Бертран Рассел (стр. 34 )

Однако наш последний вывод нуждается в детальной проработке. Что может значить, когда мы говорим, что объект восприятия «причинно влечет» слово или же предложение? На первый взгляд, мы обязаны предположить сложный процесс в мозгу, связывающий зрительные и двигательные центры; так что причинная обусловленность ни в коей мере не будет непосредственной. Возможно, мы

176

Фактические предпосылки

имеем право изложить дело следующим образом: в процессе того, как мы учимся говорить, определенные причинные маршруты (языковые привычки) устанавливаются в мозгу; они-то и ведут от объектов восприятия к произнесениям. Таковы кратчайшие возможные пути от объектов восприятия к произнесениям; все другие пути включают некоторые дополнительные ассоциации или привычки. Когда произнесение ассоциируется с объектом восприятия посредством минимального причинного пути, объект восприятия, как говорят, является «значением» произнесенного, а произнесенное является «истинным», потому что то, что оно означает, на самом деле происходит. Итак, где бы данное положение дел ни существовало, истина суждения восприятия логически гарантирована.

Нам следует изучить, возможно ли что-нибудь подобное в отношении памяти.

Стимулом для суждения воспоминания, очевидно, никогда не является припоминаемое событие, поскольку подобное событие не существует в непосредственном прошлом. Стимулом может быть объект восприятия или же «мысль». Давайте возьмем последний случай как более простой. Предположим, вы оказываетесь в таком месте, где происходит интересная беседа, и вы помните беседу. Задействованный церебральный механизм пока что известен гипотетически, но мы можем мыслить путь от объекта восприятия к слову, «обозначающему» его, который будет очень похожим на действительный процесс. Когда два объекта восприятия А и В встречаются вместе, появление в будущем объекта восприятия, крайне похожего на Л может послужить причиной возникновения образа, крайне схожего с В. Можно сказать, что определенный тип ассоциации между объектом восприятия, подобным А, и образом, подобным В, может возникнуть только если в прошлом А и В, как объекты восприятия, встретились вместе, и поэтому воспоминание, возникающее об объекте восприятия, сходном с Д должно быть корректным. Можно сказать, что там, где возникают ошибочные воспоминания, там задействованная ассоциативная причинная цепочка должна быть длиннее, чем в случае корректных воспоминаний. Возможно, в этом смысле ситуация с памятью может быть поглощена ситуацией с восприятием.

177

Фактические предпосылки

Однако аргумент вышеприведенного типа, будучи корректным для собственных целей, не может иметь прямого отношения к вопросу о фактических предпосылках, поскольку этот вопрос предполагает разработанное знание, касающееся мозга, которое, очевидно, может быть построено только с помощью фактических предпосылок; некоторые из них являются воспоминаниями.

Следует согласиться с тем, что фактические предпосылки не обязаны быть несомненными, хотя бы и субъективно; они должны внушать только определенную степень доверия, "икая предпосылка всегда может быть поэтому подкреплена, если найдется способ гармонизировать ее с другими фактическими предпосылками. Фактическую предпосылку характеризует вовсе не ее бесспорность, но тот факт, что она вынуждает к более-менее определенной степени доверия по своим собственным причинам, независимо от ее отношения к другим суждениям. Таким образом, анализ приводит нас к комбинации самоочевидности с согласованностью: временами один фактор намного важнее другого, но в теории когеренции каждый из них всегда играет определенную роль. Требуемая согласованность не является, однако, строгой логической согласованностью, поскольку фактические предпосылки могут и должны быть заданы так, чтобы быть дедуктивно независимыми друг от друга. Какого вида согласованность фактических предпосылок имеет место, об этом поговорим в следующей части книги.

3. Отрицательные базисные суждения. Мы уже имели повод рассматривать отрицательные эмпирические суждения, но я хочу сейчас заново рассмотреть вопрос, являются ли они фактическими предпосылками сами по себе или же всегда выведены из несовместимости суждений.

Вопрос, который следует рассмотреть, таков: как мы знаем отрицательные эмпирические суждения, такие как «Нет сыра в кладовой» или «В Ирландии не водятся змеи»? Когда мы рассматривали данный вопрос в одной из предыдущих глав, мы поддержали гипотезу, согласно которой подобные суждения выведены из посылок, среди которых встречаются такие суждения, как «где красное, там нет желтого» или «что твердое, то не мягкое». Я желаю теперь заново исследовать вопрос об отрицательном эмпирическом знании в целом.

178

"4

Фактические предпосылки

Начнем с очевидного, что чувственно воспринимаемые качества распадаются на виды. Существуют цвета, звуки, запахи и вкусовые ощущения, существуют различного сорта тактильные ощущения, существуют ощущения температуры. В этой связи следует отметить некоторые моменты. Мы можем видеть два цвета сразу, но не в одном и том же месте. Мы можем слышать два звука сразу, и при этом нет нужды замечать различия, относящиеся к их направлению или источнику. Запахи не локализуемы, разве что в носу, но не являются и существенно несовместимыми. В тактильных ощущениях имеются качества, среди которых мы можем выделить два вида: локальное качество, в соответствии с той частью тела, которой касаются, и качество большего или меньшего надавливания; каждый из этих видов обладает тем сортом несовместимости, который есть у цветов; например, их можно испытать одновременно, но не в одном и том же месте на поверхности тела. Все сказанное применимо и к температуре.

Таким образом, если учитывать несовместимость, то получается, что существуют различия между качествами, принадлежащими к различным чувствам. Но что касается отрицательных суждений, то для них нет подобных различий. Если вас в темноте подведут к созревшей головке горгонзолы1 и спросят «Не чувствуете ли вы запах розы?», вы ответите отрицательно. Когда вы слышите корабельную сирену, вы знаете, что это не песня жаворонка. И когда вы не ощущаете никаких запахов или ничего не слышите, вы можете это осознавать. Похоже, мы должны прийти к заключению, что чистьте отрицательные суждения могут быть известны эмпирически без того, чтобы быть выводными. «Послушайте. Вы что-нибудь слышите?» — «Нет». Ничего нет непонятного в такой беседе. Когда вы говорите «нет» в подобном случае, сообщаете вы результат вывода или же произносите базисное суждение? Я не думаю, что этот вид знания привлекает такое внимание, какого заслуживает. Если вашим «нет» высказывается базисное суждение (которое, очевидно, должно быть эмпирическим), такие суждения могут быть не только отрицательными, но, по-видимому, общими, поскольку ваше «нет» может быть выражено, если ве-

1 Сорт испанского сыра. — Прим. перев.

179

Фактические предпосылки

ритъ логике, в форме: «Ни один звук не слышится в настоящий момент»1. Таким путем логические трудности с общим эмпирическим знанием будут существенно уменьшены. С другой стороны, если ваше «нет» выражает результат вывода, оно должно использовать несколько общих посылок, иначе нельзя вывести никакого общего заключения; вот почему мы все еще должны предполагать, что некоторые базисные суждения, не принадлежащие логике, являются общими.

Когда кто-то говорит «слушайте», а вы ничего не слышите, вы в состоянии расслышать звуки, если бы они были. Но это не всегда имеет место. «Вы слышали звонок на обед?» — «Нет, я работал». Здесь вы имеете отрицательное суждение памяти и причину (но не основания) приписать ему истинность; в этом случае вы уверены в отрицательном суждении, хотя вы не прислушивались в то время к происходящему вокруг вас.

Кажется, нельзя сопротивляться выводу, что объект восприятия или память могут породить как отрицательную фактическую предпосылку, так и утвердительную. Существует важное различие: в случае утвердительного базисного суждения объект восприятия может быть причиной слов, в то время как в случае отрицания как слова, так и соответствующие образы должны существовать независимо от объекта восприятия. Вот почему отрицательное базисное суждение требует пропозициональной установки, в которой обсуждаемое суждение является тем, которое отрицается на основе восприятия. Мы можем, следовательно, сказать, что если утвердительное базисное суждение причинно обусловливается только объектом восприятия (заданным нашими вербальными привычками), отрицательное суждение причинно обусловливается объектом восприятия плюс предшествующей пропозициональной установкой. Остается еще несовместимость, но она имеет место между воображением и восприятием. Простейший способ выразить это положение дел — значит сказать, что в результате восприятия вы знаете, что определенное суждение ложно. Короче говоря: в определенном смысле можно отмечать как то, чего там нет, так и то, что там есть. Данный вывод, если он правильный, является важным.

1 Позже я покажу, что теория познания не нуждается в подобной логической интерпретации.

180

Фактические предпосылки

4. Фактические предпосылки, касающиеся пропозициональных установок в настоящем. Эти суждения в той же мере, как суждение «это — красное», сообщают о событии в настоящем, но они отличаются от базисных суждений класса I их логической формой, включающей ссылку на суждение. Они являются суждениями, утверждающими веру во что-то, сомнения в чем-то, желание чего-то и так далее, коль скоро такие суждения известны независимо от вывода. Нечто, во что верят, или в чем сомневаются, или чего желают, может быть выражено только в подчиненном предложении. Ясно, что мы можем отдавать себе отчет в том, во что мы верим или чего желаем, таким же непосредственным образом, как мы можем отдавать себе отчет в красном пятне, которое мы видим. Предположим, кто-то спрашивает: «Сегодня — среда?», и вы отвечаете: «Думаю, да». Ваше утверждение «думаю, да» выражает, по крайней Мере частично, фактическую предпосылку по поводу вашего мнений. Анализ подобного суждения порождает трудности, но я не вижу, как отвергнуть то соображение, что суждение содержит по крайней мере зернышко данности.

Желательно указать, что суждения данного класса обычно, если не всегда, являются психологическими. Я не уверен, что могу проигнорировать этот факт, давая определение «психологии». Можно сказать, что сны принадлежат к психологии, а базисные суждения, относящиеся к объектам восприятия во сне, принадлежат в точности к тому же виду, что и другие базисные суждения, касающиеся объектов восприятия. Но на это можно ответить, что научное изучение сновидений возможно, только когда мы бодрствуем, и поэтому вся данность для любой предполагаемой науки о сновидениях состоит из воспоминаний. Аналогичные ответы могут быть даны в отношении психологии восприятия.