Партнерка на США и Канаду по недвижимости, выплаты в крипто
- 30% recurring commission
- Выплаты в USDT
- Вывод каждую неделю
- Комиссия до 5 лет за каждого referral
Сейчас много говорится о совместных действиях, об участии или неучастии тех или иных стран в антитеррористических операциях. Обстановка в мире такова, что происходит проверка на прочность договоров и договоренностей, союзов и коалиций, принципов и концепций. Стойкость друзей и союзников обычно испытывается на крутых поворотах истории, особенно если речь идет о войне. Изучение международный прессы показывает, что позиция арабских стран не совпадает с американской в целях и формах проведения возможной акции возмездия. Эти страны призывают Вашингтон к «разумному и взвешенному» подходу к борьбе с терроризмом, использованию не только силовых методов. Саудовская Аравия лишь после заметных колебаний выполнила главное требование Вашингтона, озвученное госсекретарем США К. Пауэллом — разорвать отношения с движением «Талибан». Такое поведение арабского королевства, считавшегося одним из самых надежных партнеров США, не на шутку встревожило американскую администрацию, которая, вознамерившись вести антитеррористическую войну, все больше нуждается в союзниках, базах, новых источниках разведданных. В такой обстановке поведение Саудовской Аравии явилось для нее «ушатом холодной воды». Ведь здесь базируется крупная американская группировка. Эта страна рассматривалась как один из главных плацдармов для авиаударов по талибам. Однако власти Эр-Рияда, опасаясь возмущения радикальных исламистов внутри королевства, проявили неожиданное упорство: переговоры о предоставлении американским бомбардировщикам саудовского воздушного пространства шли очень тяжело. Режим короля Фахда оказался гораздо более капризным и непредсказуемым союзником, чем надеялись в Вашингтоне. Потребность срочно искать «запасные аэродромы» встала у него на повестку дня. Что касается Пакистана, то президент этой страны Мушарраф пока (с точки зрения США) ведет себя безукоризненно. И базы, и воздушное пространство американцам предоставлены. Но эта сговорчивость может дорого обойтись генералу Мушаррафу. Пакистанские исламисты бунтуют, антиамериканские демонстрации привели к жертвам. А тут еще новая «напасть» — серьезнейший конфликт с Индией в результате теракта в индийском парламенте.
Как заявила глава Духовного управления мусульман азиатской части России, «американская политика в отношении третьего мира действительно может привести мир к всеобщей катастрофе, когда униженные народы не захотят больше терпеть американо-европейский диктат... Ведь даже такие богатые страны, как Саудовская Аравия, Кувейт, Эмираты, испытывают к США громадную ненависть. Из этих стран идет финансирование терактов, и многие террористы, включая самого бен Ладена, родом оттуда. Эти страны могут стать одной из движущих сил третьей мировой войны».[86] По-видимому, американскому истеблишменту показалось выгодным переключить всю работу по манипулированию сознанием людей на поиск врага в мусульманском мире, для чего, действительно, у него есть основания. Но России совсем не выгодно, особенно учитывая ее евразийскую миссию, следовать в фарватере такой американской политики. Получилось же так, что теракты в США аукнулись в России обысками, посещениями квартир мусульман, исламских культурных и издательских центров, где были проведены тщательные проверки документов. СМИ запестрели сообщениями о возможном освобождении из-под стражи полковника Буданова, убившего чеченскую девушку, а до этого некоторые видные российские деятели выразили ему свою симпатию. В России проживает более 20 млн. мусульман, и внесение взаимной неприязни в общество, где живут христиане и мусульмане, неизбежно ведет к ослаблению российского государства, в том числе и как главной основы евразийства. Такое ослабление российского федерализма может быть чревато его распадом.
Все более становится очевидным, что устойчивое развитие современного мироустройства, сохранение мира и безопасности, немыслимы без активного участия России. Ее роль в борьбе против терроризма будет весомой при тесном диалоге с «восьмеркой» и подключением к процессу антитеррора Совета Безопасности ООН, постоянным членом которого она является. Россия может также использовать в интересах антитеррора свои контакты с частью исламского мира. Относительно же возможности выступления российских войск на стороне США или НАТО президентом РФ было сказано в интервью германским СМИ перед отъездом с визитом в ФРГ следующее: «Вы знаете нашу позицию, она является принципиальной. Использование Вооруженных сил за пределами Российской Федерации, во-первых, у нас сопряжено с особой законодательной процедурой, и нужно одобрение Совета Федерации, то есть верхней палаты российского парламента. Кроме того, использование Вооруженных сил в «третьих» странах может происходить только по решению Совета Безопасности Организации Объединенных Наций. Мы эти правила до сих пор соблюдали и соблюдать намерены. Но это не значит, что мы не можем обсуждать вопросов подобного рода и вместе с нашими партнерами думать над возможной реакцией в связи с террористическими актами».[87]
Если уж говорить о реальной оценке сложившейся ситуации, взаимодействии членов мирового сообщества в борьбе с терроризмом, то нельзя не заметить несоответствия между словами и делами американских деятелей, ответственных за осуществление такого взаимодействия. Соединенные Штаты намеревались искоренить терроризм, поддерживавшийся, в частности, талибами в Афганистане. Но против талибов вели борьбу силы Северного альянса, которые заметно активизировались после того, как США заявили о намечаемых ими антиталибских акциях. Однако американцы повели дело таким образом, чтобы послевоенное урегулирование в Афганистане проходило под их руководством, обеспечивая приход к власти проамерикански настроенных деятелей в целях создания для себя в Афганистане выгодного стратегического плацдарма.
Нетрудно предположить, что политическое руководство США озабочено не только и не столько тем, как вести силовые операции по полному уничтожению талибской гидры[88] (это — дело военных и спецслужб), сколько тем, как воспользоваться ситуацией для выгодного решения долгосрочных стратегических проблем, стоящих перед Соединенными Штатами. Промедление в этой ситуации для них смерти подобно: а ну как русские в Афганистане утвердятся! Напомним, что в самый разгар Второй мировой войны лидеры «большой тройки» в Тегеране и Ялте заложили основы мироустройства, которое оставалось неизменным почти полвека и во многом предопределило холодную войну и все, что за ней последовало. Ныне, по мере развития антитеррористической операции, все более четкими становятся новые цели внешней политики США, выступающие в роли основного игрока на международной арене. Конечно, Вашингтон хочет резко снизить крупномасштабную террористическую угрозу, которая над ним нависла, но одновременно он стремится установить контроль над жизненно важным для экономики Запада регионом, в котором сосредоточены самые крупные в мире запасы энергоресурсов. Эта цель предполагает решение двух задач. Первая из них — не допустить дестабилизации обстановки в районе Персидского залива. Вторая — создать условия для организации прямого и безопасного доступа к запасам нефти и газа в Центральной Азии и бассейне Каспийского моря. Обе задачи заставили США сфокусировать вначале основное внимание на Афганистане, а не на тех арабских режимах, которые являются финансовой опорой и идеологическим центром религиозного экстремизма. Заметим, что сам факт прихода талибов к власти в Афганистане некоторыми экспертами рассматривался в контексте строительства западными компаниями трубопроводов из Туркмении к Аравийскому морю. Однако талибы «не оправдали оказанного им доверия», проблему пришлось решать другим способом.
Вполне очевидны и позиции России в конфликте: она стремится не потерять свое влияние на постсоветском пространстве и одновременно обеспечить свое участие в разработке центрально-азиатских месторождений энергоносителей. В условиях ограниченных военных и экономических возможностей Москва ориентировалась на поддержку тех сил в регионе, которые могли бы способствовать проведению вышеуказанного курса. Президент России в своем основополагающем политическом заявлении отметил: «Мы расширим сотрудничество с международно признанным правительством Афганистана во главе с господином Раббани и окажем его вооруженным силам дополнительную помощь в форме поставок вооружений и боевой техники».[89] Главу государства дополнил министр обороны нов, который впервые признал, что всестороннее содействие Северному альянсу оказывается уже давно.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 |


