Махов знаний сведущих лиц при расследовании преступлений: Монография. - М.: Изд-во РУДН, 2000. - 296 с (стр. 58 )

Изучение практики прокурорского надзора по делам о массовых беспорядках свидетельствует о том, что прокуроры, как правило, не без оснований настаивали на удовлетворении ходатайств о предоставлении переводчика, требовали участия переводчика, когда допрашивалось лицо, назвавшее родным не русский язык.

В приведенных выше случаях, если следователь не использует знания сведущих лиц, он нарушает прямое требование закона. В остальных случаях необходимость использования знаний сведущих лиц обусловлена требованием УПК, в котором записано, что «...прокурор, следователь... в пределах своей компетенции обязаны... принять все предусмотренные законом меры к установлению события преступления, лиц, виновных в совершении преступления, и к их наказанию» (ст. 3), а также «для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела» (ст. 20). Поэтому следователь не вправе игнорировать осознанную им необходимость использования знаний сведущих лиц, даже если это использование по закону не является обязательным. В поле зрения прокурора должны быть не только эти случаи, но и случаи, когда следователь в силу недостаточного опыта работы или

273

по иным причинам не пользуется помощью сведущих лиц ошибочно полагая, что такая помощь не требуется.

Чаще всего необходимость в помощи специалистов возникает при производстве осмотров, обысков, следственных экспериментов, проверки показаний на месте для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии следов преступления, фотографирования, видеосъемки хода и результатов следственного действия. Опыт лучших следователей свидетельствует о необходимости использовать помощь специалистов-биологов при осмотре места захоронения трупа, когда собирается материал, нужный экспертам-биологам для ответа на вопрос о времени захоронения трупа. Помощь специалистов-биологов целесообразна и в других случаях, когда следователю необходимо знать, какие признаки биологического характера имеют значение для дела.

Получение у живого человека образцов крови, ряда других образцов, отражающих его биологические особенности, слепков зубов, подногтевого содержимого требует применения научно-технических средств, медицинских приборов и содействия специалистов-врачей. Получение указанных образцов самостоятельно следователем прямо не запрещено законом, но помощь специалистов здесь необходима как гарантия не только объективности и правильности получения образцов, но и непричинения вреда здоровью человека, у которого берутся образцы. Поэтому игнорирование помощи специалистов при получении указанных образцов для прокурора - основание выяснить, не было ли отрицательных последствий проведения следственного действия без специалистов, а если специалист участвовал, то почему следователь, вопреки требованию ст. 141 УПК, не отразил участие в протоколе следственного действия.

В последние годы в связи с внедрением в экспертную практику высокочувствительных и точных физико-химических методов исследования эксперты получили возможность отвечать на вопросы о тождестве объектов, не оставляющих следов, отображающих их внешнее строение (к таким объектам относятся жидкие, сыпучие, газообразные вещества, а также микрочастицы различных твердых веществ). Заключе-

274

по результатам этих экспертных исследований2 нередко эиобретают важное доказательственное значение, являются действенным средством для объективного и полного расследования. Следователь нарушает требование закона о полом и объективном расследовании, если, вопреки имеющейся | необходимости, не назначает указанных экспертиз. Сбор материалов для этих экспертиз, как правило, значительно эффективнее осуществляется при содействии специалистов. Поэтому игнорирование помощи специалистов при проведении осмотров и других следственных действий, когда собираются материалы для названных и других экспертных исследований, нужно рассматривать как повод для проверки прокурором выполнения следователем обязанностей, возложенных на него по закону.

Полное и быстрое расследование дел о нарушении пра-охраны труда, движения и эксплуатации транспорта збычно невозможно без участия в следственных действиях специалистов-инженеров соответствующего профиля в осмотрах, следственных экспериментах, выемках технической документации, а также без проведения технических экспертиз. Отказ от помощи специалистов и экспертов - своеобразный сигнал для прокурора, основание для внимательного выяснения, действительно ли следователю удалось полно и объективно расследовать конкретное уголовное дело о несчастном случае на производстве, транспортном происшествии.

Основная задача прокурора в рассматриваемом аспекте - обратить внимание на неполноту или односторонность расследования. Поиски способов устранения этих пробелов возложены на следователя. Вместе с тем действия прокурора были бы просто нерациональными, если он своевременно не даст указания воспользоваться нужным содействием сведущего лица, зная, что следователь может сам и не прийти к этому оптимальному решению. Конечно же, и здесь важно правильно определить характер прокурорского вмешательства, с тем чтобы прокурор не подменял следователя, начальника следственного отдела. Характер такого вмешательства, по нашему мнению, нецелесообразно определять однознач-

Речь идет об экспертизах лакокрасочных покрытий, горюче-смазочных веществ, почв, растительных объектов, ядовитых и наркотических веществ, тканей, волокон и изделий из них, стекла, керамики, металлов и сплавов.

275

но. Многое зависит от конкретных условий, нагрузки прокурора, его стиля работы.

Примером пассивного отношения не только следователя, но и прокурора к использованию помощи в должном объеме сведущих лиц служит дело об убийстве Гришечкиной, совершенном в Орловской области. В мае 16-летняя Гришеч-кина отправилась из районного центра домой в деревню, расположенную на расстоянии 15 км. Но домой она не пришла. В результате поисков труп Гришечкиной через неделю был обнаружен в лесу в 1,5 км от деревни, в которой она жила. В том же лесу, но в другом месте удалось отыскать следы костра, в котором была сожжена одежда потерпевшей. Шея и верхняя часть груди были покрыты слоем насекомых и их личинками. Когда труп приподняли, голова отделилась от туловища. Труп, судя по фотоснимку, сделанному на месте обнаружения, сохранился хорошо. Но судебно-медицинский эксперт, проводивший исследование, не смог дать ответа на вопрос о причине смерти Гришечкиной, сославшись на то, что труп подвергся гнилостному разложению. Судебно-медицинский эксперт установил у Гришечкиной перелом нескольких ребер, характерный для автомобильной травмы, но не ответил, могла ли эта травма быть причиной смерти; не были даны объяснения механизму отделения головы от туловища, большому скоплению на шее насекомых.

Следователь и прокурор, осуществлявший надзор за расследованием этого дела, без критической оценки отнеслись к такому заключению эксперта. Согласившись с ним, следователь, а затем и прокурор сочли, что дело лишено «судебной перспективы» с учетом отмеченных «белых пятен» в заключении эксперта. Дело было прекращено за недоказанностью, хотя данные, полученные при производстве первоначальных следственных действий и экспертиз, вселяли надежду на установление убийц Гришечкиной. Следователь тщательно проверил две основные версии: 1. Убийство сопряжено с изнасилованием. 2. Гришечкина погибла в результате автомобильной травмы. Удалось установить, что в те часы, когда Гришечкина проходила лесом, здесь распивали спиртные напитки несколько человек, приехавших на легковой автомашине. Эти лица на допросах показали, что покинули лес в 16 часов. Однако шофер автомашины, выпивавший с ними, утверждал, что выехал с пассажирами из леса несколькими часами позже. В показаниях указанных лиц бы-

276

ли и другие противоречия, дающие основания подозревать их в совершении убийства.

В данном случае в целях получения ответов на указанные и некоторые другие вопросы, оставшиеся не выясненными при производстве судебно-медицинской экспертизы (требовалось, в частности, попытаться выяснить, до наступления смерти или после были повреждены ребра), не было назначено ни повторной, ни дополнительной судебно-медицинской экспертизы, не принимались меры к проведению биологической экспертизы и комплексной медико-криминалистической экспертизы.

Не только следователи, но и прокуроры, в основном, обращают внимание на использование помощи специалистов и экспертов при расследовании дел о преступлениях, связанных со смертью людей, иными тяжкими последствиями. Опыт, накопленный в Тверской области и в некоторых других регионах, свидетельствует о том, что и по делам о других преступлениях, в частности о кражах, помощь специалистов и экспертов может быть эффективнее. Долг прокуроров не только требовать более полного использования знаний сведущих лиц по конкретным делам, но и настаивать на мерах организационного характера, дающих следователям возможность вызывать сведущее лицо в каждом необходимом случае.

К первому направлению прокурорского надзора за использованием знаний сведущих лиц относятся и случаи, когда для такого использования требуется санкция прокурора. Речь идет, прежде всего, о помещении обвиняемого или подозреваемого, не содержащегося под стражей, в лечебно-психиатрическое учреждение, если при судебно-психиатри-ческой экспертизе возникает необходимость в специальном наблюдении (ст. 188 УПК). В последние годы установлено, что в 60-х - начале 80-х гг. в целях завуалированной расправы с инакомыслящими были случаи необоснованного возбуждения против них уголовных дел и направления их в судеб-но-психиатрические учреждения для производства стационарной судебно-психиатрической экспертизы, а затем, по определению суда, для принудительного лечения. Сейчас ясно, что в определенной мере формирование такой практики стало возможным из-за отсутствия должной принципиальности у некоторых прокуроров. Напомнить об этом, по нашему мнению, уместно с целью недопустимости впредь случаев

277

дачи санкции на помещение в судебно-психиатрические учреждения для производства стационарной судебно-психиат-рической экспертизы инакомыслящих якобы в интересах государства, его безопасности. Поэтому для прокуроров важно уметь критически относиться к мнению экспертов-психиатров о необходимости помещения обвиняемого в стационар для специального наблюдения. Прокуроры нуждаются в соответствующих методических рекомендациях, подготовленных при участии объективных психиатров, а также в анализе типичных ошибок при даче названной санкции их коллегами в указанные годы.