Философия. Основные идеи и принципы (стр. 33 )

117

и этим отчасти объясняется то, что все народы в своем развитии
прошли стадию многобожия, или политеизма (от греч. poly —
много, fheos — бог).

Ранее уже говорилось о том, как в процессе разложения и пре-
образования древнейшего мифологического сознания начали
складываться элементы научно-философского понимания мира.
Специфика этого понимания заключается в том, что оно требует
обоснования, оправдания и проверки своих утверждений, в то
время как мифология принимает их на веру. Конечно, данная чер-
та философского мышления сформировалась не сразу, но все же
в простейшем виде она присутствовала уже во всех древнейших
философских системах и программах миропонимания. Древние
философы — часто совершенно сознательно — выступали против
мифов; в то же время они с необходимостью унаследовали от
мифологического мировоззрения те реальные проблемы, кото-
рые ставили сама жизнь, общественная практика и история чело-
вечества. Отвергнув мифологическое решение этих проблем,
создатели древней, прежде всего античной, философии попыта-
лись предложить свои доказательные и обоснованные, с их точки
зрения, решения, соответствовавшие тогдашнему уровню знаний.
В ходе обсуждения таких проблем, к числу которых относилась
и проблема единства и многообразия мира, они вырабатывали
новые понятия, предлагали неизвестные ранее подходы и ре-
шения.

Самая первая программа такого рода, созданная представи-
телями ионийской натурфилософии, была рассчитана на то, чтобы
вывести все многообразие мира из единой первоосновы. Мы уже
рассказывали о взглядах Фалеса, Анаксимандра, Анаксимена и
Гераклита. Поэтому сейчас лишь напомним, что эти философы
выбирали в качестве такой первоосновы какой-то один элемент,
чаще всего чувственно воспринимаемый,— воду, огонь или воз-
дух. Все остальные предметы рассматривались как формы или
способы существования определенной первоосновы. Живший не-
сколько позже Эмпедокл, сознавая трудности выведения всего
многообразного мира из одного-единственного элемента, пред-
ложил многоэлементную основу всего существующего. Она со-
стояла из земли, воды, воздуха и огня, соединявшихся при помо-
щи особых сил, которые он называл враждой и дружбой, любовью
и ненавистью и т. д.

Нужно отметить, что любая из перечисленных точек зрения
на первооснову сущего отстаивалась при помощи сходных аргу-
ментов. Это заставляло других античных философов сомневаться
в правильности предлагаемых ионийцами объяснений. Нетрудно
заметить, что древняя философия в противоположность мифоло-
гии была по существу своему критична, полемична и широко
пользовалась приемами доказательства и опровержения, сомне-
ния и проверки. Но так как ионийские натурфилософы и их после-
дователи не могли привести бесспорных доказательств и, так
сказать, «продемонстрировать» происхождение и возникновение

118

всех предметов из одного чувственного первоначала, их против-
ники выдвинули несколько конкурирующих гипотез.

Одну из них предложили уже упоминавшиеся нами пифаго-
рейцы, считавшие первоосновой многообразия мира сверхчувст-
венное математическое начало — число. Для них характерно рез-
ко отрицательное отношение к бесконечности. В этом выражался
своего рода неосознанный страх древнего человека перед непо-
стижимыми для него многообразием и сложностью реального
мира. От пифагорейцев берет начало негативное отношение к
реальному многообразию мира, сомнение в его реальности,
стремление заменить многообразное и бесконечное единым и ко-
нечным.

Пифагорейский подход оказался внутренне противоречивым.
Математические исследования, в особенности исследования про-
порций (развитию которых весьма способствовал повышенный ин-
терес к «тайной» природе чисел), привели к открытию иррацио-
нальных чисел, бесконечных непериодических дробей. Оказа-
лось, что сведение бесконечного многообразного мира к целым
(конечным, с точки зрения пифагорейцев) числам и установление
математического единства мира невозможны. Это породило пер-
вый серьезный кризис античной математики и связанной с ней фи-
лософии и стимулировало создание новых научно-философских
программ, стремившихся по-новому ответить и на вопрос о един-
стве многообразного мира.

Первый такой ответ принадлежит элеатам. Отрицая существо-
вание движения и изменения, они отрицали и многообразие
мира. Согласно разуму — а лишь он ведет нас к истине,— мир в
действительности есть нечто абсолютно единое, единообразное,
чувственно не воспринимаемое. Его можно лишь мыслить, о нем
можно только думать, но чувствам это «Единое» недоступно. Для
доказательства этого Зенон сконструировал ряд апорий (от греч.
ароп'а — затруднение, недоумение), т. е. логических трудностей
(кажущихся непреодолимыми), на которые наталкивается призна-
ние многообразия мира. Поскольку же, с точки зрения элеатов,
логическое доказательство гораздо важнее, чем то, о чем свиде-
тельствуют наши чувства, реальность наблюдаемого многообра-
зия мира ими отвергалась. Их подход был по-своему переработан
и обоснован в учении Платона о том, что многообразные чувствен-
но воспринимаемые вещи суть воплощения идей. По Платону,
объединение вещей в группы возможно лишь благодаря лежа-
щим в их основе идеям.

Этой линии противостояли воззрения Демокрита и Аристоте-
ля. Изложенную ранее атомистическую теорию Демокрита мож-
но назвать конструктивной. Ее суть в том, что основу видимого
многообразия мира составляют единые по своей природе атомы.
Учение Аристотеля исходило из того, что мир состоит из реально
существующих, чувственно воспринимаемых единичных вещей.
Они обладают сходными чертами, которые отражаются, фикси-
руются в понятиях. Понятия «человек», «лошадь» и т. д. не веч-

119

ные идеи, как думал Платон, а обозначение общих свойств пред-
метов.

Взгляды античных философов на проблему единства и много-
образия мира оказали значительное влияние на мыслителей сред-
невековья. Основная идея христианского богословия заключалась
в том, что мир создан богом как бы по единому плану, замыслу.
Мир един именно в этом смысле, несмотря на видимое его много-
образие. При этом, поскольку христианский бог объявлялся все-
могущим существом, а его воля и власть — не имеющими преде-
лов, средневековые христианские философы постепенно преодо-
левали неприязнь античных философов к бесконечному и мно-
гообразному. Однако новое отношение к миру как к продукту
творения требовало и нового обоснования. В бесконечных спорах
и диспутах складывались средневековые схоластические учения о
единстве многообразного. Одно направление, восходившее к
Платону и получившее название реализма, утверждало, что
реально существуют лишь общие понятия — универсалии. Про-
тивники реализма, напротив, признавали существование только
единичных индивидуальных вещей и считали, что в реальной дей-
ствительности ничего общего нет. Общими являются лишь имена,
названия, приписываемые нами различным группам вещей по на-
шему усмотрению. Имя, название — по-латыни nomen. Отсюда
и название этого направления — номинализм.

Какое же идейное наследие оставила античная и средневеко-
вая философия науке и философии нового времени? Во-первых,
вопрос о единстве многообразного был четко поставлен, ибо была
обнаружена необходимость единой общей основы бесконечного
разнообразия окружающих нас явлений и процессов. Во-вторых,
было осознано, что возможны различные решения этого вопроса,
в том числе:

а) мир един, потому что он возникает из единой материаль-
ной элементарной первоосновы (ионийцы);

б) мир един, потому что он подчиняется единым математиче-
ским законам и числам (пифагореизм);

в) мир един, потому что он есть осуществление вечных и не-
подвижных идей (Платон);

г) разнообразные явления мира сконструированы из единой
основы — материальных атомов (Демокрит);

д) все вещи, из которых состоит материальный мир, единич-
ны. Они существуют объективно, но точно так же существуют и
заключенные в них «формы», нематериальные понятия, причем
единство многообразия вещей определяется единством содержа-
щихся в них понятий (Аристотель);

е) мир един благодаря единству творения и божественного
замысла (христианское богословие);

ж) решение вопроса о единстве многообразного мира пред-
полагает логический анализ понятий «общее» («универсальное»),
«особенное» и «единичное» («индивидуальное») (спор номинали-
стов и реалистов).

120

Мыслители античности и средневековья были уверены, что ре-
шения указанного вопроса можно достичь путем логического до-
казательства, чисто умозрительных рассуждений. Естествоиспы-
татели же и философы нового времени, обратившись к научному
опыту и эксперименту, порывали с этой традицией. Разумеется,
разрыв этот никогда не был полным. Такие достижения антично-
сти, как учение о том, что явления природы, несмотря на все их
разнообразие, подчиняются единым и относительно простым
математическим закономерностям, оказали сильное влияние на
Коперника, Кеплера, Галилея, Ньютона, Декарта, Лейбница и др.
Галилей, например, говорил, что «книга природы написана на
языке математики».

Но главным достижением философии науки нового времени
было все же признание того, что все спорные вопросы должны
разрешаться научным экспериментом и наблюдениями. Отстаи-
вая эту мысль, Ф. Бэкон постоянно подчеркивал бесконечное
многообразие объективных модусов (от лат. modus — образ) при-
роды. Единство же природы определяется формами, которые
открываются учеными в процессах наблюдения и эксперимента.
Такие формы устойчивы, постоянны и совпадают по своему
смыслу с понятием «закон природы», как его употребляет совре-
менная наука. Важнейшим достижением Ф. Бэкона было понима-
ние того, что вопрос о единстве отдельных фрагментов природы
и мира в целом можно решить лишь на основе эксперименталь-
ного изучения общих свойств, степени их нарастания или убыва-
ния, открытия объективных связей и взаимодействий между раз-
личными явлениями природы.