Философия. Основные идеи и принципы (стр. 72 )

Новое естествознание, представленное Коперником, Кепле-
ром, Галилеем, Ньютоном, Гюйгенсом и другими учеными, с
одной стороны, было тесно связано с экспериментом, а с дру-
гой — облекало свои знания в математическую форму. Увлечение
математикой не обошло стороной и общественные науки, пред-
ставители которых нередко пытались создавать механистиче-
ские модели общества. Несмотря на их крайнюю примитивность,
эти модели все же привлекали интерес широких кругов ученых
и философов к вопросу об источниках математического знания,
о взаимосвязях математических доказательств и научных экспери-
ментов. Все это привело к тому, что в XVII в. сложилось два фи-
лософских направления: рационализм (Декарт, Спиноза, Лейб-
ниц) и эмпиризм (Ф. Бэкон, Локк), по-разному понимавших
происхождение и сущность познания.

Крупнейший представитель рационализма Декарт утверждал,
что основные разумные идеи заложены в душе человека богом.
Этим, кстати, роль последнего и ограничивалась. Человек усмат-

262

ривает эти идеи «внутренним» зрением (интуицией) в силу их
отчетливости и ясности. Пользуясь, далее, точно сформулиро-
ванным методом и правилами логики, он выводит из этих идей
все остальные знания. Опыт же служит для подтверждения и
установления соответствия полученных знаний материальным
объектам и их свойствам. Спиноза. пошел еще дальше, утверждая,
что структура знаний такая же, как и структура мира. Крайнее
выражение принцип рационализма нашел у Лейбница, который
считал, что соответствие знаний внешнему миру гарантировано
извечной предустановленной гармонией. Ее установлением и
ограничивается исходная роль творца.

Рационализм отчасти отражал действительные особенности
естественнонаучного и математического познания своего вре-
мени. Аксиоматическая геометрия Евклида казалась тогда идеа-
лом построения любой науки. И поэтому рационалисты всемерно
подчеркивали значение выводного логического знания. Напротив,
эмпиризм был попыткой ответить на вопрос, не решенный рацио-
налистами: как и откуда берется знание о реальном изменчивом
чувственно воспринимаемом мире, не совпадающем с чисто ма-
тематическими схемами и выводами. Ф. Бэкон считал, что оно
возникает как результат обобщения и сравнения присутствия или
отсутствия изучаемых свойств (например, тепла) в различных
экспериментальных ситуациях. Причем единственным и основным
источником знания являются ощущения, а разум лишь анализи-
рует и систематизирует их. У Локка этот тезис развивается еще
в рамках философского материализма. Но уже Беркли и Юм
делают из него идеалистические выводы. Раз единственным ис-
точником знания являются ощущения, то невозможно знать,
существует ли что-либо за их пределами. А поэтому логично
допустить, что материи вообще нет (Беркли) или что мы не можем
познать ничего, кроме ощущений; постановка вопроса о внешнем
мире просто не может быть научно обоснована и опирается на
привычку (Юм).

Несмотря на то что каждое из этих направлений схватывало
и отражало какие-то действительные моменты познания, ни одно
из них не давало верной картины целого.

Кант и Гегель тоже не смогли преодолеть эту односторон-
ность. Кант пытался ответить на вопрос, каким образом матема-
тика, опирающаяся на чистую логику, может быть применена к
естествознанию, опирающемуся на наблюдение и эксперимент.
Время и пространство, считал он, существуют в нашем сознании
независимо от всякого опыта. Вместе с тем они (время и прост-
ранство) трансцендентальны, т. е. являются доопытными (априор-
ными) условиями и предпосылками опыта. Именно поэтому
арифметика и алгебра, возникающие на основе идеи времени,
и геометрия — на основе идеи пространства, могут применяться
к эмпирическому знанию. Это знание систематизируется и упоря-
дочивается с помощью основных двенадцати категорий, характе-
ризующих вещи с точки зрения их количества или качества,

263

конечности и бесконечности, множественности и единственности,
причинных взаимодействий, возможности, случайности, необхо-
димости и т. п. Полученные в результате знания дают сведения
о явлениях, внешней чувственной стороне, а внутренняя сторона,
сущность или «вещь в себе», по терминологии Канта, недоступна
рассудку и может быть постигнута лишь высшим разумом, кото-
рый не нуждается ни в каком опыте и является поэтому, как
утверждал Кант, трансцендентным, т. е. опирающимся на веру
и высшее знание, не зависящее от наблюдения и эксперимента.
Кант для постижения «вещи в себе» отводил известное место
творческому воображению. Но ответить на вопрос о том, как
строится знание об объективных законах мира («вещах в себе»),
он так и не смог. Неясно оставалось также, откуда берутся сами
априорные формы и категории. Гегель попытался преодолеть
эти противоречия, подчеркивая, что любое знание есть результат
развития. Оно возникает, изменяется под воздействием внутрен-
них противоречий и даже превращается в свою противополож-
ность. Но так как развивается лишь познание и общество, а при-
рода после акта творения неизменна, то вопрос о соответствии
знаний объективному физическому миру оказывался неразре-
шимым. Большим достижением Гегеля было понимание того,
что познание связано с деятельностью человека, хотя в его фи-
лософии она ограничивалась лишь духовной сферой.

2. СТРУКТУРА И ПРОЦЕСС ПОЗНАНИЯ

Основные положения теории познания диалектического мате-
риализма таковы:

1. Непосредственной действительностью мысли (познания)
является язык. Но структуры познания непосредственно не совпа-
дают со структурой действительности (как думал Спиноза). Это
совпадение или соответствие опосредствовано деятельностью
человека и прежде всего предметно-практической деятель-
ностью.

2. Язык есть форма выражения и фиксации знаний. Но струк-
тура языка не совпадает полностью со структурой знания, а тем
более со структурой действительности (как утверждал Л. Витген-
штейн в «Логико-философском трактате»).

3. Знания могут быть поняты, если их рассматривают в
процессе возникновения, развития и усложнения, а не только как
некий «готовый», завершенный феномен (как это делали почти
все предшественники К. Маркса, исключая разве Гегеля).

4. Знания, даже самые отвлеченные (например, математиче-
ские), в конечном счете социально обусловлены. Их содержание
определяется не только свойствами отражаемых объектов и спе-
цификой познающего субъекта, но и различными групповыми,
профессиональными, сословными, кастовыми, классовыми и в
широком смысле идеологическими установками и интересами.
(Этим, кстати, объясняется и то, почему новаторов в области

264

познания часто преследовали — «сжигали на кострах и распина-
ли», говорил Фауст.)

5. Основная функция знания есть отражение объективного
мира, человека и формирование правил деятельности.

Насколько важны эти положения, мы увидим, анализируя
те самые шесть предложений-примеров, которые приведены в
предыдущем параграфе. Что знают люди, произносящие первые
два предложения? Они знают смысл понятий (т. е. слов или слово-
сочетаний) «станок», «деталь», «выточить», «программа», «ЭВМ»,
«пролог», «лисп» и т. п. Это значит, что в огромном скоплении
разнообразных явлений и процессов они могут точно выделить
(распознать) вещи или виды деятельности, обозначаемые этими
понятиями. Кроме того, они знают правила, о которых явно не
говорится в данных предложениях, а именно правила, регули-
рующие деятельность токаря, вытачивающего деталь, или мате-
матика, составляющего программу. Наконец, они в состоянии
выполнить соответствующие действия (операции и процедуры)
с заготовками деталей, со станками, с математическими симво-
лами и т. п.

Теперь можно сделать интересный вывод. Хотя оба вида
знаний относятся к группе «как», они содержат в то же время
сведения (знания) о существенных признаках вещей, процессов,
без чего люди не могли бы распознавать предметы, необходи-
мые для осуществления деятельности. Следовательно, такие зна-
ния принадлежат одновременно и к группе «что».

Посмотрим теперь на примеры 4, 5 и 6. С первого взгляда
это типичные образцы группы «что», особенно четвертый пример.
Но в действительности врач, знающий, что такое малярия и стресс,
не только умеет выделять симптомы этих заболеваний, не только
знает, что возбудителем малярии является особый микроорга-
низм — малярийный плазмодий, а причиной стресса — опреде-
ленные перегрузки, вызывающие бурную реакцию особых желез,
действующих на центральную нервную систему, но и должен
уметь производить определенные действия, чтобы проанализиро-
вать кровь больного и точно подтвердить свой диагноз. Он дол-
жен уметь осуществлять практические физико-химические
операции по распознаванию микроорганизмов, классификации
гормонов и т. п. В примерах 5 и 6 имеется своеобразный сплав
знаний «что» и «как». Физик и домашняя хозяйка, хотя и стоят на
разных уровнях познания, должны, отвечая на вопрос, что такое
спин или бифштекс, уметь измерить данные явления (физик) или
изготовить его (домашняя хозяйка). Теперь понятно, почему
классификация Г. Райла является лишь самым первым и довольно
грубым приближением. Мы приходим к важному заключению,
что все виды знания имеют более или менее тесное отношение
к миру материальных объектов, причем отношение не прямое, а
опосредствованное. Посредник, который связывает языковую
оболочку знаний (непосредственную действительность мысли) с
внешним миром,— это активная преобразующая деятельность

265

людей, деятельность предметно-практическая. То, что действия
или деятельность входит в структуру знания, является величай-
шим открытием диалектического материализма и подчеркнуто
в словах К. Маркса о том, что первоначально мышление «впле-
тено» в практическую деятельность.

В результате структуру знания можно (правда, весьма упро-
щенно) представить так: