Первичное фразообразование в бельгийском варианте французского языка: семантический аспект (стр. 41 )

Итак, «зоны» построены по территориальному признаку на неоднородной лингвистической основе.

В 1970 г., напротив, появилось новое политическое устройство, основанное на принципах культурной  и языковой солидарности. Появляются три Общины (Communautйs): Фламандская Община (соотносится одновременно с зоной нидерландского языка и округом Брюсселя), Французская Община (объединяет Брюссель и Валлонию – зоны французского языка) и Германская Община (восточные территории Валлонии с зонами немецкого языка). Таким образом, жители Бельгии подчиняются двум политическим институтам: некоторые жители Валлонии принадлежат двум разным общинам (французской и германской); население французской общины относится к двум зонам (валлонской и брюссельской).

  Французский язык в Валлонии

  Франкоязычные бельгийцы живут в основном в Валлонии, где французский язык имеет давнюю историю: первый известный текст закона  города Шьевр (провинция Эно) зафиксирован в 1194 г. Таким образом, к концу XII в. в официальных актах и хартиях начинается замена латинского языка на старофранцузский. Изначально он функционировал в письменном виде среди образованного населения, соперничая с латинским. Тем не менее, с момента романизации северной части Галлии (57 г. до н. э.), языковая история данного района – это континуум, в котором невозможно установить точную дату смерти латинского и рождения французского [164, р. 59].

Среди простого населения французский язык боролся с диалектами, но  внезапное появление франко-валлонского билингвизма в ситуациях общения также не находит точных свидетельств. В городской среде французский начинает употребляться пассивно в эпоху Возрождения, тогда как активный билингвизм и, как следствие, соперничество французского с валлонским зафиксировано, начиная с XVII в. В сфере бытового общения  и в сельской среде этот диалект широко употребляется  до середины XIX в. После введения всеобщего обучения (1924) стал шире распространяться французский литературный язык, и потребовалось меньше столетия, чтобы бульшая часть одноязычного населения, говорившая  на валлонском диалекте, стала одноязычной франкоговорящей. В нынешней франкоязычной Бельгии имеются две основные разновидности французской речи: местный вариант французского литературного языка и «офранцуженный» валлонский диалект [12, с. 49], «смерть которого, объявленную сотни раз, можно оспорить» [164, p. 5]. Эти формы речи находятся в отношении диглоссии: в публичной сфере используется только бельгийско-французский, диалект же – в сфере бытового общения людьми старшего поколения (для большей выразительности, аффективности), хотя есть опыты использования его в литературе [[12, с. 49], [14]], “как средство идентификации» [164, p. 5]. Уточним, что, несмотря на существование валлонской литературы, чье появление отмечено в XVI в., этот «говор» употребляется в основном в устной форме, и его письменное распространение достаточно ограничено [147, р. 322].

Согласно данным М. Франкара [147, р. 321], франко-валлонские билингвы составляют от 37 до 65% (говорящих только на валлонском диалекте не отмечено).

Отметим также, что на севере Бельгии, к западу от города Монс, в бывшем шахтерском районе Боринаж, функционирует пикардское патуа  - le borain.

  Билингвизм Брюсселя

Столица – Брюссель -  расположена на территории Фландрии, где  лишь в XIII в. появляются первые признаки романского присутствия, так как именно в это время началась миграция валлонских рабочих строителей. В Средние века административным языком Брюсселя стал фламандский, пришедший на смену латинского.

Распространение французского языка началось с приходом к власти испанцев (с 1500 г.), когда Шарль Кент  провозгласил его административным языком центра, а фламандский – местной администрации. Во время австрийского, а затем французского господства, фламандский язык использовался все меньше, становясь средством общения немногочисленного класса. После 1830 г. французский, напротив, завоевывал популярность брюссельских фламандцев, так как  обеспечивал социальный успех.

  В наши дни «офранцуживание» Брюсселя прогрессирует (85 – 90% франкоговорящих [11, с. 302]), но экономический и политический вес  Фландрии позволяет обеспечивать официальное использование нидерландского в административной сфере (57% нидерландоговорящих на всей территории Бельгии), что дает официальный статус двуязычного Брюсселя (общее число франкоговорящего населения  Бельгии составляет 40%).

Следует также отметить существование жаргона le marollien, появившегося в рабочем квартале Брюсселя в результате смешения брабантского патуа с французским языком.

Защитой и пропагандой бельгийского варианта французского литературного языка занимается отдел культуры Французской Общины, опирающийся на три организации, расположенные в Брюсселе:

Высший Совет французского языка (Le Conseil supйrieur de la langue franзaise), созданный в 1985 году, проводит:

консультации министров по всем вопросам употребления и распространения французского  языка; наблюдения за изменениями лингвистической ситуации во Французском Сообществе; разработки исследовательских программ по вопросам качества, чистоты и распространения языка.

Управление французского языка (Le Service de la langue franзaise), образованное в том же году, занимается:

координированием действий администраций и частных и публичных организаций, занимающихся проблемой распространения и пропаганды языка; осуществлением исследований в области терминологии и неологизмов, по результатам которых публикуется журнал «Terminologie Nouvelles»; сотрудничеством с лингвистическими организациями Франции и Квебека.

Наблюдательная комиссия по законодательству о французском языке (La Commission de surveillance de la lйgislation sur la langue franзaise) функционирует с 1990 г. Она обязана:

следить за исполнением законов, декретов и предписаний об использовании языков во Французской Общине; высказывать мнение по каждому вопросу, связанному с их неисполнением; рассматривать жалобы относительно недоработок в законодательстве и вносить свои предложения в правительство по их устранению [162, р. 16].

Некоторые исследователи-бельгийцы именуют свой язык «le belge» [204], что служит подтверждением высказывания : «Укрепившееся национальное самосознание носителей языка приводит к естественному стремлению называть свой язык именем своей нации, независимо от его происхождения» [111, с. 78].

Итак, все вышесказанное убеждает нас, что французский язык Бельгии есть не что иное, как национальный вариант французского литературного языка, так как он:

выполняет различные функции, свойственные самостоятельному национальному языку; характеризуется наличием собственного диалектного уровня (le marollien, le borain); обладает развитой функционально-стилистической подсистемой; состоит из архаичных и диалектных элементов, заимствований из нидерландского, немецкого, английского и испанского языков, а также значительного числа инноваций.

Приложение 2

Функционально-стилистическая характеристика ФЕ бельгийского ареала

При сопоставлении ФЕ обоих ареалов выявляются различия, касающиеся не только семантики фразеологизмов, но и стилевого и стилистического аспектов фразеологического значения (функциональной и экспрессивно-эмоциональной характеристик).

При рассмотрении особенностей данного аспекта, на наш взгляд, следует обратить внимание на два вопроса:

Количество ФЕ, принадлежащих к разговорному стилю речи; их источники; Несовпадение функциональных характеристик  ФЕ, фиксируемых на территориях обоих ареалов.

I. Общее количество фамильярных ФЕ-бельгицизмов составляет 18,8% от общего состава анализируемых ФЕ (100 из 532). Показательным является то, что 74% таких ФЕ принадлежит либо к единицам, маркированным в плане выражения (содержат лексемы, заимствованные из валлонского и фламандского диалектов, нидерландского языка), либо к единицам, маркированным в плане содержания (представляют собой обороты, калькированные с валлонского и фламандского диалектов, с нидерландского языка).

32% примеров – ФЕ-кальки с валлонского диалекта;

23% примеров имеют в своем компонентном составе лексемы, заимствованные из валлонского диалекта;

15% примеров содержат в себе ЛЕ-заимствования из фламандского диалекта;

В 13,5% примеров присутствуют компоненты, заимствованные из нидерландского языка;

9,5% и 7% примеров являются фразеологизмами, скалькированными соответственно с ФЕ фламандского диалекта и нидерландского языка.

Отмеченное соотношение различных элементов представляется естественным в силу современной языковой ситуации и исторического развития французского языка в Бельгии.

Принадлежность ФЕ-бельгицизмов к разговорному стилю речи чаще всего наблюдается тогда, когда имеют место следующие источники:

1. В случае полного заимствования французским языком Бельгии ФЕ фламандского или нидерландского происхождения, они, в большинстве своем, сопровождаются пометами trиs fam., pop., pйj., vulgaire (т. е. выходят за рамки нормы и являются эмоционально-экспрессивными ФЕ). Например:

dikke nek ‘vantard, vaniteux’ pop., pйj. ‘бахвал’;

crimineil (strond) zat ‘tout а fait saoыl’ trиs fam. ‘в стельку пьяный’.

2. В случае, когда в компонентном составе ФЕ FB присутствуют ЛЕ, заимствованные из фламандского диалекта или нидерландского языка, такие фразеологизмы также сопровождаются пометами trиs fam., pop. Например:

ce n’est pas du spec pour ton bec ‘ce n’est pas pour ton fichu nez’ trиs fam.

schieve lavabo (littйr. lavabo de travers) ‘snob ridicule’ pop., pйj.

3. В случае калькирования нидерландских и фламандских устойчивых оборотов, ФЕ, как правило, пополняют состав фамильярных фразеологизмов, имеющих пейоративный оттенок. Например:

une longue langue ‘bavard’ mйprisant ← nйerl. lange toung ‘болтун’;

un gros cou ‘prйtentieux, vantard’ fam., pйj. ← flam. dikke nek ‘тщеславный человек; хвастун’.