешательство армии. Проповеди свт. Кирилла пользовались большим успехом среди жителей Александрии. Его авторству принадлежит множество произведений полемического и экзегетического характера. В своем учении о Святой Троице, изложенном в обширном трактате под названием «Сокровищница», свт. Кирилл близок Афанасию Великому и Каппадокийцам. Св. Писание, в основном Книги Ветхого Завета, он толкует символиченски, согласно традиции своей богословской школы. В трактате «О поклонении в Духе и истине» святитель пишет, что христианин не должен ограничиваться буквальным смыслом Богооткровенной Книги, но призван прийти к ее истинному пониманию через жизнь в Духе. Кирилл Александрийский также является составителем чина Царских Часов. Его значение для христологии сравнимо со значением свт. Афанасия Великого в тринитарных спорах. В своем богословском учении свт. Кирилл делает особый акцент на единстве Божественной и человеческой природ во Христе, которое осуществилось в Рождении Богочеловека от Святого Духа и Девы Марии. В словах Афанасия Великого он подчеркивал, что «Бог стал Человеком» и принял крестные муки человеческим естеством. Девизом Кирилла Александрийского были слова из Евангелия от Иоанна – «Слово стало Плотью», которыми он опровергал утверждения Нестория об абсолютной неизменяемости Божества и невозможности для Бога «стать» чем-либо. (IV Вселенский Собор внесет в учение свт. Кирилла уточнение: Бог неизменяем в Своей сущности, но Ипостась Логоса стала Человеком, сохранив все свойства Божества.) Несторианскому термину «соприкосновения» или «сцепления» во Христе Бога и Человека он противопоставил нововведенное понятие «ипостасного единства». Из учения Нестория необходимо следует вывод о невозможности спасения для человека, т. к. его естество не было воспринято Сыном Божиим. Искупительную силу имеют только Страдание и смерть Воплощенного Бога, а не простого человека, - пусть даже наивысшего из праведников. Если Христос страдал, воскрес и вознесся лишь как человек, то приобщение к Нему христиан не может служить источником исцеления и обожения человеческого естества. Без Слова Божия, находящегося в реальном единстве с Плотью, «Евхаристия была бы людоедством».

Свт. Кирилл письменно обратился к Несторию с просьбой пресечь «вселенский соблазн». В Константинополе это письмо встретили с возмущением, т. к. помнили, что в 403 г. Кирилл, уже будучи в клире, сопровождал Феофила на «соборе под дубом», который несправедливо осудил Златоуста. Спор еще осложнялся тем, что Александрия проявляла недовольство в связи с ростом влияния Константинопольской кафедры. Александрийские архиепископы, включая свт. Кирилла, как и Римские папы вплоть до IV Вселенского Собора 451 г. не признавали II Вселенский Собор, который предоставил Константинопольской кафедре второе место после Рима в иерархии Поместных Церквей, «отодвинув» Александрию на третье место. Союзника против Нестория свт. Кирилл нашел , который также был настроен против Константинопольского патриарха, т. к. тот принимал у себя изгнанных с Запада еретиков-пелагиан. Сборник проповедей Нестория и обличения Кирилла в его адрес Келестин отправил на рассмотрение преп. Иоанну Кассиану Римлянину, пользовавшемуся в то время на Западе большим авторитетом, который написал против Нестория «Семь книг о Воплощении». В 430 г. папа осудил Нестория и дал ему десять дней для отречения от ереси. Свт. Кирилл составил форму отречения – «12 анафематизмов» («глав»). Чтобы отвести обвинения, Несторий убедил императора Феодосия II созвать III Вселенский Собор, который состоялся в 431 г. в Ефесе.

«12 анафематизмов» были резко отвергнуты сирийскими епископами, которые, в большинстве своем оставаясь православными, боялись крайности, противоположной несторианству. По их мнению, свт. Кирилл впал в эту крайность (т. е. в монофизитство, - см. №13), поскольку, якобы, учил о слиянии во Христе человечества с Божеством, в чем видели дальнейшее развитие ереси Аполлинария, который отрицал наличие у Христа человеческого ума. Следует признать, что Кирилл Александрийский, часто пренебрегавший «рацио» в богословии, пользовался неточными выражениями, что, впрочем, не умаляет чистоты его веры. Особенно опасной выглядела его формула «Единая Природа Бога-Слова, Воплотившаяся», в которой слово «природа» употреблено в смысле «ипостаси». Это выражение свт. Кирилл заимствовал из сочинения, приписываемого Афанасию Великому, но принадлежащего Аполлинарию Лаодикийскому, ересь которого свт. Кирилл опровергал. Говоря о «Единой Природе» (=Ипостаси), он лишь желал подчеркнуть реальность Вочеловечения Сына Божия.

Главным оппонентом «12-и анафематизмов» выступил блаж. Феодорит (+457 г.) – епископ городка Кир, находившегося недалеко от Антиохии, наиболее глубокий и разносторонний восточнохристианский богослов и писатель V в. Будучи другом Нестория, Феодорит поддерживал его учение лишь по форме, оставаясь по существу православным. Он подчеркивал различие и неслиянность двух естеств в Ипостаси Богочеловека, тогда как свт. Кирилл Александрийский делал акцент на их ипостасном единстве. Не понимая словоупотребления Кирилла, Феодорит считал, что он учит о страдании Христа по Божеству. В опровержение «Анафематизмов» св. Кирилла он написал «Возражения», состоящие из 12 контртезисов, которые в других выражениях повторяют православное учение, изложенное в «Анафематизмах». Наиболее известное сочинение блаж. Феодорита – «Эранист» («Лохмотник») было написано уже после III Вселенского Собора и направлено против нарождавшегося монофизитства. «Лохмотник» - нищий, одежда которого сшита из разноцветных лоскутов – это образ монофизита, проповедующего «пестрое и многовидное мудрование». В диалоге с «Эранистом» его православный собеседник защищает неизменность и неслиянность Богочеловеческого соединения и «нестрадательность» Божества во Христе. В своей экзегетике блаж. Феодорит близок к Златоусту. Его толкование на Псалтирь является классическим и наиболее авторитетным. Феодорит Кирский дополнил и продолжил «Церковную историю» Евсевия Кесарийского. Его авторству также принадлежит «История боголюбцев» - произведение патерикового жанра, посвященное подвижникам сирийского монашества.

Свт. Кирилл Александрийский, председательствовавший на III Вселенском Соборе, был вынужден начать его заседание в отсутствие своих важнейших оппонентов – сирийских епископов, опоздавших с прибытием в Ефес, т. к. торопился с принятием решения, ввиду сильного давления на противников Нестория, которое светские власти оказывали по приказу императора. Городское население во главе с епископом Мемноном выступало на стороне Кирилла, возмущаясь хульными словами Нестория о Пресвятой Богородице, т. к. в Ефесе было особенно развито почитание Божией Матери, начавшее с того времени широко распространяться и в других странах. (В период V – VI вв., считающийся «золотым веком» византийской культуры и искусства, тип молельной иконы стал на Востоке преобладать над символической иконописью, которая до того времени была распространена во всем христианском мире и сохранила свое прежнее значение на Западе.) Сам Несторий, находившийся в Ефесе, также не явился на Собор, поскольку считал такую расстановку сил несправедливой. III Вселенский Собор низложил и осудил Нестория, одобрил «12 анафематизмов» и утвердил истину о том, что Божественная и человеческая природы Христа соединены в Одну Богочеловеческую Ипостась. Поэтому, Дева Мария по праву именуется Богородицей как родившая Богочеловека. Собор также подтвердил анафему пелагианской ереси, провозглашенную западными Поместными Соборами, постановил, что Никео-Константинопольский Символ веры никогда не должен быть изменяем и признал автокефалию от Антиохии Кипрской Церкви, т. к. она имеет происхождение от апостолов Павла и Варнавы. Представители Антиохийской Церкви во главе с патриархом Иоанном не признали принятого решения и устроили в Ефесе свой собор, который отлучил Кирилла и Мемнона Ефесского, обвинив их в аполлинаризме. Папские легаты прибыли в Ефес еще позже сирийских епископов, но поддержали Кирилла. По приказу императора Феодосия II, который совершенно запутался в богословском споре и уже не решался отдать своего предпочтения ни одной из сторон свт. Кирилл и Мемнон были вместе с Несторием взяты под стражу, но вскоре освобождены, т. к. Феодосий под влиянием своей сестры св. Пульхерии признал, что ошибочно поддерживал ересь. Несторий сам отказался от кафедры и сначала удалился в свой родной монастырь в Сирии, но оттуда был пожизненно сослан в отдаленный ливийский оазис. В ссылке он написал апологетический памфлет, который избежал сожжения – участи многих еретических сочинений, благодаря своему псевдоназванию – «Книга Гераклида».

Общение Антиохийской Церкви с остальными Поместными Церквями было восстановлено в 433 г., когда свт. Кирилл Александрийский примирился с восточными епископами на основании взаимоприемлемой «Формулы единения», заключив с ними т. н. «Антиохийскую унию». «Формула единения», по сути, явилась догматическим итогом

III Вселенского Собора, но была написана богословским языком антиохийцев. В ней говорится, что Христос Единосущен Отцу по Божеству и Единосущен нам по человечеству, а также подчеркивается наличие у Него человеческих Души и Ума (против Аполлинария) и единство во Христе неслитно соединенных Божественной и человеческой природ. Феодорит Кирский расценил подписание «Формулы» Кириллом как его отречение от «Анафематизмов». Последователи Нестория и епископов, не признавших унию, из Сирии переселились в Персию, где были радушно приняты шахом как противники враждебной ему Византии. Они создали несторианскую сиро-персидскую Церковь Востока, возглавляемую католикосом, кафедра которого находилась в городе Селевкия-Ктесифон (современный Багдад).

Христианство в Персии и Месопотамии, согласно местному преданию, было проповедано раньше всех других стран троими евангельскими волхвами, которые, руководствуясь древним пророчеством Зороастра о рождении Богочеловека от Девы и появлении в связи с этим особой звезды, пришли на поклонение Ему в Палестину и принесли оттуда чудотворную пелену, подаренную Марией и Иосифом. Родоначальниками восточно-сирийского (месопотамско-персидского) христианства считаются «просветители Востока» - апостолы от 70-и Фаддей и Марий, - сподвижники ап. Фомы. Главным христианским центром в этом регионе была Эдесса – столица захваченного римлянами в III в. государства Осроена, самый известный правитель которой Авгарь вел переписку с Христом и был крещен ап. Фаддеем. Около 300 г. сиро-персидские христиане объединились вокруг епископской кафедры Селевкии-Ктесифона, предстоятель которой с начала V в. стал именоваться католикосом (позже этот титул был заимствован Армянской и Грузинской Церквями), но находился в подчинении у Антиохийского архиепископа. К началу II в. христианство в Персии было весьма заметным явлением, т. к. в отличие от Римской империи, не подвергалось преследованиям и проникло даже в среду магов, оказав влияние на зороастризм, как это видно из истории манихейства. С воцарением в IV в. новой династии Сасанидов – ревностных защитников зороастрийской религии против христиан на территории Персии впервые были применены суровые карательные меры. Предание говорит о десятках тысяч мучеников, казненных с особо изощренной жестокостью.

С появлением в Персии сирийских несториан местные христиане восприняли их учение, после чего вновь обрели в глазах властей благонадежность и перестали преследоваться. Среди епископов, переселившихся из Сирии в Персию, наиболее влиятельным был Варсума Низибийский. По его инициативе Селевкийский Собор 484 г. подтвердил «антиохийское исповедание веры», а также запретил безбрачие для всех, кто не принял монашество, в т. ч. епископов, священников и диаконов. Сам Варсума женился на монахине. Такое либеральное отношение к церковной дисциплине выражали еще Феодор Мопсуэстский, Феодорит Кирский и некоторые другие епископы из Антиохийской Церкви, что резко выделяло их на фоне сирийских аскетических традиций. На это решение Селевкийского Собора также повлияло отрицательное отношение персидских властей к безбрачию. (Впоследствии несториане вернулись к безбрачию епископата, но за овдовевшими священниками и диаконами сохранилось право вступать во второй брак.) В 540 г. католикосом несториан стал Мар Аба – бывший зороастрист, получивший образование в Византии и близко знакомый с египетским монашеством. Мар Аба явился одним из самых выдающихся предстоятелей Сиро-Персидской Церкви. Он восстановил среди духовенства дисциплину, нарушенную хаотическими действиями Варсумы. С именем Мар Абы связано и возрождение несторианского монашества, один из отцов которого Бабай Великий (+628 г.) – игумен горы Изала, близ Низибии составил «Книгу единения», принятую на соборе 612 г. как официальное вероисповедание несториан. В ней утверждается, что у Христа не только «две природы», но и «две ипостаси», как это следует из учения Феодора Мопсуэстского. (Сиро-персидские христиане предпочитали себя называть не несторианами, а мопсуэстийцами.) Другим видным реформатором несторианского монашества был Авраам Кашкарский (+588 г.), которого называют «отцом монахов». В середине VII в. католикос Ишоябх III упорядочил и реформировал несторианское Богослужение.

В VIII в. Несторианская Церковь пережила расцвет, распространив влияние на значительную часть территории Арабского халифата. Несториане, будучи образованнейшими людьми в государстве, пользовались особой благосклонностью Багдадских калифов и стояли во главе арабского просвещения. Несторианство распространилось в Аравии, Средней Азии, Индии, Монголии и Китае. В VII – XI вв. Сиро-Персидская Церковь являлась самой большой по территории из всех христианских Церквей. В XIV в. подавляющее большинство несториан было уничтожено Тамерланом. В настоящее время несторианство сохраняется как национальная религия ассирийцев (айсоров). В XVI в. большинство несториан вступили в унию с Римо-Католической Церковью, образовав Римо-Халдейскую Церковь с католическим вероучением и несторианским (халдейским) обрядом. В XIX в. часть несториан присоединилась к Русской Православной Церкви. До I-ой Мировой войны ассирийцы жили на юго-востоке Турции, но из-за политики геноцида, проводимой против них властями, рассеялись по разным странам. Наибольшие их общины живут в Ираке и Иране. В ходе продолжающейся гражданской войны в период с 2003 по 2010 гг. около трети всех иракских христиан покинули страну по причине террора, развязанного против них исламскими радикалами.

Из всех ныне практикуемых чинов христианского Богослужения несторианский (восточно-сирийский или халдейский) обряд является наиболее архаичным. Несторианские храмы своим устройством изображают ветхозаветный Иерусалимский Храм. Алтарное пространство делится на три части: в его центре (восточной части) находится Святилище, в северной части – диаконник, в южной – баптистерий (место для совершения Таинства Крещения). Часть Святилища, примыкающая к восточной стене храма, составляет Святое Святых, в котором находятся дарохранительница и престол с крестом, Евангелием и десятисвечником. В Святом – предалтарном пространстве, отделенном от алтаря завесой, находится лампада. Основная часть храма разделена на мужскую и женскую половины. Иконы полностью отсутствуют, что, видимо, связано с мусульманским влиянием. Богослужение совершается на восточно-сирийском диалекте арамейского языка.

Перечень семи Таинств отличается от принятого у православных и римо-католиков тем, что в нем отсутствуют Елеосвящение и Брак, вместо которых Таинствами называются Освящение закваски и Крест. Св. закваска («малка», букв. «царь»), именуемая так лишь в сакраментальном смысле, состоит из пшеничной муки, соли, оливкового масла и нескольких капель воды. Она добавляется в тесто для выпекания просфоры вместе с обычной закваской. Закваска освящается в Великий Четверг (в древности св. закваску освящал только епископ, что сейчас соблюдается лишь у индийских малабарских христиан – бывших несториан). В новую св. закваску добавляется старая. По преданию, первая св. закваска была передана Христом ап. Фоме, наследниками которого стали апостолы Фаддей и Марий и последовавшие за ними епископы. Таинством Креста называются молитвенное созерцание изображения креста, сопровождаемое поклонами и простиранием. При этом, изображение Распятия Христа считается кощунством. Миропомазание лишь недавно стало рассматриваться несторианами как отдельное Таинство. В их практике не существует освящения мира епископом. Для двукратного помазания – до и после погружения крещаемого в купель используется елей, освященный в начале чинопоследования, что соответствует древнейшим христианким обычаям (см. об истории Таинств Крещения и Миропомазания в разделе «Церковная жизнь», №1). Исповедь, как и в большинстве других «нехалкидонских» Церквей – лишь общая: перед Причащением священник читает над прихожанами разрешительную молитву, сопровождаемую каждением. В современной практике функции диаконов часто исполняют миряне. Сохраняется и институт диаконисс.

Литургия служится по воскресным и праздничным дням, по одному и тому же чину, но с использованием трех разных Анафор, по которым называются и сами Литургии: Фаддея и Мария – от Страстной Седмицы до Рождества, Феодора Мопсуэстского – от Рождества до Страстной Седмицы и Нестория – пять дней в году (в Богоявление, память св. Иоанна Предтечи, Греческих Учителей, среду Ниневитского поста, соответствующего первым трем дням нашей сплошной седмицы после недели о Мытаре и фарисее и в Великий Четверг). В первую и четвертую седмицы Великого поста и в Страстную Седмицу Литургия служится вечером. Чина Проскомидии не существует. Перед Литургией священник или диакон выпекает просфору в печи, находящейся в диаконнике. В тесто добавляется св. закваска и часть Святых Даров, оставленная с прошлой Литургии. Св. Дары заранее ставятся на престол, где находятся в течение всей службы. Перед Апостолом читается Ветхий Завет – «Закон» и «Пророки». Великого входа нет. Миряне, как и духовенство причащаются Телом и Кровью раздельно. Из христологии несториан логически вытекает их учение о Евхаристии, отрицающее реальность преложения Святых Даров в Тело и Кровь Христовы. Несторианские богословы понимали Евхаристию символически, утверждая, при этом, что верные через Причащение соединяются с Христом (аналог протестантских доктрин). В современном несторианском богословии появилось учение о преложении Святых Даров, близкое к православному.

Чин Богослужений суточного круга восходит к древней практике кафедральных соборов и испытал минимальное влияние со стороны монашеских уставов. Ежедневно служатся Вечерня, Утреня и Ночная Служба (предшествует Утрене, составляя с ней единое целое). В Великий пост также служатся 3-ий и 6-ой Часы, в праздники – Повечерие, в соединении с которым Ночная Служба и Утреня составляют Бдение. Вечерня и Утреня имеют одинаковую структуру. Каждая служба начинается с Великого Славословия и Молитвы Господней (после слов «Да святится имя Твое» вставляется «Свят, Свят, Свят») и содержит Никейский Символ. Гласов всего два. Почти все праздники и памяти годового круга являются подвижными, т. к. привязаны к пасхальному циклу. Годовой круг делится на 9 седмин – 50-дневных периодов, каждый из которых охватывает 7 воскресных дней, за исключением первого и последнего периодов, продолжающихся четыре Воскресения. Праздник Сретения, с которым соединяются воспоминания об Обрезании Господнем и пребывании Отрока Иисуса в Храме отмечается во 2-ое Воскресение после Рождества. Воздвижение (Праздник Креста) отмечается 14 сентября. Богородице посвящены только два праздника: Ее память совершается за две недели до Рождества Христова и 26 декабря (Похвала Деве). Церковный год всегда состоит из 52 седмиц (364 дней), а недостающие до полного солнечного года дни восполняются добавочной неделей через каждые семь лет. Католики халдейского обряда используют Григорианский календарь. В 1964 г. Ассирийская Церковь Востока (несторианская) также перешла на «новый стиль», что вызвало в ней раскол. В 1968 г. часть несториан выделилась в т. н. Древнюю Церковь Востока, которая, с одной стороны, сохранила халдейский календарь, а с другой – отменила принятый в XV в. принцип передачи патриаршей кафедры по наследству от дяди к племяннику.

№13. Монофизитство. IV Вселенский Собор.

Усиление папства. «Акакиевская» схизма.

Святые подвижники V – VI вв.

«Corpus Areopagiticum»

Сразу после кончины свт. Кирилла Александрийского в 444 г. его горячий сторонник малограмотный архимандрит Евтихий, возглавлявший столичное монашество, в своей борьбе против несториан начал обосновывать буквально им понятое выражение свт. Кирилла «Единая Природа» и, таким образом, впал в противоположную несторианству крайность. Евтихий утверждал, что Богочеловек хотя и родился из двух природ, но при их соединении Божественная природа как бы растворила в себе человеческую, след., «Христос не Единосущен нам по человечеству». На Соборе в 448 г. Константинопольский патриарх свт. Флавиан и еще ряд епископов, оказавшихся в столице, осудили Евтихия, лишив его сана за приверженность ереси Аполлинария, а также «смешение и слияние» в своем исповедании Божественной и человеческой природ Христа. Папа Лев I подтвердил решение Собора в своем «Догматическом послании» свт. Флавиану. Проповедь Евтихия дала толчок к возникновению самой массовой и трагической по своим последствиям ереси – монофизитству («монэ фисис», - «одна природа», греч.). Первым сторонником Евтихия явился Диоскор – преемник свт. Кирилла на Александрийской кафедре, который, правда, не соглашался с утверждением, что «Христос не Единосущен нам по человечеству». Началась новая смута, ведущая роль в которой принадлежала выступавшим на стороне Диоскора коптским монахам – слепым приверженцам свт. Кирилла, но не духа, а буквы его учения.

Император Феодосий II, который, отрицая несторианство, также склонился к противоположной ему крайности, поддержал Евтихия и решил созвать новый Вселенский Собор, тоже в Ефесе. Феодориту Кирскому – главному обличителю монофизитства запретили участвовать в соборе, председателем которого был заранее назначен Диоскор Александрийский. Папа Лев отказался приехать в Ефес, т. к. в это время к Риму подступали полчища Аттилы, но прислал легатов. Этот собор, состоявшийся в 449 г., вошел в историю как «разбойничий». Диоскор, имевший приказ императора оправдать Евтихия и утвердить учение об одной природе, опирался на агрессивно настроенную толпу коптских монахов во главе с аввой Шенуте, который также активно участвовал в III-ем Вселенском Соборе и стал фактическим родоначальником и вдохновителем коптского монофизитства. Все решения на «разбойничьем» соборе принимались под давлением воинской стражи. Свт. Флавиан был обвинен в несторианстве, лишен сана и вскоре скончался в ссылке. На его место Диоскор возвел своего сторонника Анатолия. Собор отверг «Догматическое послание» свт. Льва Римского к свт. Флавиану, осуждающее ересь Евтихия и заочно анафематствовал Феодорита Кирского и Иву Эдесского – защитника Феодора Мопсуэстского и переводчика его произведений на сирийский язык. Вернувшись в Александрию, Диоскор отлучил и папу Льва.

В 450 г. вместо скончавшегося Феодосия II воцарилась его сестра св. Пульхерия, соправителем которой был ее супруг св. Маркиан. Благодаря тому, что эта благочестивая императорская чета последовательно выступала в защиту православного вероучения, монофизиты утратили господствующее положение в Церкви. восстановил общение с Римом, подписав «Догматическое послание» папы Льва и порвав с Диоскором. По инициативе Маркиана было решено созвать IV Вселенский Собор, чтобы окончательно разрешить богословский спор. Папа Лев настаивал на проведении Собора в Италии, но состоялся он в Халкидоне – предместье Константинополя, в 451 г. Самую видную роль на Соборе играли папские легаты, зачитавшие «Догматическое послание» свт. Льва, которое было признано православным, а «разбойничий» собор – осужден. Диоскор Александрийский был низложен и осужден, но не за веру, а за «ефесский разбой» и неправедное осуждение свт. Флавиана. (После низложения Диоскора Александрийские патриархи (папы) уже более не претендовали на первенство чести среди восточных первоиерархов, хотя до сих пор носят сохраняющийся с древности весьма пышный и длинный титул.) Затем Собор оправдал Феодорита Кирского и Иву Эдесского, после того, как они анафематствовали Нестория. Восточные епископы считали излишним выносить новое вероопределение, желая лишь ограничиться подтверждением Никео-Константинопольского Символа и постановлений III Вселенского Собора. Папские легаты, в свою очередь, требовали утвердить в качестве догмата «Послание» папы Льва, но палестинских и иллирийских епископов смущала некоторая неточность его определений, в которых они ошибочно усматривали несторианский уклон и настаивали на уточнении взглядов папы в свете учения свт. Кирилла Александрийского, чье богословие рассматривалось на Востоке как критерий истины. Кроме того, император Маркиан желал, чтобы результатом Собора обязательно стал догмат («орос»). Для составления нового вероопределения была создана комиссия, в которую вошли представители Антиохийской и Александрийской Церквей, а также папские легаты. (Примечательно, что еще до Халкидонского Собора Несторий писал из своей ссылки в Константинополь послания, в которых выражал согласие с патриархом Флавианом и папой Львом и жаловался на несправедливые обвинения в свой адрес со стороны Кирилла Александрийского.)

Халкидонский догмат, отвергший монофизитство и несторианство, нашел золотую середину в определении Боговоплощения, непостижимость которого выражена в антиномичной формуле: «Господь Иисус Христос Един, Совершенен по Божеству и по Человечеству, по Божеству Единосущен Отцу, а по Человечеству – нам, Подобен нам во всем, кроме греха. Две природы познаются неслитными и неизменными, нераздельными и неразлучными, так что соединением нисколько не нарушается различие природ, но сохраняются особенности каждой, и они соединяются в Одно Лицо (Ипостась)». Основой для Халкидонского ороса послужила «Формула единения», подписанная в 433 г. свт. Кириллом и восточными епископами. Этот догмат положил конец раздвоенности в богословии между Александрией и Антиохией. В нем, как и в «Формуле единения» вера свт. Кирилла Александрийского была выражена богословским языком антиохийцев. Связующим звеном явилось «Догматическое послание» папы Льва, которое он изложил в предельно отточенных выражениях великолепным латинским языком, в духе творений блаж. Августина и свт. Амвросия Медиоланского. По преданию, Отцы Собора положили в гробницу великомученицы Евфимии Всехвальной, находившуюся в Халкидоне, еретическое и только что принятое православное исповедания и, распечатав гробницу через три дня, нашли свиток с халкидонским вероопределением в правой руке святой, а с еретическим – у ее ног. Следует отметить, что Халкидонский догмат предвосхитил в своем учении свт. Григорий Богослов, который ясно говорит о неслиянности и нераздельности природ Воплотившегося Сына Божия. Начиная с Великих Каппадокийцев и Халкидонского Собора, в православном богословии окончательно определились объем и соотношение понятий «фисис», - «природа», «естество» и «ипостасис», - «ипостась». Первое, фактически, стало отождествляться с понятием «усия», - «сущность», а второе – с понятием «просопон», - «лицо». Соединение двух естеств в одну Ипостась означает то, что человечество Христа не имеет собственной ипостаси, поскольку оно не существовало до Боговоплощения, но его Ипостасью является Второе Лицо Святой Троицы.

Отцами Халкидонского Собора было торжественно провозглашено «Трисвятое» - молитва «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас», обращенная к Святой Троице. О ее употреблении в Древней Церкви упоминает еще свт. Иоанн Златоуст. Песнь «Свят, Свят, Свят», подобная «Трисвятому», содержится в Книге Пророка Исаии (Ис.6,3). Согласно преданию, в Богослужение Константинопольской Церкви «Трисвятое» было введено в 438 г. свт. Проклом по желанию св. Пульхерии – сестры императора Феодосия II после того, как во время сильного землетрясения в Константинополе один отрок, восхищенный на небо из среды молящегося народа, слышал ангельское пение «Трисвятого» без прибавления слов «помилуй нас». Когда народ воспел эту песнь, узнав ее от возвратившегося на землю отрока, землетрясение прекратилось.

Среди постановлений IV Вселенского Собора было подчинение всех монастырей местным епископам, т. к. независимость монашества от церковной иерархии способствовала тому, что оно нередко становилось питательной средой для различных еретических и сектантских движений. Ряд соборных правил придают монашеству, которое прежде являлось частным обществом статус церковного института. Так, монахи, самовольно отказавшиеся от принятых обетов, как и вступившие в брак диакониссы стали предаваться анафеме. Собор осудил практику симонии – мздоимства за поставление в священный сан и запретил духовенству заниматься какой-либо коммерческой деятельностью. Результатом Халкидона также явилось еще большее торжество Константинопольской Церкви, к которой были присоединены Фракийский диоцез с центром в Ираклии, Асийский – с центром в Ефесе и Понтийский – с центром в Кесарии Каппадокийской. Согласно 28-ому правилу IV Вселенского Собора, ей также были подчинены общины, находящиеся за пределами империи, - на территориях, примыкающих к этим диоцезам. Данное положение в ХХ в. послужило поводом для Константинополя выдвинуть своеобразное учение о его исключительных правах в диаспоре. Тем же 28-ым правилом Собор окончательно зафиксировал «пентархию» - соотношение пяти Патриархатов, в котором Константинопольский патриарх фактически равночестен Римскому папе, что никогда не признавалось на Западе, как и 3-е правило II Вселенского Собора, установившее второе место Константинополя после Рима. (28-ое правило было принято, когда папские легаты покинули Халкидон.)

Учение об особой мистической связи Римской Церкви с ап. Петром появилось в конце IV в. и получило юридическое обоснование при папе Льве I Великом (440 – 461 гг.), но его предпосылки существовали еще в древнем римском предании о «престоле апостола Петра». «Догматическое послание» папы Льва, зачитанное легатами на Халкидонском Соборе, было выдержано во властных интонациях. В нем папа прямо заявил, что говорит от имени ап. Петра. (По преданию, свт. Лев просил ап. Петра исправить ошибки и несовершенства, которые могло содержать «Послание» и положил свиток на гробницу апостола, после чего текст оказался чудесным образом исправленным.) Вселенская Церковь ни на одном из своих семи Соборов не приняла примата папской власти.

В начале V в., когда Запад погрузился в хаос бесконечных варварских нашествий авторитет пап резко возрос у измученного разорениями народа, для которого Римский епископ оставался единственным олицетворением закона и справедливости. После того, как императоры из-за опасности нападения варваров переместились из Рима в хорошо укрепленную Равенну папы стали фактическими правителями Рима, совместив духовную власть со светской. В конце V в. появилось римское церковно-каноническое право, обосновывающее теорию папизма, которое строилось не только на соборных постановлениях, но и на независимых от них декреталах – канонических постановлениях Римских пап. Свт. Лев Великий, в этот период особенно укрепивший авторитет папской власти, в 452 г. спас Рим от нашествия гуннов Аттилы. Когда полчища кочевников подошли к городу, к ним отправилось посольство, в составе которого был папа Лев, сумевший просьбами и подарками склонить Аттилу к отступлению. В 455 г. он также выкупил свою паству при разорении Рима вандалами. Считая себя главой Вселенской Церкви, папа использовал свой авторитет для постоянного вмешательства в дела других западных Церквей, постепенно подчиняя их Римской кафедре. Так, Лев Великий пресек попытку св. Илария, епископа Арелатского (Арльского) фактически создать Галльский Патриархат, абсолютно независимый от Рима. В 449 г. Иларий скончался в римской тюрьме. (В VI в. на территории Галлии возникнет национальная Франкская Церковь, независимая от Рима, в течение столетий боровшаяся с ним за право самостоятельного развития.)

Халкидонский Собор был воспринят монофизитами как торжество несторианства, что, по их мнению, красноречиво подтверждается подписью под текстом ороса Феодорита Кирского – главного оппонента свт. Кирилла Александрийского и

III Вселенского Собора. Политическое соперничество Константинопольской и Римской Церквей увеличивало разрушительную силу монофизитской смуты. В Египте и Сирии, тяготевших к сепаратизму, принятие Халкидонского догмата воспринималось как торжество «греческой» веры, которая ассоциировалась с ненавистным византийским игом. Коптская и особенно сирийская культуры все более обособлялись от эллинской. Монашество, имевшее по преимуществу египетское и сирийское происхождение, оказалось движущей силой монофизитства. Распространителями ереси являлись богословы, у которых эмоции, часто самые грубые преобладали над доводами разума, что соответствовало общему религиозному настрою темпераментных коптов и сирийцев (среди последних несторианство не получило широкого распространения, т. к. антиохийское богословие, на почве которого оно родилось было по своей сути элитарно и рационалистично). Монофизитство, как и несторианство оказалось для простых умов более доступным, чем антиномичные истины православных догматов, а в монофизитских ересиархах подкупала поэтическая красочность их проповедей и нарочитое благочестие.