Психологические исследования творческой деятельности (стр. 6 )

Теория и практика современного этапа автоматизации самым непосредственным образом связаны с дальнейшей разработкой проблем психологии мышления. Дифференциация информационной и психологической теорий мышления, сопоставление человеческого мышления и «искусственного интеллекта», исследование последствий использования ЭВМ, использование ЭВМ для изучения самого мышления, психологические принципы проектирования совместной работы человека и ЭВМ — таков далеко не полный перечень новых проблем, с которыми сталкивается психология мышления. Некоторые из них рассматриваются в третьем разделе книги.

ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ МЫШЛЕНИЯ

ВИДЫ И ФУНКЦИИ ГИПОТЕЗ В СТРУКТУРЕ НАГЛЯДНО - ДЕЙСТВЕННОГО МЫШЛЕНИЯ

1. Осознаваемые и неосознаваемые действия в мышлении

В современной психологии мышления наиболее распространенное представление об отношении между мышлением и действием заключается в том, что мышление рассматривается как слагающееся из действий [61]. Принципиальное значение действия для анализа процесса мышления заключается в том, что действие обеспечивает все виды взаимодействия субъекта с объектом. Таким образом, категория действий в мыслительном процессе включает как формы сознательного отражения действительности, так и разнообразные компоненты неосознаваемой активности субъекта, посредством которой осуществляется его взаимодействие с объектом.

В структуре наглядно-действенного мышления основным видом неосознаваемых действий являются процессы зрительного анализа ситуации. Они занимают значимое место в мыслительном процессе, определяют его содержание и результативность. Но содержательные и результативные характеристики мышления приобретают смысл только через осознание выявленных в результате анализа связей объекта. Целью настоящей работы является изучение функций и взаимодействия двух уровней мышления — неосознаваемых процессов зрительного анализа и формирования вербализованных осознаваемых действий.

В существующей классификации видов мышления выделяется наглядно-действенное, наглядно-образное и словесно-логическое или дискурсивное мышление. Основным критерием, лежащим в основе данной классификации, является характер связи мыслительных процессов с непосредственно воспринимаемой ситуацией. Наглядно-действенное мышление характеризуется обязательным наличием для осуществления мышления восприятия наглядно представленного материала, выполнения предметных, практических действий с ним. В случае, если мышление осуществляется на основе представления, образа наглядной ситуации, выделяется вид наглядно-образного мышления. Природа образа может быть различной, так же как и степень его обобщенности. Оперирование значениями и символами в процессе решения задач без использования наглядных компонентов характеризует словесно-логическое мышление.

В некоторых работах эти виды мышления понимаются и трактуются исключительно как генетические стадии его развития. Эти

23

стадии- действительно представляют собой известную генетическую последовательность. Основные закономерности наглядно-действенного и наглядно-образного мышления были описаны посредством исследования мышления ребенка на разных ступенях его развития, чем в значительной степени и определяется генетический подход в понимании их природы. Однако их место и значение в общей структуре мыслительной деятельности человека этим далеко не исчерпывается. Все эти три вида мышления представлены также и в деятельности взрослого человека, хотя они далеко не в равной степени являлись объектом изучения. отмечает, например, что наглядное мышление, возникая на более ранней генетической ступени развития, не остается затем в дальнейшем ходе развития на том элементарном низком уровне, на котором оно первоначально находилось. В качестве основного фактора его развития отмечается формирование наглядных образов, которые становятся носителем обобщенного содержания все более высокого уровня. Подчеркивается неразрывное единство процессов развития наглядного мышления с развитием речи [102].

Некоторые особенности наглядно-действенного мышления у взрослых людей были изучены . В качестве специфических черт практического наглядно-действенного мышления отмечались момент времени, большая по сравнению с другими видами мышления роль психических и личностных особенностей — внимания, воли, эмоций, преимущественно практический способ формирования. Из структурных особенностей подчеркивалась значимость зрительных образов, использование преимущественно наглядных, а не вербальных идей.

Были выделены две основные «операции» наглядно-действенного мышления — «видение» (операция, в которой осознается только ее конечный результат) и «расчет» (операция, осознаваемая на всех звеньях своего осуществления). Изучение соотношения этих двух «операций» в структуре наглядно-действенного мышления рассматривается как необходимый компонент решения «центральной проблемы мышления — исследования элементов сознательного и бессознательного в едином процессе мышления» [10]. Этот вопрос, а также целый ряд других — структурная дифференциация видов мышления, их регуляция, взаимодействие осознаваемых и неосознаваемых компонентов в их организации — в малой степени изучались в психологии мышления.

Исследование мыслительных действий, осуществляемых на осознаваемом уровне, основывается на использовании методов изучения вербализованной структуры действия (метод самонаблюдения, проговаривания вслух). Использование данных методов адекватно, так как компоненты действия выступают как осознанные только через их выражение в форме значений, через их вербализацию. Но мыслительная деятельность человека не является полностью осознанной, подотчетной сознательному контролю. В своей значительной части мыслительный процесс выступает как деятельность

24

внутренняя, свернутая, сокращенная, часто освобождающаяся от словесного выражения или по крайней мере не совпадающая с ним (так называемый феномен «чистой мысли»). Эту часть мыслительного процесса составляют действия, не выражаемые в форме вербальных значений и не осознаваемые субъектом. Реальная мыслительная деятельность представляет сложные комплексы этих Двух типов действий — выраженных в вербальной форме и невербализо-ванных, неосознаваемых, между которыми складываются взаимодействия и взаимовлияния. Именно поэтому изучение только вербализованных, осознаваемых действий представляет собой известную абстракцию от действительного процесса мышления и вследствие этого не может раскрыть его подлинную структуру.

В то же время изучение процесса мышления как комплекса осознаваемых и неосознаваемых действий сталкивается со значительными трудностями ввиду специфики последних. В отличие от осознаваемых действий, для которых имеет место однозначное соответствие «осознаваемые — вербализованные», для вторых такое соответствие может быть проведено только в негативном плане — «неосознаваемые — невербализованные». Однозначный ответ на вопрос «какие?» не может быть дан ввиду большого многообразия невербализованных процессов в мышлении и механизмов их регуляции. Это многообразие определяется различием форм невербали-зованного отражения Действительности посредством осуществления интеллектуальных операций в различных рецепториых системах, операций, основанных на разных моторных алфавитах [34, 136], разных уровнях обобщения и сложности, различием в типах отно'ше-ний, которые связывают их с вербализованными процессами.

В конкретных психологических исследованиях раскрывается важная регулирующая роль речи в развитии и функционировании различных форм мыслительной деятельности — формирование внутренней речи как конечного этапа развития внешнего материального действия через внешнюю речь и речь про себя [17]; взаимодействие мышления на базальном уровне психического и мышления на надстроечном уровне психического [85], развитие наглядно-действенного и наглядно-образного мышления в онтогенезе, их вербализация и переход к высшим формам логического дискурсивного мышления [71], определение регулирующей управляющей функции второсиг-нальных компонентов в динамике нервных процессов, складывающихся между зрительной и вербальной системами в актах умозаключающего наглядного мышления [122] и умственного сопоставления [28] и др.

В то же время осознаваемые, вербализованные, логические компоненты мышления иногда противопоставляются его продуктивным, интуитивным, сенсорным процессам. Принимая тезис Э. Клапареда «размышление стремится запретить речь», и подчеркивают, что на определенных стадиях мыслительного процесса более продуктивными оказываются действия со зрительными образами, несущими на себе печать реальности и

25

позволяющими проникнуть в природу вещей, в отличие от действий с символами, несущими на себе печать условности. Значение речи отмечается в качестве средства фиксации промежуточных результатов мыслительной деятельности [34 ].

В этом же плане противопоставляются логические действия, основанные на прошлом опыте и логических стереоптипах, и сенсорно-интуитивный план мышления, в котором эти стереотипы преодолеваются.

Описываемые два плана действий в мыслительной деятельности рассматриваются как несовместимые, противоречащие тенденции мышления [39 ]. Аналогично Арнхейм называет интеллектуальные действия, осуществляемые на вербальном уровне «мышлением без мышления», представляющим извлечение из прошлого опыта определенных отношений. Действительную ценность языка для мышления он видит лишь в стабилизации и сохранении интеллектуальных качеств. Но эти же качества рассматриваются и как отрицательные факторы мышления, ведущие к фиксации и обездвижению познания. Область зрительных образов рассматривается как стоящая неизмеримо выше, потому что она предлагает структурные эквиваленты всем характеристикам объектов, событий, отношений, представляя формы в двух - и трехмерном пространстве в отличие от одномерной последовательности вербального языка [138].

Таким образом, единообразия в оценке значения и функций вербализованных и невербализованных, неосознаваемых компонентов в решении различного рода задач не существует.

Соотношение вербализованных и невербализованных компонентов в структуре конкретного мыслительного акта определяется его видом, характером, местом, которое он занимает в общей структуре деятельности субъекта. Увеличение. невербализованных компонентов в структуре мыслительного процесса имеет место в многообразных процессах автоматизации мыслительных актов как следствие их развития, повторения и, соответственно, сокращения, свернутости, ухода из сознания. Такие акты по существу перестают быть актами мышления, превращаясь в умственные или практические навыки, хотя они могут быть использованы как средство решения задач и основаны на ряде весьма существенных обобщений. Именно обобщенный характер автоматизированных действий — умственных и практических — позволяет субъекту активно использовать их в различных ситуациях как средство решения различного типа задач, в структуре которых они составляют невербализованную основу действия.