Методы исторического исследования / ; Отделение историко-филологических наук. 2-е изд., доп. - М.: На­ука, 2003. - 486 с: ил. - 18ВМ 5-02-008893-5 (в пер.) (стр. 103 )

В содержательном отношении может быть несколько направ­лений изучения сущности аграрного строя. Исходным этапом было избрано исследование процесса формирования и развития единого аграрного простого товарного и капиталистического рынка21. Объ­ектом изучения являлась Европейская Россия, как такая часть стра­ны, социально-экономическое развитие которой имело определяю­щее значение. Конкретными показателями, использованными для анализа, были цены на основную земледельческую продукцию (рожь и овес) при характеристике простого товарного рынка и на землю, тягловый скот и рабочую силу при характеристике капита­листического аграрного рынка. Функционирование рынка рассмат­ривалось на его высшем, т. е. предельно агрегированном, системном уровне, когда элементами системы выступали отдельные губернии. Для определения степени развития рынка выявлялись направлен­ность и темпы изменения цен и их нивелировка, а также теснота со­пряженности общего движения и случайных колебаний цен в деся­тилетние отрезки времени, взятые применительно к определенным историческим рубежам в аграрном развитии. Исходные динамиче­ские ряды цен подвергались математической обработке. Основным было выявление тесноты взаимосвязи в движении и колебании цен в каждой из 50 губерний со всеми другими губерниями путем вычис­ления коэффициентов корреляции22. Территориальные масштабы и теснота сопряженности движения и колебания цен отражали единство и интенсивность действия закона стоимости, а следова­тельно, и глубину подчинения законам рынка крестьянского и по­мещичьего хозяйства.

19 Ленин . собр. соч. Т. 2. С. 135.

20 Там же. Т. 1. С. 87.

21  См.: Ковальченко ИД., Милое аграрный рынок. XVIII - на­чало XX века. Опыт количественного анализа. М., 1974.

22  Особенности корреляционного анализа данных динамических рядов подробно рассмотрены во второй главе указанной работы.

386  ■ ■■  ■•-•'  ;  ■

Поскольку при капитализме товарное производство приобрета­ет всеобщий характер, т. е. товаром становится не только продукт труда, но и орудия и средства производства и рабочая сила, постоль­ку показателем степени развития единого капиталистического аг­рарного рынка является наличие единых рынков на сельскохозяйст­венную продукцию, землю, тягловый скот и рабочую силу. Итоги анализа состояния капиталистического аграрного рынка, говоря предельно сжато, показали следующее.

К 80-м годам XIX в. сложился единый аграрный товарный ры­нок. В 80-х годах теснота взаимосвязи в случайных колебаниях цен на территории Европейской России была очень высокой. Средний коэффициент корреляции, выведенный из всех коэффициентов, по­казывающих тесноту колебаний цен в каждой из 49 губерний, соста­влял по ржи 0,89, а по овсу 0,78. В конце XIX в. происходило интен­сивное формирование единых рынков на тягловый скот, являвший­ся энергетической базой сельскохозяйственного производства, и ра­бочую силу. В начале XX в. в целом завершилось складывание еди­ных рынков на эти компоненты сельскохозяйственного производст­ва. Так, теснота корреляционной взаимосвязи общих изменений ве­сенних цен на тягловый скот составляла в среднем по 50 губерниям 0,82, а на рабочую силу по 42 губерниям - 0,77.

Наличие в начале XX в. единых рынков на основную земледель­ческую продукцию, тягловый скот и рабочую силу свидетельствует о том, что в основном сформировался единый аграрный капитали­стический рынок, и следовательно, сложилась и единая средняя норма прибыли в сельскохозяйственном производстве. Однако эта норма прибыли не могла быть единой со средней нормой прибыли в промышленном производстве, ибо не сформировался единый рынок на землю - основное средство сельскохозяйственного производства. Земельный рынок в начале XX в. находился на стадии формирова­ния отдельных региональных рынков.

Отсутствие единого земельного рынка задерживало складыва­ние единой нормы прибыли в сельском хозяйстве и промышленно­сти и тем самым тормозило свободный перелив капиталов из одной сферы в другую. Отсутствие единого земельного рынка, обуслов­ленное сохранением привилегированного  полукрепостнического дворянского землевладения и столь же пережиточным сословным характером крестьянского надельного землевладения, не только тормозило складывание единой средней нормы прибыли в сель­ском хозяйстве и промышленности, но и могло быть наряду с рас­пространением в помещичьем хозяйстве отработочной системы, обуславливающей неэквивалентность экономических отношений между помещиками и крестьянами (оплата рабочей силы при отра­ботках была примерно вдвое ниже, чем при свободном найме), пре­пятствием к складыванию единой нормы прибыли в помещичьем хозяйстве.  -. ^  ,1

'А 14*

387

Как видим, изучение степени развития единого аграрного капи­талистического рынка на основе применения системного подхода и математических методов позволяет выявить ряд важных черт в аг­рарном развитии. Во-первых, обнаруживается, что это развитие в начале XX в. было подчинено основным законам товарно-капитали­стического производства и потому по своей внутренней сути явля­лось буржуазным. При этом развитие капиталистических отноше­ний достигло определенно высокого уровня. Во-вторых, отчетливо раскрывается и основная специфика этого развития. Она выража­лась в тормозящей роли помещичьего землевладения.

Из того факта, что в начале XX в. в основном сформировался единый капиталистический аграрный рынок и сложилась единая (по крайней мере в сфере крестьянского производства) средняя нор­ма прибыли в сельском хозяйстве, следует несомненный вывод, что производственно-экономический строй крестьянского и помещичь­его хозяйств имел внутреннюю сбалансированную производствен­но-экономическую структуру. Она должна была выражаться в тес­ной сопряженности (взаимосвязи) основных компонентов этого хо­зяйства, а именно: в пропорциональном соотношении различных ви­дов производственных ресурсов, расходов и доходов. Конкуренция требовала поддержания производства на уровне, соответствующем средним общественно-необходимым условиям и затратам. Только при этом средства, авансированные на производство, могли функцио­нировать как капитал и приносить среднюю норму прибыли.

Однако при всей бесспорности этого вывода он, во-первых, не обладает непосредственно очевидной доказательностью, и, во-вто­рых, степень соответствия конкретных условий производства у тех или иных товаропроизводителей общественно необходимым требо­ваниям могла быть разной. Значит, необходим дальнейший анализ, направленный на выявление того, насколько в действительности была сбалансированной производственно-экономическая структура крестьянского и помещичьего хозяйств и в какой мере этим хозяй­ствам удавалось получать среднюю прибыль. В этом направлении и ведутся конкретно-исторические исследования применительно и к крестьянскому и помещичьему хозяйству. Остановимся на изучении внутреннего строя крестьянского хозяйства, основной формы сель­скохозяйственного производства в России.

Прежде всего следует отметить, что имеющиеся источники да­ют возможность для широкого (в пространственном и временном аспектах) анализа производственно-экономической и социально-экономической структур крестьянского хозяйства. Это первичные и сводные данные земской статистики, сельскохозяйственных перепи­сей, материалы земельных банков и другие источники. Что же каса­ется данных, которые позволяют непосредственно выявить соотно­шение расходов и доходов в разных типах крестьянских хозяйств, то нужно сказать, что данные эти крайне скудны, поскольку бюджет-

388  -<

ные обследования крестьянских хозяйств, которые и содержат соот­ветствующие сведения, проводились в это время лишь эпизодиче­ски. Но имеющиеся бюджетные обследования уникальны по своей информативности.

Анализ крестьянских бюджетов по ряду среднечерноземных гу­берний позволил непосредственно выявить соотношение расходов и доходов в разных типах крестьянских хозяйств Пензенской, Воро­нежской, Симбирской, Харьковской и Тульской губерний23. В каж­дой губернии было выделено по четыре группы дворов, отличаю­щихся по их хозяйственной состоятельности. Группировка дворов проводилась по размерам посевов (в Симбирской, Харьковской и Тульской губерниях), размерам валового дохода (Воронежская гу­берния) и соотношению затрат своего труда в своем хозяйстве и ку­пли-продажи рабочей силы (Пензенская губерния). К I группе отно­сились беднейшие пролетарские и полупролетарские дворы с мизер­ным собственным хозяйством, ко II - бедные середняцкие дворы, к III - собственно середняцкие дворы и к IV - дворы наиболее состоя­тельных крестьян. Численное соотношение выделенных групп в дан­ном случае не имеет принципиального значения. Важно то, что они существенно различались по своей хозяйственной состоятельности.

В соотношении расходов и доходов различных групп крестьян выявилась такая картина (табл. 1). Затраты крестьян, в основной отрасли хозяйства, земледелии в расчете на десятину посева были во всех группах каждой губернии фактически одинаковы. При 5-7% погрешности данных интервалы всех групп пересекаются. Следова­тельно, все категории крестьян поддерживали затраты на земле­дельческое производство на среднем уровне, соответствующем ус­ловиям производства определенного региона.

Аналогичная картина имела место и в соотношении всех произ­водственных расходов и валового дохода. Во всех группах крестьян каждой из губерний он был одинаковым. Исключение составляла беднейшая группа Симбирской губернии.

Чтобы окончательно установить, что функционирование хозяй­ства различных групп крестьян в равной мере было подчинено зако­нам товарно-капиталистического производства, необходимо соотне­сти валовой доход не только с производственными, но и всеми рас­ходами, включая расходы на личное потребление. Эти последние служили воспроизводству рабочей силы, главнейшего компонента в производственной деятельности.