Языки и коды (стр. 3 )

Непосредственный предмет внимания в рамках данного курса – это многообразные языки описания мира (языки культуры). Цель наших занятий – семиотический анализ языков культуры и ее текстов – предполагает определение отношений между языком и внеязыковой реальностью. На этом исследовательском поле возникают вопросы о референции, типах знаков, области их значений и смыслов, истинности приложения языка к миру и др. – одним словом, вопросы о семиотическом потенциале языков культуры и степени их креативности.

 

Несколько слов об истории семиотики, уходящей в глубокую древность. «Семиотикой» как системами знаков состояния больного занимались античные врачи. Знаки присутствия на земле Бога изучали средневековые философы (от св. Августина до Дунса Скота). Именно от них пришло положение о том, что наш мир мы можем читать как книгу. Исследования знаковых процессов связаны также с именами тех, кто определял себя как лингвист (Ф. де Соссюр, Б.Успенский, Р.Якобсон), как фольклорист (В.Пропп), как философ, историк религий и культур (П.Флоренский), как футуролог и информатик (Ст.Лем).

Как отдельная область науки, семиотика формировалась в начале второй половины ХХ в. Школы и направления семиотики определяются, прежде всего, по приоритетному объекту исследования. Действительное начало семиотики связано с двумя линиями развития – американским логико-философским направлением и и европейской лингвистической линией Фердинанда де Соссюра.

Чарльз Сандерс Пирс (1837–1914) описывал знаковые системы методами логического анализа. В историю семиотики он вошел как основоположник классификации знаков, основанной на способе их соотнесения с референтом. Чарльз Уильям Моррис (1901–1978) рассматривал семиотику как науку, призванную унифицировать всю систему человеческого знания. Ему принадлежит теория семиозиса как пространства знаков, в котором каждый знак ссылается на другие знаки и описывается посредством других знаков, выступая в качестве и знака, и метазнака. Моррису принадлежит общепризнанное положение об измерениях семиозиса (аспектах его существования и описания): семантика как отношение знаков к их объектам, синтактика как сфера отношения знаков друг к другу, и прагматика – отношение знаков к их пользователям, или интерпретаторам.

Фердинанд де Соссюр (1857–1913) вошел в историю семиотики как автор детально разработанной двусторонней модели знака. Знак, по Соссюру, есть неразрывное соотнесение акустического образа и понятия и, таким образом, должен рассматриваться как психическая сущность. Знак становится таковым исключительно в системе знаков, где и приобретает свою значимость, занимая определенное место в системе противопоставлений. Знак произволен, или немотивирован – это второе важнейшее положение соссюровской теории. Соссюр ввел различение двух состояний знаковой системы – синхронии (формальной зафиксированности системы в настоящем моменте) и диахронии (исторического движения системы во времени), а также разделил понятия «язык» (система потенциальных возможностей) и «речь» (деятельность по реализации этой системы).

В 1969 г. в Париже при активном участии Р.Якобсона, Э.Бенвениста, А.Греймаса и К.Леви-Строса создается Международная организация семиотических исследований (IASS). Ее официальным периодическим изданием стал журнал «Semiotiсa», а его главным редактором – Томас Себеок. Начиная с этого времени активно развиваются относительно автономные семиотические направления.

В рамках французской семиотической школы,  группировавшейся в 1960-е годы вокруг журнала «Tel Quel», с большой долей условности можно выделить:

·        группу, занимающуюся приложением семиотических методов к анализу текста (Ю.Кристева, Цв.Тодоров, Р.Барт);

·        школу анализа дискурса, где семиотические методы применялись к анализу любого дискурса – феминистского, политического, рекламного, религиозного, моды и т.д. (П.Серио, Р.Барт);

·        философский структурализм (М.Фуко, Ж.Деррида);

·        структурную антропологию Клода Леви-Строса;

·        психоанализ Ж.Лакана.

К началу 1960-х гг. в Советском Союзе сформировалась московская семиотическая школа (А.Зализняк, И.Ревзин, Т.Николаева, В.Топоров), базу которой составили исследования в области структурной лингвистики, компаративистики, автоматического перевода, теории языка. В отличие от логического направления семиотики, основным объектом исследования в рамках этой школы был выбран текст, принадлежащий ко вторичной знаковой системе. В 1962 г. был проведен симпозиум по структурному изучению знаковых систем, на котором рассматривался не только естественный язык, но также семиотические аспекты искусства и литературы, семиотика невербальных знаков коммуникации, математические аспекты стиховедческого анализа и др.

Далее (в связи с конфликтом московских семиотиков с официальными властями) центр семиотических исследований из Москвы перемещается в Тарту (Эстония). Здесь отечественная семиотика связана с именем – его школой по изучению знаковых систем и сборниками «Труды по знаковым системам», издаваемыми в Тарту. В рамках теперь уже тартуско-московской семиотической школы были разработаны положения о:

·       вторичных моделирующих системах (литература, искусство), основанием для которых является система первичного моделирования – естественный язык;

·       культуре и истории как объектах семиотического анализа;

·       культуре как системе систем (языков и знаков) и др.

Семиотические исследования в России конца ХХ в. ассоциируются с работами (конструирование «гипертекста» – «Петербургский текст», «Лизин текст» и т.д), с семиотикой искусства , работами по семиотике живописи Б.Раушенбаха, работами в области семиотики кино М.Ямпольского, Вяч.Вс.Иванова, Ю.Лотмана, трудами Ю.Степанова (упомяну его собственную монографию «Семиотика» и вышедшую под его же редакцией антологию с одноименным названием), исследованиями в области семиотики интертекста И.Смирнова, работами Вяч.Вс.Иванова.

В развитии европейской семиотики значительная роль принадлежит польской семиотической школе (М.-Р.Майенова, Е.Фарино, Ст.Жолкевский, М.Гловинский, Е.Пельц). Базой для семиотических исследований литературы эта школа считает формализованное, структурное описание текста.

Знаковой фигурой семиотики наших дней является Умберто Эко – итальянский медиевист, философ, автор пяти романов, заведующий кафедрой семиотики Болонского университета. Основное направление его семиотических исследований – текстуальные стратегии: знаковые основания порождения текстов, коды их интерпретации и перевода, семиотические модели тиражирования текстов в современной массовой культуре и т.д. Практически все свои идеи Эко перенес из собственных теоретических работ в пространство романов, сделав семиотические подходы к интерпретации мира всеобщим достоянием и показав, что семиотика – это и наука, и метод, и способ жизни (семиотическое «приключение» как игра в создание и расшифровку знаков), и способ мышления.

Упомяну некоторые периодические издания, посвященные проблемам семиотики.

В настоящее время в США выходят: «The American Journal of Semiotics», Bloomington; «Semiotica. Journal of the International Association for Semiotic Studies», Bloomington. Из европейских семиотических изданий особого внимания заслуживает «Semiotics and Mentalities. European Journal for Semiotic Studues», Wien – Barselona – Budapest. Семиотические издания на русском языке: «Критика и семиотика» и журнал «Зеленая лампа», в которых представлены исследования теоретического и прикладного характера (оба издания доступны на http://semiotics.ru//).

 

Глава 1. Основания семиотики: инструменты языкового

отображения

 

1.1. Знаки и модели знаков

 

Давайте выдвинем априорное (но предварительное) положение: знаковые системы (языки, тексты) стоят «между» человеком и миром (см. 3.1.). Мир не дан нам непосредственно, ведь его «актуализация» и познание оказываются возможными только с помощью знаков. По замечанию Мераба Мамардашвили, мы всегда входим в мир уже после его знаковой явленности (Мамардашвили 2000:140). Семиотический процесс означивания мира – это процесс «обретения» действительности. Ч.Пирс высказался по этому поводу самым определенным образом: быть – значит исключительно быть знаком.

Основная функция знаковых систем – быть инструментом отображения / познания / создания мира. Воспользуемся метафорой языка как ящика с различными инструментами:

Представь себе инструменты, лежащие в специальном ящике. Здесь есть молоток, клещи, пила, отвертка, масштабная линейка, банка с клеем, гвозди и винты. Насколько различны функции этих предметов, настолько различны и функции слов (Л.Витгенштейн. «Философские исследования»).

 

Человек пользуется языками как инструментами. В свою очередь, каждая знаковая система также имеет базовый стандартный набор инструментов, в числе которых знаки, субзнаки и знаковые комбинации. Посредством знаков (значимых и самостоятельных элементов языковой системы) и их комбинаций языки отображают мир. Следовательно, знак есть инструмент отображения.

Знак (лат. signum) – это материальный, чувственно воспринимаемый предмет, выступающий в качестве заместителя другого предмета. Это положение было сформулировано еще схоластами: aliquid stat pro aliquio – сущность, способная указывать на нечто за своими пределами. По Августину, знак – это вещь, заставляющая нас думать о чем-то, находящемся вне нашего непосредственного восприятия. А.Соломоник считает, что в этом определении указания «стоит вместо чего-либо» не достаточно: знак означает, кодирует тот предмет, с которым соотносится. Так, отпечаток кошачьих лап на чистой постели свидетельствует о том, что пришедший с улицы кот не мыл их.

Из этих наиболее общих определений знака выводятся его важнейшие характеристики: