Ученые записки (стр. 55 )

Такое большое количество форм и значений (по сравнению с русским и белорусским языками) даёт возможность предполагать, что русские слова гальмо, гальмовать, гамовать были заимствованы из украинского языка. Из украинского же указанные лексемы пришли и в белорусский язык.

Анализируя украинские формы, можно выделить два варианта корня: 1) гальм- : гальма, гальмо, гальмiз ʽтормозʼ; гальмування, гальмувати ʽтормозитьʼ; 2) гам-: гамiв, гамулець, гамувати, гамуватися. Кроме значения ‘тормозить, тормоз’, в этой группе встречается слово, служащее наименованием узды – гаму́лець, семантику которого невозможно объяснить на материале украинского языка.

Подобное семантическое развитие и возникновение фонетико-морфологических вариантов в украинском языке объясняется заимствованием укр. гальма, гальмо, гальмiз, гамiв, гамулець, гальмування, гальмувати, гамувати, гамуватися из польского языка.

В современном польском языке функционируют следующие слова: польск. hamować ‘уменьшать, замедлять скорость’, ‘затруднять (что), мешать (чему)’; hamować się ‘сдерживаться, удерживаться (от чего)’; hamulec ‘устройство, служащее для замедления или остановки поездов и машин’, ‘кран экстренного торможения’; ‘тормоз (перен.)’ [8. С. 219].

Украинский язык заимствовал два польских слова: название самого устройства для остановки (hamulec) и действия (hamować). В результате субституции польский [h] был заменён на украинский [γ] и русский [г]. Е. Э Биржакова, , объясняют замену польского [h] на украинский [γ] и русский [г] следующим образом: «Русский графический символ г <…> употреблялся для передачи латинского, а также польского и немецкого [h] аспирированного. Такая передача сложилась ранее всего в условиях Юго-Западной Руси, где существовал звонкий звук [g], который естественно идентифицировался с латинским (и западноевропейским) [h] аспирированным» [9. С. 186]. Например: лат. honor > польск. honor > рус. гонор; голл. haven, нем. Нafen > рус. гавань; польск. hamulec > укр. гамулець.

Кроме того, при заимствовании изменилась морфологическая структура польского слова, так как его финаль совпадала с древним суффиксом -*ьсь > рус., укр. -ец. Уменьшительное значение суффикса привело к его отпадению и усложнению морфологического состава слова (*гамýль <гамýлець), как в зонт < зонтик, фляга < фляжка. Затем в процессе говорения [у] между сонорными выпадал, а образующаяся форма *гамль, неудобная для произношения, изменилась в *гальм. Таким образом, мы встречаемся здесь, скорее всего, с таким явлением, как метатеза.

Всякое заимствованное слово при усвоении должно быть подключено к тому или иному типу имён в морфологической системе этого языка. При таком «поиске своего типа склонения» появилось несколько вариантов слова: гальмо, гальма, гамiв, гамулець.

Отдельно следует сказать о семантике укр. гамулець. Заимствованное в XVI – XVII вв., это слово сохранило не только форму, но и значение утраченного польск. hamulec. В XVII в., как отмечает A. Каршневич-Мазур, польск. hamulec имело переносное значение ‘сдерживающий рычаг, вожжи’ [2. С. 147], что позволяет нам считать это значение исходным.

Вторая группа слов в украинском языке образована непосредственно от глагола hamować. При этом польский аффикс -owa был заменён аналогичным украинским -ува. От глагола гамувати были образованы следующие производные в украинском языке: гамiв ‛тормоз’; гамування ‛усмирение, укрощение’, гамуватися ‛удерживаться, успокаиваться’.

В результате заимствования разных вариантов корней возникли и разные значения (прямые – при образовании от имени существительного, переносные – от глагола).

Польские обозначения тормоза и действия торможения (hamulec и hamować), скорее всего, заимствованы из немецкого языка. А. Брюкнер возводит польский глагол hamować к немецкому hemmen ‛тормозить, останавливать’. А. Каршневич-Мазур, опираясь на словари A. Brückner, Sławski, Kluge, Słownik wyrazów оbcych, уточняет, что польск. hamować заимствовано из ср.-в.-нем. hamen ‘останавливать’, ‛надевать путы на ноги животному’ [2. С. 62].

Придыхательный гортанный [h] в ударных словах мог заменяться в польском языке щелевым заднеязычным [h] или твёрдым глухим [h]. Например: нем. Halde > польск. hałda ‛отвал’; нем. Halle > польск. hała ‛зáла’; нем. Halstych > польск. halsztuk ‛галстук’; ср.-в.-нем. hamen > польск. hamować. Финаль немецкого глагола -en замещается польским –ować (ср. нем. holen > польск. holować ‛тянуть на буксире’; нем. bohren > польск. borować ‛сверлить’; нем. werben > польск. werbować ‛вербовать’; ср.-в.-нем. hamen > польск. hamować).

Польское существительное hamulec восходит к сложному немецкому слову Hemmholz (ср.-в.-нем. Hеmmholz > др.-польск. hаmulec), которое можно перевести как ‛полено для остановки’, так как первая его часть восходит к глаголу hemmen ‘останавливать’, а вторая – к нем. Holz  ‘дерево’.

При освоении польским языком данного слова его форма претерпела ряд изменений. Как правило, при заимствовании польским языком немецких слов средненизкое ненапряжённое [е] заменялось польским [е] переднего ряда среднего подъёма или [а] среднего ряда нижнего подъёма. Например: нем. Аrrеst > польск. аrеszt, нем. keffer > польск. kаfar, нем. frеssеn > польск. frаsować, нем. Hеmmholz > польское hаmulec.

Средневерхненемецкие двойные согласные [ll, tt, rr, ck, mm, nn, pp] были замещены с помощью старопольских одиночных согласных. Например: ср.-в.-нем. zibolle > др.-польск. cebula ‛лук’; ср.-в.-нем. latte > др.-польск. łata ‛планка’. Исключение составляют всего несколько слов: польск. rynna < ср.-в.-нем. rinna ‛жёлоб’, польск. wannar < ср.-в.-нем. wanne ‛ванна’ (как аналогичные польским panna ‛девушка’; sanna ‛кататься на санях’).

Гортанный придыхательный [h] в ударном слоге перед гласным выделяется, а в закрытом исчезает. Например: нем. handhabe > польск. antаba ‛владеть’; нем. Rathus > польск. ratusz ‛ратуша’; нем. lemhus > польск. lamus ‛чулан’; нем. Hemmholz > польск. hamulec. Средненизкое [о] ненапряжённое, заменяется польским заднего ряда среднего подъёма [о] или заднего ряда верхнего подъёма [u]. Например: нем. kocher > польск. kocher ‛примус’; нем. bord > польск. burtа ‛борт’; нем. doppelt > польск. dubelt ‛двойной’; нем. Hemmholz > польск. hamulec.

Так как стечение согласных [l] и [c] нехарактерно для польского языка, между ними вставляется гласный [е], образуя новый для польского языка суффикс –ulec, встречающийся, например в польск. kępulec ‛куща’ < нем. Krummholz.

В таком преобразованном виде в XV веке hamować и hamulec были усвоены польским языком: именно к этому времени относятся первые упоминания данных слов в памятниках письменности. А в XVI веке эти слова заимствуются украинским языком, о чём свидетельствуют записи 1516 г.

Обращаясь к языку-источнику, следует отметить, что в современном немецком языке глагол hemmen имеет следующие значения: ‘сдерживать, задерживать, преграждать (что-либо)’; ‘мешать, препятствовать (чему-либо)’; ‘тормозить, останавливать, удерживать (что-либо)’ [10. Т. 2. С. 615].

Материалы разных германских языков позволяют выделить древнегерманский корень *hem- / *hom- / *ham- ‘останавливать, удерживать’ с довольно редким случаем аблаута ē/ ō, при котором корень в нормальной ступени имеет долгий гласный. Останавливать можно было с помощью узды (ср. голл. hoam, др.-сканд. hemja ‘узда, хомут’) и с помощью пут, причём спутывали либо ноги, либо рога и переднюю ногу (ср. др.-в.-нем. hamen, hemmen, homal, hamal, hammer, англ. hamshackle, hamate, готск. hamfs, др-сканд. hemmel, все в значении ‘путы’, ‘спутывать’, ‘уродовать’, ‘крючковатый, уродливый’). Древнегерманский корень *hem- / *hom- / *ham- получил особое развитие в каждом из германских языков. В частности, в новонемецком образовалось существительное со значением ‘тормоз’ (в XVII в. как специальный технический термин, а затем как общеупотребительный), развившее большое количество значений и имеющее достаточно много производных, два из которых – нем. hemmen и Hemmholz – были заимствованы в польский язык, из него в XVI в. – в украинский, откуда и попали в русские говоры.

К немецкому языку восходит и ряд других русских наименований элементов упряжи. Рассмотрим историю некоторых из них.

Слово мундштук в памятниках письменности отмечается с XVII-XVIII вв. в значении ‛удила с подъёмной распоркой у нёба’ в следующих формах:

· Муштукъ: «2 лошади...муштуки оправлены золотомъ с каменьемъ» (Статейный список Ильи Даниловича Милославского и дьяка Леонтия Лазоревского в Царьграде, л. 45, 1642) [11. Вып. 9. С. 325].