Бертран Рассел (стр. 53 )

Рассмотрим поведение собаки. Когда она видит, что ее хозяин надевает шляпу, она ожидает, что ее возьмут на прогулку, и выражает это ожидание прыжками и лаем. Определенный запах собаку наводит на мысль о кролике; действует кроличья нора или любое I место, где собака часто встречается с кроликами. Запах самки в брачный период будет стимулировать подозрительные попытки. Мне рассказывали, что лошади сильно пугаются запаха медвежьей шкуры, даже если лошадь никогда не видела медведя. Указанные | виды поведения частично являются инстинктивными, частично | результатом опыта. Запах кролика или самки оказывает инстинк - | тивное действие, но хозяйская шляпа вызывает эффект, произве - | денный предыдущими событиями. В обоих сходных случаях, если | бы собака была чудесным образом одарена языком и ментальны - ) ми привычками философа, это привело бы ее к формулированию ·

278

Общие мнения

общего суждения. Она могла бы сказать: «Везде, где появляется этот запах, имеется нечто съедобное» и «Надевание шляпы моим хозяином является неизменным событием, предшествующим его прогулке». Если вы спросите собаку, каким образом она это знает, она скажет в последнем случае, что все это наблюдала, а в первом случае — что у нее была синтетическая априори интуиция. Она не говорит этого только потому, что не умеет разговаривать; но мы говорим весьма сходные вещи при весьма сходных обстоятельствах.

Давайте рассмотрим некоторые более легкие общие суждения, такие, как «всякий раз, когда поблизости имеется определенный запах, имеется и бекон». Пусть <</х» означает «существует определенный запах поблизости отх», и пусть «дх» означает «существует бекон поблизости отх». Всякий раз, когда мы едим бекон, мы сталкиваемся на опыте с fie и дх, а когда мы сталкиваемся только с од-ним/к, мы обычно обнаруживаем, приложив некоторые усилия, что можем столкнуться на опыте и с дх. Подобное положение дел со временем рождает привычку полагать дх всякий раз, когда мы полагаем fx. Пока что, однако, мы не полагаем никакого общего суждения. Психолог, наблюдающий за нами, может прийти к общему суждению «всякий раз, когда мистер такой-то полагает fx, он также полагает дх». Но это не общее суждение «всякий раз, когда истинно ^х, также истинно дх», которое нам желательно получить. Ведь для мистера такого-то общее суждение возникает в результате его наблюдения, так же как психологическое суждение возникает из наблюдения психолога. Все, что может бы сказано за или против одного общего суждения, в той же степени может быть сказано в отношении другого.

Давайте попытаемся рассмотреть более детально суждение «всякий раз, когда существует/х, существует и дх». Рассмотрим вначале различные значения функции/, скажем,/a, fb,/с... Каждое из них является суждением, которое можно полагать: например,/а говорит, что «поблизости от ч имеется определенный запах (бекона)». Запах является, строго говоря, классом запахов, поскольку два кусочка бекона не пахнут в точности одинаково. Давайте назовем класс запахов, о которых идет речь, р, а класс кусочков беко-

279

Общие мнения

на — в. Или, чтобы избежать ассоциаций с физикализмом, пусть в— класс зрительных восприятий, называемых «видение бекона». Мы можем несколько изменить наше исходное суждение, чтобы упростить наше обсуждение; мы можем взять суждение «всякий раз, когда мы ощущаем запах бекона, мы его видим в тот же момент или вскоре после этого». Чтобы уточнить его, давайте зафиксируем временной интервал t, скажем, в пять минут. Тогда наше высказывание превращается в следующее: «когда бы ни произошло событие — член класса р, происходит чуть позже событие — член класса Д такое, что временной интервал между p и /? меньше t», где t — заданный постоянный временной интервал. Но такое выражение слишком сложное. Давайте посмотрим, возможно ли выразить мысль попроще.

Когда я начинаю размышлять, я наблюдаю, что в определенных случаях сталкиваюсь на опыте с/а и ожидаю да, сталкиваюсь cfb и ожидаю gb и т. д. Я наблюдаю также, что ожидания меня не разочаровывают. Время t, появившееся в нашем предыдущем высказывании, теперь замещается временем, необходимым для того, чтобы разочароваться в ожидании. Конечно, оно различается в зависимости от характера ожидания, а также, как в нашем случае, от интенсивности запаха. Вспомним, что мы определяли ожидаемое, подобное припоминаемому, как разновидность мнения: например, суждение «происходит сильный взрыв во время t» может ожидаться раньше t, осознаваться как восприятие в момент t и припоминаться после t. Грамматическое время глагола — «будет», «есть», «было» — выражает различия в телесных состояниях носителя мнения в соответствии с его ожиданиями, восприятиями или воспоминаниями. Время применяется первично только к предметам нашего перцептивного опыта и выражает виды возникающего мнения, но не характер того, на что «указывает» мнение. Если мы желаем сказать в спинозовской безвременной манере, что «Цезарь является убитым на мартовские иды», мы должны изобрести специальный язык и использовать «есть» в смысле, отличном от обычного употребления.

Давайте теперь вернемся к нашему бекону. Человек или животное, сталкиваясь на опыте с элементом р, ожидает появления в опы-

280

Общие мнения

те элемента Д но не начинает полагать общее суждение, хотя его поведение в присутствии члена класса p таково, как если бы он, она или оно полагали общее суждение. Различие в поведении между приведенным выше примером и полаганием общего суждения возникает тогда, когда не присутствует ни один член классар. Если я полагаю, что «там, где имеется р, имеется yS», и если я желаю один из в, я могу прийти к поиску одного из р; данная мысль поясняется примером геолога, ищущего золото, который ищет его только там, где имеются очевидные показания для этого. Геологу требуется явное общее суждение как руководство к действию. В этой главе мы касаемся явного общего суждения, но понимаем его лучше, если рассматриваем его животного предшественника.

Когда я высказываю мнение о будущем, оно может либо включать, либо не включать физическое состояние, называемое «ожиданием», так же как мнение о прошлом может включать или не включать припоминание. Если я думаю, что «однажды Солнце остынет», я не нахожусь в состоянии ожидания; если, наблюдая вспышку молнии, я думаю «сейчас прогремит гром», я нахожусь в состоянии ожидания. Ожидание как физическое состояние возможно только в отношении опыта в непосредственном будущем. Далее, я использую слово «ожидание» как аналог памяти, не включая в него никаких мнений о будущем.

Индукция животного отличается от научной индукции в нескольких отношениях; одно из различий состоит в том, что первая, но не последняя, включает ожидание. Когда в опыте животного событие вида А быстро сменяется событием вида J5, если В эмоционально интересно, животное приходит к ожиданию В каждый раз, когда происходит А. Какое количество опытов необходимо, зависит от силы эмоции, возбуждаемой В; если В крайне желательно или болезненно, то может быть достаточно одного опыта. Как только животное приобрело привычку ожидать В, когда видит А, оно ведет себя в присутствии А как человек, который полагает общее суждение «послеА всегда следует5». Но животное ни в коей мере не полагает ничего такого, что могло бы быть выражено исключительно словами, упоминающими А и В. Животное видит А и ожида-

281

Общие мнения

ет В; эти два события, хотя мы и видим, что они причинно связаны, для животного являются отдельными мнениями. Когда мы размышляем о собственном животном поведении, мы можем наблюдать, что до сих пор после А всегда следовало В, или же мы можем наблюдать два закона: «А вызывает ожидание В» и «За ожиданием В следует В». Эти два закона становятся истинными позже, чем наше первое опытное знакомство с одним из них, согласно которому за А следует В, поскольку определенное число опытных испытаний закона необходимо, чтобы вызвать к жизни примеры закона, согласно которому А выступает причиной ожидания В. Любой из этих трех законов может не сбыться в любой момент, но я рассматриваю случай, при котором этого не происходит.

Важность сказанного состоит в том, что оно демонстрирует ограничения животной индукции. Она никогда не ведет к полага-нию общего суждения «после А следует В», а только, когда происходит А, ведет к ожиданию «произойдет В». Убежденность в общих законах, даже индуктивных и ошибочных, требует более высокого интеллектуального развития, чем для того, что может быть названо «индуктивным поведением» в присутствии стимула А. Рассуждая прагматически, мнение в виде общего закона, как противостоящее животной привычке, существенно отличается тем, что оно может влиять на действие в отсутствие стимула Л.

В научной индукции не присутствует ожидание в ограниченном выше смысле. Рассмотрим одно из самых ранних применений такой индукции — открытие египтянами периодичности затмений. Здесь предсказываемые события были слишком удалены по времени, чтобы «ожидать» их в физическом смысле. В науч - € ной индукции два события А и В наблюдаются как происходящие совместно или рядом во времени, но не продуцируется никакого физического ожидания, а если оно и появляется, то рассматривается как не относящееся к делу. Гипотеза, что В всегда сопровождает А или следует за ним, предшествует мнению, что это имеет место, и мнение никогда не приобретает догматического и непосредственного качества животного ожидания. Я, однако, не могу подтвердить мысль, что наша упрямая вера в индукцию имеет

282

Общие мнения

какую-то связь с животным ожиданием. Но это чисто психологический вопрос, несущественный для нашего исследования.

А теперь мы попытаемся проанализировать, что «выражается» словами «после А всегда следует В». То, что выражается, не может пониматься в том смысле, что когда мы сталкиваемся на опыте с А, мы ожидаем В, поскольку это уже другой общий закон, который следовало бы сходным образом проанализировать, и так мы впали бы в бесконечный регресс. То, что выражается, должно быть мнением, включающим как А, так и 5, но не причинной связью между мнением и одним Л, а также между другим мнением и одним В.

Предположим, я полагаю, что все люди смертны. Что при этом должно случиться со мной? Я думаю, что мнение такого рода иногда является утвердительным, иногда отрицательным там, где такие термины следует истолковывать психологически. Мнение является утвердительным, когда принимается то, что рассматривается, и отрицательным, когда отвергается то, что рассматривается. Таким образом, высказывание «Все люди смертны», когда оно утвердительное, устанавливает определенную связь между предикатами «человек» и «смертен», а когда оно отрицательное, то может быть представлено вопросом «Бессмертный человек?», после которого следует ответ «Нет». Психологически эти два случая отличаются. Давайте сначала рассмотрим утвердительный вариант.