Основы методологии: системодеятельностный подход. Категории (стр. 92 )

Как способ освоения мира, рефлексия предполагает:

открытость сознания миру,

готовность его активно включаться в этот мир.

Эта двойственность рефлексии выражается в различении внешне и внутренне направленных процессов рефлексирующего сознания. В соответствии с этим рефлексию следует рассматривать как устроенную из двух способностей:

А. Способность представления (созерцания). В процессах представления сознание человека направлено на внешний предмет и стремится достичь такого конечного состояния, в котором предмет воспринимается как внешнее единство, как некоторое единства предмета, существующее само по себе.

В. Способность осмысления. Сознание берет внутреннюю направленность (но не отнесенность к предмету) и завершается состоянием осмысления внутренней целостности предмета. Осмыслению подлежит идеализированная структура как особый предмет внутреннего сосредоточения и рефлектирующего мышления. Предмет предстает перед рефлектирующим сознанием как значение этого предмета. Дело в том, что в рамках системного подхода существует тождество единства, целостности, с одной стороны, и смысла – с другой. Всякая нецелостность, неполнота действующей системы рефлексируется сознанием как бессмысленность, абсурдность действия.

Однако внешнее предметное содержание деятельности как предмет представления и идеализированная структура деятельности с этим предметом как результат осмысления, оказываются никак не связанными друг с другом. Субъект, используя сосредоточение, с помощью рефлексии берет каждый предмет и в его внешне положенном единстве, и в его внутренней смысловой целостности. Рефлексия применяет осмысление и представление как моменты рефлектирующего сознания и связывает в сознании продуктивность субъекта деятельности и ее идеализированную структуру. Возникает внутренняя предметная рефлексия, в результате которой субъект, его способности и его сосредоточение предметно рефлектируются через представление их содержания во внешне положенном предметном содержании деятельности – в ее объектах, средствах, материале, предметах и т. п.

Итак, рефлектирующее сознание складывается из следующих частей, связанных друг с другом:

внутренняя смысловая рефлексия деятельности в форме субъекта,

внутренняя предметная рефлексия в форме сосредоточения и мышления,

внешняя предметная рефлексия в форме продуцирования предметов способностями и представление их сознанию.

7.9.4. Рефлексия и развитие деятельности.

Подведем итоги. Рефлексия является сложно-организованной формой деятельности. Она является, во-первых, особым элементом в структуре деятельности, ответственным за конструирование новых представлений и смыслов, во-вторых, механизмом развития самой деятельности.

Как особый элемент деятельности рефлексия имеет сложную онтологическую структуру, включающую в себя слой мышления, слой мыслекоммуникации, слой мыследеятельности. Поэтому рефлексия может иметь различные предметные представления – как мышления, как деятельности, как коммуникации.

Как механизм деятельности рефлексия оказывается механизмом ее развития. Развертывание и развитие деятельности предполагает постоянный выход в рефлексивную позицию и возврат из нее в саму деятельность. Этот рефлексивный выход и возврат выступает как особый процесс кооперации и коммуникации.

Анализ рефлексии показывает, что теперь мы стоим перед проблемой управления деятельностью. Обратимся еще раз к тому, что мы сделали. Задача управления деятельностью привела нас к необходимости представить деятельность как особую структуру кооперации и управление процессами кооперации (часть 4). Затем попытки построить представление о деятельности как кооперации с необходимостью вывели нас на понимание кооперации как коммуникативного процесса и необходимости управлять коммуникацией (часть 5). Построение структуры коммуникации вывели нас на необходимость понимания процессов мышления (часть 6). Представление мышления как деятельности и элемента в структуре деятельности завершились необходимостью рассмотрения рефлексии как особого процесса мышления (раздел 7.5). Наконец, анализ рефлексии как элемента деятельности и механизма ее развития завершился возвращением к необходимости понимания ее как особой структуры деятельности и кооперации-коммуникации (разделы 7.4 и 7.6). Эта общая логика исследования показывает, что управление деятельностью связано с управлением коммуникацией-общением, управление коммуникацией связано с мышлением, управление мышлением связано с рефлексией, управление рефлексией связано с управлением деятельностью.

Это означает, что управление развитием деятельности выступает как методологическая работа. Эта методологическая работа всегда строится как изменение представлений конкретной деятельности - научно-исследовательской, конструкторской, деятельности проектирования, обучения и т. п. И, прежде всего, как изменение представлений мышления и рефлексии, которые, в свою очередь, развертываются в сложные деятельностные, кооперационные и коммуникативные структуры и т. д. Поэтому, решение проблемы управления развитием конкретной деятельности выступает как ее методологическое исследование и проектирование.

Использованная литература

, Ладенко изучения рефлексии. // Проблемы рефлексии. Современные комплексные исследования. – Новосибирск. 1987.

Генисаретский рефлексивных состояний // Генисаретский : методологические расширения и продолжения. – М.: Путь, 2001. – С. 73-92.

Карнозова профессионала в проблемной ситуации // Вопросы психологии. – 1990. - № 6.

Лефевр структуры // Лефевр . – М.: «Когито-Центр», 2003. – С. 7-134.

Встреча методолога и самосознания. // Кентавр. - 1992. - №2.

Рефлексия в науке и обучении. – Новосибирск, 1984.

Рефлексия как культурно-исторический и психологический феномен // Кентавр. вып. 24. – 2000. – С. 2-7.

К методологии анализа рефлектирующих систем. // Проблемы рефлексии. Современные комплексные исследования. – Новосибирск. 1987.

О путях описания психологических механизмов рефлексии. // Проблемы рефлексии. Современные комплексные исследования. – Новосибирск. 1987.

Щедровицкий , деятельность, рефлексия. // Исследования рече-мыслительной деятельности. – Алма-Ата, 1974. - С.12-28.

Щедровицкий // Щедровицкий труды. – М., Школа культурной политики, 1995. – С. 485-495.

Щедровицкий в деятельности.// Вопросы методологии. - 1994. - №3-4. - С.76-120.

Щедровицкий рефлексии в теории деятельности и СМД методологии // Вопросы методологии. – 1991. - № 2. – С. 47-66; № 3. – С. 72-82.

Щедровицкий рефлексии в теории деятельности и СМД-методологии. // Вопросы методологии. 1991. - №2,3.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

При работе над книгой мы стремились как можно более адекватно (аутентично) передать содержание тех или иных идей, концепций и представлений, разработанных в рамках ММК и всего методологического движения в целом. Следует отметить, что это было непросто не только в силу сложности многих из них, но и потому что отдельные теории и представления методологии тесно связаны друг с другом по многим направлениям: говоря о чем-то одном приходилось непрестанно делать отсылки или опираться на какие-то другие методологические теории, конструкции и идеи.

Для нас весьма важно, как отнесутся к выполненной нами работе не только научная читательская аудитория, но и сообщество методологов. При этом мы не питаем никаких иллюзий на этот счет. Методологическая общественность, стремясь сохранить свой собственный высокий профессиональный и научный уровень, устанавливает очень высокую планку для любых текстов, содержание которых их авторы относят к методологическому знанию. Помимо этого, постоянно осуществляется весьма жесткая проблематизирующая критика всех работ, которые могут быть так или иначе отнесены к методологии как сфере знания.

Сокрушительной критике подвергаются не только статьи и выступления молодых или малоизвестных методологов, но и маститых авторов, пребывание которых в методологическом движении насчитывает не один десяток лет. Для начинающих методологов такие разборы и анализы являются едва ли не главным способом их обучения и профессиональной подготовки. Но особо резко встречает методологическое сообщество попытки самостоятельных выступлений и исследований тех, кто формально к нему не принадлежит: «чужие здесь не ходят» (хотя в истории ММК известны исключения из этого правила, но для людей, несомненно исключительных, например известного философа Д. Зильбермана).

Памятуя об этом обстоятельстве, авторы решили заранее промоделировать возможную реакцию на свою книгу со стороны методологического сообщества в форме рецензии на нее в рубрике «Сфера чтения» в альманахе «Кентавр». Тем самым мы избавляем его редактора г-на Копылова от необходимости знакомиться с нашей книгой или просить об этом других авторов.

Книга представляет собой объемный, в 400 страниц, том, в котором делается очередная попытка изложить «всю методологию». Целью этого тома, как объясняют в предисловии его авторы, является стремление рассказать широкой публике о всех тех научных результатах, которые получены в процессе развития методологического движения в России. Сами авторы трактуют методологию как прикладную философию и всячески предостерегают рассматривать СД-теорию как философию в буквальном смысле слова как некоторое миропонимание и картину мира, хотя и признают, что использование ее методов, приемов и теорий вынуждает пользователей принимать и более широкие концептуальные и ценностные основания методологии.

Что же касается собственно книги, то не очень понятно – кому и для чего она предназначена? По содержанию она представляет собой довольно старательную (если не сказать – ученическую) компиляцию в основном довольно известных методологических публикаций. Естественно, что профессиональные методологи читать ее не станут. А для непрофессионалов она слишком громоздка и местами, несмотря на все попытки авторов популярно изложить представления и теории методологов, трудна для понимания. К тому же читатель, разбирающийся в методологии, найдет в тексте множество неточностей и ошибок, разбор которых смог бы составить отдельную, довольно толстую книгу.

Эта публикация заставляет задуматься над двумя вопросами. Первый: какие функции и употребления могут иметь учебные издания по методологии и, в связи с этим, какие требования к ним могут быть предъявлены. Ведь в настоящее время заканчивается реализация или даже завершена подготовка ряда учебных пособий, созданных известными в методологическом мире авторами. Второй: как относиться к различным инициативам в сфере методологической деятельности и исследований, предпринимаемых людьми, которые не входят в сферу профессионального общения методологов, но которые всячески демонстрируют лояльности идеям и авторитетам методологического движения в целом.

Впрочем, авторы льстят себя надеждой, что их труд вызовет и более благосколонную реакцию некоторых читателей (а, может быть, и даже более резкую) и на этот случай оставляют свои электронные адреса:

*****@***pstu. ac. ru

*****@***pstu. ac. ru