Психологические исследования творческой деятельности (стр. 14 )

Существенный аспект психологического анализа процесса решения задачи заключается в анализе смыслов и субъективных ценностей, сопоставляемых с объективным значением и ценностью действий. Таким образом, мы переходим от выяснения общих взаимоотношений эмоциональной активации и умственной деятельности человека [118 ] к анализу роли эмоциональной активации в процессе формирования смыслов и субъективных оценок, осуществляющихся по ходу решения задачи.

Первая особенность использовавшихся нами задач заключалась в том, что цель, которая ставилась перед испытуемыми, не являлась однозначной и требовала конкретизации, осмысливания. Следовательно, объективная структура задачи предполагает формирование смысла цели для испытуемого. Назовем его, чтобы отдифференцировать от смысла промежуточных действий, общим замыслом решения.

В объективной структуре этюдов содержалась двузначность цели, сформулированной как «выигрыш»:

1) форсированная постановка мата, что является объективно неверным;

2) добиться такого соотношения фигур, когда постановка мата очевидна для достаточно опытного игрока — объективно верное направление.

Следовательно, выработка испытуемыми некоторой последовательности действий, ведущих к достижению цели — решению задачи, т. е. к выработке плана, должна была осуществляться при неоднозначно задаваемой цели.

В последовательности действий, ведущих к достижению цели, в каждом этюде четко выделяются четыре значимых действия. В описании решения этих этюдов трудные для нахождения ходы отмечены одним восклицательным знаком, наиболее трудные ходы отмечены двумя восклицательными знаками. Например, в этюде I,

55

ход Ле2—el!! является особенно важным, ибо этим ходом белые сохраняют все свои потенциальные угрозы и ставят черных в положение цугцванга; нахождение же этого хода затруднено в чисто психологическом отношении, так как на первый взгляд он не логичен — кажется, что белые теряют темп.

В отношении этюда II можно привести пример хода Cdl—g4!, которым белые сохраняют слона и косвенно защищают коня.

1. Формирование общих замыслов решения

Как показал анализ историй решения задач, у испытуемых отмечалось возникновение двух общих замыслов решения. Первый замысел представляет собой идею форсированного заматования черного короля. Испытуемые определенный период находятся под его влиянием и только после совершения некоторого количества попыток им удается освободиться от первого замысла, являющегося в данной конкретной ситуации ложным, и направить свою деятельность на поиск выигрышной комбинации, т. е. у испытуемых возникает второй общий замысел решения.

Возникновение первого объективно неверного общего замысла у всех трех испытуемых связано с характеристиками объективной структуры задач, а именно шахматные этюды, которые были предложены для решения, имели одно объединяющее их свойство — неудачное расположение черного короля, ибо подвижность этой фигуры в каждом этюде ограниченна и кроме того у белых имеются несколько способов создания угроз черному королю.

Таким образом, структура задач однозначно повлияла на ход поисковой деятельности всех трех испытуемых, ибо первый общий замысел решения им был как бы «навязан» расположением объективно значимого элемента ситуации (черного короля).

В связи с тем что у испытуемых возникало два общих замысла решения, можно поставить следующие вопросы.

1. Как связаны зарождение общего замысла и эмоциональная активация?

2. Одинакова ли эта связь для каждого из замыслов?

3. Участвуют ли эмоциональные состояния в переходе от первого замысла ко второму?

Анализ поисковой деятельности показывает, что первый замысел возникает у испытуемых сразу при ознакомлении с условиями задачи в связи с тем, что является наиболее привычным способом действия (исходя из прошлого опыта) в данной ситуации. Следовательно, с эмоциональными механизмами, возникающими в процессе поиска решения, этот замысел не связан.

Для того чтобы более полно ответить на поставленные вопросы, проследим, каким образом осуществляется переход от одного общего замысла решения к другому.

Решение этюда I. Исходя из речевого рассуждения, а также ретроспективного отчета испытуемого Ф. В., можно заключить,

66

что вплоть до 19-й попытки решения его поисковая деятельность представляла собой реализацию первоначального объективно неверного общего замысла. Только в 19-й попытке испытуемый как бы сразу переходит к новому объективно верному общему замыслу, и в результате находит правильное решение задачи в этой же попытке. Проследим, с каким этапом поискового процесса связан момент возникновения самой первой эмоциональной активации.

Как показывает анализ структуры исследовательской деятельности испытуемого, самая первая эмоциональная активация возникает в первой попытке решения и связана (исходя из речевого отчета) с достижением положительного результата (постановкой мата) при помощи объективно значимого элемента ситуации (белой ладьи). Положительный результат достигается при слабой защите черных фигур и испытуемый сознает, судя по его речевому рассуждению, что подобная комбинация далека от решения задачи. Тем не менее происходит эмоциональная оценка значимости конкретного элемента ситуации, а именно — белой ладьи.

Во второй попытке решения эмоционально окрашено объективно верное действие — ход черной ладьи с шахом. В связи с эмоциональной оценкой этого найденного объективно верного действия (защита черных) испытуемый ищет возможности наилучшего ответа белых на ход черной ладьи. В первой ветви седьмой попытки испытуемый, отвечая на ходы черной ладьи, совершает белой ладьей шах черному королю с последующим возвратом на исходное поле е2. В объективном отношении действия, производимые белой ладьей, являются неверными (в соответствии с конкретным описанием в литературе решения этюда), однако дело в том, что в этих действиях заложено объективно верное значение, ибо возврат ладьи на исходное поле — это потеря темпа белыми, а объективно верное действие Ле2—el!! (которое по описанию решения необходимо совершить в данной ситуации) также обладает значением — дать темп черным фигурам, чтобы вынудить их пойти королем на поле Ь5 и поставить в положение цугцванга.

Каждое действие в ситуации обладает некоторым объективным значением (нападения, защиты, выигрыша темпа и т. п.). Значение действия может быть обобщенным тактическим приемом, например, предоставление темпа, жертва. В связи с этим необходимо различать само обобщенное значение или принцип и конкретный носитель этого значения или принципа. В каждой конкретной ситуации могут быть действия, воплощающие один и тот же принцип, но одни из них (действия в данной конкретной ситуации) ведут к достижению цели, а другие не ведут, хотя и являются носителями правильного значения или принципа. В рассматриваемой задаче действие Ле2— el!! и является таким носителем обобщенного принципа («выжидания»), которое входит в последовательность действий, ведущих к достижению цели. В данной ситуации имеются и другие носители этого обобщенного принципа («выжидания»), которые, однако, при их реализации не ведут к достижению цели.

57

Таким образом, объективная структура ситуации такова, что задает как бы две подзадачи — нахождение обобщенного принципа действий и нахождение конкретного носителя этого принципа (тактический прием выжидания и реализации «выжидания» с помощью данной конкретной фигуры).

Действия с ладьей (Ле2—е5+ и Ле5—е2) в седьмой попытке носят эмоциональную окраску, а по окончании ее реализации испытуемый заключает: «... тут что-то виднеется...»

Следовательно, происходит положительная эмоциональная оценка обобщенного принципа, заключающегося в том, чтобы дать темп черным фигурам. Тем не менее нахождение конкретного носителя обобщенного принципа (хода Ле2—el!!) еще долгое время не происходит в связи с тем, что сказывается влияние объективно неверного общего замысла (испытуемый стремится к форсированному мату). Однако нахождение субъективно значимых действий Ле2—е5+ и Ле5—е2 имело большое значение в том отношении, что очертило для испытуемого конкретную зону поисковой деятельности, причем зону объективно верную, сократило количество альтернатив и закрепило на определенном тактическом приеме, ибо в последующие попытки решения испытуемый обязательно включает действия с ладьей Ле2—е5 и Ле5—е2. Эти последующие попытки испытуемый как бы строит на шахе ладьей с поля е5 и возврате на поле е2, т. е. включает эти два действия в различные комбинации, несмотря на отрицательные исходы попыток. Следовательно, вырабатывается механизм эмоционального закрепления, выполняющий положительную функцию.

В 9-й попытке эмоционально окрашивается объективно верное действие Крс8—Ь7!, а в 11-й попытке присходит окончательное формирование его смысла и испытуемый вербализует свое отношение к этому действию.

В 18-й попытке испытуемый формирует смысл сразу двух объективно значимых действий (КрЬ7—а7! и Ле2—el!!) в их сочетании: « . . . но, черт возьми, я хожу ладьей е2—el! —промежуточный ход и причем отличный ход (пауза), а ведь черные при этом ходе не пойдут ладьей, а пойдут королем! . . . (пауза), но тут сразу мата не поставить, ну что же, все равно выигрыш...»

Эмоциональная активация возникает на 17 сек. раньше момента формирования смысла этих действий.

Таким образом, из речевого отчета испытуемого видно, что формирование смысла действий КрЬ7—а7! и Ле2—el!! способствовало переходу к объективно верному общему замыслу решения. Следовательно, можно утверждать, что механизмы смены общих замыслов заключены в предвосхищающих эмоциональных оценках действий с элементами ситуации, ибо именно на почве эмоциональных оценок происходило формирование смысла действий с этими элементами.

Исходя из ретроспективного отчета испытуемого М. #., мы можем заключить, что в ходе поисковой деятельности у него возникло

58

два общих замысла. Первый общий замысел возник сразу, в процессе ознакомления с ситуацией. Однако после реализации 1-й попытки а испытуемый начинает стремиться к созданию выигрышной ситуации — поставить черных в положение цугцванга2. Возвращения к 1-му замыслу в дальнейшем поиске решения уже не происходит. Первая эмоциональная активация возникает у испытуемого, когда он приступает к реализации второй ветви первой попытки (возникает одномоментно), т. е. когда испытуемый переходит ко второму общему замыслу решения. Таким образом, под влиянием 1-го общего замысла испытуемым сделана всего 1-я попытка а (первая ветвь 1-й попытки), под влиянием же 2-го общего замысла испытуемым сделана 1-я попытка б (вторая ветвь 1-й попытки), 2-я попытка, 3-я, 4-я, 5-я и, наконец, 6-я попытка.