Основы методологии: системодеятельностный подход. Категории (стр. 8 )

Особенно необходима помощь методологов в конце первой фазы игры, чтобы помочь игрокам выйти из создавшегося тупика. Вместо проблематизации центральной в рабочем процессе игры становится методологизация.

Методологизация мышления играющих составляют одну из важнейших функций ОДИ. В традиционных формах работы ММК представтели различных областей деятельности разрабатывали программы и проекты развития под руководством методологов. На ОД-играх реализуется установка на максимальную передачу участникам игры методологических функций, стремление к увеличению их самостоятельности, самоорганизации и самоуправления в игре. При этом они должны были овладевать новыми для себя средствами или создавать такие средства заново. И все это надо было делать в процессе практики, т. е. прямо по ходу игры.

Выход из тупиковой ситуации заключается в том, чтобы в процессе рефлексии по ее поводу выявить, что она возникла в силу принципиальной непригодности прежней организации деятельности и мышления по профессиям, предметам и должностям. А затем осуществить переход от этих способов мышления и деятельности к методологическим, организованным не предметно и профессионально, а принципиально иначе. Для этого методологи применяют следующие приемы:

A. Специалист жестко следует нормам своей профессии, не задаваясь вопросом о ее смысле и о своей профессиональной ответственности. Этим он отличается от профессионала, который несет ответственность за смысл и назначение своего типа деятельности в данной конкретной ситуации. Переход из позиции специалиста в позицию профессионала осуществляется через позицию дилетанта – человека, который задает вопросы согласно здравому смыслу и стремится на основе полученных ответов выработать целостный взгляд, но на основе собственного мения, понимания и рассуждения, а не внешнего авторитета или традиции. (Именно так поступал Сократ, которого можно назвать первым методологом в истории человечества). Возникает методологическая задача: «сбить» участника игры с позиции специалиста и сделать его, при всех его знаниях и опыте в данной сфере, дилетантом. По содержанию – это задача на критику и разрушение, а по форме – на самоопределение.

. Позиция на игре первоначально занимается чисто внешне, формально. Но потом в поведении игрока начинают оценивать по степени соответствия этой позиции. И тогда его позиция и цель становятся системой отсчета для построения его картин и представлений. В ходе дискуссий участники игры полное представление о всей совокупности позиций, целей и созданных на их основе картин, представленных на игре. Большую помощь в этом оказывают методологи: они принимают на себя функцию модераторов, которые отслеживают, фиксируют и систематизируют все содержание, представленное в ходе игры. И тогда членам игрового коллектива становятся ясными причины всех споров, расхождений и противоречий, а также пути их преодоления.

На основе этого возникают два типа рефлексивных представлений:

как устроена сама проблемная ситуация как объект мыследеятельности;

как устроена и организуется эта деятельность.

Правильное соотнесение и состыковка этих двух типов представлений позволяет перейти к последней фазе – разработке и оформлению продуктом игры. Им является предлагаемый вариант решения проблемы, оформленный в виде проекта, программы или концепции.

ОДИ продолжается 7-8 дней по 14-16 часов в сутки и проводится она обычно где-нибудь за городом. За это время человек полностью погружается в новую для него игровую действительность. Наблюдая за тем, что с ним происходит на игре, можно судить о возможности преобразования его жизни и деятельности, ее форм и способов. Но ОДИ является лишь экспериментальной, а не практической формой преобразования жизни. Коллективная мыследеятельность игрового коллектива сильно отличается от реального предмета практического преобразования – региональных систем, работы предприятий и организаций, функционирования отдельных сфер деятельности. Да и сам коллектив игроков не представляет всех коллективов и групп в целом.

Смысл проведения игры заключается в том, что она позволяет моделировать особую ситуацию деятельности и особое социальное и культурное оформление этой деятельности. Это моделирование идет под контролем методологов, которые следят за тем – из какого материала должна или не должна строиться игра. Поэтому качество продукта игры зависит от способности игры как модели имитировать наиболее существенные черты той социально-культурной ситуации, проблемы которой она призвана разрешить.

Но что именно будет предложено в качестве такого продукта, и какое отношение оно будет иметь к первоначальной теме игры и поставленной на ней проблеме, предвидеть нельзя. Связано это с тем, что содержание, разыгрываемое в ходе игры, определяется двумя моментами:

А. Замысел игры. На доигровой стадии разрабатываются программа и сценарий игры. Они намечают определенную траекторию детализации проблемы и ее развития. При этом организаторы определяют – какие именно реалии внеигровой действительности могут быть внесены в игру и использованы там в качестве разыгрываемого содержания. Однако у организаторов нет готового решения проблемы, которое бы они «продавливали» на игре. И вообще проблема является только организационным началом игры, предложенном методологами. Но как будет дальше развиваться ее проблематика, зависит не только от организаторов, но и всех участников игры. Поэтому по ходу игры в оргпроект и сценарий постоянно вносятся коррективы. Они вырабатываются на ежедневно проводимых совещаниях ведущих, где анализируется каждый проведенный день игры: достигнуты ли поставленные на данный игровой день задачи? Какие трудности возникают в работе отдельных групп? Все ли участники реально вовлечены в рабочий процесс? Насколько эффективно работали методологи? Какие коррективы следует внести в программу следующего дня?

В. Ситуация на игре. Игровое пространство деятельности допускает большую свободу. Анализ предъявленного на игре содержания ведется не по критерию правильности, а на обоснованность: какие у тебя цели, из какой позиции ты двигаешься, каковы твои средства, каким образом ты их применяешь, насколько твои действия соответствуют предъявленным целям и используемым тобой средствам. Кроме того, для участников игры существует определенная возможность выбирать формы своей самоорганизации в игре, менять цели и позиции, переходить из одной группы в другую, создавать новые группы, ставить свои цели перед игрой в целом. Материал и реалии, которые моделирует игра, приносятся в игру не только через сценарий и оргпроект, но также через живой опыт участников игры.

В отличие от той организации деятельности, которая моделируется на игре и которая подчинена определенной цели, игра по своей природе не инструментальна: цели игры находятся внутри нее. В игре можно использовать реалии не только моделируемой в ней, но и других систем деятельности. В игре могут развертываться и другие системы деятельности – как вполне традиционные, так и совершенно новые, которые трудно интерпретировать на какой либо области реальной жизни.

Моделирующая способность игры, ее возможности сымитировать различные деятельности, зависят, в том числе, и от привносимого в нее исходного материала – какие реалии этих деятельностей будут на ней воспроизведены.. Это обусловлено не только организаторами игры, но и играющими, которые приносят на игру опыт своего участия и знания о внеигровой, моделируемой деятельности. Этот материал может использоваться в игре по-разному. От этого зависит не только сама моделирующая способность игры, но и направление ее развития, а в конечном счете – полезность ее продукта для употребления на практике. Поэтому в конечном счете все определяет сама игра, ее свободное, по отношение ко всему предшествующему, течение. Ни одна игра не повторяет другую, даже если они совпадают по своей тематике. Непредсказуемость хода и результатов игры является источником ее творческих возможностей.

Когда обсуждаются итоги игры, они будут разными для ее заказчиков, участников и организаторов. Что касается заказчиков, то они скорее всего получат не законченный продукт, сколько проработку путей, ведущих в нужном направлении. Движение в ОДИ направлено от определенности к неопределенности, а не наоборот, как обычно ожидают заказчики. Скорее всего не существует единственно правильного пути из создавшейся проблемной ситуации. Конец игры – только выход на узловую точку проблематизации. Через нее каждый игрок должен определить свой подход к существу дела. Самая заключительная часть ОД-игры посвящается обсуждению проблемы «здесь и теперь – там и тогда». Суть ее состоит в определении игроками того, что каждый из них будет делать для реализации выработанных в ходе игры подходов и норм деятельности и коммуникации.

Организаторы игр в итогах игры выделяют наряду с ее продуктом и ее результат. Ведь на игре каждый шаг в ее движении, каждое действие, как бы они не были ценными с точки зрения продвижения к конечной цели игры, важны не сами по себе, а как звено, средство в перестройке мышления ее участников. Результаты игры будет различными для каждого участника. Это зависит от его целей на игре, интересов, насколько удачно он в ней участвовал, что нового она ему дала, насколько изменились его привычные стереотипы мысли и действия, его жизненные установки. Важным результатом игры считается приобретение каждым из ее участников способностей и навыков коллективной мыследеятельности, новых норм общения и коммуникации. Некоторые участники прямо на игре разрабатывают свои собственные программы будущей деятельности.

Одним из итогов игры является понимание на практике преимуществ коллективной мыслительной деятельности перед индивидуальной. Ведь организация ОДИ построена таким образом, что каждая высказанная мысль, вопрос или рассуждение, «обыгрывается» присутствующими: принимается или отрицается, оценивается, подправляется, развивается. Происходит как бы уплотнение времени мыслительной деятельности: за ограниченный срок прорабатывается такой большой объем содержания, который при индивидуальной проработке требует значительно большего времени и труда.

Что касается самих методологов, то для них игра выступает в качестве живой методологии, которая существует не в знании, а в непосредственной деятельности. И эта деятельность является существенным развитием методологии, позволяющей получить в ней принципиально новые результаты. Методология в игровой деятельности и в игровом движении получила возможность иметь свою собственную практику, которая: