Философия. Основные идеи и принципы (стр. 5 )

В рамках европейской культурной традиции в эпоху средневе-
ковья складывается совсем другая картина мира. В отличие от ан-
тичной она статична, ее стержнем является бог, весь мир проник-
нут иерархическими структурами, основанными на соподчинении,
субординации низших высшим: архангелы подчиняются богу, ан-
гелы — архангелам, герцоги — королям и императорам, рядовые
бароны — графам, вассалы — сеньорам, подмастерья — масте-
рам, крепостные — владетельным сеньорам. Центральным для
этой картины является взаимодействие человеческой души и бо-
жественного начала, пассивной природы и божественного твор-
ческого промысла. Противодействие добра и зла, персонифици-
рованное в сложных взаимоотношениях бога и дьявола,— един-
ственный и реальный источник происходящих в мире изменений.
Рамки этой картины образуют акт творения мира и конец света,
а астрофизическая модель целиком определяется астрономиче-
скими представлениями Аристо—322 до н. э.) и Клавдия
Птолемея.

В период позднего средневековья, Возрождения и раннего
капитализма (XI11—XVI11 вв.) решающим фактором формирова-
ния картины мира было изобретение механических часов и созда-
ние разнообразных транспортных и производственных машин.
Весь мир начал представляться в виде огромного часового меха-
низма, созданного и заведенного великим часовщиком — богом.
Эти механистические представления были философски обосно-
ваны Р. Декартом (1596—1650). Ж. Ламетри (1709—1751) и П. Ка-

16

банис (1757—1808) распространили их на человека, рассматривая
его как чрезвычайно сложную машину. Б. Спиноза представлял
уже и процесс мышления как особую автоматическую деятель-
ность. Т. Гоббс и некоторые другие социальные мыслители XVII —
XVIII вв. пошли еще дальше, включив в механистическую картину
мира общество, понимавшееся ими как гигантский механический
агрегат взаимодействующих и борющихся социальных частиц —
человеческих индивидов.

Мы живем в эпоху формирования новой, сзерхсложной карти-
ны мира. Ее детали до сих пор не состыкованы. Для ее формиро-
вания используются современные знания о структуре Вселенной
и элементарных частиц, о кварках и глюонах, о двадцатишести-
мерном пространстве, сложнейшие биологические представле-
ния о природе живой материи, знания о законоллерностях общест-
венного развития и природе человеческого интеллекта. Связь
между деталями этой картины осуществляется посредством по-
нятия об информационных процессах, пронизывающих и связыва-
ющих природу, общество и мышление.

Каждая такая картина мира прямо или косвенно, более или
менее заметным образом влияет на поведение и историческую
судьбу как отдельных людей, так и целых народов, социальных
групп и сообществ. Ясно также, что ни одна из них не может быть
создана одним, даже выдающимся мыслителем, одним, хотя бы
и гениальным, «художником». «Художником» такой картины дол-
жно быть общество, точнее, все сообщество ученых: ведь совре-
менная картина мира является научной. Сам процесс создания
такой картины — процесс синтеза, стыковки, «объединения» и
«увязки» основных элементов и деталей может осуществляться
учеными разных специальностей. При этом важно понять, что по-
добный синтез не является собственной задачей ни одной отдель-
ной науки. Задача эта по самой природе своей философская.
В основе ее решения лежат глубинные стержневые отношения —
отношения человека к миру и мира к человеку. Окружающий нас
мир изучается сотнями различных наук: физикой, химией, биоло-
гией, социологией, геологией, астрономией, генетикой, информа-
тикой и т. д. Человек также является объектом изучения различ-
ных наук: антропологии, психологии, физиологии высшей нервной
деятельности, медицины и т. д. Его умственная деятельность изу-
чается логикой и психологией, а языковая деятельность — лингви-
стикой. Но отношение человека к миру и мира к человеку в каче-
стве специальной «своей собственной» проблемы не изучает ни
одна из этих наук. Данное отношение и составляет предмет фило-
софии, именно поэтому обоснование мировоззрения и синтез
картины мира, фиксирующей отношения между человеком и
окружающей средой, место человека во Вселенной и в обществе,
были и являются философской по своей природе задачей. Этот
вопрос Энгельс называл «великим», основным вопросом филосо-
фии, подчеркивая при этом, что в четкой форме, в виде жесткого
противопоставления сознания и материи, мышления и бытия он

17

был сформулирован и осмыслен лишь в новое время. Важно по-
нять, что, будучи основным, этот вопрос не является единствен-
ным вопросом, полностью определяющим все содержание фило-
софских запросов современности. В различные эпохи на передний
план могли выдвигаться другие вопросы: о соотношении единич-
ного и общего; эмпирического, чувственного и рационально-
логического познания, рационального и иррационального и т. д.,
в зависимости от того, какие именно виды человеческой деятель-
ности претерпевали наиболее радикальные преобразования в
данную эпоху и оказывали наибольшее влияние на судьбы людей,
нуждаясь в силу этого в наиболее глубоком и всестороннем фи-
лософском осмыслении.

С учетом этих рассуждений можно также четко и обоснованно
ответить на вопрос, зачем и почему философия, как особая фор-
ма духовной деятельности, нужна людям науки, искусства, деяте-
лям политики и педагогам. Неверно думать, будто бы философия
задает ориентиры художественной и научной деятельности, опре-
деляет цели искусств и науки, будто бы человек, не изучавший
специально философские трактаты, не в состоянии правильно
решать физические, химические, математические, социальные,
экономические или политические проблемы. Дело совсем в дру-
гом. Как мы выяснили, в решении всех социально значимых кон-
кретных задач большого масштаба, будь то задачи научные или
мировоззренческие, рано или поздно возникают философские
вопросы — вопросы, требующие выяснения того, как относится
человек к миру, какое место он в нем занимает, как он его позна-
ет, как он действует в этом мире. И независимо от того, осознает
ли ученый, художник или политический деятель, что эти вопросы
являются философскими, он, по существу, вынужден их обсуж-
дать, вникать в их сущность, разбираться в их содержании для то-
го, чтобы вернее и глубже решить свои собственные задачи, что-
бы точнее определить их место и значение в общем контексте
человеческой деятельности. Так как наличие сознания и созна-
тельной деятельности является наиболее очевидной, яркой, бро-
сающейся в глаза отличительной чертой человека, то все фило-
софские вопросы, возникающие в сфере науки, художественной
или общественно-политической деятельности, в сфере религии
или культуры, рано или поздно принимают форму вопроса об
отношении сознания, мышления как специфической человеческой
черты к окружающему миру, т. е. ко всему, что не является соз-
нанием, включая природу и общество.

Вспомним теперь примеры 1—7. Общим для них как раз и
является присутствие вопросов об отношении сознания к окру-
жающему миру. Как относятся математические структуры и физи-
ческие понятия к объективным физическим процессам? Являются
ли историческая закономерность и случайность чем-то незави-
сящим от человека, или они результат нашего подхода к истории?
Являются ли возмездие и справедливость фактами истории, или
же это продукты нашей интерпретации исторических событий?

18

Порождено ли наше представление о месте человека в мире не-
полнотой знаний, или же мы располагаем на этот счет окончатель-
ным, абсолютно достоверным знанием? Эти и подобные им во-
просы оказываются как бы нанизанными на основной вопрос фи-
лософии.

В отличие от высших животных, обладающих простейшими
предметно-ориентационными знаниями о внешнем мире, человек
не только располагает качественно иными знаниями, несопо-
ставимо более глубокими и большими по обьему, но и уникаль-
ной способностью размышлять и думать о собственных знаниях,
анализировать и совершенствовать их. Знания об окружающем
мире выступают как сознание. Размышления же и анализ созна-
ния представляют собой самосознание. Каждый человек з боль-
шей или меньшей степени обладает самосознанием и соответст-
вующей способностью думать о себе, разбираться в своих психи-
ческих, духовных, интеллектуальных состояниях. В общественном
плане, в масштабе всего общества, в масштабе культуры эту роль
выполняет философия. Недаром с самого начала она выступала
как критический анализ и творческое совершенствование мудро-
сти, т. е. суммарного и наиболее ценного, общественно значимого
опыта людей, их общественного сознания. Философия, следова-
тельно, выполняет совершенно уникальную функцию — функцию
социального самосознания, и именно поэтому она оказывается
духовной квинтэссенцией своей эпохи. Эту функцию не выполняет
никакая другая форма духовной деятельности людей. Ею не за-
нимается и наука, ибо науки, порознь и вместе взятые, решают не
менее важные, но другие задачи.

Ф. Энгельс выделял в основном вопросе философии две сто-
роны. Рассматривая отношение сознания к внешнему миру исто-
рически, философы стремились понять, что является первичным,
определяющим: сознание или внешний по отношению к нему ма-
териальный мир? Те из них, которые в силу различных обстоя-
тельств считали, что сознание представляет собой продукт видо-
изменения или развития внешнего мира, что оно возникает лишь
на определенном этапе развития или представляет собой резуль-
тат взаимодействия различных материальных явлений, назывались
материалистами (от лат. materia — вещество, первичное начало).
Философы, придерживавшиеся противоположных взглядов и по-
лагавшие, что сознание является первичным, изначальным, а
внешний мир вторичным, назывались идеалистами, и притом
объективными, так как признавали наличие какого-то универ-
сального, например божественного, сознания, изначальных идей,
существовавших вне и независимо не только от материи, но и от
сознания человека. Последнее рассматривалось лишь как частное
проявление объективного мирового сознания. Особую разновид-
ность идеализма представляет субъективный идеализм, утвер-
ждающий невозможность доказать ни существование материи,
ни существование объективного мирового сознания, духа, идей и
полагающий, что точно и без всяких сомнений можно признать