Комментарии к гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации (стр. 53 )

3. Изложенные аргументы и выводы в значительном объеме пригодны также при толковании и применении на практике ч. 2 ст. 406 ГПК РФ. Но есть существенная особенность. В зарубежном суде производство не завершено и заключительного акта еще нет. У российского суда остается только принципиальная возможность определить потенциальную допустимость признания и исполнения ожидаемого заграничного решения на территории России. Но будет ли оно отвечать всем условиям ст. ст. 412 и 414 ГПК РФ предвидеть невозможно.

4. Правила ст. 406 ГПК РФ однозначно неприменимы к гражданским делам, рассмотрение которых международной конвенцией или договором либо нашим национальным законодательством отнесено к исключительной компетенции российских судов.

Статья 407. Судебные поручения

Комментарий к статье 407

1. Контакты между российскими и зарубежными органами правосудия по поводу конкретных гражданских дел, осуществляемые согласно ст. 407 ГПК РФ в форме взаимного исполнения поручений о совершении отдельных процессуальных действий, напоминают одноименный механизм, установленный ст. ст. 62 и 63 Кодекса 2002 г. Но сходство довольно поверхностное. Сравниваемые институты различны по субъектам взаимоотношений, способам обращения, объему и содержанию заказываемой и реализуемой юридической работы, количеству подлежащих учету правовых источников.

Статьи 62 и 63 Кодекса РФ прежде всего регулируют только собирание информации о фактах, они расположены в главе "Доказательства и доказывание". Диапазон возможных действий по ст. 407 ГПК РФ более обширен, причем нормативные акты любого происхождения не дают их исчерпывающего перечня. Наиболее развернутый из них может быть помещен (однако с оговоркой "в том числе") в ст. 6 Минской конвенции 1993 г. (ст. 6 в редакции Протокола к Конвенции от 01.01.01 г.): составление и пересылка документов; проведение осмотров; изъятие и передача вещественных доказательств; проведение экспертизы; допросы сторон, свидетелей, экспертов; признание и исполнение судебных решений по гражданским делам, приговоров в части гражданского иска; вручение документов. Включение в перечень действий по реализации решений по гражданским делам и приговоров в части имущественных исков объясняется тем, что в отличие от ст. 407 ГПК РФ о судебных поручениях ст. 6 Конвенции помещена в части II раздела I "Общие положения" и определяет объем "правовой помощи" в широком плане, а исполнительному производству отводит III раздел Конвенции (ст. ст.

Далее Конвенция предусматривает направление центральными учреждениями юстиции Договаривающихся Сторон друг другу сведений об их современном или прошлом внутреннем праве и практике его применения (ст. 15). Договаривающиеся Стороны также в соответствии со своим законодательством оказывают содействие в установлении адресов, мест работы, доходов проживающих на их территории лиц, к которым в судах запрашивающей стороны предъявлены имущественные требования (ст. 16).

2. Стабильные и тем более давно возникшие международные контакты осуществляются по установленным и согласованным процедурам, несоблюдение или даже формальное нарушение составляющих их правил порождает неудачи по существу или длительную волокиту. Этот общий тезис непосредственно применим к такой отдельной области, как составление запросов и маршруты движения судебного поручения от заказчика к исполнителю и обратно. Российские суды общей юрисдикции используют две схемы, каждая из которых рассчитана на отношения с определенными группами зарубежных стран.

3. Коренной тезис первого варианта сводится к тому, что любые контакты между российскими и иностранными судами, независимо от инициаторов, осуществляются по дипломатическим каналам. Документ движется по цепочке, которая состоит из запрашивающих и запрашиваемых судов, органов управления юстицией, органов министерств иностранных дел, иногда консульских учреждений обеих сторон, причем действия на каждом отрезке регулируют нормы внутреннего права и международных соглашений.

Такой сложный, многоступенчатый маршрут установлен Указом Президиума Верховного Совета СССР от 01.01.01 г. "О порядке сношений государственных учреждений СССР и их должностных лиц с учреждениями и должностными лицами иностранных государств", Постановлением Президиума Верховного Совета СССР от 01.01.01 г. "О мерах по выполнению международных договоров СССР о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам", Инструкцией Министерства юстиции СССР от 01.01.01 г. (с изменениями и дополнениями от 01.01.01 г.), которая снабжена приложениями с образцами разнообразных судебных поручений. Передача поручений дипломатическим путем предусмотрена также ст. 9 Гаагской конвенции по вопросам гражданского процесса от 1 марта 1954 г. Однако все перечисленные акты допускают установление иных способов обмена поручениями, когда это установлено международными соглашениями.

Передача судебных поручений по дипломатическим каналам между Россией и иными странами установлена различными способами и документами. Начало было заложено своего рода заменителями договоров, нормально подписываемых сторонами за столом переговоров, а именно обменом официальными нотами, причем довольно узкого содержания. Такой обмен имел место с США, Францией, Бельгией, ФРГ. Затем, когда во второй половине XX в. началось заключение нормальных соглашений о правовой помощи, в них естественно вносились статьи о методах взаимоотношений по поводу судебных поручений.

Если государства принимают дипломатический вариант контактов в связи с действиями по оказанию юридической помощи, то соглашения с участием нашей страны обычно содержат следующую формулировку: "При оказании юридической помощи учреждения Договаривающихся Сторон сносятся друг с другом в дипломатическом порядке" (ст. 4 Договора с Италией). Аналогичные статьи есть в договорах с Алжиром, Грецией, Кипром, Тунисом, Финляндией и рядом других. Почти все эти акты предоставляют Договаривающейся Стороне вручать документы своим гражданам через свои дипломатические представительства и консульские учреждения, но без применения каких-либо мер принудительного характера (ст. 11 Договора с Италией). Статья 8 Договора с Тунисом уточняет, что речь идет о гражданах, проживающих или временно находящихся на его территории.

4. Вторая схема взаимоотношений по поводу поручений, адресуемых и получаемых российскими судами общей юрисдикции, упрощена за счет исключения из схемы их движения дипломатических ведомств. Соглашения с участием РФ из этой группы включают статьи с однотипными формулировками: "При оказании правовой помощи учреждения Договаривающихся Сторон сносятся друг с другом через Министерство юстиции и Генеральную прокуратуру Российской Федерации и Министерство юстиции и Прокуратуру Эстонской Республики" (ст. 4 Договора с Эстонией). Такие двусторонние договоры есть также с некоторыми другими странами - бывшими союзными республиками ликвидированного Союза ССР (Литва, Латвия, Молдова, Киргизстан, Грузия, Украина, Азербайджан), странами бывшего СЭВ (Румыния, Польша, Монголия, Венгрия, Болгария) и с рядом иных государств (КНР, Албания, Испания, Иран).

Даже предельно тезисное изложение деталей, условий, особенностей таких международных актов в пределах норм о правовой помощи по гражданским делам требует многостраничного исследования. Комментарий к ст. 407 ГПК РФ целесообразно сосредоточить на положениях Минской конвенции 1993 г. Неофициальное наблюдение позволяет считать, что в группе процессов с иностранными элементами наиболее распространены те, где конфликтующими выступают субъекты из разных стран СНГ, а споры возникают из отношений, традиционно сложившихся до 1991 г. и еще до конца не разрушенных перестройками. Да и сами перестройки служат источниками ранее неизвестных конфликтов (неплатежи, финансовые пирамиды, миграция населения и т. д.). К сожалению, опубликованной статистической информации по спорам, где присутствуют какие-либо иностранные элементы, нет, что надлежит считать недостатком работы соответствующих органов РФ.

Статья 5 Минской конвенции 1993 г. первоначально предписывала компетентным учреждениям юстиции Договаривающихся Сторон осуществлять контакты через центральные органы, если иное не предусмотрено данной Конвенцией. Однако Протоколом к Конвенции от 01.01.01 г. текст ст. 5 изменен: "При выполнении настоящей Конвенции компетентные учреждения юстиции Договаривающихся Сторон сносятся друг с другом через свои центральные, территориальные и другие органы, если только настоящей Конвенцией не установлен иной порядок сношений. Договаривающиеся Стороны определяют перечень своих центральных территориальных и других органов, уполномоченных на осуществление непосредственных сношений, о чем уведомляют депозитария".

Такого рода изменения нельзя отнести к разряду редакционных, для их понимания вполне логично прибегнуть к методу исторического анализа. Советскому периоду была известна система отношений, по которой поручения учреждений Польши судам Украины, Белоруссии и Литвы по гражданским делам исполнялись при получении их через Министерства юстиции перечисленных республик, а поручения учреждений юстиции Венгрии судам Украины через Министерство юстиции данной республики. Аналогичным образом действовала и обратная связь (п. 2 Инструкции Министерства юстиции СССР от 01.01.01 г.).

Этот исторический экскурс способен послужить аргументом заключения о том, что указанные в новой редакции ст. 5 Минской конвенции 1993 г. "территориальные и другие органы" применительно к современному федеральному устройству России есть органы субъектов РФ. Значит они могут обладать полномочиями непосредственно контактировать с другими государствами при выполнении Конвенции, но только после их включения в предусмотренный Протоколом 1997 г. перечень с уведомлением депозитария.

Минская конвенция 1993 г. необходимым минимумом подробностей дополняет или корректирует в направлении унификации национальное законодательство ее участников (ст. стБольшое внимание уделено главному первичному документу - поручению об оказании юридической помощи. Это поручение невозможно или затруднительно безукоризненно реализовать при отсутствии, неполноте информации о рассматриваемом деле, идентифицирующих признаков всех вовлекаемых в данную процедуру субъектов (имена, фамилии, адреса, род занятий) и - что является центральным моментом - развернутого изложения сути поручения. Подписи управомоченных направлять поручения должностных лиц и гербовая печать запрашивающего органа обязательны.

Суд - адресат при выполнении поручения действует согласно нормам своего национального процессуального законодательства. Однако допустимо использование отдельных процессуальных норм государства запрашивающего учреждения по его просьбе, если оно не противоречит законодательству страны суда. Определить наличие или отсутствие противоречия не всегда просто. Во всяком случае, оно есть или при прямом столкновении норм по поводу регулирования какого-либо вопроса, или при однозначном запрещении совершать некоторые действия в ходе процесса. Однако, например, отсутствие в Кодексе РФ 2002 г. некоторого правила, имеющегося в законодательстве другого государства, вряд ли всегда следует относить к категории противоречий. Предусмотрено исключение о применении элементов чужого права, оно неприменимо к случаям, когда вручение документов гражданам своей страны или их допросы дозволено осуществлять дипломатическим представительствам или консульским учреждениям.

Нормально реализованное поручение возвращается обратно по ранее пройденному маршруту. Приложенные к ответу документы, правильно изготовленные, засвидетельствованные уполномоченными лицами и скрепленные гербовыми печатями, заказчики принимают без каких-либо дополнительных уведомлений. Официальные документы везде имеют равную доказательственную силу.

Такой благоприятный результат не всегда достижим. По ряду причин субъективного или объективного характера правовая помощь не может быть оказана. Это непрофессионально составленное поручение, невозможность, несмотря на принятые запрашиваемым судом меры (п. 4 ст. 8 Конвенции), установления адреса или фактического местонахождения лица, которое должно получить документы или дать показания и т. п. Тогда поручение возвращается с объяснениями причин неисполнения, причем его повторное направление допустимо, если причины неудачи могут быть устранены.

Однако нормативные акты разного уровня предусматривают основания полного или частичного, причем необратимого, отказа в оказании правовой помощи. Это Минская конвенция 1993 г. (ст. 19), ч. 2 ст. 407 ГПК РФ, статьи практически всех двусторонних международных соглашений (см., например, ст. 12 Договора с Грецией).

Правовая помощь невозможна, если исполнение поручения угрожает нанести ущерб суверенитету или безопасности Российской Федерации или согласно ст. 19 Минской конвенции 1993 г. противоречит законодательству Договаривающейся Стороны. В ряде двусторонних договоров о правовой помощи с участием России к числу отказа исполнить поручение отнесены также противоречие публичному или общественному порядку, основным принципам законодательства или международным обязательствам запрашивающей стороны и т. п. В п. 1 ч. 2 ст. 256 АПК РФ закреплена своеобразная формулировка отказа: "...исполнение поручения нарушает основополагающие принципы российского права или иным образом противоречит публичному порядку Российской Федерации".

Практически, обычно речь идет о запрещении разглашения секретов государственных, экономических, военных и других. Протокол 1997 г. расширяет ст. 19 Минской конвенции 1993 г. указанием на незамедлительное уведомление запрашивающего суда о мотивах отказа. Но вряд ли такие мотивы должны быть изложены развернуто и слишком подробно. Объяснений общего плана вполне достаточно.

Еще одна причина отказа изложена в п. 2 ч. 2 ст. 407 ГПК РФ, а именно исполнение поручения не входит в компетенцию суда. Имеется в виду компетенция судов общей юрисдикции с учетом разграничения границ подведомственных им дел от дел, отнесенных к компетенции судов арбитражных. Значит суды общей юрисдикции исполняют поручения только по гражданским делам, которые они уполномочены рассматривать по существу.

На вопрос о том, как суду при обнаружении неподведомственного ему поручения действовать дальше, прямого ответа ст. 407 ГПК РФ не дает. Но ответ есть в п. 2 ст. 8 Минской конвенции 1993 г. и многочисленных двусторонних международных договорах РФ о правовой помощи. Везде одинаковые редакционно или по смыслу формулировки: если запрашиваемое учреждение не компетентно исполнить поручение, оно адресует его компетентному учреждению с уведомлением об этом запрашивающее учреждение. Например, п. 2 ст. 8 Договора с Эстонией гласит: "Если учреждение юстиции, к которому обращено поручение, не компетентно его исполнить, оно пересылает поручение компетентному органу юстиции...".

Итак, когда поручение связано с гражданским делом, применение п. 2 ч. 2 ст. 407 ГПК РФ должно приводить не к полному и необратимому отказу предоставить правовую помощь, а к переадресовке поручения надлежащему суду, в том числе арбитражному. Иной вариант просто некорректен и противоречит широко признаваемой идеи международной вежливости. Об отклонении поручения по мотиву отсутствия у суда компетентности, не упоминают ни Минская конвенция 1993 г. (ст. 19), ни двусторонние договоры РФ о правовых контактах с зарубежными судами.

5. Отдельные международные документы формулируют дополнительные мотивы, препятствующие оказанию правовой помощи. Так, п. 11 Гаагской конвенции по вопросам гражданского процесса 1954 г. позволяет отказать в исполнении поручения также, "если подлинность документа не установлена". Смысл нормы неясен, текст допускает различные толкования, одно из которых презюмирует возможность замены подозрительной бумаги безупречным документом с продолжением или возобновлением процедуры помощи.

6. Российские суды при необходимости получения юридической помощи от зарубежных судов действуют аналогичными методами. Однако могут быть сложности при выборе адресата, поскольку структуры органов правосудия в иностранных государствах достаточно разнообразны.

7. Российским судам необходимо также учитывать, что в настоящее время проблемы вручения документов и судебных поручений регулируются двумя самостоятельными конвенциями. К тому же участниками этих конвенций выступают США, Великобритания, Канада и некоторые другие государства, которые Гаагскую конвенцию по вопросам гражданского процесса 1954 г. не ратифицировали.

8. "Конвенция о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам", совершенная в Гааге 15 ноября 1965 г. (далее - Конвенция 1965 г.), согласно преамбуле заключена для обеспечения доведения документов до сведения адресатов, находящихся за границей, в надлежащее время путем улучшения судебной взаимопомощи, упрощения и ускорения применимых процедур. Речь идет о совершенствовании на базе накопленного опыта ряда положений Гаагской конвенции 1954 г. Для государств - участников Конвенции 1965 г. утрачивают силу ст. стГаагской конвенции 1954 г. Конвенция 1965 г. вступила в силу для России 1 декабря 2001 г.

Каждое Договаривающееся Государство назначает центральный орган, который должен принимать поступающие из других Договаривающихся Государств просьбы о вручении документов на его территории. В федеральных государствах возможно функционирование нескольких центральных органов, в унитарных - дополнительных органов с ограниченной компетенцией.

Авторы запросов - органы или должностные лица судов, наделенные их национальным законодательством полномочиями совершать такого рода действия. К запросам прилагаются подлежащие вручению документы, причем особенно важно то, что они не требуют легализации или соблюдения иных аналогичных формальностей.

Центральный орган сам или через определенные учреждения осуществляет и обеспечивает передачу документов адресату. Обычно на практике передача происходит по стандартным схемам, установленным в данной процессуальной системе для внутреннего документооборота (вручение личное, субститутное и т. п.). Но заявитель может просить использовать какие-либо особые формы, не противоречащие нормативным актам запрашиваемого государства. При любом варианте следует учитывать, что Конвенция 1965 г. неприменима к случаям, когда адрес получателя документа неизвестен. Центральный орган никакого розыска, например, ответчика для уведомления его о приглашении участвовать в зарубежном процессе, организовывать не будет.

Завершающий всю процедуру итоговый акт, именуемый свидетельством, составляет центральный или другой компетентный орган запрашиваемого государства с последующим направлением его иностранному заказчику. Если вручение не осуществлено, надлежит изложить причины неудачи. При положительном результате свидетельство фиксирует способ, место, дату вручения и идентифицирует лицо, принявшее документ.

По общему правилу действия по вручению документов оплате заявителями не подлежат. Исключения составляют случаи, когда для реализации просьбы пришлось заплатить за услуги судебного работника или специалиста в области права запрашиваемого государства либо были использованы какие-то специфические формы вручения, повлекшие дополнительные затраты.

При получении просьбы о вручении документа, составленного или направленного с нарушением соответствующих предписаний, центральный орган немедленно уведомляет об этом заявителя с подробным обоснованием своих возражений (например, отклонение от структур, предписанных в приложениях к Конвенции 1965 г., форм запросов и свидетельств, отсутствие необходимых переводов с одного языка на другой и пр.).

Поскольку все формальности соблюдены, отказ осуществить вручение документа возможен только по одному мотиву: исполнение запроса способно нарушить суверенитет или безопасность запрашиваемого государства. Конвенция 1965 г. запрещает отклонять адресованное лицу предложение предстать перед зарубежным судом в качестве стороны или свидетеля со ссылкой на то, что рассматриваемое им требование по законодательству запрашиваемого государства относится к исключительной компетенции его органов правосудия или вообще не может быть заявлено.

Таковы главные положения Конвенции 1965 г., но немало ее норм носят диспозитивный характер по своей юридической природе, т. е. не исключают выбора иных вариантов действий по соглашению между двумя или более из числа Договаривающихся Государств. Например, эти государства могут по взаимному соглашению установить, что между ними передача документов будет осуществляться по дипломатическим каналам, или через консулов, или непосредственно почтой, или с использованием прямых коммуникационных связей (электронная почта и т. п.).

Конвенция 1965 г. дополняет и корректирует некоторые внутренние процессуальные институты Договаривающихся Государств.

Вполне реальна ситуация, когда вызов в суд за границу направлен ответчику, но он не явился. Суд обязан отложить рассмотрение дела до тех пор пока не будет установлено, что документ действительно получен ответчиком и притом он располагал достаточным временем для подготовки к защите.

Любое государство может наделить своих судей полномочием выносить решения, не дожидаясь получения свидетельства о вручении стороне по делу уведомления о месте и времени заседания суда. Но реализация такого полномочия допустима только при соблюдении обозначенных Конвенцией 1965 г. условий: документ был направлен для вручения, с момента отправки прошло не менее шести месяцев, свидетельство о вручении не удалось получить несмотря на приложенные разумные усилия.

Если вынесено решение против ответчика-нерезидента, восстановление пропущенного им срока на подачу апелляции возможно. Однако суду надлежит установить, что ответчик не по своей вине не был информирован о временных границах для организации защиты и обжалования, а также что доводы ответчика по существу спора достаточно основательны.

9. "Конвенция о получении за границей доказательств по гражданским или торговым делам" (далее - Конвенция 1970 г.) совершена в Гааге 18 марта 1970 г. К числу главных целей, которые ставили перед собой учредители, относятся упрощение порядков направления и исполнения судебных поручений, сближение соответствующих национальных процедур, расширение сотрудничества между органами правосудия. Для государств - участников Конвенции 1970 г. утратили силу ст. стГаагской конвенции 1954 г.

Главное нормативное положение Конвенции 1970 г. сводится к наделению судов одного Договаривающегося Государства полномочием направлять судам другого Государства судебные поручения о закреплении конкретных доказательств с последующей передачей этих материалов запрашивающему суду. Информация в форме протоколов допросов и показаний определенных лиц по указанным в поручении обстоятельствам, документов, актов осмотра имущества, заключений экспертов должна быть предназначена только для уже начатых или реально планируемых процессов. Достаточную вероятность возникновения таких процессов надлежит определять, исходя из норм национального законодательства (принятие предварительных обеспечительных мер и т. п.).

До обращения к процедуре получения доказательств из-за рубежа суд оценивает практическую необходимость такой информации для разрешения правового спора. При положительном выводе составляется судебное поручение, содержание которого должно послужить запрашиваемому суду надежным ориентиром для успешного выполнения запроса.

Статья 408. Признание документов, выданных, составленных или удостоверенных компетентными органами иностранных государств

Комментарий к статье 408

1. При рассмотрении российскими судами общей юрисдикции дел, где заинтересованными участниками выступают иностранные лица, а также проживающие за границей граждане РФ, апатриды, беженцы, для установления фактов, правоотношений, юридического статуса субъектов процесса, других различных обстоятельств, нередко необходимы документы, которые могут быть получены только из зарубежных стран.

Речь идет о документах, относящихся к классу официальных, т. е. выдаваемых, составляемых или удостоверяемых иностранными органами власти, управления, юстиции с соблюдением правил своего национального законодательства, что должно быть надлежащим образом подтверждено. Этого обычно не требуется, когда бумаги исходят от частных лиц: договоры, акты принятия товаров по количеству и качеству, рекламации, претензии, деловая переписка и т. п.

2. Разные процедуры используются для принятия российскими судами иностранных официальных документов.

2.1. Процедура, именуемая легализацией, наиболее сложная, длительная, дорогостоящая. Она складывается из последовательно сменяющих друг друга этапов проверки достоверности подписей, печати, штампов, форм и т. п. Действуют осуществляющие взаимный контроль нотариусы, должностные лица органов юстиции, консульских и дипломатических служб. Детали предусмотрены ст. 55 Консульского Устава СССР 1976 г.

2.2. Для значительного упрощения порядка документооборота 5 октября 1961 г. была совершена Конвенция, отменяющая требование легализации иностранных официальных документов (далее - Конвенция 1961 г.). Конвенция 1961 г. (РФ участвует с 1992 г.) объявляет в качестве таковых: а) документы, исходящие от органа или должностного лица, подчиняющихся юрисдикции государства; в) административные акты; с) нотариальные акты; d) официальные пометки, такие как отметки о регистрации, визы, подтверждающие определенную дату, заверения подписи на документе, не засвидетельствованном у нотариуса. Есть оговорка о неприменении Конвенции 1961 г. к документам, совершенным дипломатическими или консульскими агентами, и административным документам, имеющим прямое отношение к коммерческой или торговой операции (ст. 1).

Правда, понятие легализации фигурирует в ст. 2 Конвенции 1961 г., но она сведена лишь к формальным действиям - представлению дипломатическим и консульским службам документа для удостоверения подлинности подписи, качества, в котором выступало подписавшее документ лицо, а при необходимости - подлинности печати и штампа. Единственной формальностью, которая может потребоваться для удостоверения тех же обстоятельств, является проставление специально назначенным компетентным органом государства, где документ был совершен, так называемого апостиля (ст. 3). Это штамп, его образец дан в приложении к Конвенции 1961 г. Заполненный образец не нуждается ни в каком заверении (ст. 5).

2.3. Наконец международными конвенциями и двусторонними документами о правовой помощи могут быть предусмотрены еще более упрощенные варианты или даже полное освобождение их от легализации. Хорошая иллюстрация - ст. 13 Минской конвенции 1993 г. Документы, изготовленные или засвидетельствованные учреждением или уполномоченным лицом в пределах их компетенции на территории одного из участников Конвенции по установленной форме и скрепленные гербовой печатью, принимаются на территориях других участников Конвенции без каких-либо дополнительных или специальных подтверждений.

Но следует подчеркнуть, что никакая форма удостоверения иностранного официального документа не придает ему добавочной доказательственной силы. Содержащаяся в таком документе информация исследуется и оценивается в общем порядке (ст. 67 ГПК РФ).

3. Документы, составленные на иностранном языке, передают суду вместе с надлежаще заверенным переводом.

4. Можно рекомендовать судам общей юрисдикции хороший источник информации относительно государств, поступающие из которых официальные документы принимаются: а) без консульской легализации и б) при проставлении апостиля в соответствии с Гаагской конвенцией 1961 г. Это п. п.Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ "О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса" от 01.01.01 г. N 8. Режим иностранных официальных документов одинаков для судов арбитражных и общей юрисдикции.

Глава 45. ПРИЗНАНИЕ И ИСПОЛНЕНИЕ РЕШЕНИЙ ИНОСТРАННЫХ

СУДОВ И ИНОСТРАННЫХ ТРЕТЕЙСКИХ СУДОВ (АРБИТРАЖЕЙ)

Статья 409. Признание и исполнение решений иностранных судов

Комментарий к статье 409

1.1. Главу 45 "Признание и исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей)" есть основания отнести к числу новелл ГПК. Такой вывод бесспорен при сопоставлении содержания данной главы с единственной, причем неточно сформулированной и преимущественно отсылочного характера ст. 437 ГПК РСФСР 1964 г.

Существенная неточность состояла в том, что эта статья по ее прямому грамматическому смыслу регулировала не принципиальную проблему возможности или недопустимости реализации в России постановленных иностранными судами и арбитражами актов, а их "порядок исполнения", определяемый международными договорами.

Однако неверно, что "порядок исполнения" (а это обширная и сложная часть производства) иностранных решений в России определяют только международные договоры. Процедуру, содержание, результаты заключительной стадии движения дела составляют предмет регулирования национального законодательства РФ, а его нормы относятся к сфере не частного, а публичного права и обязательны для судов и органов исполнения. Международные соглашения вносят в наше процессуальное право лишь относительно небольшие, хотя иногда и важные коррективы и дополнения. Таким образом, процесс исполнения любых судебных актов подчинен Федеральному закону "Об исполнительном производстве", в определенных моментах - ГПК РФ и ряду других нормативных документов.

1.2. Отмеченный недостаток был устранен Указом Президиума Верховного Совета СССР от 01.01.01 г. "О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитражей" (далее - Указ 1988 г.) <*>.

<*> Ведомости СССР. 1988. N 26. Ст. 427.

Это компактный (12 статей), но одновременно емкий, юридически сбалансированный, понятный, а главное, вполне отвечающий современным условиям нормативный акт. Строго разграничены понятия признания и исполнения зарубежных правоприменительных постановлений по цивилистическим вопросам, обозначен примерный круг таких постановлений (решения судов и арбитражей, приговоры в части возмещения ущерба от преступления), названы судебные органы страны, компетентные принимать и рассматривать соответствующие ходатайства заинтересованных лиц, перечислены элементы таких ходатайств, намечены порядок их разбирательства, мотивы отказа и последствия удовлетворения. Указ от 01.01.01 г. провозгласил общее правило о допустимости признания и исполнения иностранных судебных актов только в случаях, предусмотренных международными договорами с участием советского (ныне российского) государства. Тем самым он открыл дорогу для подписания, ратификации таких договоров или присоединения к ним.

Указ 1988 г. стабилизировал практику российских судов путем ликвидации пробелов в соответствующем разделе нашего законодательства, при формировании новых норм принял во внимание пригодные для нашей юстиции положения зарубежных правовых систем и международных документов. Немалое внимание Указ 1988 г. и обобщение практики его применения оказали рабочим группам и различным комиссиям при разработке проекта ГПК РФ, его обсуждении и утверждении.

Характерно, что Указ 1988 г. не отнесен к числу многочисленных актов, утративших силу с 1 февраля 2002 г. согласно ст. 2 Закона о введении в действие ГПК РФ. Он в общей форме включен ст. 4 этого Закона в группу нормативных актов, подлежащих дальнейшему применению в тех частях, которые не противоречат ГПК РФ 2002 г. Разрешение вопроса о наличии или отсутствии противоречия подлежит толкованию, иногда довольно сложному. И этого можно ожидать от иностранных лиц и их представителей, имеющих хорошую юридическую квалификацию.

1.3. Однако Конституция РФ 1993 г. не наделяет президентские указы качеством актов, которыми вполне правомерно окончательно и без каких-либо дополнительных согласований можно одобрить заключение международных соглашений, конвенций, договоров, в том числе затрагивающих вопросы международного гражданского процесса. Одобрение может последовать только в результате принятия федерального закона. Именно такой вывод следует из содержания ч. 1 ст. 409 ГПК РФ.

Не лишне заметить, что российским судам надлежит учитывать положения ФЗ "О международных договорах Российской Федерации" от 3 июля 1995 г. <*>. Этот Закон расшифровывает понятие международного договора РФ как международное соглашение, заключенное Российской Федерацией с иностранным государством (или государствами) либо с международной организацией (ст. 2). Международные договоры РФ согласно ст. 3 заключаются с иностранными государствами или международными организациями от имени Российской Федерации (межгосударственные договоры), от имени Правительства РФ (межправительственные договоры), от имени федеральных органов исполнительной власти (договоры межведомственного характера) <**>.

<*> СЗ РФ. 1995. N 20. Ст. 2757.

<**> См. также: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 01.01.01 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" // БВС РФ. 2003. N 12.

Производство по гражданским делам российскими судами общей юрисдикции должно осуществляться только по правилам ГПК и издаваемых в соответствии с ним федеральных законов. Отсюда следует, что упоминаемые в ст. 409 ГПК РФ международные договоры могут быть только межгосударственными, т. е. относящимися к первому и высшему из трех уровней по классификации Закона 1995 г.

1.4. Решения иностранных государственных судов в принципе подлежат признанию и исполнению на территории Российской Федерации, причем использованный термин "решение" не следует трактовать ограничительно в чисто российском варианте (ст. ст. 194, 198, 329 ГПК РФ). Во избежание путаницы и аргументированной критики понятие "решение" надлежит распространить не только на вынесенные акты при завершении полномасштабного состязательного процесса, но равно на решения заочные, суммарные, частичные, согласованные сторонами, определения об утверждении мировых соглашений, постановления вышестоящих инстанций по тому же делу и даже согласно ч. 2 ст. 409 Кодекса приговоры в части возмещения ущерба от преступлений. Общий для всей группы перечисленных актов признак - окончательное разрешение иностранным судом заявленного требования по существу.

1.5. Реализация иностранного решения на российской земле может быть осуществлена только, когда это закреплено международным договором РФ. Такая реализация при отсутствии договора на условиях так называемой международной вежливости (или взаимности) ГПК РФ не предусмотрена. Термин "договор" распространяется также на многосторонние соглашения и конвенции. Для иллюстрации приведем некоторые примеры.

Гаагская Конвенция по вопросам гражданского процесса (Гаага, 1 марта 1964 г., СССР присоединился 17 сентября 1966 г.) отменила уплату залогов и иных платежей в обеспечение компенсации судебных издержек с граждан одной страны-участницы, предъявляющих иски в судах другой страны-участницы, где они не имеют местожительства или имущества. Но в случае проигрыша с истца присуждаются ответчику понесенные им судебные издержки, причем "решения о взыскании судебных издержек и расходов объявляются подлежащими исполнению без заслушивания сторон, при условии, однако, что сторона, с которой производится взыскание, имеет право на последующее обжалование в соответствии с законодательством государства, где испрашивается исполнение" (ст. 19).