Мартин Хайдеггер Немецкий идеализм (фихте, шеллинг, гегель) и философская проблематика современности (стр. 42 )

Попытка метафизики вот-бытия как фундаментальной онтологии в первой части «Бытия и времени» и в «О существе основания».

Обобщение

[к § 7]

Тезис—полагание—бытие. Основная проблема бытия. Вопрос о бытии и вопрос о человеке.

Наставление к пониманию и истолкованию. Онтологически — но недостаточно. Онтологически о Я. Бытие Я в его отношении к «яйному» бытию: собственная проблема. Фихте: ни вообще основная онтологическая проблема, ни экзистенциальная.

Высшее абсолютно безусловное основоположение: безусловное по содержанию и форме — попеременно.

План еще раз: 1—5, 6—7, 8—10.

До сих пор 1—3: 1) то, что нечто безусловно положено (А есть); 2) что здесь положено (X); 3) что соположено, когда положен X.

Не-Я

[к § 8]

Характеристика формального происхождения из - А, но предполагает нечто экзистенциальное: принадлежащее к сущности Я — к «яйности» как таковой — противоположное (Entgegenhafte) как таковое; в самом Я и через него удерживаемый напротив горизонт «против чего» (das Wogegen). Но этот горизонт един с уже положенным в § 1 горизонтом постоянства.

Путь раскрытия с точки зрения «-А не = А» в себе самом не соответствует тому, что при этом подразумевает Фихте.

Тем не менее в контексте: «Я» и бытие — ничтожность, выражающаяся в формальных положениях.

Введение. Обобщение

[K § 8 d]

Цель: Набросок «яйности» в ее сущности (человек) и с прицелом на обоснование философии как наукоучения — метафизика (бытие).

Исход: факт, существует «безусловное признание» того, что «А есть А» (обоснование других положений).

Цель: это существование есть безусловное действие (действие Я как такового).

Введение. Обобщение

[к § 8 е]

В последнее время, особенно начиная с С. Бергера (Ьber eine unverцffentlichte Wissenschaftslehre J. G. Fichtes. Von 1797. Dissertation Marburg 1918) стало обычным делом отодвигать на второй план наукоучение 1794 года. Подлинная причина: трудность его понимания, невидение проблемы. Но именно здесь — проблематика метафизики в ее традиционной форме.

Двоякое: формально-логические положения, трансцендентальная логика, система (Декарт, Спиноза) и «Я мыслю» (Кант), трансцендентальная апперцепция.

Систематизировать целое.

О том, сколь сильным у Фихте было поначалу тяготение к логике, в сколь значительной мере вся идея наукоучения должна была рассматриваться именно с этой точки зрения, свидетельствует отрывок из его рецензии на книгу Шульце «Энезидем, или об основах элементарной философии, изложенной в Йене профессором Рейнгольдом» (Allgemeine Literaturzeitung. Jena, 1794): «Если основоположение тождества и противоречия воздвигнуть как фундамент всей философии, как оно и должно быть воздвигнуто (ведь для такой системы и Кант создал все возможные условия, хотя сам и не имел намерения ее воздвигать)...» и т. д.261

[к § 10]

Изложение трех основоположений наукоучения показывает нам, каково начало метафизики существования. Характер этого начала одновременно должен определить идею метафизики.

«Начало» — это не какая-то точка зрения, оно, наверное, вполне определенно внутри той традиции, в которой решается проблема метафизики.

Мы видели — как раз в замечании о Канте — тенденцию к системе и систематическому обоснованию. Хотя она и центральная, сейчас надо отвлечься от этого и наметить только одно: проблему возможного раскрытия сущности Я.

Экзистенциал

[к § 11 а]

Экзистенциалы и категории. Но почему бы не говорить о вещных и личностных категориях (Dingkategorien und Personkategorien)? Потому что как раз тогда решающая проблема остается скрытой. Бытие вот-бытия, экзистенцию, вообще невозможно уловить через категориальное.

Все высказывания о вот-бытии, о человеке и бытии по своему содержанию и смыслу принципиально отличаются от прочих высказываний. Это значит, что «есть» означает не просто бытие человека, отличное от бытия вещей: сам характер того, как это «есть» совершает означение в соответствии со своим значением, принципиально отличен от всякого другого.

Но в то же время: эта форма высказывания остается необходимой и существенной — т. е. эти высказывания не отличить от высказываний о вещах.

Фраза «открытое в бесконечное» (ins Unendliche offen) не означает, что вообще не совершено никакого полагания: на самом деле то, что положено, открыто в своей положенности, т. е. это возможность, которая всегда определяет себя из бытия самого субъекта. Отношение этого субъекта к своему предикату как бы уже в субъекте, более того, его бытие только в нем и состоит.

[К §11 а]

Особая трудность рассмотрения безусловного основоположения в том, что при рассмотрении его содержания речь всегда идет и о его форме, и наоборот. Единство обоих!

Но прежде всего: все понимать онтологически!

У Фихте это не разделено или в некотором отношении не должно разделяться, потому что здесь — в соответствии с сущностью Я — онтологическое относится к нему иначе, чем это происходит у прочего сущего.

Проблема экзистенциалов.

«Признак» характеризует слишком внешне.

[К § 11 а]

См. уже заключение I части! (Экзистенциал и категория.)

«Сущность». Перенимать сущностное сущего под названием «быть» — в бытии бытие, а не нечто такое, что я мог бы оставить позади себя.

Специфическая проблематика в «онтологическом», не одни только доонтологические, онтические различия!

[K § 11 b]

Что это значит: «Я» полагается как «абсолютный субъект»? И в какой мере в этом определении объединяются все три понятия субъекта?

Последовательность этих определений:

1) Я как нечто лежащее в основе (ein Zugrunde-liegendes), всегда находимое (онтический, онтологический и всеобщий [субъект]).

2) Я есть находимое: то, что обнаруживается как раз в возвращении к самому достоверному (здесь уже: не к иному); fundamentum simplex absolutum inconcussum262 (методический субъект).

3) Этот субъект знает о самом себе, и, будучи таким своеобразным, он сущностно является для себя предметом суждения, причем так, что предикаты о нем самом ему же и принадлежат, безотносительно к чему-то иному; они не релятивны, не абсолютны во вторичном смысле; безусловно Первое (Erste) в знании и знающем (логический субъект).

Во всем этом — Я как таковое в его яйности. «Абсолют»: не онтически, ни в (2), ни (3), но методически, логически, т. е. внутри идеи системы: «Я каждого человека само [есть] единственная высшая субстанция» (I, 122) — на основании (2) и (3).

Решающее для этого понятия: (2) и (3); причем так, что (1) как совсем формальное определение еще наличествует, но оно совсем не направляет проблематику, т. е. онтология Я и Я-бытия не может заявить о себе; она замещена — или ее вообще здесь никогда не было — она полностью удержана и скрыта пунктами (2) и (3), т. е. системой.

Но в этом — нечто неслыханное, что должно полностью проясниться в своей самобытности: метафизика и человек = Я = сознание = субъект = абсолютный (методико-логический) субъект.

«Человек» как «субъективность».

Картезианская позиция

[к § 12]

Картезианская позиция и по сей день вторгается в современность, она совершенно не преодолена и непреодолима реализмом, несмотря на доводы Шелера и других. При таком подходе просто бросаются в противоположную сторону, не улавливая проблемы.

Что касается Миша, то он здесь не понимает принципиального различия между Гуссерлем и моей постановкой вопроса.

Иными словами, формулами здесь не обойдешься. Основная проблема слишком многослойна и бездонна, чтобы разбираться с вещами с помощью таких категорий.

Обобщение к с. 183—186263

[к § 13 а]

Итак, Фихтево наукоучение призвано к тому, чтобы быть наукой о науке. В нем знаемое в науках должно быть знаемым как таковое, причем в безусловном смысле.

Если мы соотносим нашу задачу не со знанием и его достоверностью, а с возможным предметом, с сущим, тогда это означает следующее: знаемое в науках — сущее в целом — само должно еще раз быть познано в изначальном и безусловном смысле.

Наукоучение — это та форма метафизики, которая обусловлена философским подходом Декарта и перемещена в новое измерение Кантом.

В соответствии с этим преобразованием решающим в нем оказывается следующее: 1) вопрос о последней достоверности, который одновременно намечает границы всесторонней систематической обосновываемости всего знания; 2) эта последняя достоверность основывается в Я (трансцендентальном) как абсолютном субъекте.

Разработка этой метафизики: конструкция абсолютной субъективности как безусловного познания целого. Для Фихте: исход из определенного понимания Канта.

Основание общего наукоучения.

I часть: основоположения общего наукоучения. Их функция в системе: абсолютное обоснование или возврат к без-основному, безусловному.

Их содержание: основная структура «яйности», Я-бытие как то противоположенное, которое себя умаляет и ограничивает.

С третьим основоположением — в область непрерывно доказуемого. Основоположения — это не свободно парящие аксиомы, а те положения, которые в свернутом виде уже несут в себе все содержание. Их отношение друг к другу.

Фихте — критика

[к § 13 а]

I. и II. Возможность ограниченности в сущности Я. Возможность его конечности. Правда, слишком разбавлено, логично и только в ракурсе «Я»-понятия и его полагания (ср. ниже а, b).264

III. Факт ограничения — чтобы ограниченное! Властное веление, т. е. а) взятое в Я, увиденное с его точки зрения (полагание!); b) само Я при этом бесконечно, лишь оконечивает!

Вместо этого наоборот: b) этот факт в своей фактичности — проблема! Т. е. бытие! а) и в соответствии с этим Я qua вот-бытие — и не от бесконечности как положенной к оконечиванию, но наоборот; но здесь, правда, проблема предрешения.

[к § 13 а]

А = А (I. особенно важно, как метод в II. и III. с необходимостью в существенном один и тот же).

X есть безусловно.

Я есть.

Я есмь безусловно. («Факт»).

Доказательство

Содержание положения «Я есмь»:

«Я»—Я-бытие—яйность

Я = Я полагаю — Я есмь

Так как Я Я есмь, так как Я есмь «Я полагаю»,

я есмь безусловно;

с и в положенности — быть.