Теоретические основы возмещения экологического вреда (стр. 74 )

Законопроект предполагал введение обязательного тре­бования об оснащении всех автотранспортных средств (част­ных, государственных, муниципальных) специальными устрой­ствами — нейтрализаторами отработавших газов. В ходе законопроектных работ высказывались идеи относительно необ­ходимости введения запрета на реализацию в г. Москве не оснащенных ими автомобилей. Основные проблемы, с кото­рыми столкнулись разработчики проекта, — это отсутствие аналогичных требований к техническим характеристикам ав­тотранспорта в ГОСТах, а также неконституционность запретов на реализацию продукции (автомобилей) по вышеуказан­ным основаниям.

Другой пример — введенный с 1994 г. запрет на реализа­цию в г. Москве этилированного бензина, который, как извест­но, является наиболее вредным для окружающей среды. Поми­мо запрета но реализацию были введены и штрафные санкции за его нарушение. Между тем данный вид топлива не является запрещенным, производится, реализуется и используется во многих регионах России. То есть установленный запрет по идее противоречил принципу единого экономического пространства. Но очевидно и другое — его введение вызвано кризисностью экологической ситуации в городе и необходимостью предпри­нимать меры по ее преодолению прежде всего в интересах защиты здоровья граждан и окружающей среды. Впоследствии данное исключение из общего правила свободы перемещения товаров было подтверждено нормами ст. 15 (п. 6) Федерального закона «Об охране атмосферного воздуха», допускающими введение, по решению органов исполнительной власти РФ или органов государственной власти субъектов РФ, «...ограниче­ния использования нефтепродуктов и других видов топлива, сжигание которых приводит к загрязнению атмосферного воз­духа на соответствующей территории...».

Аналогичные проблемы возникли и в связи с формирова­нием средств Экологического фонда г. Москвы. Основным ис­точником его поступлений является плата за загрязнение окру­жающей природной среды. Федеральное законодательство не содержит четкого перечня субъектов платы (Так, федеральный закон «Об охране атмосферного возду­ха» 1998 г. (ст. 28) относит к числу субъектов платы всех физи­ческих лиц. Постановление Правительства РФ от 28 августа 1992 г. № 000 только иностранных физических лиц, Инст­руктивно-методические указания по взиманию платы за заг­рязнение окружающей среды Минприроды РФ от 27 ноября 1993 г. — физических лиц, осуществляющих производствен­но-хозяйственную деятельность).

Вопрос о том, являются ли ее плательщиками граждане, однозначно в нем не решен. Основным источником загрязне­ния в Москве, как уже было отмечено выше, является частный автотранспорт, причиняющий в результате загрязнения атмос­ферного воздуха ущерб окружающей среде, здоровью населе­ния, объектам городской инфраструктуры, городскому хозяй­ству в целом. Ущерб имеет вполне конкретное денежное выра­жение и сопряжен с затратами городского бюджета по рекуль­тивации загрязненных земель, ремонту зданий, посадке новых зеленых насаждений взамен погибших и пр. Источники покры­тия этого ущерба отсутствуют, поскольку средства Экологичес­кого фонда формируются преимущественно за счет платы за загрязнение, поступающей от организаций и предназначенных по идее к расходованию на иные цели.

В связи с этим был принят Закон г. Москвы от 27 декабря 1997 г. № 57 «О плате за выбросы загрязняющих веществ пере­движными источниками на территории г. Москвы», установив­ший в качестве субъекта платы организации, независимо от форм собственности и ведомственной принадлежности, и граж­дан, использующих моторное топливо в транспортных целях. Ставки платы, порядок ее зачисления и последующего исполь­зования были установлены в соответствии с федеральным зако­нодательством. Однако в дальнейшем закон стал предметом судебного спора в Московском городском суде и Верховном Суде РФ в порядке рассмотрения кассационной жалобы, по­данной Московской городской думой и мэрией г. Москвы (Рассматриваемый закон был отменен Законом г. Москвы от 20 декабря 2000 г. № 44 «Об отмене Закона города Москвы от 24 декабря 1997 г. № 57»).

В содержательном плане суть спора сводилась к двум ос­новным вопросам: является ли введенная плата за выбросы заг­рязняющих веществ налогом, и вправе ли субъекты Федерации в отсутствие четких указаний в федеральном законодательстве включать в число плательщиков всех физических лиц (в том чис­ле граждан), руководствуясь принципом целесообразности и необходимостью компенсации затрат, возникающих в резуль­тате загрязнения.

Схожий по характеру спор рассматривался в Конституци­онном Суде ФРГ в 1995 г. по поводу законности введения в одной из земель ФРГ сборов за нерациональное водопользова­ние. Решением Суда сборы были узаконены как соответствую­щие целям и функциям управления природными ресурсами, а также целям покрытия затрат, возникающих в связи с ухудшени­ем состояния водных ресурсов. Судебная практика в ФРГ идет в ряде случаев по пути признания законности установления в от­дельных землях ФРГ региональных экологических налогов, сбо­ров, обязательных платежей, если их введение сопряжено с наличием обоснованных затрат муниципальных или региональ­ных властей по предотвращению или ликвидации экологически негативных последствий той или иной деятельности. Тем самым признается право земель как субъектов, входящих в Федера­цию, учитывать в своем законодательстве специфику региональ­ных экологически негативных факторов.

 

Очевидно, что данный принцип, равно как и изъятия из него, имеют важнейшее значение с точки зрения правового обеспечения экономического механизма охраны окружающей среды.

2) Статья 9 Конституции РФ, устанавливающая принцип множественности форм собственности на природные ресурсы (или множественности субъектов права собственности), также, на наш взгляд, приобретает особый смысл в контексте пробле­мы функционирования экономического механизма охраны ок­ружающей среды. Федеральное законодательство признает за субъектами Федерации право собственности на отдельные ка­тегории природных ресурсов, а следовательно, и все правомо­чия (владение, пользование, распоряжение), присущие соб­ственнику.

Не останавливаясь на юридических и практических про­блемах разграничения собственности на природные ресурсы между Российской Федерацией и субъектами Федерации, хо­телось бы обратить внимание на необходимость учета интере­сов последних как собственников при определении сферы их компетенции по установлению видов, форм, субъектов, порядка взимания платы за природопользование.

В процессе дальнейшей работы над экологическим зако­нодательством, в том числе и в связи с его возможной в буду­щем кодификацией, необходимо, с одной стороны, выработать единообразный подход к правовому обеспечению экономичес­кого механизма охраны окружающей среды в федеральном за­конодательстве, учитывая, что данная часть норм в рамках эко­логического и иного законодательства представляет собой наи­менее упорядоченный во всех отношениях, разрозненный мас­сив. С другой стороны, необходимо предоставить субъектам Федерации возможность для использования различных эконо­мико-правовых мер в интересах решения региональных эколо­гических проблем.

Представляется также целесообразным в будущем законо­дательстве вообще отказаться от использования понятий «эко­номический механизм», «экономическое регулирование», по­скольку последние не несут правовой нагрузки. Закон, как из­вестно, осуществляет правовое, а не экономическое регулиро­вание (Петрова правового обеспечения экономического механизма охраны окружающей среды // Экологическое право. 2001. - № 3. С.12-16).

Правовые аспекты охраны

и использования генофонда Российской Федерации

В XXI веке биотехнология будет развиваться в основном по двум направлениям: клеточная биология и генная инженерия, основанная на возможности целенаправленного конструирования сочетаний генов. Исследования по получению клонов (т.е. точных копий живого существа) начались много лет назад с искусственного осеменения домашних животных (коров), и клонированная овечка Долли оказалась точной копией своего реального “донора”. Разумеется, следует думать, что клеточная биология позволит в будущем преодолеть белковый дефицит — этот дамоклов меч, висевший над человечеством на всех этапах его развития. В условиях, когда больше трети населения Земли страдает от белкового голода, а четверть просто постоянно голодает, отказаться от средств, повышающих отдачу сельскохозяйственной продукции, невозможно.

Сохранение генетического фонда (совокупность генов особей данной популяции) для человечества важно, потому что скрещивание с другими видами — один из основных путей повышения устойчивости ведущих сельскохозяйственных культур. Гены дикой турецкой пшеницы спасли ситуацию в американском штате Монтана в 60-е годы, когда урожай резко сократился на 1/3. Итак, в настоящее время биотехнология — это любой вид технологии, связанный с использованием биологических систем, живых организмов (их производных) для изготовления или изменения продуктов или процессов с целью их конкретного использования.

При широком ее использовании это приведет если не к изобилию, то к достаточности продуктов питания. Сейчас практически открыт путь к получению копий с лучших сельскохозяйственных животных — коров, овец, коз, дающих максимальное количество молока, мяса, шерсти. Требуется не много времени, чтобы заменить низкопроизводительных животных на самые лучшие породы. Значит, появятся многочисленные “одомашненные (культивируемые) виды”, т.е. виды, на процесс эволюции которых оказывает воздействие человек в целях удовлетворения своих потребностей; усилят свое значение “биологические ресурсы”, включающие генетические ресурсы: организмы (их части), популяции и любые другие биотические компоненты экосистем, имеющие фактическую или потенциальную полезность (ценность) для человечества. Появилось понятие “страна происхождения генетических ресурсов” — та страна, которая обладает генетическими ресурсами в условиях in-situ.

Конвенция о биологическом разнообразии 1992 г. установила “условия in-situ” — те условия, в которых существуют генетические ресурсы в рамках экосистем и естественных мест обитания. Применительно к одомашненным или культивируемым видам — в среде, в которой они приобрели свои отличительные признаки, что требует их охраны правовыми способами.