Махов знаний сведущих лиц при расследовании преступлений: Монография. - М.: Изд-во РУДН, 2000. - 296 с (стр. 56 )

Иное положение сложилось в уголовном процессе Рос-• сии. Здесь законодательство пошло по пути регламентации отличия эксперта от свидетеля и специалиста. Потребовался длительный путь в науке уголовного процесса, в законодательстве, для того чтобы выделить из первоначального института сведущих лиц (людей), которые допрашивались как свидетели о результатах участия в осмотрах и по другим вопросам, требующим специальных знаний, четко очерченные две формы использования знаний сведущих лиц: вначале - судебную экспертизу, а затем - участие специалистов в следственных действиях. Конечно оке, это имело положительное значение. Но происшедшая вместе с тем утрата в ныне действующем законодательстве норм о допросе сведущих лиц не могла пройти бесследно. Потребности в допросе сведущих лиц ощущают, прежде всего, следователи и судьи.

Характерно, что с предложенным пониманием допроса сведущего лица автору пришлось встретиться, в основном, при беседах со следователями и прокурорами-криминалистами, а также при ознакомлении со справками о применении научно-технических средств при расследовании преступлений, поступающими из нижестоящих прокуратур в Прокуратуру СССР и в Прокуратуру РСФСР. Так, прокурор-криминалист прокуратуры Тульской области в беседе поднял вопрос о целесообразности допросов сведущих лиц в качестве особых свидетелей и привел следующий пример из своей практики. В отношении зубного протезиста было возбуждено уголовное дело, так как возникла версия о том, что он покупал золото высокой пробы, необходимое для коронок, у старателей. Протезист утверждал иное: он сам изготовлял коронки из золота пациентов. В связи с этим, за неимением иной возможности, следователь вызвал для допроса в качестве свидетеля лицо, которое имело законные основания отказаться от явки и дачи показаний в качестве свидетеля, поскольку не располагало сведениями, подлежащими установлению по данному делу. Так, был допрошен не заинтересованный в деле инженер соответствующего профиля из Магаданского НИИ золота и платины. Этот инженер подробно рассказал, почему много проще изготавливать зубные протезы из золотых изделий, нежели из золота, покупаемого у

263

старателей. Его показания нашли подтверждение в ходе расследования. Дело в отношении зубного протезиста было прекращено.

В условиях правового государства подобные допросы лиц, не располагающих сведениями об обстоятельствах совершенного преступления, не могут быть оправданы, так как в законе они не предусмотрены. В своем обобщении, направленном в Прокуратуру РСФСР, прокурор-криминалист Архангельской области предложил внести в УПК дополнение о допросе сведущих лиц. Он утверждал, что часто допрашивает сведущих лиц по делам о нарушении правил по технике безопасности: по каждому такому делу обязательно выявляет у них, нет ли каких-либо новых инструкций, дополнений и изменений действующих инструкций. По делу об убийстве новорожденного ребенка им был допрошен врач-гинеколог, чтобы выяснить, может ли роженица без особых усилий, не испытывая болей, оборвать пуповину.

К тому же автор, работая следователем прокуратуры, сам неоднократно допрашивал сведущих лиц, не заинтересованных в деле. Первые результаты обобщения этих материалов, где было обращено внимание на отличие допросов сведущих лиц от допросов свидетелей, были использованы при подготовке автором кандидатской диссертации'6. Особенно часто необходимость в допросах сведущих лиц возникает на предварительном следствии и в суде по делам о нарушении правил по технике безопасности, правил безопасности движения и эксплуатации автотранспорта, о хищениях, совершенных при выпуске неучтенной продукции, полученной при «экономии» в результате нарушения технологии производства. При изучении дел указанных категорий обнаруживается, что сведения по специальным вопросам следователи и суды стремятся получить даже у лиц, заинтересованных в деле, а также у свидетелей, которые имеют скудные специальные знания. Высказанную мысль проиллюстрируем примерами из практики.

На стройке при подъеме упала бетонная плита. Ею бьш смертельно травмирован молодой строитель. Правами потерпевшего был наделен в данном случае его отец, работавший главным инженером строительного треста в другом го-

76 См.: Участие специалистов в следственных действиях: Дис. канд. юрид. наук. М., 1972. С. 186 - 195.

264

роде. Ознакомившись с делом перед направлением его в суд, он заявил ходатайство о более полном выяснении причин, приведших к несчастному случаю с его сыном, о привлечении к уголовной ответственности не только стропальщика, но и бригадира. Поскольку ходатайство было кратким и, на первый взгляд, неубедительным, было решено допросить потерпевшего. При этом он показал, что выводы технического инспектора и заключение строительно-технической экспертизы игнорировали важное обстоятельство, нашедшее закрепление в материалах дела: по указанию бригадира, в нарушение правил, чтобы ускорить строповку плит, на них были отогнуты металлические петли. Ходатайство, а затем и показания, данные отцом погибшего потерпевшего, в которых он пояснил причинную связь указанного нарушения с несчастным случаем, явились основанием для более тщательного расследования, проведения дополнительной экспертизы и привлечения к уголовной ответственности бригадира.

Другой пример. В одном НИИ при замене в светильнике перегоревшей лампочки упал со стремянки и получил серьезную травму электрик. В ходе расследования выяснилась вина заместителя директора института по хозяйственной части, который не организовал инструктаж потерпевшего, не позаботился о ведении журнала с подписями проинструктированных. Подозреваемый принял меры по подделке документов. Придя в больницу, он уговорил потерпевшего расписаться о прохождении инструктажа. Факт подлога был установлен следователем. В качестве свидетеля по данному вопросу был допрошен больной, лежавший в одной палате с потерпевшим. Этот свидетель оказался по профессии инженером по технике безопасности. В суде он был допрошен не только о приходе подсудимого в больницу, но и о правилах техники безопасности при производстве работ, в ходе которых произошел данный несчастный случай.

В приведенных двух примерах для получения сведений по специальным вопросам допрашивались сведущие лица, вызванные для участия в деле совсем в ином качестве. Следствие и суд, можно сказать, натолкнулись на наличие специальных знаний, которые им оказалось удобным использовать в форме допроса сведущего лица. А насколько больше было бы пользы для полноты и объективности расследования, если бы следователи и суды имели возможность привлекать для допроса сведущих лиц не случайно, а всякий раз, когда в

265

этом есть необходимость. Если подобной оказии не бывает, следователи и суды нередко вызывают сведущее лицо специально для допроса. Чаще это происходит в суде. Здесь даже специалист, вызванный для участия в осмотре или другом судебном действии, как правило, затем допрашивается по специальным вопросам, в том числе и по тем, которые выходят за рамки помощи, оказанной при проведении судебного или следственного действия. В суде это происходит чаще в силу гласности, публичного характера расследования. Допрос специалиста здесь, хотя и не предусмотрен законом, становится как бы естественным продолжением деятельности по оказанию содействия в обнаружении, закреплении и изъятии доказательств.

За то, чтобы предусмотреть в законе допрос сведущих лиц, не заинтересованных в деле, для ответов на вопросы, не требующие исследований с использованием специальных знаний, ответили при анкетировании более 83,3% следователей (противоположное мнение у 5,8%, остальные воздержались от ответа); около 83% прокуроров, 72% экспертов (против лишь 8%). Отмечена непоследовательность значительной части меньшинств, считающих, что допрос сведущего лица не нужен. Именно из их числа все следователи, одна треть прокуроров и две трети экспертов ответили, что экспертам ставятся вопросы справочного характера. В беседах с некоторыми следователями, занявшими такую непоследовательную позицию, выяснилось, что они ошибочно считают нормальной практику постановки справочных вопросов экспертам, а потому не видят необходимости вносить в закон дополнения о допросе сведущего лица.

По нашему мнению, отражением назревших потребностей судебной практики в легализации допросов сведущих лиц явилось постановление Пленума Верховного Суда РСФСР №5 от 17 сентября 1975 г. «О соблюдении судами РСФСР процессуального законодательства при судебном разбирательстве уголовных дел», в п. 8 которого записано: «Специалист приглашается для участия в судебном разбирательстве в тех случаях, когда суду либо участникам судебного разбирательства при исследовании доказательств могут потребоваться специальные знания и навыки (например, в существе технологического или производственного процесса) специфических особенностей той или иной профессии и т. п. Мнение специалиста обязательно отражается в протоко-

266

ле судебного заседания». Такая же рекомендация содержалась в обзоре Верховного Суда СССР «Использование в качестве доказательств документов и заключений, подготавливаемых средствами электронно-вычислительной техники» о том, чтобы допрашивать в суде специалистов при исследовании особенностей подготовки и исполнения документов с использованием ЭВМ.

Такая трактовка использования знаний специалиста выходит за рамки ст. 133-1 и 253-1 УПК, в которых говорится лишь об участии специалиста в следственных и судебных действиях для оказания содействия в обнаружении, закреплении и изъятии доказательств. В указанных нормах не сказано о фиксации мнения специалиста. Требование об отражении мнения специалиста в протоколе судебного заседания фактически ведет к трансформации специалиста в лицо, допрашиваемое для получения сведений по специальным вопросам.

В настоящее время - время научно-технического прогресса - при расследовании целого ряда преступлений с каждым годом все настоятельнее ощущается потребность в допросах сведущих лиц. В этих условиях нельзя игнорировать проблему допроса сведущего лица, ибо это снижает эффективность использования специальных знаний на предварительном следствии. Допросы сведущих лиц без законодательной регламентации этого института не правомерны; нарушаются при этом и нормы УПК об обоснованиях вызова и полномочиях специалиста и свидетеля, под видом которых вводятся в процесс доказывания показания сведущих лиц.