Психологические исследования творческой деятельности (стр. 1 )

АКАДЕМИЯ НАУК СССР ИНСТИТУТ ПСИХОЛОГИИ

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

ТВОРЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАУКА» МОСКВА 1975

В монографии приводятся результаты теоретических и экспериментально-психологических исследований творческой деятельности человека, анализируется роль личностного компонента в творческой деятельности. Впервые формулируются некоторые психологические проблемы автоматизации научно-исследовательских работ (на примере эксперимента), анализируются новые данные относительно процессов образования гипотез, целей, механизмов эмоциональной регуляции творческой деятельности.

Ответственный редактор О. К ТИХОМИРОВ

„ 10508-143 ,. ^

П 042(02) 75 БЗ-70-6-75 © Издательство «Наука», 1975 г.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Основная задача, которая объединила авторов данной коллективной работы, состояла в том, чтобы исследовать структуру мыслительной деятельности человека. Особенность нашего подхода заключается в изучении тех новообразований, которые создаются по ходу мыслительной деятельности, направленной на решение конкретной задачи, возникающей перед субъектом. Исследование этих новообразований, включающих гипотезы, цели и подцели, операциональные и личностные смыслы, вербальные и эмоциональные оценки, потребности и позиции личности и есть для нас исследование деятельности, в том числе мыслительной, как творческого процесса в психологическом плане. Мы исследуем, следовательно, прежде всего те характеристики творческой деятельности, которые отличают ее от «рутинной», шаблонной, более или менее стереотипной работы.

Книга состоит из трех разделов: первый — «Актуальные проблемы развития психологической теории мышления» (О. К - Тихомиров). Второй — «Экспериментальные исследования мышления», в него входят главы: «Виды и функции гипотез в структуре мыслительной деятельности» (), «Эмоциональная активация в структуре мыслительной деятельности» (), «Влияние эмоциональных состояний на различные виды интеллектуальной деятельности» (), «К анализу процессов целеобразования» ( и ), «Об одном подходе к исследованию мышления как деятельности личности» (О. К - Тихомиров, (B^TjTJ €?#&• ). Третий раздел — «Психологические - про'блемы автоматизации научно-исследовательской деятельности» ().

Приводимые в книге исследования были начаты на факультете психологии Московского университета и продолжены в' Институте психологии Академии наук СССР.

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ МЫШЛЕНИЯ

В период научно-технической революции, означающей, в частности, все расширяющуюся интеллектуализацию труда, развитие творческих возможностей личности, особое значение приобретает дальнейшая разработка проблем психологии мышления. В отечественной психологической науке этот раздел всегда привлекал внимание исследователей. Трудно назвать кого-либо из ведущих советских психологов, кто не занимался бы теми или иными вопросами изучения умственной деятельности человека. Книга «Исследования мышления в советской психологии» дает представление о разных подходах при разработке проблем'мышления [36]. Вместе с тем в последние годы в психологии мышления наблюдался своеобразный «информационный взрыв», что делает особенно актуальной задачу дальнейшей разработки, развития психологической теории мышления. Одно из направлений такого развития состоит в попытках все более полно отразить специфику творческих процессов в отличие от рутинных, шаблонных, не ограничиваясь лишь социологическими характеристиками творчества. Опираясь на уже имеющиеся достижения советской психологии, мы сформулируем несколько задач, решение которых представляется необходимым для продвижения в названном направлении.

Прежде всего речь идет о дальнейшем развитии детерминистического (в диалектико-материалистическом смысле) подхода к мышлению, продуктивно разрабатывавшегося и его сотрудниками. Сохраняя детерминистический подход как методологический принцип исследования, необходимо вместе с тем в настоящее время конкретизировать понятие «внешние условия» мыслительной деятельности, которые часто выступают как условия конкретной задачи, решаемой субъектом. Например, можно использовать такие характеристики этих условий, как число «степеней свободы» выбора способов преобразования условий, число правильных путей к цели, зависимость или независимость преобразования условий задачи от субъекта, наличие или отсутствие конфликта ценностных характеристик преобразований ситуации, а далее анализировать «вклад» этих конкретных характеристик в детерминацию мыслительного процесса. Таким образом, анализ структуры самих задач и их влияния на ход мыслительного процесса составляет один из путей «расшифровки» «внешних условий» мышления. Необходимо только дифференцировать формаль-

5

ную и неформальную (т. е. смысловую и ценностную) структуру задачи. Кроме самой задачи к «внешним условиям» относятся общая обстановка деятельности н вся система воздействий, которая может возникать в ситуации межличносшого общения.

Необходимо наполнить большим психологическим содержанием понятие «внутренние условия» мышления. С нашей точки зрения это не просто «процессы анализирования, синтезирования, обобщения», как считал , но возникновение и сложная динамика эмоциональных оценок, невербализованных смыслов, предвосхищений, «предгипотез», изменение установок в ходе решения задачи, возникновение и удовлетворение познавательных' потребностей.

Принцип детерминизма должен, с нашей точки зрения, быть связан с проблемой объективного характера законов умственной (вообще психической) деятельности человека и ее развития. Эта проблема чаще всего затрагивается при обсуждении «стихийности» и «управляемости» умственного развития. Подобно тому, как люди, живущие в обществе и достигающие сознательно поставленных целей, не могут предусмотреть всех объективных последствий совершаемых ими действий, что и создает объективный характер общественных закономерностей, так же и самое совершенное психолого-педагогическое воздействие (например, управление) вносит в деятельность ученика всегда больше изменений, чем те, которые фиксированы в сознательной цели этого воздействия. Элементы «стихийности» не исчезают при любой степени совершенства внешнего управления. В этой «стихийности», незаданности деятельности человека, выступающего как объект управления, и проявляется объективный характер закономерностей его деятельности в смысле отсутствия полной зависимости от сознательных воздействий другого человека. Следовательно, нельзя трактовать «стихийность» лишь как временное свойство умственных процессов, что, естественно, не отменяет задачи расширения диапазона возможностей направленного, сознательного контролирования извне разных видов деятельности человека.

Одна из центральных задач углубления психологического изучения мышления состоит в том, чтобы более тесно, чем это делалось раньше, связать такие характеристики мышления, как «продуктивность» и «селективность».

Источник «продуктивности» мышления, «основной нерв процесса мышления» видел в том, что «объект в процессе мышления включается во все новые связи и в силу этого выступает во все новых качествах, которые фиксируются в новых понятиях, из объекта, таким образом, как бы вычерпывается все новое содержание, он как бы поворачивается каждый раз другой своей стороной, в нем выявляются все новые свойства, которые фиксируются в новых понятийных характеристиках» [103, стр. 70]. Мы не можем отождествить эту характеристику «основного нерва процесса мышления» с характеристикой собственно творческих

б

процессов, так как и «включение объекта в новые связи» и «поворачивание его другой стороной» могут осуществляться шаблонными, затверженными способами, т. е. принимать форму рутинной работы. Следовательно, необходимо ввести представление о двух видах или типах «поворачивания» объекта, включения его в новые связи: рутинном и собственно творческом.

Судя по некоторым примерам [см. 103, стр. 71 ], , говоря о фиксированное™ объекта в новых понятийных характеристиках, имел в виду просто переход от одного понятия к другому среди уже имеющихся у субъекта. В связи с этим обстоятельством нам представляется необходимым выделить две формы «новых понятийных характеристик», в которых фиксируются свойства объекта: новые по отношению к объекту и новые по отношению также и к субъекту. В первом случае мы будем иметь лишь новую актуализацию знания, ранее имевшегося у субъекта, а во втором — формирование нового знания по ходу взаимодействия субъекта с объектом. Второй случай более характерен именно для творческих процессов, так как мышление — это не просто «оперирование знаниями» (сюда же относится актуализация), но их преобразование и самостоятельное добывание новых знаний.

Понятие «анализ» несет основную семантическую нагрузку в теории мышления . Движение анализа, степень продвинутости анализа — эти характеристики постоянно используются для описания реального хода мышления. В этой связи понимание природы «анализа» становится чрезвычайно важным для оценки разбираемой теории мышления в целом. , выделяя два вида анализа (анализ-фильтрация и анализ через синтез), писал, что «современная кибернетика пытается воспроизвести это различие форм анализа в построении автоматов, когда наряду с автоматами, работающими по принципу «фильтра» поступающих извне сигналов, она проектирует машины, снабженные «компаратором» [103, стр. 64 ]. В этой фразе очень четко выступает следующая особенность разбираемой теории: «анализ» фигурирует в рамках данной теории лишь в тех формах, которые представлены в работе уже функционирующих автоматов. Правда, слово «пытается» в приведенном выше высказывании иногда интерпретируют как выражение сомнений автора в ^ зможности воспроизведения человеческого «анализа» в работе машины, тем не менее фактические характеристики «анализа», использовавшиеся в работах , не позволяют дифференцировать мыслительную работу, понимаемую как «движение анализа», от процессов, реализуемых автоматами, что говорит о существенной ограниченности разбираемой теории.