Обеспечительные меры в административном судопроизводстве: практика арбитражных судов (стр. 43 )

Что касается даты окончания разбирательства по делу, то здесь (даже учитывая существующие служебные процессуальные сроки) вряд ли возможно сделать какой-то достоверный прогноз. Дело в том, что на фактическую длительность судебного разбирательства влияет целый ряд факторов, которые спрогнозировать весьма сложно (например, арбитражному суду может понадобиться истребовать доказательства у лиц, не участвующих в деле; могут возникнуть основания для приостановления производства по делу и т. п.).

Относительно конкретных доказательств согласимся с ВАС РФ в том, что ими не могут быть документы, подтверждающие наличие имущества на данный момент.

"Предварительные обеспечительные меры могут быть отменены арбитражным судом, рассматривающим дело, при отсутствии оснований для их применения в порядке, предусмотренном статьей 97 АПК РФ.

Иностранная компания обратилась в арбитражный суд с ходатайством о применении предварительных обеспечительный мер в виде запрета ответчику отчуждать часть здания и совершать действия по обременению указанного имущества, которые могли бы повлечь его отчуждение, а также запрещения регистратору регистрировать любые сделки и любые обременения этого имущества, которые повлекут его отчуждение. Данное ходатайство обусловлено намерением заявителя обратиться в суд с иском к должнику о взыскании вексельной задолженности.

Определением арбитражного суда первой инстанции заявленное ходатайство было удовлетворено.

Должник обратился в арбитражный суд с ходатайством об их отмене, поскольку представил в суд справку банка, в соответствии с которой на его расчетных счетах имелось достаточно денежных средств для оплаты заявленных истцом материальных требований в случае их удовлетворения в будущем.

На основании статьи 97 АПК РФ арбитражный суд отменил свое определение о применении предварительных обеспечительных мер, сославшись на отсутствие оснований применения мер, предусмотренных частью 2 статьи 90 АПК РФ, в связи с тем, что будущее решение может быть исполнено за счет денежных средств должника.

Заявитель оспорил определение об отмене предварительных обеспечительных мер в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 97 АПК РФ, в суд апелляционной инстанции, указав, что наличие денежных средств на счете должника в настоящий момент не может гарантировать исполнение будущего решения по существу спора, так как денежные средства на счетах отличаются высокой мобильностью.

Суд апелляционной инстанции признал доводы заявителя обоснованными и отменил определение суда первой инстанции об отмене предварительных обеспечительных мер и оставил в силе определение суда об их применении"*(327).

Однако как все же подтвердить, что к какой-то конкретной дате заявитель будет обладать конкретным имуществом? Здесь по логике нужно учесть не только все имеющееся имущество, но и, как минимум, комплексно оценить все публичные и гражданско-правовые обязательства, срок исполнения которых будет предшествовать дате окончания разбирательства по делу, возможность возникновения новых обязательств, а также вероятность их реального исполнения. Хотя, по понятным причинам, такой прогноз будет носить весьма приблизительный характер.

Итак, можно констатировать, что заявитель, имеющий действительное намерение доказать факт достаточности средств для незамедлительного исполнения оспариваемого акта, решения, столкнется с трудноразрешимыми вопросами. В свою очередь, не менее сложной видится задача арбитражного суда, который, вынося обеспечительное определение, сочтет доказанным указанный факт: изложение мотивировочной части такого судебного акта потребует довольно тщательного анализа грядущей деятельности заявителя.

Впрочем, арбитражная практика показывает, что практическая сложность осуществления предполагаемых процессуальных действий по обоснованию факта достаточности средств для незамедлительного исполнения оспариваемого акта, решения, "компенсируется" тем, что в подавляющем большинстве случаев вопрос этот вообще не исследуется.

В тех же судебных актах, где встречается упоминание о недостаточности средств, обоснование, как правило, весьма сомнительно, поскольку основной вопрос - о составе имущества к дате окончания разбирательства по делу - вообще не исследуется.

"Определением Арбитражного суда г. Москвы от 01.01.01 года отказано ОАО "НК "ЮКОС" в удовлетворении ходатайства о принятии обеспечительных мер...

В случае, если заявитель ходатайствует о приостановлении действия ненормативного правового акта решение о взыскании с него денежной суммы или изъятии иного имущества и нет убедительных оснований полагать, что по окончании разбирательства по делу у заявителя будет достаточно средств для незамедлительного исполнения оспариваемого акта или решения, арбитражному суду рекомендуется удовлетворять ходатайство только при условии представления заявителем встречного обеспечения в порядке, предусмотренном ст. 94 АПК РФ.

Суд правильно указал, что, принимая также во внимание отсутствие у ОАО "НК "ЮКОС" достаточных средств для погашения задолженности (на 18.03.2005 задолженность, взыскиваемая в рамках сводного исполнительного производства, не погашена в размере 48 934 844 647 руб. за 2001 год и в размере 65 837 615 807 руб. за 2002 год) и в целях соблюдения баланса интересов заявителя и публичных интересов следует отказать в удовлетворении заявления о принятии обеспечительных мер"*(328).

И последнее. Сама по себе рекомендация, содержащаяся в п. 6 письма Президиума ВАС РФ о вопросах применения ч. 3 ст. 199 АПК РФ, при анализе действующего процессуального законодательства выглядит довольно сомнительно.

Во-первых, законодатель (в рамках правовой регламентации обеспечительных институтов) вообще не придает юридического значения необходимости незамедлительного исполнения оспариваемого акта, решения.

И, во-вторых, действующее процессуальное законодательство не содержит положений, которые императивно увязывали бы использование обеспечительных мер в административном судопроизводстве с предоставлением заявителем встречного обеспечения.

4.2. Специальные основания для отказа в применении обеспечительных мер

4.2.1. Обеспечение интересов кредиторов коммерческих банков

Высший Арбитражный Суд РФ применительно к возможности приостановления действия актов, решений Банка России дал следующие разъяснения: "Надо тщательно проверять обоснованность ходатайств о приостановлении действия актов, решений Банка России, направленных на предупреждение неплатежеспособности коммерческих банков, обеспечение интересов кредиторов (в том числе вкладчиков).

Не следует принимать обеспечительные меры, если в результате приостановления действия актов, решений Банка России возникает возможность реализации заявителем своих активов не в интересах кредиторов или вероятность возникновения значительного ущерба у заявителя представляется незначительной"*(329).

Несложно заметить, что данная рекомендация представляет собой некое логическое развитие идеи о недопустимости приостановления действия актов, решений государственных и иных контролирующих органов, если есть основания полагать, что приостановление действий акта, решения может повлечь за собой утрату возможности исполнения оспариваемого акта, решения при отказе в удовлетворении требования заявителя по существу спора (п. 3 письма Президиума ВАС РФ о вопросах применения ч. 3 ст 199 АПК РФ). Применительно к рассматриваемым разъяснениям арбитражный суд должен исследовать не только гипотетическую исполнимость оспариваемого акта, решения, но и проанализировать "возникновение возможности реализации заявителем своих активов не в интересах кредиторов".

О какой возможности ведет речь ВАС РФ: только ли о потенциальной юридической возможности совершать сделки по отчуждению активов или же о неких фактических намерениях соответствующего коммерческого банка? Поскольку умысел на отчуждение активов не в интересах кредиторов доказать довольно сложно (тем более в рамках обеспечительных процедур), вероятно ВАС РФ имеет в виду именно абстрактную возможность отчуждения.

Вместе с тем, не вызывает сомнений, что приостановление действия отнюдь не любого акта, решения Банка России, причинно-следственным образом связано с возможностью отчуждения активов. Федеральный закон от 01.01.01 г. N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)"*(330) (далее - Закон о Банке России) предусматривает достаточное количество специфических мер, которые хотя и направлены на предупреждение неплатежеспособности коммерческих банков и обеспечение интересов кредиторов, однако их неисполнение коммерческим банком никоим образом не влияет на возможность отчуждения активов. Например, Банк России, вправе ввести ограничения на величину процентной ставки, которую кредитная организация определяет в договорах банковского вклада (п. 8 ч. 2 ст. 7 Закон о Банке России). Очевидно, что приостановление действия решения Банка России о введении такого ограничения никоим образом не влияет и не может повлиять на возможность отчуждения активов.

Кроме того, под действие п. 7 письма Президиума ВАС РФ о вопросах применения ч. 3 ст. 199 АПК РФ заведомо не подпадают решения Банка России о назначении временной администрации и об отзыве у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций (действие данных решений, по мнению ВАС РФ, вообще не может быть приостановлено*(331).

Итак, какие же акты, решения Банка России имеются в виду? Из анализа полномочий Банка России можно предположить, что ВАС РФ ведет речь, в частности, о следующих решениях:

- о приостановлении действия лицензии на осуществление банковских операций (п. 8 ст. 4, ст. 59 Закона о Банке России);

- о введении запрета на осуществление реорганизации кредитной организации, если в результате ее проведения возникнут основания для применения мер по предупреждению банкротства кредитной организации, предусмотренные Законом о банкротстве кредитных организаций (п. 6 ч. 2 ст. 74 Закона о Банке России);

- об ограничении проведения кредитной организацией отдельных операций (ч. 1 и п. 4 ч. 2 ст. 74 Закона о Банке России).

Насколько соответствуют разъяснения ВАС РФ действующему законодательству?

Вновь выскажем критические суждения. Ни специальное банковское законодательство, ни процессуальные нормы об обеспечении вообще не придают юридического значения возможности реализации заявителем своих активов не в интересах кредиторов как основанию для отказа в применении обеспечительных мер. Показательно, что ВАС РФ даже не сделал попытки как-то мотивировать свою рекомендацию.