Оккультный мир (стр. 19 )

за столом, внимательно что-то внося в свою записную книжку и

подпаливая свои замечательные усы полувыкуренной сигарой,

которая безуспешно старалась достать до ближайших волосков его

бороды...

...Когда репортера наконец допустили в комнату госпожи Блаватской,

он обнаружил ее сидящей на краю заваленного письмами и

табаком стола, скручивающей ароматную сигарету из множества

рассыпанного табака знаменитого турецкого сорта. Эта комната

была внутренним святилищем ламаистского монастыря, который

приобрел столь широкую известность в последние годы...

Репортер спросил:

- Итак, вы собираетесь покинуть Америку?

- Да, и ламаистский монастырь, где я провела такое множество

очень-очень счастливых часов, тоже. Мне жаль оставлять эти комнаты,

хотя теперь здесь уже мало о чем можно жалеть, - сказала она,

окидывая взглядом голые полы и стены, - но я очень рада, что

покидаю вашу страну. У вас есть свобода, но это и всё, и у

вас ее слишком, слишком много!

...Репортер... спросил госпожу Блаватскую:

- Как же при вашем отвращении к Америке вы решились отказаться

от русского подданства и стать жительницей Нью-Йорка?

- У вас есть свобода, а у меня ее не было. Меня не могли защитить

русские консулы, поэтому пусть меня защищают американские.

- Когда вы уезжаете?

- Я не знаю ни точного времени, ни судна, но это произойдет

очень скоро... Сначала я отправляюсь в Ливерпуль и Лондон,

где у нас есть филиалы Теософского общества... Затем...

я еду прямиком в Бомбей... О! Как я буду рада снова увидеть мой

индийский дом! - И когда она встала, завернувшись в утреннее

платье странного фасона, она была очень похожа на восточную жрицу,

которой, как она утверждает, она не является.

Глава 4

ИНДИЯ, 1879-1884

ЧАРЛЬЗ К. МЭССИ*28

Январь 1879, Норвуд, близ Лондона, Англи

...Однажды вечером в январе 1879 года... я прибыл на поезде

в Норвуд и обнаружил компанию, состоявшую из... примерно полудюжины

людей, которые собрались в столовой дома доктора и миссис

Биллинг. Когда я вошел, госпожи Блаватской в комнате не было,

но она вскоре после этого присоединилась к нам. Я повесил свой

плащ в холле... Госпожа Блаватская обратилась ко мне и попросила

меня назвать какой-нибудь предмет, который она бы произвела для

меня тотчас же, на месте... Я уже некоторое время ощущал необходимость

в расческе - кстати, совершенно определенно, что я не упоминал

об этой надобности ни при ком из тех, кто присутствовал, как, я

полагаю, и вообще при ком-либо, - и я назвал этот предмет...

...Я... сразу после этого передумал и захотел назвать другой

предмет для проверки и хотел предложить сделать замену, но мне

сказали, что уже слишком поздно. Я должен был пойти в холл и

засунуть руку в карман своего плаща. Необходимо заметить -

и это я могу сказать со всей уверенностью, - что никто, кроме

меня одного, не покидал комнаты после того, как я попросил

о расческе, и я вышел в холл, как мне было сказано, при этом

меня никто не сопровождал. Холл находился прямо рядом с комнатой,

и в него не вело больше никаких дверей, кроме той, в которую

вышел я. Я сразу же сунул руку в карман плаща и обнаружил там,

совершенно точно, гребень из слоновой кости, который и до сих

пор находится у меня. Это был большой, угловатый дамский гребень,

а не маленькая продолговатая расческа, какими обычно пользуются

мужчины. Когда я входил в дом, этого гребня у меня в кармане

не было... Госпожа Блаватская не была подготовлена к этой моей

просьбе... Я долгое время считал этот случай необъяснимым

(кроме как исполнения его оккультными силами) через посредство

тех фактов, которые я мог вспомнить.

ГЕНРИ С. ОЛЬКОТТ*29

Январь 1879, Лондон, Англия

Наиболее впечатляющим происшествием во время нашей остановки

в Лондоне была встреча с Махатмой, которая произошла во время прогулки

по Кэннон стрит. В то утро был настолько плотный туман, что едва

можно было видеть противоположную сторону улицы, и Лондон

представал перед нами в своем наихудшем виде. Те двое, что были

со мной, заметили его первыми, поскольку я находился ближе

всех к бортику тротуара и в тот момент мой взгляд был направлен

в другую сторону. Но когда они издали какое-то восклицание, я

быстро повернул голову и поймал взгляд Махатмы, который смотрел

на меня через плечо. Я не признал его за кого-то мне знакомого,

но я рассмотрел в его лице черты одного из Достойных; ибо однажды

увиденный образ забыть было невозможно... Мы, трое товарищей,

держались в Сити вместе и вместе вернулись обратно в дом доктора

Биллинга. Как только мы вошли, миссис Биллинг и Е. П.Б. рассказали

нам, что Брат побывал здесь и упоминал о том, что встретил нас

троих - назвав нас по именам - в Сити. Миссис Биллинг описала

его как очень высокого и складного индийца, который обладал

каким-то особенным, пронизывающим будто насквозь взглядом.

Она на мгновение была настолько ошеломлена, что не могла и

слова сказать, но незнакомец произнес: "Я хотел бы видеть госпожу

Блаватскую" и двинулся к двери комнаты, где она сидела. Миссис

Биллинг открыла перед ним эту дверь и пригласила его войти.

Он вошел, проследовал прямо к Е. П.Б., поприветствовал ее по-восточному,

и они начали беседовать на языке, звуки которого были совершенно

непривычны для уха миссис Биллинг...

ДЖОРДЖ ВИЛЬД*30

Январь 1879, Норвуд, близ Лондона, Англия

...В первый раз я повстречался с госпожой Блаватской и полковником

Олькоттом в 1879 году на праздничном обеде в доме мистера Биллинга.

Когда я покидал этот дом в компании моего друга, он спросил меня

о моих впечатлениях о характере госпожи, и мой ответ был

таков: "Она кажется мне в большой степени калмыком, и мое впечатление

состоит в том, что она жутко напоминает какую-то потасканную

актрису из пригородного театра в Париже". Но ее несомненные медиумические

способности, ее впечатляющие личные качества, ее ум и юмор

и ее очевидно добрые побуждения заинтересовали меня; и

поэтому, движимый любопытством и интересом, а также верой

в ее обещания, я вступил в ее Теософское общество и примерно

через два года стал президентом Британского филиала.

Однажды, обедая вместе с ней у Биллингов, я заметил, что она

и полковник Олькотт весьма свободно употребляют животную пищу.

Это взволновало меня, так как она всегда учила нас, что тот,

кто ест животную пищу, никогда не будет допущен в более высокие

слои оккультных сообществ, и я подумал: "Я не удивлюсь, если

узнаю, что эта персона вообще является мошенницей". Когда

я задал себе этот вопрос, она стукнула по своей тарелке ножом

и сказала: "Все не настолько плохо, доктор", и мы оба по-доброму

посмеялись над комичностью положения. Насколько я помню,

на том же самом обеде она вдруг повернулась к полковнику Олькотту,

который сидел через несколько человек от нее увлеченный поглощением

мясного блюда, и сердитым и громким голосом провозгласила:

"Вы бабуин!" Это шокировало меня, ибо полковник Олькотт был

хотя и очень доверчивым, но тем не менее интеллигентным, самоотверженным

и добрым человеком. После обеда я отвел его в сторону и спросил,

что имела в виду госпожа Блаватская, так грубо обратившись к

нему за столом. Он ответил: "Доктор Вильд, ее поведение является

частью моего обучения, и я полагаю, что во всех Соединенных

Штатах не найдется другого человека, подвергающегося

такому количеству постоянных оскорблений, которое приходится

терпеть мне с ее стороны".

В другом случае я сидел неподалеку от нее на ступеньках лестницы,

ведущей в гостиную, когда она вдруг несколько раз что-то прокричала,

при этом подпрыгивая. Я спросил ее, что все это значит, и она

ответила: "Они не оставляют меня в покое!" А когда я задал вопрос:

"Кто не оставляет вас в покое?", - она ответила: "Эти Махатмы

все время щиплют меня, чтобы привлечь мое внимание!" Наконец,

однажды, когда я находился в ее обществе с одной весьма утонченной

и интересной женщиной и эта дама спросила о ее взглядах на

природу Иисуса Христа, она ответила: "Мадам, я не имела чести быть

знакомой с этим господином".

Я делаю эти записи не ради праздного времяпрепровождения,

но по той причине, что, как мне кажется, следует сделать известными

ее вульгарность и богохульство. Ибо хотя она и знает кое-какие

любопытные восточные оккультные секреты психического происхождения,

тем не менее мне всегда казалось удивительным, каким образом хоть

сколько-нибудь разумный и образованный человек, будь то

мужчина или женщина, может продолжать верить в то, что эта ненормальная

женщина, которая так беспрестанно курит, является вдохновенным

толкователем высочайших духовных секретов рода человеческого...

ГЕНРИ С. ОЛЬКОТТ*31

Февраль-июль 1879, Бомбей, Индия

...17 января... мы отправились... в Ливерпуль после восхитительного

двухнедельного пребывания в Англии среди наших добрых друзей

и коллег... Следующий день мы провели в отеле "Великий Запад"

в Ливерпуле, и в 5 часов пополудни под проливным дождем погрузились

на "Speke Hall". Судно было грязным и неприбранным. Все это, вместе

с ливнем, затхлым запахом дорожек и ковров в салоне и каютах,

с отчаянным выражением на лицах сорока наших попутчиков-пассажиров,

в равной степени внесло вклад в возникшее у нас отвращение.

Это было плохим предзнаменованием для нашего продолжительного

вояжа в Индию...

...Е. П.Б. тем временем вносила в наше путешествие оживление

для слуг и попутчиков-пассажиров, которые, за парой исключений,

были шокированы ее способом выражаться и возмущены

ее религиозной неортодоксальностью... Когда корабль

сильно накренился под ударами огромных волн, Е. П.Б. ударилась

о ножку обеденного стола и... получила жуткий синяк на колене.

Ее положили в каюте из-за этого ушиба колена...

Со скоростью от 250 до 300 миль в день мы преодолели Средиземное

море через Гибралтар, Алжир, Мальту... 2 февраля мы добрались

до Порт-Саида [Египет]... и затем... два дня и две ночи провели

в Суэцком канале. Наконец, мы вошли в Красное море, и начался

третий, последний, этап нашего морского паломничества