Россия и Америка на глобальной шахматной доске (стр. 21 )

В ка­че­ст­ве един­ст­вен­но­го гео­стра­те­ги­че­ско­го вы­бо­ра для Рос­сии, ко­то­рый дал бы ей воз­мож­ность иг­рать ре­аль­ную роль на ме­ж­ду­на­род­ной аре­не, Бже­зин­ский пред­ла­га­ет раз­ви­тие от­но­ше­ний с Ев­ро­пой, но не про­сто Ев­ро­пой, а «транс­ат­лан­ти­че­ской Ев­ро­пой с рас­ши­ряю­щи­ми­ся ЕС и НА­ТО», ко­то­рая бу­дет «тес­но свя­за­на с Аме­ри­кой». Ина­че, по его мне­нию, Рос­сии гро­зит «опас­ная гео­по­ли­ти­че­ская изо­ля­ция». Вновь и вновь хо­чет он до­ка­зать, что «Аме­ри­ка в на­стоя­щее вре­мя вы­сту­па­ет в ро­ли ар­бит­ра для Ев­ра­зии, при­чем нет ни од­ной круп­ной ев­ра­зий­ской про­бле­мы, ре­шае­мой без уча­стия Аме­ри­ки или враз­рез с ин­те­ре­са­ми Аме­ри­ки».[72] При этом при­ме­ня­ет­ся в раз­лич­ных ва­ри­ан­тах «си­ло­вая» ар­гу­мен­та­ция: «Ни од­но го­су­дар­ст­во — на­ция, ве­ро­ят­но, не смо­жет срав­нять­ся с Аме­ри­кой в че­ты­рех глав­ных ас­пек­тах си­лы (во­ен­ном, эко­но­ми­че­ском, тех­ни­че­ском и куль­тур­ном), ко­то­рые в со­во­куп­но­сти и оп­ре­де­ля­ют ре­шаю­щее по­ли­ти­че­ское влия­ние в ми­ро­вом мас­шта­бе».[73] Осо­бен­но под­чер­ки­ва­ет­ся вы­пол­не­ние Со­еди­нен­ны­ми Шта­та­ми сво­ей по­ли­ти­ки «пу­тем осу­ще­ст­в­ле­ния ма­ни­пу­ля­ций и дей­ст­вий, обес­пе­чен­ных аме­ри­кан­ски­ми во­ен­ны­ми ре­сур­са­ми».[74]

При рас­су­ж­де­нии о ны­неш­ней сла­бо­сти Рос­сии, г-ну Бже­зин­ско­му бы­ло бы по­лез­но вспом­нить не­ко­то­рые фраг­мен­ты из ми­ро­вой ис­то­рии ХХ ве­ка. Ис­то­рия мно­го­му учит, в осо­бен­но­сти, ес­ли доб­ро­со­ве­ст­но от­но­сить­ся к ее уро­кам. А они, в ча­ст­но­сти, та­ко­вы, что в ре­зуль­та­те ве­ро­лом­но­го не­ожи­дан­но­го на­па­де­ния на на­шу стра­ну на­ча­лась са­мая круп­ная в ис­то­рии вой­на. Ана­ли­зи­руя в то вре­мя об­ста­нов­ку, Вер­хов­ный Глав­но­ко­ман­дую­щий ­лин от­ме­чал, что в на­ча­ле вой­ны Со­вет­ский Со­юз по­тер­пел ряд не­удач, а гит­ле­ров­ская Гер­ма­ния, рас­счи­ты­вая на не­проч­ность об­ще­ст­вен­но­го строя СССР, не­проч­ность его ты­ла, сла­бость воо­ру­жен­ных сил, низ­кий мо­раль­ный дух на­ро­да, от­сут­ст­вие у не­го во­ли к по­бе­де, рас­счи­ты­ва­ла за­кон­чить вой­ну по­бе­до­нос­ным блиц­кри­гом. Рас­че­ты эти не оп­рав­да­лись. Не­уда­чи на­ши объ­яс­ня­лись, кста­ти, от­сут­ст­ви­ем вто­ро­го фрон­та (вот ко­гда вме­ша­тель­ст­во США в де­ла Ев­ра­зии бы­ло бы кста­ти!), не­дос­тат­ком тан­ков и авиа­ции (а вой­на в то вре­мя уже но­си­ла ха­рак­тер вой­ны мо­то­ров), мо­ло­до­стью и не­дос­та­точ­ной опыт­но­стью со­вет­ских воо­ру­жен­ных сил, ко­то­рые сра­жа­лись про­тив кад­ро­вых ар­мии и фло­та, уже про­шед­ших гор­ни­ло сра­же­ний. Но уже в на­ча­ле 1942 го­да ста­ло яс­но, что у гит­ле­ров­цев не ста­ло то­го во­ен­но­го пре­иму­ще­ст­ва, с ко­то­рым они на­ча­ли свою аг­рес­сию. Мо­мент ве­ро­лом­ст­ва, вне­зап­но­сти и не­ожи­дан­но­сти ока­зал­ся пре­хо­дя­щим и ско­ро ис­чер­пал се­бя; об­на­ру­жи­лась и ил­лю­зор­ность рас­че­тов на во­ен­ную и эко­но­ми­че­скую сла­бость про­тив­ни­ка. И это при том, что гит­ле­ров­ской Гер­ма­нии уда­лось ис­поль­зо­вать в вой­не про­из­во­ди­тель­ные си­лы всей Ев­ро­пы и до­воль­но зна­чи­тель­ные ар­мии сво­их вас­саль­ных го­су­дарств. Уже чет­вер­тый год вой­ны (1944 год) оз­на­ме­но­вал­ся ус­пе­ха­ми про­мыш­лен­но­сти, сель­ско­го хо­зяй­ст­ва, транс­пор­та, подъ­е­мом во­ен­но­го хо­зяй­ст­ва СССР. На чет­вер­том го­ду тя­же­лей­шей вой­ны на­ши за­во­ды про­из­во­ди­ли тан­ков, са­мо­ле­тов, ору­дий, ми­но­ме­тов, бо­е­при­па­сов в не­сколь­ко раз боль­ше, чем в ее на­ча­ле. Эко­но­ми­че­ская ос­но­ва Со­вет­ско­го го­су­дар­ст­ва ока­за­лась не­срав­нен­но бо­лее жиз­не­спо­соб­ной, чем эко­но­ми­ка вра­же­ских го­су­дарств. Не­смот­ря на ог­ром­ные по­те­ри она дос­тиг­ла ве­ли­чай­ших тем­пов рас­ши­рен­но­го вос­про­из­вод­ст­ва. Ва­ло­вая про­дук­ция про­мыш­лен­но­сти в вос­точ­ных рай­онах стра­ны, ку­да бы­ли эва­куи­ро­ва­ны важ­ней­шие про­из­вод­ст­ва из ее за­пад­ной час­ти (где до вой­ны про­из­во­ди­лось 33% всей про­мыш­лен­ной про­дук­ции стра­ны) уве­ли­чи­лась в 1944 го­ду в 2,8 раза по срав­не­нию с 1940 мир­ным го­дом, а про­дук­ция во­ен­ной про­мыш­лен­но­сти вы­рос­ла в 6,6 раза. И это при том, что 6,6% про­мыш­лен­но­го про­из­вод­ст­ва стра­ны во вре­мя вой­ны бы­ло раз­ру­ше­но или ос­та­нов­ле­но.[75]

Г-н Бже­зин­ский по­ла­га­ет, что ны­неш­нее ос­лаб­ле­ние и не­ста­биль­ность Рос­сии и со­от­вет­ст­вен­но Ев­ра­зии по­зво­лит Аме­ри­ке в те­че­ние бо­лее 30 лет со­хра­нять ста­тус пер­вой дер­жа­вы ми­ра, ибо ни­кто его не ос­ме­лит­ся ос­па­ри­вать. Вряд ли серь­ез­ный ана­ли­тик мо­жет ут­вер­ждать, что на­род, со­вер­шив­ший опи­сан­ный вы­ше ве­ли­кий под­виг, при­чем в ус­ло­ви­ях мно­го­крат­но бо­лее труд­ных, чем се­го­дня, 30 лет бу­дет сми­рен­но до­воль­ст­во­вать­ся ро­лью маль­чи­ка для би­тья в ра­зыг­ры­вае­мой гео­по­ли­ти­че­ской пар­тии, со­гла­сит­ся с ро­лью млад­ше­го парт­не­ра и бу­дет дей­ст­во­вать по указ­ке ЕС и НА­ТО, об­ла­дая при этом ог­ром­ны­ми по­тен­ция­ми в сфе­ре эко­но­ми­ки и во­ен­но­го де­ла.

При­во­дя при­ме­ры, мы от­нюдь не со­би­ра­ем­ся идеа­ли­зи­ро­вать со­вет­ский строй, ком­му­ни­сти­че­скую идео­ло­гию, пар­тий­но-го­су­дар­ст­вен­ное ру­ко­во­дство то­го вре­ме­ни. Эти при­ме­ры про­сто очень убе­ди­тель­ны в смыс­ле срав­не­ния раз­лич­ных гео­стра­те­гий, ил­лю­зор­но­сти аван­тюр­ных рас­че­тов, фак­то­ров, ко­то­рые оп­ре­де­ля­ют ре­аль­ную, а не мни­мую си­лу в гео­стра­те­ги­че­ской борь­бе. Аб­ст­ра­ги­ру­ясь от идей­но-по­ли­ти­че­ских при­стра­стий, мы да­же вы­ска­жем свое доб­рое от­но­ше­ние к «аме­ри­кан­ско­му идеа­лиз­му», о ко­то­ром пи­шет З. Бже­зин­ский. В Рос­сии с ог­ром­ным ува­же­ни­ем от­но­сят­ся к идеа­лам, про­воз­гла­шен­ным в Дек­ла­ра­ции не­за­ви­си­мо­сти, при­ня­той в пе­ри­од вой­ны за не­за­ви­си­мость в Се­вер­ной Аме­ри­ке, иде­ям вы­даю­щих­ся пред­ста­ви­те­лей аме­ри­кан­ско­го Про­све­ще­ния Б. Франк­ли­на и Т. Джеф­фер­со­на, дея­тель­но­сти глав­но­ко­ман­дую­ще­го аме­ри­кан­ски­ми вой­ска­ми в вой­не за не­за­ви­си­мость, став­ше­го пер­вым пре­зи­ден­том США, Дж. Ва­шинг­то­на и мно­гих дру­гих вы­даю­щих­ся лю­дей Аме­ри­ки. Спра­вед­ли­во­сти ра­ди от­ме­тим, что в ос­но­ву Дек­ла­ра­ции не­за­ви­си­мо­сти бы­ли по­ло­же­ны прин­ци­пы, сфор­ми­ро­ван­ные ра­нее во­ж­дя­ми анг­лий­ской ре­во­лю­ции, а так­же фран­цуз­ски­ми эн­цик­ло­пе­ди­ста­ми. Б. Франк­лин уча­ст­во­вал в за­клю­че­нии Аме­ри­ка­но-фран­цуз­ско­го до­го­во­ра 1778 го­да и Вер­саль­ско­го мир­но­го до­го­во­ра 1783 го­да, по ко­то­ро­му Ве­ли­ко­бри­та­ния при­зна­ла не­за­ви­си­мость США. В 1789 г. этот вы­даю­щий­ся уче­ный был из­бран по­чет­ным чле­ном Рос­сий­ской Ака­де­мии на­ук.

По­бе­ду аме­ри­кан­цев в борь­бе за не­за­ви­си­мость обес­пе­чи­ло как раз дей­ст­вие тех объ­ек­тив­ных фак­то­ров, о ко­то­рых бы­ло ска­за­но и с ко­то­ры­ми не име­ет ни­че­го об­ще­го из­ла­гае­мая З. Бже­зин­ским стра­та­ге­ма. Рус­ский пат­рио­тизм, ко­то­рый явил­ся од­ним из важ­ней­ших фак­то­ров, обу­сло­вив­ших гео­стра­те­ги­че­ские по­бе­ды и под­ви­ги рус­ско­го на­ро­да, нис­коль­ко не от­ри­ца­ет столь цен­ное ка­че­ст­во аме­ри­кан­цев, как их де­ло­ви­тость, ко­то­рая яв­ля­ет­ся про­ти­во­яди­ем про­тив ре­во­лю­ци­он­но­го фра­зер­ст­ва и пус­то­по­рож­не­го про­жек­тер­ст­ва. Не ме­ша­ло бы эти цен­ные ка­че­ст­ва при­ме­нить З. Бже­зин­ско­му к сво­ей по­ли­то­ло­ги­че­ской дея­тель­но­сти и вспом­нить о том, что в ис­то­рии Со­еди­нен­ных Шта­тов, как у ка­ж­до­го го­су­дар­ст­ва, бы­ли свои мрач­ные и тя­же­лые вре­ме­на. Бы­ли вой­ны, бы­ла «ве­ли­кая де­прес­сия», ко­гда в США чис­ло без­ра­бот­ных дос­тиг­ло 17 млн. че­ло­век, ко­гда мил­лио­ны стоя­ли пе­ред уг­ро­зой го­лод­ной смер­ти, а за­во­ды и фаб­ри­ки без­дей­ст­во­ва­ли и фер­ме­ры за­ды­ха­лись от кри­зи­са пе­ре­про­из­вод­ст­ва. Но­вые вре­ме­на тре­бо­ва­ли но­вых идей. Имен­но в это вре­мя в США вы­даю­щие­ся дея­те­ли нау­ки и куль­ту­ры вы­пус­ти­ли ма­ни­фест «Куль­ту­ра и кри­зис», в ко­то­ром, по су­ще­ст­ву, пред­ла­га­ли сверг­нуть сис­те­му, от­вет­ст­вен­ную за кри­зи­сы и реа­ли­зо­вать иде­ал, к ко­то­ро­му стре­мил­ся Со­вет­ский Со­юз. А ка­та­ст­ро­фа на­рас­та­ла, к 1933 го­ду в США за­кры­лось свы­ше 5 ты­сяч бан­ков. «Но­вый курс» но­во­го пре­зи­ден­та Руз­вель­та вы­вел стра­ну из кри­зи­са. Но в чем толь­ко его не об­ви­ня­ли: и в том, что он хо­чет вне­дрить в США «рус­ские идеи», и в со­циа­лиз­ме, и в ком­му­низ­ме, и да­же в боль­ше­виз­ме. Но Руз­вельт был не толь­ко по­сле­до­ва­тель­ным сто­рон­ни­ком, но и за­щит­ни­ком ка­пи­та­ли­сти­че­ской сис­те­мы. Бу­ду­чи про­ни­ца­тель­ным че­ло­ве­ком и ви­дя, что мир всту­па­ет в опас­ный пе­ри­од как в Ев­ро­пе, так и в Азии, он вы­сту­пил за вос­ста­нов­ле­ние ди­пло­ма­ти­че­ских от­но­ше­ний с СССР, зая­вив: «Два ве­ли­ких на­ро­да — Аме­ри­ка и Рос­сия — долж­ны под­дер­жи­вать нор­маль­ные от­но­ше­ния».[76]

Фе­но­мен ­вель­та весь­ма зна­ме­на­те­лен. Пе­ред ли­цом гроз­ных по­тря­се­ний, пред­ве­щав­ших со­ци­аль­ную ре­во­лю­цию, по­яв­ле­ние дик­та­ту­ры или крах су­ще­ст­вую­щей сис­те­мы, Руз­вельт по­шел на сме­лые ме­ры, встре­чен­ные не­од­но­знач­но, но ото­дви­нув­шие уг­ро­зу его об­ще­ст­ву. Он по­нял, что со­ци­аль­но-эко­но­ми­че­ские от­но­ше­ния в нем зна­чи­тель­но из­ме­ни­лись по срав­не­нию с ран­ним ка­пи­та­лиз­мом[77] и что не­об­хо­ди­мо пре­об­ра­зо­вать не­ко­то­рые преж­ние его чер­ты, ис­поль­зуя дос­ти­же­ния Со­вет­ской Рос­сии, в ча­ст­но­сти, со­ци­аль­ные га­ран­тии и об­ще­ст­вен­ное ре­гу­ли­ро­ва­ние про­из­вод­ст­ва. Луч­шим по­ка­за­те­лем эф­фек­тив­но­сти «Но­во­го кур­са» яви­лось то, что аме­ри­кан­цы че­ты­ре­ж­ды из­би­ра­ли Руз­вель­та сво­им пре­зи­ден­том. Этот при­мер сви­де­тель­ст­ву­ет о том, что ни од­на стра­на не мо­жет об­ла­дать мо­но­по­ли­ей на идеи, счи­тать свои идеа­лы един­ст­вен­но пра­виль­ны­ми. А раз­ве Аме­ри­ка, не толь­ко во вре­ме­на сво­ей ре­во­лю­ции, но и в но­вей­шей ис­то­рии, не ис­поль­зо­ва­ла идеи и та­лан­ты пред­ста­ви­те­лей Ев­ро­пы и Азии, ко­то­рые по­мо­га­ли аме­ри­кан­цам и бо­гат­ст­ва свои ко­вать и со­вре­мен­ные воо­ру­же­ния, в том чис­ле ра­кет­но-ядер­ные, соз­да­вать? Рус­ские — Си­кор­ский, Зво­ры­кин, Ле­он­ть­ев, Рах­ма­ни­нов, На­бо­ков и мно­гие дру­гие вне­сли не­ма­лый вклад в аме­ри­кан­ский на­уч­но-тех­ни­че­ский про­гресс, ин­тел­лек­ту­аль­ную и ду­хов­ную жизнь Аме­ри­ки. Все это го­во­рит в поль­зу то­го, что го­раз­до пло­до­твор­нее вес­ти борь­бу не за гос­под­ство, где бы то ни бы­ло, в том чис­ле и в Ев­ра­зии, а ре­шать вме­сте все но­вые про­бле­мы ми­ра и безо­пас­но­сти, гло­баль­ные про­бле­мы, ко­то­рые все боль­ше тре­во­жат че­ло­ве­че­ст­во. При­чем ре­шать воз­ни­каю­щие гло­баль­ные про­бле­мы не си­ло­вы­ми прие­ма­ми, а кон­ст­рук­тив­ным и рав­но­прав­ным со­труд­ни­че­ст­вом.