Философия. Основные идеи и принципы (стр. 98 )

Разумеется, нельзя не принимать во внимание связанные с
этим опасности, давно предугаданные писателями-фантастами:
бунт роботов, восхтание и самоуправство интеллектуальных ма-
шин, ряд непредсказуемых технических неожиданностей и т. д.
Но эти опасности при разумном подходе к делу и трезвой оценке
ситуации могут быгь с лихвой перекрыты позитивными последст-
виями этой схемы глобальной коэволюции. Известно, что интел-
лектуальные ресурсы, стремительно нарабатываемые с помощью
современной информационной технологии в процессе информа-
тизации обществе, в отличие от невосполнимых и постоянно убы-
вающих природны, ресурсов не только «восполнимы», но и име-
ют тенденцию к неограниченному росту. Само их использование
может привести к быстрой гуманизации систем искусственного
интеллекта и ρο6ο-ίθΒ высших поколений и достижению высокого
консенсуса, т. е. гармонии, взаимного согласия между человеком
и интеллектуальными техническими системами. Такой ход рассуж-
дений в наши дни уже нельзя рассматривать как сферу фантасти-
ки. Это — реальные фрагменты экологического сознания зав-
трашнего дня, форл\ирующегося на наших глазах и вырастающих
из дня сегодняшнего. Коэволюция, осуществляемая по новой схе-
ме, с участием интеллектуальных систем, возможно, и явится
той стадией, когда мощные, разрастающиеся интеллектуальные
средства позволят максимально экономно расходовать природ-
ные ресурсы и даже восстановить значительную часть потерянно-
го. Если не по отношению ко всем, то по крайней мере к некото-
рым утреченным биологическим видам такая гипотеза более чем
правдоподобна, особенно если учесть совместные возможности
информационной технологии и биотехнологии.

358

Таким образом, экологическое сознание, выделяя целый ком-
плекс проблем, порождаемых современным этапом научно-тех-
нологического прогресса, биосоциальным развитием человека и
взаимодействием искусственной и естественной среды обитания,
делает эти проблемы достоянием общественного сознания. Оно
приводит к возникновению ряда природоохранительных движе-
ний во всех странах мира. Благодаря ему и в других формах обще-
ственного сознания выкристаллизовываются особые экологиче-
ские проблемы и системы знаний. Так, в сфере морального созна-
ния возникает особая экологическая мораль, затрагивающая
нравственное отношение человека к природе; в сфере правового
сознания вырабатываются правовые нормы и законодательство
по охране природы, по ограничению технических и химических
выбросов в окружающую среду и т. д. Экологические проблемы
проникают также в сферу внутренней и внешней политики. Уже
сегодня мировое сообщество принимает ряд согласованных ре-
шений по экологической безопасности не только в отдельных
странах и регионах, но и в масштабах всей нашей планеты. Эти
обстоятельства показывают со всей силой, как через исследова-
ния наиболее острых проблем современности философия «сопри-
касается с действительностью», как она выполняет функцию ду-
ховной квинтэссенции, как она исполняет свою особую роль в
системе современной культуры.

3. ФИЛОСОФСКИЙ ВЗГЛЯД
НА ДЕМОГРАФИЧЕСКУЮ ПРОБЛЕМУ

К числу важнейших проблем, затрагивающих существование
человечества в целом, относится быстрый прирост и изменение
структуры населения Земли, а также вопрос о последствиях и воз-
можности предотвращения термоядерной войны. Нельзя сказать,
что оба эти вопроса не интересовали философов прежде. По край-
ней мере второму из них они уделяли внимание всегда, ибо войны
известны с тех пор, как человечество обрело свою определен-
ность и вступило на путь социального, экономического и культур-
ного развития. Предельной же остроты оба эти вопроса достигли
в последние четыре десятилетия, когда начался так называемый
демографический взрыв, а крупнейшие страны мира приступили
к созданию атомного и ракетного оружия.

В чем сущность демографической проблемы, какое место за-
нимает она в контексте других глобальных проблем? Еще в
XVIII в. английский экономист Т. Мальтус в книге «Опыт о законе
народонаселения...» (1798) обрисовал сложную ситуацию, кото-
рая в наши дни получила название демографической проблемы.
Мальтус видел ее в том, что население растет в геометрической
прогрессии, т. е. увеличивается с невероятной скоростью, тогда
как прирост необходимого для его прокормления продовольст-
вия осуществляется по арифметической прогрессии. Оба эти об-
стоятельства, по его мнению, обусловлены сугубо природными

359

механизмами. Первое вызвано общим экспоненциальным зако-
ном размножения живых организмов, второе же — сформу-
лированным Мальтусом законом об убывающем плодородии
почв. Совместные действия этих двух законов могут привести к
крайне тяжелым последствиям. Они не наступают лишь до тех
пор, пока человечество относительно немногочисленно, а его
прирост купируется войнами, эпидемиями и другими социальны-
ми бедствиями. Закон убывающего плодородия начнет, по мне-
нию Мальтуса, сказываться тогда, когда под сельскохозяйст-
венные угодья будут задействованы все, еще не затронутые зем-
леделием, пригодные к обработке участки планеты. В силу пре-
дельной идеологической перегруженности нашей философской
мысли, часто находившейся в плену чрезвычайно огромного числа
тезисов «Кто не с нами, тот против нас», концепция Мальтуса и
его последователей-мальтузианцев в течение многих десятилетий
подвергалась огульной разносной критике, без каких бы то ни
было попыток серьезного научного анализа. Разумеется, не со
всеми выводами самого Мальтуса и его последователей, в том
числе и современных неомальтузианцев, можно согласиться.
Сомнение, вызывают, например, попытки доказать, что прирост
народонаселения определяется исключительно биологическими
факторами, а запас пригодного для пропитания человечества про-
довольствия развивается в точной арифметической прогрессии.
К тому же не у всех мальтузианцев аргументы одинаковые, и они
не представляют собой совершенно однородного научного тече-
ния. Под общим ярлыком мальтузианства скрываются различные
мыслители, ученые и политические деятели, многие из которых
вообще не имеют отношения к науке. При этом часть крайне реак-
ционных мальтузианцев считает, что единственным спасением от
перенаселения Земли и связанных с этим бедствий могут быть
лишь принудительные, насильственные меры контроля, включаю-
щие принудительное регулирование рождаемости, региональные
войны и т. д. Другие же, более серьезные исследователи, отвер-
гая подобную крайность, все же считают демографическую, т. е.
регулирующую население, политику необходимым элементом
современной глобальной стратегии.

Лучшим ответом на вопрос, кто прав в этом споре и насколько
заслуживает внимание огульная критика мальтузианства, основан-
ная на презумпции неограниченности природных ресурсов, пло-
дородных земель, продовольственных запасов и плодородия
почв, а также стихийной, нерегулируемой рождаемости, является
анализ реального положения дел. В 1987 г. на Земле был зарегист-
рирован пятимиллиардный житель. По прогнозам специалистов,
к началу будущего века население Земли может достигнуть бо-
лее 6 миллиардов человек. Наиболее быстрый прирост населения
происходит, как правило, в наименее развитых в социальном и
экономическом отношении странах Азии, Африки и Латинской
Америки. Именно б этих странах, прежде всего на Азиатском и
Африканском континентах, острее всего чувствуются нехватки

360

продовольствия, жилья, возможностей для образования и под-
держания современного уровня здравоохранения. По существу-
ющим подсчетам, около трети населения Земли живет в условиях
хронической бедности, около 800 миллионов — в условиях голода
или недоедания. В то же время в ряде стран Европы показатели
рождаемости постоянно снижаются. По имеющимся подсчетам,
сохранение этой тенденции уже в будущем столетии может при-
вести к резкому сокращению численности населения многих ев-
ропейских стран. Можно поэтому утверждать, что уровень рожда-
емости и прирост населения не являются чисто биологическим
процессом и не подчиняются чисто биологическим законам. Из
этого же следует, что решающими факторами демографических
изменений являются социокультурные механизмы и регуляции.
Население в тех странах, где жизненный и культурный уровень
ниже, растет существенно быстрее, чем в экономически и куль-
турно более развитых обществах. Объяснение этому следует ис-
кать в том, что в более богатых странах воспитание ребенка —
чрезвычайно дорогостоящий процесс, поскольку в условиях на-
учно-технического прогресса на это требуется расходовать очень
много средств, связанных с затратами на общее и профессиональ-
ное обучение. Воспитать же, прокормить и одеть ребенка при
крайне низких общесоциальных и культурных требованиях в бед-
ных странах легче, и к тому же уровень сознания и сила традиций,
отрицающих регуляцию рождаемости, не позволяют принять
обществу меры, ограничивающие быстрый прирост населения.
Быстрый прирост населения происходит в силу указанных об-
стоятельств в странах с отсталым аграрным и техническим произ-
водством. Поэтому неспособность обеспечить население продо-
вольствием, современным жильем, лекарствами и образованием
(без чего шанс на выживание в современном мире резко снижа-
ется) зависит прежде всего от социальных, а не от чисто биологи-
ческих факторов. Такая высокоразвитая в техническом и научном
отношении страна, как США, оказывается способной обеспечить
продовольствием не только свое собственное население, но и
население других стран, и именно благодаря своему научно-тех-
ническому развитию, позволяющему производить все необходи-
мые сельскохозяйственные продукты и сырье с помощью лишь
небольшой части всего трудозанятого населения: в сельском хо-
зяйстве США занято лишь 2,8% общего числа работающих. Мож-
но с уверенностью сказать, что изменения в сфере продовольст-
венной технологии и социальной организации, использование всех
достижений современной биологической и сельскохозяйственной
науки при одновременном объеме общей и профессиональной
культуры населения помогли бы развивающимся странам в обоз-
римом будущем решить или по крайней мере уменьшить остроту
продовольственной проблемы. Из этого, однако, не следует, что
прирост народонаселения в этом случае может продолжаться
неограниченно. Во-первых, запасы пригодных для сельского хо-
зяйства земель действительно ограниченны и площади их вслед-