Восприятие и обучение (стр. 15 )

Хотя главная наша задача состоит в том, чтобы рассмотреть проблемы перцептивного развития ребенка, мы не можем ее осуществить, не изложив предварительно наших представлений о структуре перцептивных действий и закономерностях их функционального развития, поскольку без выяснения этих более общих вопросов предлагаемая концепция перцептивного развития оказалась бы недостаточно понятной, а имеющаяся литература (в том числе, книга «Восприятие и действие», подготовленная при нашем участии) не дает их достаточно полного и систематического освещения.

В силу указанных соображений мы начинаем последующее изложение с характеристики перцептивных действий, пользуясь главным образом материалами, полученными при их генетическом изучении, затем рассматриваем пути формирования перцептивных действий на разных этапах онтогенеза и только после этого переходим к проблемам перцептивного развития в собственном смысле слова — выяснению его общих закономерностей и генетических ступеней.

73

Поскольку вопросы перцептивного развития тесно переплетаются с вопросами обучения восприятию, в книгу включен также анализ основных систем сенсорного воспитания дошкольников с точки зрения психологического смысла предлагаемых ими принципов, содержания и методов такого обучения.

Автор выражает глубокую признательность , с которым он начинал исследовательскую работу по психологии детского восприятия 17 лет назад, за постоянное идейное руководство и конкретную помощь в подготовке настоящей книги.

74

Глава II

ПЕРЦЕПТИВНЫЕ ДЕЙСТВИЯ

Как было показано в предыдущей главе, сложившееся в советской психологии понимание перцептивных действий отличается от их понимания зарубежными авторами (например, Ж. Пиаже и Д. Гибсоном) прежде всего в том отношении, что они рассматриваются как механизм самого построения образов, отображения объективных свойств предметов и явлений действительности, а не как некоторый вспомогательный инструмент, производящий отбор нужной информации, создающий оптимальные условия для ее переработки, и т. п.

Свойственная зарубежным авторам тенденция к передаче изучения функции отображения в область физиологического исследования представляется нам уходом от решения проблемы, не имеющим ни фактических, ни теоретических оснований.

Как известно, физиологические регуляции основываются на использовании нервных кодов, не нуждаясь в создании и функционировании образов. Регуляция поведения на основе образа возникла в ходе эволюции как особый, наиболее высокий вид взаимодействия субъекта с окружающим миром, и этот вид взаимодействия является предметом психологического изучения. Конечно, восприятие, как и другие формы психической деятельности, имеет сложное строение, включает согласованную работу многих уровней, начиная от нейронного и кончая собственно психологическим. Выяснение особенностей взаимодействия этих уровней, «вертикальный синтез», который, по мнению , составляет

75

главную перспективную задачу советской психологии1, является в области изучения восприятия делом будущего. Однако, как бы далеко мы ни продвинулись в осуществлении такого синтеза, физиологические процессы всегда будут выступать как обслуживающие собственно психическую деятельность, обеспечивающие ее регуляцию, а не как замещающие ее, выполняющие (хотя бы частично) ее функции.

Согласно гипотезе уподобления материалом, из которого строится образ, является динамика процесса в рецепцирующей системе, «уподобляющаяся» свойствам объекта, копирующая их. Что касается способа, при помощи которого производится копирование, то, как показывает , он заключается в «компарирующем» анализе. Детерминация процесса свойствами объекта, о которой говорил еще , не является механической, а достигается за счет активного «подстраивания» к этим свойствам. Такое подстраивание и составляет основную характеристику перцептивного действия.

Нам представляется бесспорным общее направление решения проблемы, связанное с гипотезой уподобления. Все имеющиеся материалы по генетическому и функциональному развитию восприятия, в том числе и наши данные, показывают, что построение образа невозможно без воссоздания свойств воспринимаемого объекта из материала, имеющегося в распоряжении субъекта, как бы перевода этих свойств на доступный ему язык. С другой стороны, получено достаточно экспериментальных подтверждений того, что воссоздание осуществляется путем активного «прилаживания», «подстройки» этого материала к особенностям воздействия2.

Однако попытки объяснить генезис восприятия исходя из тех конкретных форм уподобления, которые указывает , наталкиваются на существенные трудности. Данные, полученные при изучении движений руки в процессе осязания и движений глаза при осмотре предмета у детей-дошкольников [108], совершенно определенно показывают, что «подстройка» этих движений к

76

форме объектов, приводящая к ее двигательному воспроизведению, является весьма сложным сенсорным умением, возникающим только к старшему дошкольному возрасту. Далее обнаруживается, что ощупывающая рука и осматривающий предмет глаз «липнут» к воспринимаемому объекту только в случае, если перед испытуемым стоит задача, требующая выяснения и запоминания особенностей его контура, и лишь на стадии первоначального ознакомления с данным объектом. При других задачах и в случае восприятия знакомых объектов соответствие движений рецепторных аппаратов их свойствам оказывается весьма относительным.

Эти факты говорят о том, что рассматриваемый тип уподобления не является первичным и всеобщим, и заставляют предположить, что перцептивное действие может использовать другой «материал» для построения образов, кроме динамики процессов в рецепцирующих системах.

Анализ формирования перцептивных действий у детей различных возрастных групп показывает, что такое предположение соответствует действительности. Исходным видом «материала», уподобляющегося свойствам объектов, является не динамика рецепцирующих систем, а динамика эффекторных, рабочих систем, приспосабливающаяся к особенностям предметов, с которыми производится практическое действие. Перцептивное действие, являющееся производным от практического, заимствует прежде всего приемы такого двигательного уподобления. На дальнейших этапах развития поведения практическое уподобление достигается уже не только путем «подстройки» к свойствам объектов самих движений, но и при помощи подбора и использования адекватных этим свойствам предметных средств: орудий, материалов и т. п. Это ведет к появлению соответствующих изменений и в перцептивном уподоблении, которое также начинает использовать предметные средства, выступающие в виде образов. Что касается самой динамики процессов в рецепцирующих системах, в частности движений руки и глаза, то они «подстраиваются» к свойствам объектов, по-видимому, лишь в той мере, в какой заимствуют приемы у практического действия, и лишь в тех случаях, когда перцептивное действие использует в качестве материала для построения образа частично воспроизводимые

77

в этих движениях интериоризованные компоненты динамики рабочих систем. При использовании в перцептивных действиях «предметного» материала движения руки и глаза не воспроизводят свойств объектов непосредственно. Они участвуют в осуществлении предметных операций, в результате которых достигается построение образа из этого материала.

Новые образы строятся при участии образов, сформировавшихся на предыдущих этапах, но мы не имеем при этом замкнутого круга порождения одних психических образований другими: этот круг разомкнут звеном практического действия, непосредственно взаимодействующего с объектами и являющегося исходным пунктом как построения первоначальных типов образа, так и образования все более совершенных перцептивных действий, ведущих к совершенствованию отображения свойств предметов.

Гипотеза уподобления, обозначая верное направление поисков, не охватывает всех форм уподобления, сосредоточивая внимание лишь на одной форме и не выясняя ее происхождения. Кроме того, эта гипотеза указывает лишь общий принцип отображения свойств предметов. Результаты генетических исследований восприятия позволяют осуществить дальнейшее развитие положений, выдвинутых . Они показывают, что перцептивное действие является действием в полном и точном смысле этого слова. Это не просто некоторая активность, включающая движения рецепторных систем, но и активность, направленная на решение определенных задач, вне которых никакое уподобление этих движений свойствам объектов не приводит к формированию образа [130]. Как и всякое действие, перцептивное действие пользуется определенными средствами — тем «материалом», который уподобляется свойствам объекта, из которого они воссоздаются, — и осуществляется при помощи операций, производящих «компарирующий» анализ.

Задачи, средства и операции перцептивных действий и являются предметом рассмотрения в настоящей главе. Есть, однако, еще одна сторона дела, которая должна быть учтена при их характеристике. Мы имеем в виду вопрос о соотношении ориентировочной и исполнительской части перцептивных действий, который до настоящего

78

времени, как правило, даже не выдвигался. На основании полученных нами фактических данных мы попытаемся высказать некоторые соображения, касающиеся путей ориентировки в перцептивных задачах, приводящих к отбору средств и операций, необходимых в каждом конкретном случае для построения образа.

ЗАДАЧИ ПЕРЦЕПТИВНЫХ ДЕЙСТВИЙ

Выделение задач, разрешаемых перцептивными действиями, требует учета отношения восприятия к его объектам — предметам и явлениям материального мира, их внешним свойствам и отношениям, с одной стороны, и к поведению, деятельности индивида — с другой. История психологического изучения восприятия показывает, что игнорирование любой из этих сторон ведет к невозможности установления путей последовательного усложнения перцептивных задач и, следовательно, к невозможности детерминистического объяснения развития восприятия, так как последнее детерминируется именно новыми задачами, возникающими в ходе онтогенеза.

Феноменалистические направления в психологии восприятия, и прежде всего гештальтпсихология, усматривали в перцептивных процессах лишь функционирование образов, искали ответа на вопрос, «почему мы видим мир таким, как мы его видим» в закономерностях такого функционирования. Как мы уже отмечали выше, представители гештальтпсихологии описывали изменения образов на протяжении онтогенеза, относя их за счет расчленения и реинтеграции самих перцептивных структур. Однако эти изменения не получали фактически никакого объяснения, так как совершенствование образов не может быть понято вне учета изменения роли отображаемых ими свойств и отношений в деятельности ребенка и соответствующего изменения требований к их восприятию.