Основы методологии: системодеятельностный подход. Категории (стр. 60 )

Говоря о знаке, мы употребляем два ключевых слова – «замещение» и «означение». При анализе схем используются другие ключевые слова: описание и средство – средство организации понимания и деятельности.

Как и в отношении знака, можно говорить о материале, из которого построена схема. Однако отдельно взятый простой знак лишен собственной структуры. Схема обладает конструкцией, что предполагает ее анализ, структурирование, операции преобразования.

Знак может превращаться и превращается в самостоятельный предмет, но на это обычно не обращают внимания, поскольку используется он прежде всего как средство деятельности. Напротив, при употреблении схемы в первую очередь обращают внимание на ее предметность – на ее строение и предметные возможности, позволяющие решить с ее помощью ту или иную задачу.

Знаки вводятся в ситуации, когда уже сформировалась некоторая объектная область, но по какой-то причине человек не может действовать с объектами этой области – они громоздки, труднодоступны и т. п. Заменяя эти объекты знаками и действуя с ними, человек получает возможность достигнуть нужного ему результата. При этом частично перестраивается сама деятельность и по другому понимаются исходные объекты. Схемы тоже могут означать некоторую предметную деятельность (например, схема метро), но эта их функция – подчиненная. Более важны другие функции схем – понимания, выявления новой реальности, организации деятельности. Здесь нет какой-либо объектной области, которая означается схемой. Напротив, сама схема своим появлением создает новую объектную и предметную область. Схема схематична в том смысле, что не может выполнять функции ни модели объекта, ни его теории.

Схема как и знак может быть включена в деятельность анализа, синтеза или преобразования ее, однако чаще всего с ней работают как с реальностью. Схема задает определенную реальность, которая потом переживается и осваивается. Схема, как и знак, может служить средством организации деятельности, но в этом отношении ее возможности гораздо шире. Как средство организации деятельности схема может выступать в роли программы построения деятельности. С помощью специальных организационных схем осуществляется и регулируется человеческая деятельность.

Схемы сами по себе не являются объектами, кроме тех случаев, когда являются объектами оперирования с ними – построения, преобразования и т. п. Однако часто, особенно в случае онтологических схем, они задают объекты. Схема не описывает объект, а именно задает его: полученные на схеме знания приписываются объекту и тем самым его конституируют. При этом схема выступает в роли источника знаний об объекте. Новые знания при этом получаются на схемах или в связи со схемами.

Схемы играют ключевую роль при построении рассуждений. При этом они ниоткуда не выводятся, но сами являются источниками рассуждений. При этом каждая схематизация представляет собой определенную целостность и организует последующие рассуждения. Все движение мысли объединяют и организуют именно схемы. Без схем мышление не могло бы состояться, но после того, как оно «встало на ноги» исследователи начинают вполне успешно обходиться без них.

5.6. Знаковые системы

Разные знаковые системы отличаются друг от друга прежде всего своим знаковым пространством, его размерностью, т. е. числом измерений, которым обладает пространство данного языка. В зависимости от числа измерений разные языки отличаются друг от друга своими возможностями эффективно описывать те или иные свойства объектов, а также своей емкостью – объемом знаний, который могут нести на себе знаки данного языка. В человеческой деятельности используются три вида знаковых систем:

Речь. Устная речь человека имеет одно измерение подобно времени. В произнесенной фразе невозможно ничего изменить или переставить.

Текст или письменная речь. Текст имеет два измерения: любое слово можно поставить раньше, позже или вместо данного.

Изображение. Оно имеет три измерения: различные элементы изображения могут быть помещены не только справа или слева, но и сверху или снизу относительно друг друга. В этом отношении язык изображений является наиболее емким.

Тексты, используемые в коммуникации, представляют собой цепочки знаков. Эти цепочки возникают благодаря тому, что между знаками существуют определенные отношения. Множество знаков вместе с определенными отношениями между ними образуют знаковую систему. Это самое первое и поверхностное определение знаковой системы или языка.

В разделе 5.1. мы показали, что в системе деятельности возникают разрывы в процессах воспроизводства и трансляции этой деятельности. В качестве средства, обеспечивающего преодоление этих разрывов, выступает коммуникация и речевая деятельность – производство, передача и понимание текстов сообщений. Но речевая деятельность как и всякая деятельность, сама нуждается в воспроизводстве и трансляции. В структуре деятельности в качестве системы средств, обеспечивающих воспроизводство и трансляцию речевой деятельности, выступает язык. Одновременно эти средства являются знаниями об определенных сторонах продуктов речевой деятельности - текстов.

Таким образом, язык оказывается элементом сложного структурного объекта – системы деятельности. Это значит, что его нужно анализировать и можно понять только как элемент этой структуры. Ни знак как таковой, ни язык как система знаков не могут быть понятыми вне анализа человеческой деятельности механизмов ее воспроизводства. Поэтому знаки и знаковые относятся к объектам особого типа – употреблений материала или деятельности. Значение знака есть не что иное как форма употребления в деятельности материала знака. Чтобы понять знак, нужно рассматривать его не в отношении к объектам, а в отношении к деятельности.

Знак существует в своем качестве знака лишь благодаря тому, что люди относятся к нему как к знаку, понимают его как знак и приписывают ему определенный смысл. Следовательно, знак:

оказывается включенным в сферу человеческого сознания и вне ее не может оставаться таковым;

с другой стороны, условием понимания знака и отношением к нему как к знаку является система культуры, в частности, те или иные системы грамматик, поскольку общность систем грамматик является непременным условием адекватного понимания разными людьми.

Возникает вопрос – что же собой представляет существование знака. Знак как таковой существует постольку, поскольку существует понимающее его сознание и, в то же время, поскольку существуют обеспечивающие это понимание системы культурных средств. Существует тенденция зн по аналогии с обычными вещами, только находящимися между собой в особой связи – связи обозначения, с другими вещами, и в этом отношении ничем принципиально не отличающимися от объектов, изучаемых естественными науками. Этому натуралистическому подходу к знакам противостоит деятельностный: согласно ему знак имеет принципиально иное существование - существование в деятельности, которое и есть собственно знаковое сущестование. Знаки следует рассматривать как элементы деятельности, а знаковые системы – как элементы системы деятельности как социального организма.

Система деятельности, так как она была рассмотрена нами в четвертой части книги, представляет собой систему воспроизводства деятельности, включающей в себя устойчивые системы деятельностей, функционирующие и развивающиеся в определенной среде. Их функционирование и развитие происходит с помощью различных процессов и механизмов – трансляции, координации, реализации культурных норм и образцов, конструирование новых деятельностей на основе и взамен существующих, и рефлексии или осознания. Благодаря связям кооперации все отдельные деятельности замкнуты друг на друга и образуют систему деятельности. С помощью этих же процессов и механизмов осуществляется функционирование и развитие и знаковых систем как элементов системы деятельности в целом.

Система деятельности может существовать во времени и в пространстве как система, в которой все ее составляющие хорошо согласованы между собой, благодаря особой деятельности – деятельности управления Процесс управления осуществляется с помощью передачи от управляющей подсистемы к управляемой особых транслируемых объектов – транслятов. Трансляты построены так, что они легко передаются в пространстве, не хранятся во времени и не разрушаются от употребления. Процесс управления складывается тогда, когда строго определенным процедурам с транслятами ставятся в соответствии строго определенные процедуры с объектами управляемой деятельности. . В результате этого формируется деятельность управления, когда функционирование одной подсистемы деятельности – управляемой, жестко детерминируется функционированием другой подсистемы деятельности - управляющей.

Благодаря механизму осознания (рефлексии) превращает все трансляты в знаки. Знаки после этого могут приобретать принимать на себя и другие функции, а не только функции управления. Таким образом, знаки – это трансляты, употребление которых в качестве управляющих элементов и в других функциях осознано и зафиксировано индивидами. Эти употребления знаков образуют области их значения. Строение самих знаков опосредованно определяется структурой деятельностей в которой трансляты используются как знаки.

На определенном этапе развития системы деятельности знаки организуются в системы. Такая организация знаков задает строго определенные способы использования знаков. Благодаря этому обеспечиваются оптимальные возможности для функционирования и развития систем деятельности, поскольку при этом облегчается работа всех других механизмов. Таким образом, знаковые системы представляют из себя:

продукты особой деятельности по организации знаков в систему;

новый слой транслятов, регулирующий использование знаков в качестве средств построения деятельности,

совокупность средств построения деятельности.

С натуралистической точки зрения знаковая система – это конструктивная организация из отдельных знаков, подобно тому как молекула состоит из отдельных атомов. Именно так она была определена нами в начале данного раздела как первое и самое поверхностное определение ее. С точки зрения деятельностного подхода определить знаковую систему – значит задать всю ту совокупность связей и отношений внутри человеческой деятельности, которые превращают ее, с одной стороны, в особую организованность внутри деятельности, с другой – в органическую целостность и особый организм внутри социального целого.