Философия. Основные идеи и принципы (стр. 48 )

172

Почему же возникает стремление найти и сформулировать
закон исторического развития? Жизненный опыт людей подсказы-
вает: любая общезначимая деятельность совершается тем успеш-
нее, чем больше в ней прочных, повторяющихся связей, чем на-
дежнее, объективнее и устойчивее являются процессы, лежащие
в ее основании. И поскольку жизнь общества и его развитие —
это как раз та сцена, на которой разыгрывается историческая дра-
ма, участниками которой являются люди, живущие в данную эпо-
ху, то вполне естественно их стремление найти прочные, законо-
мерные, надежные основания своей деятельности. Как актер не
может хорошо сыграть отдельную мизансцену, не зная всего сце-
нария, так и человек не может осуществлять и проектировать
свою деятельность, бороться за свои цели, не понимая своего
места в историческом процессе, не зная, откуда он пришел и куда
идет. Недаром создатели материалистического понимания исто-
рии подчеркивали, что она представляет собой деятельность лю-
дей, преследующих свои цели. Но значит ли это, что, преследуя
такие цели, люди каждый раз задумываются о смысле истории, о
ее ходе, о ее результатах, о создаваемых и разрушаемых ею цен-
ностях. Разумеется, нет. В этой связи Энгельс отмечал, что в исто-
рии «желаемое совершается лишь в редких случаях; по большей
же части цели, поставленные людьми перед собой, приходят во
взаимные столкновения и противоречия или оказываются недо-
стижимыми частью по самому своему существу, частью по недо-
статку средств для их осуществления»1. Осуществление индиви-
дуальных целей — именно потому, что они ставятся без учета
связей между ними и общим ходом истории,— в большинстве
случаев вызывает вовсе не те последствия, которые были бы же-
лательны для индивида, часто такие последствия прямо противо-
положны тому, что имелось в виду вначале. Можно ли за этим
переплетением целей, столкновением интересов и случайных со-
бытий увидеть нечто объективное, действующее с природной
или, как говорил К. Маркс, «естественноисторической» необхо-
димостью.

В первом приближении история представляет собой общий
итог множества действующих в различных направлениях устрем-
лений и их разнообразных воздействий на внешний мир. Это
столкновение множества отдельных усилий, отдельных действий
создает в истории состояние, похожее на то, которое существует
в природе,— необходимость прокладывает себе дорогу через
бесконечное количество случайностей. Люди же, действующие
сознательно как индивиды, действуют бессознательно kok творцы
истории.

В этом пункте важно задуматься над самой категорией «необ-
ходимость». Дело в том, что необходимость в природе и обще-
стве — совсем не одно и то же, и проявляется она по-разному,
В природе, как и s обществе, необходимость отнюдь не однэли-

: Соч. Т. 21. С. 306.

173

нейна. Как правило, в каждом интервале времени и в каждом про-
цессе имеется не одна, а целый спектр необходимостей. То, что
получается, то, что происходит в действительности, обычно яв-
ляется результатом взаимодействия и пересечения многих, одно-
временно действующих необходимостей. Если ракета запущена,
то с необходимостью она должна попасть в цель. Но если запуще-
на ракета-перехватчик и траектории обеих ракет пересекутся
а определенный момент и в определенной точке, то первая ра-
кета с такой же необходимостью взорвется, не долетев до цели.
8 историческом процессе все обстоит еще сложнее. Это связано
с тем, что спектр необходимостей чрезвычайно велик. Они часто
противоположны и разнонаправлены. Но самое главное заклю-
чается в том, что эти необходимости по-разному осознаются
людьми: иногда полно, иногда неполно; иногда искаженно и по-
разному ориентируют деятельность людей.

Была ли, например, неотвратима Великая Отечественная вой-
на 1941—1945 гг.? Был ли с необходимостью предопределен ее
внезапный, неожиданный для наших стратегов начальный период?
Известно, что войны во многом определяются экономической
и политической ситуацией. Однако это не означает, что день и
час начала каждой войны с необходимостью, фатально предопре-
делены. Известно, например, что получал неодно-
кратные предупреждения от советских дипломатов, разведчиков,
даже от посла Германии и от руководителя правительства Англии
об относительно точной дате нападения фашистской Германии на
Советский Союз. Такая информация — объективный историче-
ский факт, предопределявший необходимость своевременно
подготовиться к нападению врага и устранить фактор внезапно-
сти. Будучи крайне подозрительным, мнительным человеком,
слепо верившим лишь в свою проницательность, Сталин отказы-
вался верить переданной ему информации. Более того, он не
принял надлежащих мер, чтобы подготовить Красную Армию к
неизбежным боевым операциям, и отказывался отдать соответст-
вующие распоряжения, даже когда нападение на СССР стало
свершившимся фактом. Об этом убедительно говорится, напри-
мер, в воспоминаниях маршала . Пресловутая внезап-
ность гитлеровского нападения отнюдь не была чистой случайно-
стью, которую, как и всякую случайность, нельзя было бы предви-
деть. Эта «внезапность» оказалась результатом ряда обстоя-
тельств и процессов, с необходимостью вытекавших из
авторитарного правления и культа Сталина, усиленных подозри-
тельностью и гигантским самомнением.

Но если в таком случае за так называемыми историческими
событиями скрывается необходимость или серия необходимо-
стей, то несет ли человек ответственность за свои поступки, обла-
дает ли он возможностью выбора, может ли личность влиять на
ход истории и если может, то как?

Вся сложность понимания исторического процесса опреде-
ляется в первую очередь тем, что требуется осознать диалектиче-

174

ское взаимодействие объективных условий, объективной необхо-
димости и активной роли людей в истории. Активность же эта со-
стоит вовсе не в интенсивности какой-либо физической или произ-
водительной деятельности, а в сознательном целеполагании,
в осознании данной социальной реальности, в понимании (вер-
ном или неверном) других людей, в принятии решений, в выборе
из многих альтернатив наиболее предпочтительных вариантов
действий и, наконец, в осуществлении этих действий и в движе-
нии к выбранным целям. Это вплотную подводит нас к централь-
ному, с точки зрения философии и истории, вопросу — вопросу
о свободе.

Задавая вопрос о том, может ли человек быть свободным,
если его деятельность обусловлена внешними обстоятельствами,
объективной необходимостью, мы не должны упускать из виду,
что речь здесь идет не о политических свободах, не о так
называемых гражданских свободах (они установлены человеком),
а о свободе деятельности человека в ее отношении к необходи-
мости. Допущение, будто воля человека способна творить исто-
рию по своей прихоти, неверно хотя бы потому, что даже самые
лучшие побуждения часто не реализуются ввиду отсутствия для
этого необходимых материальных условий. Прихоть и произвол
несовместимы со свободой. Тот, кто творит произвол, т. е. дей-
ствует, не считаясь с волей и намерениями других, с необходи-
мостью вызывает их противодействие, которое рано или поздно
сводит на нет его собственные усилия и намерения. Нельзя поэто-
му быть свободным, ущемляя свободу других. Свобода, следова-
тельно, включает в себя элемент сознательного самоограничения.
Деятельность человека, руководствующегося лишь собственными
интересами, не учитывающего реальные условия и возможности,
неизбежно терпит крах независимо от того, ставит ли он себе уз-
количные цели или стремится «облагодетельствовать» все обще-
ство. В такой же степени несостоятельно представление о том,
будто человек является рабом исторической необходимости,
будто от его деятельности в истории ничего не зависит. Ведь
все блага, которыми располагало или располагает любое общест-
во, создаются людьми. Известно также, что именно люди, об-
щественные классы сметали в ходе революций режимы, совсем
недавно казавшиеся незыблемыми. Все в обществе — от про-
стенького каменного скребка до фантастически сложных машин,
от первого колеса до космических ракет, от мифов и легенд до
гениальных произведений искусства — создано людьми.

Так как же они, люди, творят все это? Являясь рабами необхо-
димости, они просто реализуют ее? Или же они творят в подлин-
ном смысле этого слова? Как соотносятся между собой необходи-
мость и свобода? В домарксистской философии к правильному
пониманию свободы и необходимости впервые подошел Спиноза.
положение об их соотношении в логически завершенной форме
сформулировал Гегель, у гаерждавший: «Свобода есть познан-
ная необходимость». Таким образом, здесь свобода и необходи-

hn

мость не исключают друг друга, а вступают в определенное
отношение — отношение познаваемости. Вместе с тем совершен-
но очевидно, что познание необходимости есть лишь одно из
условий свободы и не исчерпывает ее полностью. Спрашивается,
достаточно ли свободы в познании, чтобы человек был поистине
свободным? Представим себе, что человек стоит на вершине го-
ры, где в ближайшее время начнется извержение вулкана. До-
пустим, он знает, что это извержение вскоре начнется. Будет ли
он свободен? И от чего? Люди давно, с незапамятных времен
знают, почему разливаются реки, однако это знание само по себе
не освобождает их от тех бедствий, которые причиняют наводне-
ния. Очевидно, что знание указанных обстоятельств крайне важно,
но одного лишь знания недостаточно, чтобы избежать ужа-
сающих последствий вулканического извержения или наводне-
ния. Что же нужно человеку, чтобы обрести действительную сво-
боду? Для этого ему нужно подойти к проблеме свободы и необ-
ходимости принципиально иначе, нежели Гегель, и поставить вопрос
не о свободе познания или свободе в познании, а о свободе прак-
тической деятельности. Свобода познания нужна для осущест-
вления практической свободы, ибо, если человек не знает объек-
тивных законов, он остается рабом необходимости; но одного
только познания необходимости недостаточно для практической
свободы человека. Для этого человек должен уметь на основании
имеющихся знаний принимать решения, отражающие его цели
и объективные условия, и осуществлять эти решения в практиче-
ской деятельности. Резюмируя сказанное, можно утверждать,
что свобода включает в себя три основных элемента — познание
необходимости, принятие правильных решений на основе полу-
ченных знаний и реализацию этих решений.