Языки и коды (стр. 2 )

o       семиотический механизм, организующий пространство культуры, – механизм смыслопорождения;

o       описание мира по принципу взаимодополнительности языков и др.

Основная задача семинарских занятий (их планы и вопросы для подготовки представлены в пособии наряду со сжатым изложением лекционного курса) – показать возможности «семиотического» мышления, научить студентов практике семиотического анализа текстов культуры, созданных на различных языках описания мира. Семинарские занятия предполагают дискуссионную манеру обсуждения сложных вопросов функционирования культурного пространства. Освоенность материала позволяет студенту:

o       овладеть системой основных понятий семиотики;

o       читать специальную литературу, использующую семиотические подходы и термины;

o       овладеть навыками семиотического анализа различных текстов культуры;

o       обнаруживать в различных явлениях культуры «языковую составляющую»;

o       иметь представление о творческом потенциале языков культуры, различных по происхождению и структуре.

К пособию прилагаются словарь, помогающий читателям систематизировать основные понятия современной семиотики, и развернутый список специальной литературы, которым студенты могут воспользоваться при написании курсовых и дипломных работ.

В названии книги использована интертекстуальная отсылка к небольшой фрагментарной, но крайне значимой для современной семиотики работе Станислава Лема «Języki i kody» (1994).

 

К семиотике, которая для некоторых, по словам Умберто Эко, является не столько наукой, сколько особым модусом мышления, игрой в знаки и жизненным приключением, каждый из нас может приходить разными путями. Своим «стойким» интересом к знакам и формам я обязана замечательному музыканту, в настоящее время профессору университета Бар-Илан (Израиль) Владимиру Александровичу Шварёву, в классе которого я когда-то училась основаниям интерпретации и системной организации исполняемого текста. С благодарностью посвящаю эту книгу моему учителю.

 

 

Введение. Что такое семиотика?

 

 

Наиболее общим определением семиотики является «наука о знаках». Она включает изучение любого объекта как некоторой «знаковой системы», выполняющей роль посредника между нашим сознанием и миром. Семиотика (греч. sēméion – признак, знак) изучает знаки / знаковые системы в качестве «медиума», посредством которого осуществляется передача и хранение информации в человеческом обществе, культуре. Как область науки и учебная дисциплина, семиотика продолжает находиться в стадии самоопределения. Это подтверждается рядом проблемных вопросов.

В «Словаре культуры ХХ века» семиотика определяется как одна из наиболее специфических наук нашего времени, не имеющая строго ограниченного исследовательского поля (Руднев 1997). Причины такого подхода к семиотике множественны:

1. Начнем с самого определения семиотики как науки о знаках и знаковых системах – языках. В нем одно неизвестное (семиотика) определяется через неоднозначные (как мы увидим далее) понятия знака и языка.

2. Дискуссионным является и наличие у этой дисциплины двух названий: семиотика и / или семиология. Ф. де Соссюр рассматривал лингвистику, изучающую систему естественного языка, как часть науки о функционировании знаков в социальной жизни – семиологии. Р.Барт говорил о семиологии как некой транслингвистике, сводящей все знаковые системы к законам языка (языки моды, визуальных сообщений и др.). Обозначение же семиотика отсылает нас к трудам Ч.Пирса и Ч.Морриса. Именно это название в большей степени принято в американской и отечественной школах. У.Эко различает дополнительно семиологию как общую теорию исследования феноменов коммуникации, или знаковых систем, и частные семиотики, или отдельные знаковые системы (музыкальная, картографическая, ритуальная, семиотика бессознательного, формальные языки и т.д.).

3. Далее не совсем ясно, является ли семиотика в большей степени наукой или методом. О семиотике можно говорить сразу в нескольких аспектах. Семиотика есть:

·        теоретическое «приложение» других наук – лингвистики, логики, философии, культурологии, теории информации, литературоведения и др.: «Какой бы подход мы сейчас ни взяли – логический, лингвистический или психологический, – в каждом семиотика мыслится как простое расширение предмета соответствующей науки, как приложение ее понятий и методов к новой области объектов» (Щедровицкий 1967: 25);

·        самостоятельная наука. В качестве таковой семиотика занимается теоретическими и эмпирическими исследованиями различных типов знаков, знаковых систем и знаковых процессов. Однако проблемным здесь оказывается вопрос о предмете изучения – знаках, поскольку они, как объекты, сами по себе в мире не существуют, а создаются и используются человеком в процессах коммуникации. Как самостоятельная наука, семиотика в равной мере может быть отнесена и к гуманитарным, и к точным сферам исследования;

·        метанаука, или наука наук, возникшая из синтеза отдельных дисциплинарных исследований знаков, а сейчас занимающая в системе наук меж- и наддисциплинарное положение. Семиотика действительно не имеет собственных четких границ и выходит на территории других наук; ее место в исследовательском пространстве – всегда «между», всегда на «пересечениях»;

·        всеобщий метод исследования любых коммуникативных практик. Семиотика выступает как способ рассмотрения любого объекта таким образом, будто он построен и функционирует подобно тексту, созданному на некотором языке. Это «подобие» и есть суть метода. Все может быть описано как знаковая система или ее реализация, т.е. текст: система родства, карточные игры, жесты, выражение лица, произведение кулинарного искусства, религиозные обряды и ритуалы, поведение насекомых, храм и др. Здесь семиотика выступает как обозначение оперативной техники, применяемой для анализа знаковых систем (или частных семиотик – невербальной, визуальной, зоосемиотики и т.д.) и отдельных культурных феноменов;

·        согласно У.Эко, мы можем рассматривать семиотику и как некую междисциплинарную науку, в которой все феномены культуры изучаются под знаком коммуникации, и как технику, метод анализа любых феноменов (Эко 2006: 491).

4. Отдельную проблему семиотики составляет недостаточная выверенность ее терминологического аппарата, несовпадение различных исследовательских подходов в определениях, что такое знак и его структурные составляющие, что такое значение и смысл знака, какого рода знаки следует относить к иконическим и т.д.

5. Специфична и наиболее общая задача семиотики – обнаружение единства всех информационных процессов.

6. Наконец, непреодолимую проблему представляет то обстоятельство, что знаковые системы, будучи предметом исследования семиотики, одновременно являются средой существования самого исследователя.

Невзирая на обилие противоречий и сложностей, семиотика все же существует – и как наука, и как метод, и более того – «среда обитания» тех, кто ею занимается.

В заключение приведем ряд (в равной степени парадоксальных и точных) подходов к пониманию семиотики. По У.Эко, семиотика – это особый модус мышления, способ видеть мир исключительно как знаковую систему, читая его как книгу. Согласно , семиотика есть то, что называется семиотикой теми людьми, которые называют себя семиотиками. Р.Барт утверждает, что семиотика (семиология) есть приключение, происходящее с нами на пути от означающих к означаемым. А воспользовавшись определением Ст.Лема, мы узнаем, что семиотикой можно именовать «общую теорию всего». И с этим трудно поспорить.

В рамках данного пособия термин семиотика будет употребляться как обозначение науки о знаках и знаковых процессах. Мы будем говорить о семиотике как об общей теории знаков, охватывающей знаки любой мыслимой природы: знаки, принадлежащие самым разнообразным языковым системам – от «естественных» знаков (или вещей, выполняющих знаковую функцию) до знаков формальных языков и языков искусств. С функциональной точки зрения, множествами знаков различной природы организуется жизнь отдельного человека и коллектива, включая сообщества животных.

В качестве общей теории знаков, семиотика служит основой любого исследования, в котором мы стремимся обнаружить «смысл» объекта анализа. Действительно, если говорить о культуре, то создание и восприятие каждого ее текста описывается через процессы означивания (замещения знаками вещей, признаков, представлений и т.д.) и игры со знаками. В семиотическом исследовании культуры все ее феномены рассматриваются как факты коммуникации, как знаковые системы, которые становятся понятными в соотнесении с семиотическим кодом – грамматикой, или правилами «упаковки» значений и смыслов в знаки (Эко 2006: 35). Семиотика ставит цель преодоления разобщенности различных языковых картин мира, включая описания научные и художественные. Пирсу, исследователи различных областей науки и художники буквально живут в разных мирах. Осознав, что, казалось бы, непохожие инструменты познания мира являются языками, знаковыми системами, функционирующими на общих основаниях, мы преодолеем эту разобщенность.

Коммуникация человека с миром осуществляется посредством языка. Именно поэтому важнейшим элементом жизнедеятельности культуры мы считаем ее языки. Лингвоцентризм семиотики культуры (перенос метафоры языка на любые не лингвистические феномены) связан с так называемым «лингвистическим поворотом» – общим направлением развития философии и культуры ХХ века. Философы и теоретики культуры сделали предметом своих исследований языковую структуру, деятельность по употреблению языка. Станислав Лем отмечал, что «раньше философы ломали голову над миром, а теперь над языком» (Лем 2004 I: 106), и потому сейчас заниматься проблемами культуры иначе, чем в среде исследований ее языков, нельзя, поскольку язык есть «медиатор всевозможных игр, из которых слагается культура» (Лем 2005: 582). В середине ХХ в. философия пришла к четкому осознанию: действительность и сам человек будут оставаться за границей познания, пока мы не поймем, что представляет собой наш язык. Интерпретация и моделирование мира в культуре зависит не столько от того, что именно описывается, сколько от того, как, в терминах какого языка и кем именно производится описание. Польский философ Л.Колаковски отмечает, что в современной культуре сложился истинный культ языка. Причем, в отличие от лингвистической философии, речь идет не только об «обыденном», или естественном языке, а о любом языке, включая формальные и языки искусств.