Философия. Основные идеи и принципы (стр. 84 )

Глава XV

НАУКА И ЕЕ РОЛЬ
В ЖИЗНИ ОБЩЕСТВА

Время, в которое мы живем, отмечено сложными неоднознач-
ными процессами. С одной стороны, растет население планеты.
В развитых странах увеличивается продолжительность жизни, раз-
вертывается научно-техническая революция, позволяющая нам не
только значительно облегчить наш труд, но и выйти в открытый
космос, проникнуть в глубины мироздания; возникла мировая
система социализма, ликвидирована система колониального гос-
подства, и новые, развивающиеся страны приобщаются к социаль-
ным и научно-техническим достижениям современной цивилиза-
ции. С другой стороны, в мире в ужасающих размерах накапли-
ваются средства массового уничтожения, истощаются природные
ресурсы, загрязняется отходами производственной деятельности
наша среда обитания. В общем, перед человечеством встает ряд
глобальных проблем, требующих срочного разрешения. Конечно,
в это дело вносят свою лепту и искусство, и мораль, и политика,
и право. Но самые большие надежды общество возлагает на нау-
ку. Ведь разработка новейшей технологии, облегчающей труд и
повышающей его производительность, использование новых ви-
дов энергии, повышение продуктивности сельского хозяйства,
создание лекарств и улучшение быта — все это связано с новей-
шими научными открытиями и их внедрением в производство.
В то же время именно науке непрерывно предъявляются серьез-
ные обвинения. Техника разрушает окружающую природу, мощ-
ные ЭВМ грозят в будущем вытеснить и заменить человека во
многих сферах деятельности, внедрение научных методов в уп-
равление и технологию обезличивает общество и делает простого
человека придатком научной элиты — таковы некоторые из этих
обвинений. Так что же такое наука? Зло или добро? Несет ли она
гибель или спасение человечеству? Какую же роль она играет в
современном обществе и какую сможет играть в будущем? Вот те
вопросы, без ответа на которые философский анализ современ-
ности был бы слишком отвлеченным, оторванным от реальной
жизни.

307

1. РАЗВИТИЕ НАУКИ
И РАЗВИТИЕ ОБЩЕСТВА

Естествознание нового времени начало бурно развиваться в
XVII в., а на протяжении последующих столетий наращивало тем-
пы своего развития. И как раз на рубеже XVII и XVIII вв., когда
творили Ньютон, Лейбниц и другие корифеи наукм, английский
писатель Дж. Свифт создал сатирический образ лжеученых. Иро-
низируя над всеобщим увлечением наукой и стремлением соз-
дать многочисленные академии, он вкладывает в уста Гулливера
полный сарказма рассказ о стране Лалута. Лапутянский король и
его придворные погружены в бесплодные размышления о мате-
матике, музыкальной гармонии и космических явлениях. При этом
они не слышат и не замечают друг друга. Их математика годится
лишь для того, чтобы подавать к обеду баранью лопатку в форме
равностороннего треугольника, кусок говядины в форме ромба,
пудинг в форме круга и т. п. Портной снимает мерку при помощи
астрономического прибора — квадранта. Выкройку он делает с
помощью сложных математических вычислений. Но сшитое им
платье сидит весьма скверно. Лапутянские постройки кривобоки,
так как архитекторы и строители признают лишь отвлеченную
геометрию и презирают прикладную. Описывая академию наук
и имея при этом в виду в качестве прообраза крупнейший в то
время научный центр—Королевское общество Великобрита-
нии,— Свифт рисует галерею сплошных нелепостей. Ученых он
называет прожектерами. Ведь один из них пытается извлечь сол-
нечные лучи из огурцов, а затем использовать их для отопления
губернаторского дома. Другой изучает паутину, пытаясь приду-
мать новый вид ткани. Третий создает машину из табличек с напи-
санными словами, различных рычагов и проволоки, которая долж-
на, по его замыслу, заменить мыслящего человека, и т. д. Конеч-
но, образ науки, созданный Свифтом,— это гипербола, крайнее
преувеличение, И все же в нем сфокусировано общественное
мнение эпохи, которая в преддверии промышленного переворота
XVIII—XIX вв. рассматривала тогдашнюю науку как нечто абст-
рактное, далекое от жизни, не связанное с ее реальными пробле-
мами и не влияющее на нее, как забаву немногих, чудаковатых,
хотя и одаренных людей.

За время, отделяющее нас от этого периода, отноилпие чело-
века к науке и ее образ в его сознании в корне изменились. В наши
дни, как бы ни расходились мнения относительно пользы и вреда
науки, несомненно одно — почти никто не считает, что наука сто-
ит вне общества, что ее можно игнорировать как занятие чудаков
и прожектеров, далекое от острых социальных проблем. Что же
привело к этим глубоким изменениям в понимании и оценке
науки?

Хотя элементы философского и научного мышления можно
проследить во многих культурах Древнего Востока (Китай. Индия,
Вавилон, Eгипет), корни современной науки надо искать в Древней

308

Греции. Нобелевский лауреат академик Η. Η. Семенов отмечал:
«Совершенно особое место занимает культура Древней Греции.
Хотя имеется древнегреческая мифология, но нет древнегрече-
ской религии. И именно там это желание познать мир явилось
источником возникновения грандиозного здания древнегречес-
кой и вообще классической философии, которая заложила фун-
дамент последующего развития всей интеллектуальной культуры
Европы»'. Именно эта культура была источником современной
науки. Но, разумеется, не только она влияла на развитие и фор-
мирование науки.

Науку в целом можно рассматривать с трех точек зрения: как
особую систему знаний; как особую систему общественных орга-
низаций и учреждений, вырабатывающих, хранящих, распростра-
няющих и внедряющих эти знания; как особый вид деятельнос-
ти — систему научных исследований, удовлетворяющих особым
критериям и проводимых по своим особым правилам. Античная
наука развивалась, прежде всего откликаясь на определенные
материальные и духовные потребности общества. Она опиралась
на опыт математических и астрономических исследований, накоп-
ленный на Древнем Востоке и находивший применение в земле-
делии, строительстве, торговле и культовой деятельности. Но так
как в античном обществе наука была занятием лишь небольшой
части свободных людей, презиравших физический труд и считав-
ших его уделом рабов, сама мысль о связи науки с материальным
производством показалась бы древним грекам абсурдом. К тому
же те математические и астрономические знания, которыми они
располагали, были относительно ограниченны, просты и, несмот-
ря на огромное превосходство над научными познаниями вави-
лонских и египетских жрецов, недостаточны, чтобы найти приме-
нение на практике. Само мировоззрение греков, обожествлявших
природу, исключало возможность активного экспериментирова-
ния. Поэтому греки искали применение своим научным и фило-
софским достижениям главным образом в развитии абстрактной
математики, в рассуждениях о моральном совершенстве и улуч-
шении государственного строя. Это особенно характерно для тру-
дов Сократа, Платона, Аристотеля и мыслителей эпохи эллинизма.

Разложение рабовладельческого общества, нашествие варвар-
ских племен, распространение христианства, враждебного языче-
ству древних греков и римлян, привели к тому, что в Европе раз-
витие научного познания оказалось приостановленным на не-
сколько столетий. Лишь благодаря тому, что элементы греческой
культуры были усвоены и развиты учеными арабского средневе-
ковья, образованные европейцы, познакомившиеся с арабской
культурой благодаря крестовым походам и последующему тор-
говому и культурному обмену, вновь получили возможность про-
должить традиции античности. Но все это произошло уже в пери-

1 Семенов Η. Η. Наука и общество, м., 1931. С, 445.

309

од позднего средневековья при складывавшихся новых общест-
венных условиях.

Засилье средневекового христианства, конечно, не означало
абсолютного застоя мысли. В средневековых университетах и мо-
настырских библиотеках закладывались очаги новой европейской
культуры. В бесконечных схоластических диспутах о бытии бога,
сущности ангелов и природе греха развивались искусство спора,
умение доказывать, ставить и обсуждать проблемы. Пока эти дис-
куссии касались религиозных проблем, они лишь косвенно содей-
ствовали прогрессу науки. Но уже в эпоху средневековья среди
алхимиков и ремесленников появляются люди, начинающие ставить
эксперимент на одну доску с вербальными доказательствами. Да-
же такой крупный схоласт, как Альберт Великий (ок. 1193—1 280),
не был чужд лабораторному экспериментированию, хотя и алхи-
мическому по своим целям. А Р. Бэкон (ок. 1214 — ок. 1 294) пря-
мо утверждал, что эксперимент может дать больше, чем словес-
ные рассуждения. Однако он был лишь первой ласточкой, одиноч-
кой, и подвергся преследованиям со стороны церкви.

Эпоха Возрождения с ее преимущественным интересом к про-
блемам человека и его свободы содействовала развитию индиви-
дуального творчества и гуманитарного образования, но лишь в
конце этой эпохи, в XVI в., создались предпосылки для возникно-
вения и ускоренного развития новой науки. Сначала же шел необ-
ходимый процесс освоения и усвоения античного наследия и по-
тому новые научные идеи были крайней редкостью. Однако
общая атмосфера свободомыслия создавала все более благо-
приятные условия для их появления. Первым, кто сделал решаю-
щий шаг в создании нового естествознания, в котором преодоле-
валась противоположность абстрактной математики и конкретно-
го эмпирического наблюдения, был Николай Коперник.

На протяжении более тысячи лет, отделявших Клавдия Птоле-
мея от Коперника, арабские и европейские астрономы накопили
множество фактов, расходившихся с математическими моделями
знаменитого александрийца. Однако геоцентрическая система не
могла рухнуть под давлением отдельных фактов. Будучи целост-
ной системой, она могла уступить место лишь другой, превосхо-
дящей ее системе. Великим философским достижением Копер-
ника было то, что он отчетливо это понял и противопоставил Пто-
лемею не только новую гелиоцентрическую модель, но и новую
философскую методологию. Хотя отчасти потребности в новой
астрономии диктовались практическими запросами (например,
необходимостью уточнить календарь), она возникла в основном
под влиянием развития внутренней логики науки и общей куль-
турной атмосферы эпохи Возрождения. Смелые дерзания стали в
конце концов знаменем эпохи и совершались везде — в искусст-
ве, в политике, в религиозной реформации и в науке.